III. В открытом море
29 апреля 2020 г., 09:27
После заключения такого перемирия, пираты вышли на другую сторону побережья, где Онората умудрилась спрятать шлюпку незаметно от Джека Воробья. Как? Да очень просто! Ещё когда пиратка уходила в каюту, она, зная непредсказуемый характер своего спутника, сохранила одну шлюпку, спрятав её за заднюю часть судна и привязав верёвками к крюкам, что были на корме, дабы та не уплыла. И не прогадала! Среди обломков «Ласточки» Онората узрела выжившую в буре шлюпку, вот только она, к её огромному разочарованию, была продырявлена. Работы было всего на день, учитывая, что у них тут был целый лес под рукой, но мысль о том, чтобы провести целый день бок о бок с Воробьём пугала её больше, чем самый страшный взгляд Дэйви Джонса.
— Зараза! — выругался Джек, пиная несчастную шлюпку; та податливо сошла с мели и начала, гонимая морем, отплывать всё дальше и дальше от берега.
Онората едва удержала смех, заметив, как меняется в лице Джек и как он, громко крича: «Эй, постой! Мы так не договаривались!», побежал за лодкой.
Догнать-то он догнал, но как только он протянул руку, чтобы схватить шлюпку за обрывок каната, всё ещё свисавший с её кормы, он наткнулся на какой-то подводный камень и упал.
Тут уже Онората не выдержала. Она отвернулась и громко рассмеялась. Но её не за что было винить, ведь картина действительно была забавная и лицезреть мокрого Воробья, пытающегося схватить канат лодки, было очень забавно. Наконец пират всё-таки изловил лодку и, дотащив её до берега, в бессилии упал на песок, тяжело дыша.
— Упрямая лодка! Не понимаю, почему она так ловко уворачивалась от меня, как будто она заколдована. — Он перевёл взгляд на Онорату, которая сейчас осматривала лодку, повернувшись к нему спиной, и непроизвольно вздрогнул. Да, такого варианта он не предполагал!.. — «Но ведьма всё та же женщина!» — подумал Джек, поднялся с песка и, отряхнувшись, бодрой походкой направился к пиратке, не обращая внимания на свой внешний вид.
— Ну что, цыпа? Отплываем? — капитан был уже почти уверен, что колдунья сможет починить шлюпку без всякой древесины.
— Джекки, с тобой всё нормально? Пока бежал там не подхватил какой морской заразы? — спросила Онората, красноречиво изогнув бровь. — Нет, я, конечно, не спорю, что ты капитан Джек Воробей, но если ты сможешь плыть на пробитом «судне», то вперёд, — она отошла, открывая Воробью вид на прогнившее со всех сторон судно.
— Э-э… Нам нужно дерево, так? Тогда я принесу, а ты тут без меня не вляпывайся в неприятности, ладно, цыпа? — и Джек, не дожидаясь ответа, чуть ли не бегом бросился в лес.
Онората улыбнулась и, с грустью оглядев потрёпанное судно, пошла собирать всякие мелочи, что валялось на пляже. По дороге ей попалось несколько крабов и она, будучи очень ловкой, сумела их изловить. Потом она собрала опавшие листья с пальм и вернулась к шлюпке. Связав из крепких лиан достаточно прочную верёвку, она мигом возвела небольшой шалашик и, собрав ещё несколько веток, развела огонь (благо, было огниво) и, пожарив двух крабов, начала с наслаждением их есть.
К вечеру вернулся Джек с полными руками дров. Странно, конечно, что он потратил на это целый день, но Воробей есть Воробей. Онората не удивилась бы, если бы он и на этом необитаемом острове нашёл всё то, «что просто необходимо для жизни каждого уважающего себя пирата», а именно: ром, распутных девиц и таверну.
Весь вечер капитан Джек потратил на ремонт лодки, а когда пришло время спать, он пошёл к шалашу, что так любезно смастерила Онората.
«Пусть она и бывает порой невыносима, но сделала для меня… эм… спальное место — это она очень кстати! — он взобрался в шалаш, но тот тут же развалился, придавив Воробья. — Я что всё ещё в Тайнике?! — сердито спросил сам себя Джек. — Ну за столь пиратский поступок её точно должна постигнуть пиратская доля!» — и он, подойдя к маленькому убежищу девушки, юркнул внутрь и почти сразу же заснул.
***
Онората проснулась и ей тут же в глаза ударил слепящий солнечный луч, который проник в шалаш из-за неплотно задвинутых листьев. Она огляделась, но не заметив ничего подозрительного, покинула убежище. Джек тем временем уже заканчивал с ремонтом лодки и, увидев свою союзницу, улыбнулся своей очаровательной улыбкой. — Добрый день, дорогуша, — поздоровался с ней Воробей, отбрасывая в сторону самодельный инструмент. — День? — пиратка непонимающе изогнула бровь. — Ещё только утро! Я совсем не выспалась… — она сладко потянулась. — Уже день, — повторил пират. — Ты, цыпа, когда в последний раз смотрела на часы? — Если ты не заметил, их здесь нет! Мы на острове! — язвительно напомнила Онората. — Нет, милая, это ты не замечаешь, где мы находимся, — торжествующе сказал Джек. — Посмотри вверх, цыпочка. Пиратка вздёрнула подбородок и наткнклась взглядом на слепящие лучи солнца, зависшего ровно посередине неба. — Солнце… — до неё наконец дошло. — Чёрт! Джек, мы потеряли столько времени! Почему ты не разбудил меня раньше?! — Я тебе говорил, что ты спишь чертовски крепко? — с ухмылкой спросил капитан. — Если ты даже не проснулась после ночи на холодном песке… Да я, чёрт возьми, если ты вдруг умрёшь, не замечу этого! Я буду утешать себя мыслью, что ты спишь! Онората, скрестив руки на груди, фыркнула пока она до конца не осознала частичку фразы её вынужденного соседа. — Джек! — она угрожающе двинулась на него. — Если ты не хочешь сейчас потерять свою красоту, «перед которой ни одна дама не может устоять», то скажи, что ты пошутил!!! — Ну, если ты так этого хочешь… — Воробей ловко увернулся из-под очередного удара женской руки. — Эй! — Снова. — Дорогуша, постой! — он всё-таки изловчился и схватил её за оба запястья. — Я же не виноват, что у тебя так плохо получается оказывать кому-то помощь! — Что? — от неожиданности пиратка даже замерла. — Повторяю: ты очень плохо построила мне дом! Онората усмехнулась. — На то и был расчёт… — Ну, тогда ты навредила сама себе, — Джек нагло усмехнулся. — Да? И чем же? — Мне пришлось занять твоё место, а тебя… хм… предоставить звёздам и песку. — Джек! — пиратка вновь начала метаться, пытаясь вырваться. — Где твоя совесть?! — Продал, — невинно ответил Воробей. — На рынке очень давно. Так нынче модно делать, цыпа, не знала? — Джек! — она сделала очередной рывок, но, естественно, безуспешный. — Успокойся, Онора, — Джек чуть усилил хватку на запястьях девушки, чтобы та была совершенно обездвижена. — За всю мою пиратскую жизнь я уже успел выучить своё имя. — Ты выставил меня на улицу! — не унималась пиратка. — Ты сделала то же самое со мной, и заметь: я претензии не предьявляю! — Джек! — она выдохнула, понимая, что спросить дальше бесполезно. — Но если ты выпихнул меня на улицу, почему я проснулась внутри? Воробей хитро усмехнулся. — Дорогуша, я же не изверг, чтобы заставлять леди спать на улице, я же всё-таки джентльмен! — Онората закатила глаза. — Я же тебе говорил: ты спишь, как убитая. Утром я перенёс тебя обратно. — То есть как это: «перенёс»? — щёки пиратки покрылись едва уловимым румянцем. — Вот так, взял и перенёс, — ответил Джек, Онората вдруг осознала, что он уже не держит её руки, а стоит возле шлюпки. — Ну так что? Мы отплываем или как? Онората ещё раз посмотрела на их место ночлега и вздохнула. — Да, Джек. Мы отплываем! — и она, незаметно спрятав в карман своего кителя небольшой предмет, уверенным шагом направилась к Воробью.***
«Чёрт возьми! — думала Онората, сидя в небольшой лодке и глядя на всё дальше отдаляющуюся землю. — А ведь всё-таки в Воробье иногда просыпается совесть. Даже несмотря на её отсутствие...» Да, она не гребла, хотя была в состоянии это делать, ведь она на шлюпках уже не раз спасалась с корабля, следуя давней пиратской традиции: «Завязать бой, а потом удрать». Эх, как же ей хотелось вернуться на борт своей любимой «Ласточки» и встать за её штурвал. Наверное, именно это чувствовал Джек, когда узнал, что у него вновь отняли его несравненную «Жемчужину»… — Джек, — Онората наконец решила нарушить тишину, которая уже становилась невыносимой. — В какой раз ты уже теряешь свой корабль?.. — Хм… — пират перестал грести, делая вид, что задумался. — Ну, в первый раз его потопил мой давний и не очень хороший друг… Во второй раз его угнал мой старпом… В третий, его потопил Кракен… В четвёртый, чёрт возьми, его снова украл Барбосса! И в пятый… Сейчас! Стоит мне только сойти с её палубы, как её у меня отбирают… — пиратка заметила, что Джек был, действительно, расстроен потерей «Чёрной Жемчужины». Он любил её по-настоящему… — А ты, цыпа? — услышала Онората сквозь свои мысли. — В который раз ты теряешь свой корабль? — У нас с тобой равный счёт, Джек, — улыбнулась пиратка. — О, я уже жду не дождусь услышать как ты его потеряла, — по-кошачьи улыбнулся Воробей. — В другой раз, Джекки. Сейчас мы должны плыть на юго-запад, так что вперёд! — подбодрила его попутчица. — Не хочешь помочь? — возмущённо спросил Джек. — Я что, на каторге? Мы даже не женаты, дорогуша, тогда почему я должен работать за двоих? — Потому что ты джентльмен удачи, Джеки, — Онората обольстительно улыбнулась. — Так что не расслабляйся. Курс: юго-запад. — Откуда такая уверенность, цыпа? — подозрительно спросил капитан, ослабляя напор на вёсла. — Я чертовски предусмотрительна, Воробей, — она вынула из кармана своего кителя небольшую коробочку на верёвочке и помахала ею перед пиратом. — Это же мой компас! — воскликнул Джек, бросив вёсла, которые тут же съехали по фальшборту шлюпки вниз и упали в воду. — А ну верни, иначе я совсем не буду отвечать за свои дальнейшие действия! — За них и не нужно отвечать, — Онората отклонилась назад. — Ты сейчас поплывёшь за вёслами. — Нет уж, цыпа, я целый час делал то, что хотела ты, теперь твоя очередь! Я не должен тебе денег, поэтому тебе стоит меня опасаться! — он протянул руку и попытался схватить компас, но чертовка вовремя увернулась. — Меня тоже, — она снова увернулась. — Разгневанная женщина способна достичь всего, чего она захочет, — сладким тоном протянула Онората. — И многого же хочет разгневанная дама? — поддержал Джек её тон. — Ты даже и не догадываешься, — она прогнулась чуть вперёд, — насколько… Но всё-таки, вопреки коварному замыслу Онораты, её спутник умудрился всё-таки схватить свой компас, но до того, как она успела что-либо возразить, пират притянул её к себе и поцеловал.
