Четверо

***

Люцифер

      Не по-ангельски хищная улыбка, демонстрирующая своими острыми уголками губ эти белоснежные крупные зубки, которые то и дело хотят меня укусить. Я готов запомнить каждую ее родинку: на щеках, ключицах и уж точно эту манящую на ее аккуратной груди. Ореолы розовых возбужденных сосков маячат у меня перед глазами, я захватываю один из них в свои тиски, чтобы услышать своё имя в ее стонах. Мой нагой ангел зарывается руками в мои волосы, соблазнительно оттягивая их назад, эта чертовка уже выучила все то, что меня заводит.

***

Кэра

      Мой демон стонет мое имя, его томные вздохи сравнимы с роскошью, значит, ему очень хорошо. Я вдыхаю аромат его жёстких чёрных, как смоль, волос, этот терпкий запах дорогого вина уже насквозь пропитал мое тело, сливаясь с моим ароматом. Дьявол меня побери, эти грешные руки так сжимают мои бёдра, что я уже и не надеюсь на другой исход сегодняшней ночи. Пальцы демона приближаются к краям кружева, я на секунду отрываюсь от его темно-розовых ухмыляющихся губ, вглядываясь в эти до боли знакомые черты: в алых глазах черти уже устроили целых шабаш, чёрная бровь придаёт нахальный вид, скулы, щетина, которая уже исцарапала всю мою нежную кожу. Я схожу с ума.       — Продолжай, — шепчу я.

***

Люцифер

«О, я продолжу, не сомневайся...»       Мне кажется, будь мы людьми, истратили бы все сбережения на одно только нижнее белье моего ангела, потому что эта кружевная преграда снова устранена.       Я ощущаю ее возбуждение, как мало ей надо, либо это "мало" касается только меня. Она нежно царапает мою грудь, водя ноготками по ключицам. Кэра прильнула ко мне, языком выводя узоры по моим тату на шее, все, что так ее заводит, не говоря уже обо мне. Ее прикосновения, ласки, только их я готов ощущать на себе бесконечно, каждый день, каждую секунду. Пользуюсь моментом, и руки соскальзывают с ее задницы на мои брюки, которые уже летят в сторону. Коснувшись моего паха своим, девушка кротко вздыхает.

***

Кэра

      О, лучший любовник Ада хочет только меня, от одной лишь мысли бабочки в моем животе устраивают хоровод.       Я скольжу вдоль него бедрами, растягивая момент. Он всегда главный в постели, поэтому не воспользоваться таким шансом и не подразнить сына Дьявола было бы просто грехом. Но я увлеклась. Со звериным рыком Люцифер хватает мои растрепанные волосы, наматывая их на кулак, моя голова запрокинута до предела, шея так беззащитно демонстрируется моему искусителю, теперь уже его выход.       До сладости болезненный укус в шею вызвал мой громкий писк, демон провёл языком по следам, а затем вновь прильнул к коже, на сей раз посасывая ее, не прекращая пытку зубами. О, я знала, этот засос не сойдёт с кожи ещё долгое время, но демон этого и добивался.       Его руки отпускают мои волосы, разрешая вдохнуть порцию воздуха, а затем я снова теряю эту возможность, когда демон опускает меня на свой член. Но Люциферу всегда и всего мало, он уволакивает меня за собой, вынуждая коснуться своей груди. Я ловлю его алый взгляд, не отрываясь от него, пытаясь сгореть в красной тьме, моя душа отдана без остатка.       Затем начинается резкая серия толчков, ритмичных, чётких и быстрых, таким же становится и мои стоны, направленные в губы демона, которые уже растянулись в фирменной ухмылке. Он доминирует, даже находясь подо мной.

***

Люцифер

      О, как же она стонет, как краснеют ее щеки, а брови дарят мне этот жалостливый и умоляющий не останавливаться взгляд. Ее сбивчивое дыхание соединяется с моим. Я сминаю ее мягкую кожу своими руками, погружая все глубже, поступательные движения ангела идут навстречу моим, усиливая удовольствие. Я чувствую ее пульсацию. Она на пике.

***

Кэра

      — Господи, да! — я сдавлено простонала в мокрую от моих губ подушку. Одна рука сжимала влажную ткань белой простыни, а другая, находившаяся между ног, продолжала усиливать остатки оргазма. «Какого?!»       Я резко подскочила, опираясь на локти, спутанные волосы тут же упали на глаза, мешая обзору. Я нервно убрала отросшие пряди с лица, откидывая их назад, переворачиваясь на спину. Вокруг меня была моя тёмно-серая пустая комната в одинокой башне. «Это был сон»

***

Люцифер

      — Кэра, — мой приглушённый протяжный стон раздался по комнате. Ресницы дрогнули, и я распахнул глаза.       За окном лил дождь, раскачивая деревья, в тёмную комнату просачивались тонкие остатки света. Я судорожно огляделся, вся кровать была мокрая, впрочем, как и я. Мне было безумно жарко. «А это ещё что?!»       Я держал руку на своём паху, сжимая в руках член, мокрое белое пятно на простыне свидетельствовало о самом худшем.       — Дожили, уже рукоблудствуешь. Да ещё и на чертов сон с чертовым ангелом. Ты жалок!       Я нервно подскочил с кровати, отшвыривая в сторону одеяло.       — Как прыщавый подросток в пубертатный период! «Как раз последний раз я занимался самоудовлетворением в то время...»       Я судорожно умывался, проведя руками по мокрым волосам.       — Надо с этим завязывать, она сделала свой выбор, пусть теперь тусит с низкосортными ангелами, где ей и место.       Я открыл воду в душе, подставляя тело под ледяную струю, дыхание сбилось.       — Нужно отвлечься, нужно движение, — мысль молнией ударила в голову: — Адонай. Сегодня. Вечер. Завалюсь к нему на праздник, — я тихо засмеялся, откидывая голову. — Идеально.

***

Кэра

      — Нужно отвлечься, отвлечься, отвлечься... Хватит думать о нем. Его нет, тот Люцифер умер. Теперь есть только принц Ада и наследник трона.       Я нервно перебирала вешалки с одеждой, не понимая, зачем вообще я это делаю. Сегодня был выходной, а из планов, кроме как сидеть в пустой комнате и есть украденные в ресторане на земле пирожные, ничего не было.       — Ну да, давай ещё и обжираться, сидя дома. В кого ты превратилась? — и внезапно одна мысль загорелась: — Адонай звал к себе на тусу, отлично. Так и поступлю. Снова буду иметь отношение к Аду только в качестве вечеринок. Как было до того злосчастного поцелуя в библиотеке, с которого и начались эти токсичные отношения.       Выбор одежды пал на шикарные чёрные атласные брюки прямого кроя на заниженной талии, а в качестве верха выступал весьма откровенный белый атласный топ, который выглядел как платок, державшийся на двух тоненьких лямках на шее и на спине. Волосы я собрала в высокий небрежный пучок, надела уже ставший частью моего тела чёрный кулон, затем золотые кольца на уши, ну и захватила блестящую барсетку.       Я ещё десять минут залипла на свою оголенную талию и выпирающий зад в зеркале, пока не встряхнула мыслями и не полетела в Ад.       Голова наконец была спокойна, я явно делала успехи в практике с Геральдом, правда, покой, о котором говорил учитель, мне было найти сложно, ведь я была сама полной противоположностью этому понятию. Но все же многое встало на свои места: отношения с Дино, учеба, даже в свой старый дом мне удалось въехать. Хоть теперь он выглядел пусто и безжизненно, мне не хотелось его украшать, боязнь вновь потерять то, куда ты вкладываешь всю душу, пугала. «Ха, как иронично!»       Но все же, вопрос покушения на Люци и на меня так же висел в воздухе. Кому? Что? А главное, зачем? Демон так и не смог найти ответы. «Почему не было второй попытки?»       Я даже не знала, радоваться этому или нет. Возможно, этот кто-то опустил руки или готовит что-то крупное, для чего и нужно было это затишье. «Я на месте».       Все так же по-родному звучала музыка, отдающая басами по моему телу, демоны и ангелы скапливались в кучки, направляясь на праздник. В этот раз Адонай звал всех, даже непризнанные не побоялись спуститься сюда.       Я вошла в дом и тут же замерла. «Этот поганец все же сделал ремонт!»       Больше не было дурацких черно-белых колонн и кафеля. Все изменилось кардинально. Теперь преобладал лишь темно-красный цвет. Винтажные картины, зеркала, роскошные люстры, светильники и свечи излучали из себя мягкий желтый свет, огромный бар с подсветкой привлекал к себе все внимание, не говоря ещё о внушительной картине, где девушка явно запечатлена в момент своего лучшего в жизни оргазма.       Я, естественно, подняла взгляд на второй этаж, где виднелись полукруглые красные диваны, на которых располагались самые близкие друзья, я уже отсюда увидела ядрено-красную шевелюру Када, который, видимо, решил покрасить все волосы в один цвет, в кольце его рук была Волоеян, рыжая дьяволица громко хохотала, оттягивая демона за рога. «Хм, ее брат недалеко, значит, он принял увлечение своей сестры, неплохо-неплохо...»       Краем глаза в самом углу на отдалённом диване я увидела Локисора и Аббаддона, эти двое явно вели оживленную беседу, в которой главным был рогатый. Кучерявый демон внимательно слушал его слова, что-то кивая, крутя в руках свою золотую монету с рубином. Вдруг мои глаза кто-то накрыл ладонями.       — Угадай, кто? — послышался сладкий тембр. Я поднесла свои руки к лицу, ощупывая тонкие пальцы демона.       — Ангел Фенцио? — произнесла я.       — Сплюнь, — демон развернул меня, — не знал, что у тебя такие предпочтения, Кас. Седовласый наградил меня своим хищным оскалом, смотря сверху вниз.       — А как ты думал, Асмодей? Он же ангел, а как хорош собой! Ты и рядом не стоял.       — Он ещё и постарше, я бы сказал, опытней.       — А то, временами зову его папочкой. А какие у него сексуальные губы...       — Шепфа, меня сейчас стошнит! — засмеялся демон. — Шикарно выглядишь.       Его серые глаза пробежались по мне, грудь сделала глубокий вдох, а затем его длинные руки обняли меня за плечи.       — Я правда прощен? — вдруг начал демон.       — Конечно, я не могу злиться на такую слащавую мордашку.       — А то мне уже рассказали пару историй про то, как ты пару демонов избила.       — Ну, ты ещё не слышал мою версию.       — Сгораю от нетерпения.       Демон уволакивал меня по лестнице прямо к роскошным красным диванам, которые оказались невероятно мягкими и удобными, что я была готова тут же лечь и уснуть на них, но планы на вечер были совсем другие.       — Ас, ты последняя сволочь! — прозвучал низкий бас. — Привёл сюда Каси и не сказал, — Адонай выскочил откуда-то из-за угла, как всегда, с голым торсом, в переливе темно-красным светом его коричневая кожа приобретала невероятный оттенок, я каким-то чудом сдержала свои пальцы, чтобы не огладить его плечи в тот момент, когда демон меня обнял.       — Я рад, что ты пришла.       — Ну, ты же меня звал, ремонт бесподобен, особенно картина, спер с земли?       — Не-а, ее как раз написала одна твоя подруга, с которой ты меня познакомила.       — Кто?       — Дочка Серафима, Уокер.       — Быть не может!       — Ну, я ее уговорил.       — Один из Братства принца Ада уговаривает непризнанную, как в Аду ещё снег не пошёл?       — Ну, уговорил — это громко сказано, отвалил несколько золотых монет.       — Ну да, оправдывайся. Представляю ее смущенное лицо, когда ты озвучил свои пожелания к картине.       — О, ее красные щеки затмили даже пекло Ада, — засмеялся демон.       Я плюхнулась опять на диван, вскоре к нашей троице присоединился Абб с Мими, затем Пихтион молча уселся вместе с двумя блондинками, причем ангелами, но всем было плевать. Я смеялась, слушая истории Аса, который вновь стал самим собой, настоящей душой компании. Но черт меня дёрнул бросить взгляд в другую сторону. Люцифер. Его красный взгляд я почувствовала на себе, как только поднялась по лестнице, в вальяжной позе наследник Дьявола развалился на отдельном диване напротив Белиала и его подружек. К Люци уже успела присосаться Ости, поглаживая его чёрные волосы своими длинными ноготками, другая демоница схожей комплекции и внешностью сидела на его коленях, рука демона поглаживала ее по пышной попке. «Зачем ты смотришь на меня? У тебя есть как минимум два повода убрать свой взгляд».       — Не хочешь потанцевать? — прозвучал голос Аббаддона.       — Хочу! — взвизгнула Мими.       Парочка поднялась, хватая при этом Асмодея за руку. Рыжий демон был занят своими делами с ангелами, которые ласкали его грудь своими тонкими пальчиками.       — А ты? — произнес Адонай.       — А меня не приглашали, — бросила я.       — Миледи, — демон расправил свои коричневые крылья, — не окажите ли мне честь составить мне пару в этом умопомрачительном грешном танце? — ухмыляясь, он протягивал мне руку.       — Ну, разве только в грешном, — я протянула свою ладонь, поднимаясь с дивана.       — На другое я и не рассчитывал, — демон отбросил свою сигару.       Спустившись вниз, Ад тут же взял все в свои руки, схватив меня за талию, демон крепко прижал мое тело к своей обнаженной груди, его сильные пальцы прошлись по нагой спине, резко наклонив меня к полу.       Затем демон положил одну руку мне на талию, а в другую вложил в мою ладонь. Я смотрела на его белоснежную улыбку, которая давала явный контраст с его шоколадной кожей, он что-то смешное шептал мне на ухо, в момент, когда я откинула голову от смеха, я вновь увидела пристальный взгляд красных глаз. Положив голову на плечо демона, я смотрела на Люци, и тут же он вздёрнул бровь, наклонив голову, злостная улыбка промелькнула на его идеальном лице, как вдруг он придвинул к себе ближе Ости и буквально впился в неё поцелуем, точно так же, как целовал меня, я видела взгляд его открытых глаз. «Хочешь шоу?! Будет тебе шоу!»       Я развернулась у Адоная в руках, касаясь крыльями его горячей груди, мои руки поползли наверх, переплетаясь на его массивной шее. Демон тут же поймал мой настрой, вжимаясь в меня пахом, я глубоко охнула, когда его крепкие руки сжали мои бёдра и начали подниматься выше по оголенной талии, лаская живот, откинув голову на его плечи, я вновь взглянула на Люцифера. И очень зря. Его брови сомкнулись, а рука с лютой злостью сдавила стакан, возможно, он сейчас загорится, мне даже показалось, что алкоголь в его руках кипит. Но он не хотел сдаваться, демон расставил шире ноги, так что вторая девушка слезла с колен и уселась напротив его ремня, Ости продолжала целовать шею демона, касаясь его груди. Вторая рука мужчины опустилась на голову демоницы, подталкивая к следующим действиям. Его бровь изогнулась и подарила мне вызывающий взгляд. «Чертов сукин сын!»       Музыка сменила ритм на более чувственную, Адонай вновь развернул меня к себе лицом, одно его колено легло между моих ног, как и мое между его ногами, он начал медленно двигать бёдрами, крепко сжимая мое тело, его бордовые глаза не сводили с меня взгляда, улыбка сверкала в темноте, как и моя, каждое его движение заводило, я вдыхала аромат кожи, отдающий запахом шоколада, как вновь подняла взгляд. Но тут же об этом пожалела, Ости уже вовсю скакала на Люци, а он лишь сжимал ее округлые бёдра, глаза его уже не смотрели на меня, он был занят стонами девушки. Я не заметила, как пышные темные губы приблизились к лицу.       — Я хочу выпить, — пролепетала я.       — Глифт?       — Лучше текилу.       — Не вопрос, буду ждать тебя наверху, — Адонай грустно посмотрел в мои глаза, а затем направился к роскошному бару. «Хочу на воздух».       Облокотившись о чёрные железные перила, я вглядывалась в бездушную лавовую пустошь, бескрайние темные просторы, лишённые жизни и света звёзд, каждый камень излучал тепло пекла. Я расправила крылья, уложив их на балкон, каждое белое перышко наливалось теплом Ада, мне всегда было мало тепла, видимо, я слишком привыкла жить в доме сына Дьявола.       — Ну и какого хрена ты утроила?! — резкий голос врывал меня из мыслей. Я вновь привела расслабленные мышцы крыльев в тонус и развернулась на месте. Люцифер стоял передо мной, облокотившись на дверной косяк, сложив свои руки на груди.       — Не понимаю, о чем ты, — бросила я.       — Не лги мне, все ты прекрасно понимаешь, пришла полуголая в Ад, обжимаешься с моим демоном, ведёшь себя, как настоящая потаскуха! — он оторвался от двери и начал медленно подходить ко мне, выстреливая каждое слово, снабжая все нахальным видом.       — Я буду лгать столько, сколько захочу, в отличие от вас, я не обременена чувством долга и чести, — я сделала шаг вперёд. — Как иронично, называешь меня доступной, хотя сам похож на самую отборную шлюху всего Ада. Спроси кого угодно. С кем переспать легче всего? Все хором ответят — Люцифер! Ведь его постель всегда открыта для новых гостей.       На моем последнем слове рассвирепевший демон грубо схватил меня за челюсть, его пальцы сжали мою плоть, а он сам стал нависать надо мной, демонстрируя свой свирепый алый взгляд.       — Решила вновь начать мне дерзить?! Ничтожный ангел. Пошла вон из Ада. Как наследник трона, я запрещаю отныне твоим крыльям находиться здесь.       Он грубо отбросил мою голову, разворачиваясь на каблуках.       — Не наживай себе врага, демон! — я крикнула ему в след, на что Люцифер вновь повернулся ко мне.       — Ты? — тихий смешок. — Мой враг? — затем хохот. — Ты никто, знай своё место!       — О, я сейчас на своём месте, я — преграда на твоём пути, — желание отвесить демону по морде или по яйцам, впрочем, не важно, уже достигло вершины, как только я расправила крылья, раскат молнии ударил где-то вдалеке. На что принц Ада лишь повёл бровью.       — Я не посмотрю на то, что ты девчонка, — демон отошел к другому краю балкона.       — А мне плевать, — неожиданно для всех я влетела в его тело, хватая за рубашку, я пронесла его на пару сотен метров от дома и наконец пригвоздила к земле, нанося чёткие удары в челюсть. Кровь брызнула из его разбитой губы, но демон умудрился перехватить мои руки. Переворачивая на лопатки, он схватил меня за шею, подняв над головой, а затем швырнул в сторону. Резкий удар головой о камень, лежащий на земле, эхом отразился по всему телу, я поднялась, хватаясь за ушибленное место.       — Знаешь, меня так манит соблазн всем растрепать про твои громкие стоны в моей постели, и единственное, что останавливает, это то, что я могу испортить себе репутацию, сношаясь с такой, как ты.       — Мерзкий ублюдок! — я замахнулась для удара, но этого он и добивался, его рука отбила мою, а затем схватила за шею.       Воздуха стало катастрофически мало, мне было больно. Боль была в каждой клетке организма. От его слов, действий и взглядов, от потери себя и сердца. Я все вложила в его руки, а он это разбил. Ровно так же я разобью ему это самодовольное лицо. Благо моим длинным ногам, я умудрилась захватить ими корпус демона, ударяя коленом в шею. Проматерившись от боли, демон отпустил мое горло. Воспользовавшись моментом, я взобралась на мужские плечи, сжимая его шею бедрами, в надежде, что он вырубится. Теперь уже сын Сатаны стал задыхаться. Он рухнул на колено, как раз в тот момент, когда я подключила руки.       Но сдаваться так просто никто не собирался. Поняв, что так просто меня сбросить не удастся, он с силой рухнул на землю, как раз направив мою спину под удар. Ещё раз повторив данное телодвижение, демон высвободился из моей ослабшей хватки, а затем вновь отшвырнул меня на землю. Теперь я ощутила четкую ссадину на своей щеке, густая красная кровь потекла по коже, которую я судорожно вытерла рукой, поднимаясь на колене.       Чёрная рубашка демона была разодрана в клочья, его пальцы стали гореть, это значило только одно. Молниеносно среагировав, я пустила поток ветра на его огонь, два сгустка энергии боролись между собой, вздымая вверх клубы пыли и жара, молнии хлестали горизонт, а тучи уже переварились в плотную чёрную массу. Каждая секунда высасывала огромные силы, но тут же находились новые, чтобы стоять на ногах.       — Вы совсем обезумели! — голос, который я узнаю из тысячи, настолько громко прозвучал над пустошью, что даже заглушил вихрь. — Не заставляйте меня применять силу, быстро прекратите!       Бельфегор отбросил руки наследнику Ада, я последовала его примеру.       — Это просто уже за гранью! Касикандриэра, быстро в дом, промой раны, я с тобой разберусь завтра! А ты, — демон схватил Люцифера, за то что осталось от его рубашки, — идёшь со мной.       Я сидела в большой просторной спальне, выполненной в бордовом цвете. Мягкий диванчик, на котором я расположилась, был усыпан бархатными подушками, мягкий желтый свет от свеч переливался на коже Адоная, который уже минут десять промывал мою ссадину на щеке.       — Ты когда уже успокоишься? М? — его тихий бас осуждающе спрашивал меня. — Сколько можно лезть в драки? Асмодей, Локи, а теперь ещё и Люцифер. Если такими темпами пойдёт, то все, что от тебя останется, это бело-голубое перо. Что вы не поделили?       — Решили помериться силой, — я пожала плечами, виновато глядя на демона.       — Не нашли другого способа.       — Какого это "другого"?       — Например, в постели.       Я тут же впала в ступор, хватаясь за его руку, мажущую мою щеку какой-то мазью.       — Да ладно тебе, Кас, я все знаю.       Я все так же нервно покачала головой.       — Я все понял, когда на одном из собраний Люцифер уже привычным жестом решил тебя обнять, а затем опомнился. Да и потом, он только на тебя смотрит больше десяти секунд.       — Ад... Мы уже, все уже...       — Я понял, когда ты устроила этот цирк с танцем и мной, мне известно для вызова чьей ревности это было сделано.       — Ад, я не хотела, — я подняла его лицо к себе, такие пухлые, такие сочные манящие губы шоколадного оттенка притягивали меня, и я поцеловала демона.       Он незамедлительно ответил мне, сминая мои губы. Руки смесились на талию, и мужчина поменял нас местами. Устроившись на диване, Ад усадил меня к себе на колени. Воспользовавшись тихим вздохом, его бесстыжий язык проскочил в мой рот, лаская губы. Но тут я резко отодвинулась.       — Почему остановилась? — произнес демон.       — Я... Я не могу. «Почему не могу?»       Я разрывалась. Люцифер был моим первым и единственным мужчиной, я не решалась, я не знала, измена ли это или всего лишь моя паранойя. Вот он, передо мной, друг, который выслушает все, который желает меня. Секс с ним не будет означать ничего, а принесёт лишь удовлетворение, расслабленность, может, даже покой, о котором, говорил Геральд.       — Это все из-за него. Ты боишься идти дальше, ты привязалась к Люциферу. Он лишь использовал тебя, а ты продолжаешь к нему тянуться.       — Это не правда. «Это правда, дура ты тупая!»       — Лжёшь сама себе. Если это не так, тогда, что тебя останавливает забыться? Я уверен, этого ты сейчас хочешь больше всего. А я никогда ещё не подрывал твоего доверия, — его рука нежно коснулась моей щеки. «К черту!»       Я вновь возобновила поцелуй, завладевая его губами, массивные руки сместились с талии на бёдра, усаживая меня поудобнее и заставляя раздвинуть ноги шире. Нежные поцелуи демона смешались со страстью, губы покрывали влажной дорожкой мою шею, даря очередной поцелуй моим ключицам. Затем Адонай отстранился и потянулся руками к моим волосам. Ловко срывая резинку, демон высвободил мои волосы. Взбив их у корней, его пальцы проскользнули по локону вниз, сместились на плечо, а затем непринуждённо подцепили лямку топа.       Я взглянула в его бордовые глаза, но они уже смотрели гораздо ниже моего лица. Я наблюдала за реакцией демона, когда он спустил лямку, обнажив одну грудь, его пальцы, щекоча кожу, проводили топ до самого пола, а глаза оставались на возбужденных сосках. Без колебаний его темные губы припали к груди, выводя узоры на ореолах, он поочерёдно ласкал меня, заставляя ерзать бедрами по его паху, я четко ощущала его эрегированный бугор в темных брюках. Я скользила ногтями по его плечам, вызывая волну мурашек у Адоная.       Я откинула голову, поддаваясь нежным ласкам демона, это было совсем не похоже на руки Люцифера. Принц Ада всегда делал все уверено и решительно, зная, как лучше мне, с первого раза демон покорял меня своей силой и умением, и это меня в нем всегда заводило. Но Ад все делал иначе. Его движения, руки и поцелуи скорее спрашивали разрешения, он следил за моей реакцией, изучал.       Как только я взяла его за шею, демон поднялся с дивана, держа меня за бедра. Не разрывая поцелуя, он уложил меня на кровать, опускаясь ниже, его руки быстро справились с молнией на моих брюках и резко сорвали остаток одежды.       Крылья демона встрепенулись, закрывая наши тела, подобно куполу, стараясь скрыть от посторонних глаз, которых и так не было. От звука расстегивающейся ширинки, закружилась голова, демон вновь вернулся ко мне, целуя в шею, его руки схватили мои, вжимая их в мягкие простыни по обоим концам от моей головы, и медленно вошёл. Бордовый свет плавно ложился на мышцах демона, на его крупных плечах, сильной груди и отчетливых кубиках пресса.       Все сильнее демон сжимал кисти моих рук, переплетая пальцы, он удерживал вес своего массивного тела, не наваливаясь на меня. Движения были плавными и размеренными, ровно так же волнами накатывало удовольствие, разливающееся от кончиков пальцев и страгивалось внизу живота.       Дыхание участилось, я нежно потянула Адоная за мочку уха зубами, и он тихо рыкнул. Я повернулась в сторону и в отражении зеркала увидела наши тела, это было до безумия эстетичное зрелище. На бордовом шелке моя и его кожа сливались в бурном контрасте. Мои белоснежные оттенки и его коричневый пигмент бесподобно сплетались в единое целое, навевая мне мысли о горячем кофе с молоком.       Его рука опустилась мне под поясницу, приподнимая бедра над кроватью. Взяв упор коленом, демон с лёгкостью удерживал мое тело, усилив толчки. Стоны перешли на короткие и чёткие крики, выбивающиеся глубоко из груди. Адонай чувственно стонал в ответ, я откинула голову в момент пика, царапая плечи демона, от чего он ещё сильнее вжал меня в себя.       Я рухнула на мокрые простыни, смотря в потолок, пальцы не прекращали гладить смуглые плечи тяжело дышавшего демона, почему-то, мне было так легло держать вес его тела на себе. Я соединила ритм нашего дыхания, и тут слеза предательски скатилась по моей щеке, а затем, она упала на шею демона.       — Я был настолько плох? — Ад приподнялся и улёгся подбородком на мою грудь, глядя на меня.       — Нет, конечно, нет, мне правда хорошо, просто... Я так устала, — я накрыла лицо руками.       — Эй, иди сюда, — поменяв положение, я устроилась в огромных объятьях мужчины, утыкаясь ему в грудь носом. — Ты справишься со всем, главное, не теряй себя.       — Какой ты добрый, Боже, ты точно демон?       — Так ведь и поступают друзья.       — То что мы сейчас делали, как-то не входит в понятие «дружба».       — Ну, это было один раз, я же понимаю, так что можно считать это дружеским жестом, — он усмехнулся.       — Эта акция распространяется на всех твоих друзей?       — Хм, а было бы неплохо. Лечу печаль своим членом. Можно я это запатентую?       — Дурак, — я пихнула его в грудь, в ответ он лишь крепче меня сжал.       — Свалишь завтра, я всем уже сказал, что ты ушла.       После этих слов я в секунду провалилась в сон в теплом коконе из смуглых рук демона.

***

Люцифер

      — Не потрудишься объяснить? — наконец начал Бельфегор.       — Мне нечего тебе объяснять, — рявкнул я, пиная камень.       Чертова рубашка была испорчена окончательно, я начал поочерёдно срывать остатки пуговиц.       — Да неужели? — саракастично произнес демон, сложив свои руки на груди, поправляя синий костюм.       — Она первая мне врезала. «Как ребёнок. Придурок».       — И что? Она женщина и имеет полное право влепить пощёчину тому, кто ведёт себя неуважительно по отношению к ней.       — Ха, пощёчину, — я указал на разбитую губу, — она решила отыграться по-крупному.       — А разве ты заслужил только одну пощёчину?       Я замолк. Бел обладал удивительным даром — бросив одну фразу, заставить весь поток моих слов оборваться.       — Может, я и был груб, но она предала меня, — я наконец сорвал лохмотья рубашки с себя. — Я предложил ей стать моей королевой, а она сбежала, как последняя трусиха.       — Предложил? — демон засмеялся, плюхаясь на какой-то камень, затем размеренно разложил свои огромные синие крылья по обоим краям от тела. — Ты ее просто поставил перед фактом, она поняла все во время коронации. Как она смогла держать лицо невозмутимым, для меня до сих пор остаётся загадкой, — я сел напротив него на землю, скрестив ноги. — Предала. Неплохо-неплохо, какие громкие слова. Кто она тебе? Член Братства, которая принесла тебе клятву в верности, или, может быть, жена, которая поклялась быть верна тебе, м? Она тебе ничем не обязана. В отличие от тебя, кстати.       Только я хотел возразить, так демон поднял руку, вынуждая меня фыркнуть и отвернуться.       — Сам знаешь, она для тебя много сделала.       — Я знаю, ей было бы лучше со мной, я все о ней знаю, так что она просто идиотка, — наконец, я нашёл слова в своих мыслях.       — Ты ее знаешь?       — Да.       — Значит, ты утверждаешь, что видел ее обнаженной?       — Ха-ха-ха, — я засмеялся, — уж поверь Бел, видел.       — Люци, ты вроде взрослый здоровый мужик, но иногда такой зелёный мальчишка, — синеглазый медленно встал, поправляя воротник, и плюхнулся рядом со мной. Я невольно заглянул в его глаза. — Ты думаешь, если она сняла с себя всю одежду, то ты видел ее обнаженной? — он достал свой нож, и начал складывать его и раскладывать, смотря вдаль. — Ты целовал ее губы, обнимал ее тело, ты покорял ее сердце, но ты думаешь, этого достаточно, чтобы знать кого-то и любить? — мои пальцы задрожали. — Давай, расскажи мне все, расскажи о ее беспокойстве и страхах, расскажи то, чего она боится и хочет больше всего на свете, расскажи мне о том, о чем она говорит сама с собой. Расскажи мне, чего она хочет от жизни. Расскажи мне о том, что она желает, когда смотрит на падающую звезду, — он перевёл взгляд на меня. — Нет, Люци, ты ни черта о ней не знаешь, ты видел только ее тело, но до сих пор не видел ее обнаженной.       Я просто смотрел в его синие глаза, и молча наблюдал за проблесками фиолетового от света лавы из камней. И замолчал не только я, но и все мои мысли, мозг, казалось, даже и кровь перестала течь по венам.       — Что ты на меня уставился, наследник Ада?       — Я не... Я... Что делать-то? Теперь...       — Хочешь совета?       Я не двигался, он знал, что я никогда не признаю своё поражение в лицо. Но то, что я заткнулся, было уже моим проигрышем.       — Просто извинись, желательно на коленях.       — Не просит.       — А это уже и не важно. Вали домой, Люци. Ты отвратительно выглядишь. Пора собраться. У тебя через день выпускной, так что приди в себя.       Мне прилетала легкая пощечина, от чего я поморщился, и демон тут же исчез, словно его тут и не было.

***

Кэра

      Вся прелесть летающих островов в том, что они все разные. Одни могли быть похожи на широкие равнины лугов, где паслись зазнавшиеся пегасы, другие могли напоминать горные хребты, где чаще всего жили воздушные змеи на подобии Фыра, бывали острова, как тропические джунгли, где водилось столько тварей, сколько было на большей части страниц бестиария.       Сегодня мой выбор пал на отдалённый кусок земли, покрытый колосьями созревшей пшеницы, острые прутики кололи мне кожу, колосок затесался между моими зубами, я смотрела на плывущие облака и невероятные краски неба.       — Смотри не съешь весь, — Бельфегор выхватил у меня колосок и стал жевать его сам.       — Тебе пшеницы мало?       — Я все же демон, не забывай это.       — Иногда забываю.       — Почему?       — Ты другой.       — Ты же говорила, что нейтральна ко всем.       — А я и нейтральна, просто говорю, что мы разные.       — Например?       — У вас крылья чёрные, — бросила я, выхватывая колосок обратно.       — Банально, ты меня разочаровала, и потом, у меня синие.       — Ну, еще вы больше подвластны эмоциям и страстям, а иначе, зачем тебе тогда твой нож?       — А, все же Белиал проболтался. Что он ещё наговорил про меня?       — Что ты был жутким и чуть не лишился крыльев.       — Жутким? Ха, это ещё мягко сказано! — демон привстал, складывая ноги, доставая свой нож. — Мой дар иллюзии, что необычно для демона. Чаще всего, у нас это сила, скорость, телепортация, ну и совсем круто — огонь и владение материей. Но мне досталась иллюзия. Пацаны меня засмеяли. Слабак, неудачник, назвали мою мать шлюхой, что она якобы нагуляла от ангела, но все мы знаем, что дети от подобных союзов умирают через несколько часов, — я приподнялась следом за ним, усевшись рядом, продолжая жевать колосок. — Я тогда твёрдо решил, что разовью свой дар до такого состояния, что смогу приносить физическую боль, как и все дары демонов. Я стал последней тварью, гнев и страсть владели мной, я хамил всем вокруг, устраивал драки, моя бедная мать не знала, как со мной совладать, ибо отца уже давно не было. И наконец, когда мой дар стал максимально силён, и я направил его на своих обидчиков, я доводил их, заставлял видеть кошмары, некоторые просто не видели ничего вокруг, когда были рядом со мной, они кричали, а я лишь хохотал. Но в один прекрасный день нервы одного демона сдали, и он сошёл с ума, последнее, что я помню, это как он собственноручно вырвал себе крылья и насмерть разбился о камни Ада. В тот день, когда меня вызвали на суд, моя мать умерла от горя, меня решили помиловать, только из-за того, кем был мой отец, они не хотели прерывать сильнейший род, я слушала, но не верила своим ушам, моя рука легла в шершавую руку синеглазого демона, его веки тяжелели. — Конечно, я осознал, что натворил, но было поздно. Я годами вымаливал прощение у семьи погибшего демона. Когда я окончил школу, стал владеть имуществом моей семьи, ежегодно отчислял им деньги, но все так же, раз в год приходил к ним каяться, и однажды на пороге их дома я увидел в дверях юную белокурую демоницу с тёмными глубокими глазами, чьи волосы объемными волнами спускались на грудь. Она оказалась сестрой того демона, что я погубил, но жила она тогда с другими родственниками и никого из своей семьи почти не знала. Я влюбился. Преследовал ее днями и ночами, а она посылала меня так далеко, что я и побоюсь тебе рассказать. Она боялась меня. И тогда я понял, что должен ей показать, что имею власть над своим гневом. Тогда Белиал ещё учился в школе, но был уже хорош в своём деле, он сделал нож, — демон вложил мне в руки серебряную рукоять оружия, — он забирает весь мой гнев, оставляя лишь меня.       — И что же Депинпик? — спросила я. «Они же женаты! Ты дура или да?»       — Что-что? Она доверилась, и теперь, сама видишь.       — Вы умеете любить, — зачем-то сказала я.       — И ты умеешь.       — Я не умею, да и он тоже. «Что за откровения! Следи за речью, разговор не о тебе!»       — Тут ты ошибаешься.       — Откуда ты знаешь?       Бельфегор поднялся с места, я тут же поспешно вскочила за ним, наши размерные шаги привели нас к краю острова, он вновь рухнул на землю, свешивая ноги с обрыва, я словно ребёнок повторила все движения за ним.       — Никогда не думала, почему у некоторых демонов есть рога, а у некоторых нет? «О, если бы ты знал, как мучает меня этот вопрос, но у кого не спроси, все только смеются!»       — Рога, как локатор: они показывают, любит ли демон или нет. Чем больше рога, тем черствее сердце у чернокрылого.       Я впала в ступор.       — Эх, ладно, без примеров никуда. Я люблю жену, следовательно, и у неё, и у меня нет рогов, хотя у меня были, тоже синие, кстати, похожие на рога барана. Адонай любит своих детей, он тоже без рогов. Аббаддон слишком мил, а теперь появилась дочь Мамона. Асмодей чересчур любвеобилен, чтобы иметь рога. С рыжими братом и сестрой, думаю, все понятно, они любят друг друга.       — А как же Кад? Локи и Белиал? «Хотя с последним всё понятно...»       — Белиал явно не способен любить. «Ну да, его рога действительно имели хорошие габариты».       — С Локи все сложно, а Кад, он просто беззаботен, да и молод.       Я резко вспомнила бал у Дьявола и знакомство с Астаротом и Астартой, меня тогда напрягли слова Сатаны, о том, что истеричная жена демона прячет свои рога в большущей короной, видимо, она больше не любит своего мужа. Да и у Астарота были уже явные намеки на рога.       — У Люцифера не было рогов и до встречи со мной, — вдруг резко бросила я.       — Да, не было, потому что он любит отца. Дьявол тоже, как ты поняла, не лишён этого чувства, что как-то странно, — усмехнулся демон, — но вопрос был же в другом, любит он тебя или нет, вопрос стоял в том, умеет ли он это делать.       Я замолчала, опять он победил меня в споре, единенный, кто это мог сделать.       — Хотя рога бывают не только из-за неумения любить, — вдруг вспомнил Бел, скребя бороду, — ещё тоска, это чувство служит появлению этих злополучных отростков.       — Тоска?       — Да, по любимому, может, он умер или так далеко, что нельзя увидеть, и тогда демон становится совсем другим: тоска его поглощает, сначала рога, а потом черствеет сердце и его душа исчезает.       — Грустно.       — А кто сказал, что жизнь должна быть весёлой?       — Все равно это ничего не меняет, ему плевать на меня, а значит, и любви не было.       Демон глубоко выдохнул, откинув голову.       — Ох, если я скажу, то возненавижу себя.       — Почему?       — Ты захочешь его простить.       — Не захочу.       Бельфегор взял мою руку.       — Это Люцифер уговорил Геральда стать твоим наставником. Думаю, если бы этого не произошло, тебя бы лишили крыльев. Ему не плевать на тебя. Просто он — Люцифер, вспыльчивый, наглый и считает, что он всегда прав. Ровно как и ты. И от этого столкновения характеров идут все беды. «Это Люцифер уговорил Геральда?! — я распахнула свои глаза. — Он. Ему не плевать. Господи! Какая я идиотка! Он не лучше. Но все же. Почему мы не поговорили, не обсудили ничего. Как же все нелепо вышло! — я схватилась за голову. — Ещё и ночь с Адонаем. Ладно. Это мелочи. Черт! Черт! Черт!»       — Можешь себя ненавидеть, Бел. Теперь я хочу его простить.       — Черт, ну он не извинялся.       — А если он извинится. Я должна его простить?       — Как твой друг, скажу «‎да», а как Бельфегор, то я был всегда против вашей пары. Тебе не место в Аду.       — Как же все нелепо, почему столько печали?       — Я повторюсь: а кто сказал, что жизнь должна быть весёлой?       Я усмехнулась.       — Вот именно! — прозвучал совсем иной голос сзади моей головы. — Теперь тебе не до веселья.       — Ангел Фенцио? — радовало только то, что этот старый хрыч только приземлился и не слышал весь разговор.       — Бельфегор?! — воскликнул учитель. — Что Вы тут забыли?       — Не отчитываюсь перед разжалованным учителем Престолом, — гордо встал демон. «Ой, это он зря...»       — А в прочем, плевать, Кэра идёт со мной.       — Куда? — одновременно воскликнули мы.       — Ты допрыгалась, дорогая, на тебя написан донос, о нарушении закона Неприкосновения. «Что?!»       — Что?! — воскликнул демон. — Для задержания нужны прямые доказательства, — тут же собрался Бел.       — Это Вас не касается, — бросил Фенцио.       — Она под моим покровительством, так что, если нет прямых доказательств, значит, она обязана явиться на суд только на следующий день.       Фенцио кипел, он поджал и без того тонкие губы, а затем, махнул кафтаном, тыча в меня пальцем.       — Завтра ты должна явиться после уроков в башню.       Я нервно кивнула. Как только ангел свалил, я тут же схватилась за волосы, нервно стрекоча непонятные слова про лишение крыльев, страх за Люцифера и ещё куча всяких мыслей.       — Так-так, соберись, я выиграл нам день, этого хватит, если ты придешь в себя, — Бел оторвал мои руки, сжав их. — Определим степень бедствия, — произнес синекрылый. — Вас кто-то видел, напрямую?       — Нет, — нервно ответила, — мы были вместе у него дома.       — Замечательно, тебе не отрежут крылья, ибо прямых доказательств у них нет, даже если появится левый свидетель. Вас двое, слово сына Дьявола против какой-то шушары, будет иметь противовес. Далее, — я потихоньку стала приходить в себя. — Кто был в курсе?       — Ну, я, Люци, ты, Белиал догадывался...       — Догадки в сторону.       — О, Адонай тоже понял, но он точно бы не сказал.       — Я согласен. Кто ещё?       — Кто-кто? — я пыталась быстрее шевелить мозгами. — А, ну, Дино?       — Ангел? Сын этого мудака? — демон указал в след Фенцио.       — Он не мог, он же... Друг.       — Я с ним имел честь познакомиться, и тоже не решусь грешить на него, но... Все же, быстро лети к нему и все выясни.       — Если он меня сдал, разве он скажет?       — Скажет. Я его видел, он предан тебе, но мог по глупости сболтнуть лишнего. Если все же он растрепал, найди кому, и заставь замолчать. Демоны не пойдут против наследника Дьявола, ибо он тут замешан, а ангелы тебя просто боятся.       — А если Дино не болтал?       — Тем же лучше, у них нет даже и косвенных доказательств, значит, кто-то просто пустил слух.       Я встрепенула бело-голубые крылья.       — Лети, не беспокойся, Люцифера тоже вызовут, а он знает, что делать. Давай.