The Syntax of Things

      Северус заглянул в комнату.       — Ты все собрал?       — Да, — ответил Поттер. — Хотя, дайте мне еще пару минут, мне нужно кое-что сделать.       — Прямо сейчас?       — Одну минуту.       — Поторопись. Жду внизу.       Северус спустился на кухню и открыл холодильник.       — Эванеско.       Все оставшиеся продукты исчезли. Он поочередно открывал тумбы и шкафчики, проверяя, каждая ли кружка и тарелка стоит на своем месте. Он почти покинул кухню, но прежде задержался взглядом на коробке печенья. Северус нахмурился.       — Эванеско, — коробка тоже исчезла.       В гостиной был порядок. Он закрыл ставни, опустил ржавые щеколды, с удовлетворением оглядел выцветший ковер, бутылки горячительного, которые ему было запрещено приносить с собой в Хогвартс, и древний продавленный диван, который еще не покрылся пылью. Скоро это изменится.       — Я готов, — донеслось с лестницы. — Аппарируем?       — Нет, сначала нужно пройтись. Затем аппарируем.       — Там опять льет как из ведра, — запротестовал Поттер, делая недовольное лицо.       — Тогда дождись, пока дождь закончится, а затем отправляйся в школу, — если Поттер решит последовать его совету, то точно останется в этой всеми забытой дыре навечно. — Я ухожу.       — Эй! — Поттер подскочил к нему на одной ноге, еще не успев на вторую надеть ботинок, споткнулся, и, потеряв равновесие, чуть не упал. — Подождите. Оуч. Черт. Секунду.       Северус поджал губы, наблюдая, как Поттер все же сдался и сел на пол, решив по-взрослому разобраться с головоломкой своей обуви. У него получилось, и он встал, радостно смотря на Северуса.       — Серьезно, Поттер?       — Что? — в его глазах плясали веселые огоньки.       — Ты слишком беспечный.       — Спасибо, — это не было комплиментом, чтобы там мальчишка себе ни надумал.       Без разницы. Всего пара часов и он передаст несмышленого малыша Поттера в чужие руки.       — Ты точно забрал все свои вещи?       — Думаю да.       — Твоя нелепая маггловская одежда?       — Ага.       — Подумай еще. Мы еще не скоро сюда вернемся.       Поттер широко улыбнулся.       — Так мы что, собираемся сюда вернуться?       — Я собираюсь, — напористо произнес Северус, — Тебя, возможно, — и желательно, — я здесь больше никогда не увижу.       Удивительно, как легко стало читать мальчишку, как предсказуем он был, стоило Северусу подобрать правильные слова. Предательское чувство вины, что внезапно обосновалось в его груди, ему совсем не понравилось. Он напомнил себе, что предпочитает удрученного Поттера ухмыляющемуся Поттеру. Впрочем, он предпочитает отсутствие любых Поттеров в своей жизни.       — Ага. Кто знает, каким будет следующее лето, — он и не пытался скрыть досаду в голосе, но Северус даже на секунду не собирался вникать в причины такого настроения.       — Для тебя?       — Для меня, — ответил Поттер, смотря куда-то себе под ноги, поправляя лямки рюкзака на плечах. — Для вас. Для Дамблдора.       — Единственное, о чем вам стоит думать, так это о своем полном провале в овладении Окклюменцией. И бессмысленности наших уроков.       — Не-а, эти переживания я оставлю вам. Дамблдор знает, что вы пьете?       У этого парня и впрямь были кое-какие таланты.       — Приношу искренние сожаления за то, что лишу тебя приятной возможности настучать на меня, но я не пью алкоголь в стенах Хогвартса. К слову, тебе не кажется, что обсуждать подобное на пороге моего дома даже для тебя слишком нахально?       Поттер растерянно почесал затылок.       — Я не поэтому спрашивал.       — Отодвинься, я хочу закрыть дверь.       — Ладно. Знаете, вам все же стоит поблагодарить меня за то, что я стойко выдержал все ваши издевки, и еще советую вспомнить, что я так и не поднимал тему Беллатрисы Лестрейндж в вашем доме…       — Спасибо. От всего сердца благодарю за то, что сохранил тайну в стенах моего дома — ведь ты итак не мог ни с кем общаться — и собираешься теперь растрепать эту информацию всей школе. Отойди в сторону.       Северус запер дверь, шепотом накладывая защитные чары.       — Все то, о чем я решал заговорить с вами, — тихим голосом произнес Поттер. — Пророчество, мои родители, война… я осмелился на это потому, что знал, что никогда не получу ответов от Дамблдора.       Оу, как иронично. Теперь за хорошего считали Северуса. Очаровательно.       — От меня ты их тоже не получишь, — Северус отвернулся. — А теперь попридержите свой язык, мистер Поттер, и следуйте за мной.       — Мистер Поттер, — произнес он глумливым тоном, — Это тупо.       — Это тупо, сэр, — поправил Северус. Он не намеревался позволять Поттеру нагло умалять свою роль строгого профессора в школе. Северус уже достаточно выходок спустил ему с рук. — Между прочим, это твоя фамилия. Боюсь, что винить меня за то, что она звучит, как ты выразился, тупо, довольно странно, не находишь?       Северус не понимал его — секунду назад он злился, и вот уже на лице появилась слабая улыбка. Поттер невероятно быстро забывал об обиде.       — По нашему возвращению, сколько очков вы отнимете у Гриффиндора? — спросил он.       Зонт Северуса был слишком маленьким, но пользоваться магией здесь было крайне непредусмотрительно.       — Ноль. Подожду, пока у вас наберется сто, а затем сниму их все разом, — это была его старая тактика. Он позволил себе проговориться, потому что знал — Поттер все равно ему не поверит.       — Это ваша старая тактика, но меня интересует другое. Я имел в виду, сколько вы отнимете до того момента, пока наконец-то сможете простить себя за то, что впустили меня в свой дом.       Северус взглянул на него с плохо скрываемым удивлением.       Поттер рассмеялся.

***

      Гарри приходилось красть немало раз в своей жизни, и всегда это было чем-то незначительным. Когда он был маленьким, он воровал еду в доме у Дурслей, так как ему они оставляли лишь объедки. Он также воровал игрушки Дадли. Однажды, но всего единожды, он украл целую плитку шоколада в магазине Литтл Уингинга.       Еще он недавно своровал журналы… Когда ему было тринадцать, они, вместе с Роном, слово в слово переписали домашнее задание у ученицы из Когтеврана.       Но еще никогда прежде его воровство не было настолько беспричинным; зачем ему нужен был черный шелковый платок Снейпа? Он аккуратно сложил его между ровных стопок одежды, накрыл сверху Гриффиндорской мантией и закрыл чемодан. Он понятия не имел, что побудило его так поступить. Обычно, кража чего-либо заставляла его позже стыдиться себя. В данной ситуации, он просто не понимал собственных мотивов. В последний раз он проверил комнату, сглотнул подступающий к горлу ком и спустился вниз.       — Я готов, — сказал он, изо всех сил отгоняя от себя навязчивую идею — он будет скучать по этому месту. — Аппарируем?       — Нет, сначала нужно пройтись. Затем аппарируем.       По какой причине он украл шарф, пропахший Снейпом и чернилами? Вразумительного ответа не было. Этот запах волновал его, так что он захотел его оставить при себе. Такого объяснения ему было достаточно. Пока что. Конец Первой Части