Oblivion

      Сразу после того, как захлопнулась дверь в кабинет дьявола, спина и крылья Вики встретились с холодной поверхностью каменной стены коридора. Глаза Люцифера пылали, венка на шее вздулась от гнева, а кулаки были плотно сжаты. Угрожающе приближаясь к Непризнанной, он остановился непозволительно близко. Так, что Вики пришлось немного вжать голову в плечи.       — Что это, мать твою, было? — процедил сквозь зубы демон, и девушка непроизвольно вздрогнула.       Он был в бешенстве. Расправив крылья, тем самым преградив ей любой путь к бегству, брюнет прожигал в блондинке огромные дыры, мысленно испепеляя это маленькое недоразумение. Вики не могла с уверенностью сказать, когда ей было страшнее: в кабинете, когда дьявол чуть не задушил ее, или сейчас, когда его сын, видимо, собирался закончить начатое. Стараясь держать в узде вырывающиеся эмоции и не опускать взгляд в пол, Непризнанная, настолько уверенно и четко, насколько могла, произнесла прямо в глаза демону:       — Я тебя защитила.       От глупости ее ответа Люцифер издал нервный смешок. Нервный и очень злой смешок. И без того испуганная Уокер сжалась сильнее, что не особо помогло: Люцифер тут же сократил расстояние. Искорки пламени в глазах разгорелись еще сильнее, выражая неконтролируемую ненависть к блондинке.       — Ты не защитила, — демон сдерживался из последних сил, чтобы не убить ее, игнорируя помилование отца. — Ты меня опозорила, Уокер. И ты за это ответишь.       Остатки собственной гордости еще где-то оставались на дне сознания Вики, поэтому она даже почти возмутилась, насколько это было возможно в ее положении. Губы были плотно сжаты, брови нахмурены, а про себя она повторяла лишь одну мысль: «Не реви. Только не снова. Не реви».       — Он смягчил тебе наказание, — крылья за спиной зашевелились, готовясь отбросить демона. — Или ты предпочел бы сдохнуть по дороге до девятого круга?       Губы Люцифера исказились в злобном оскале, а кулак встретился со стеной всего в нескольких сантиметрах от девушки, которая едва успела убрать из-под удара левое крыло. Она сдалась, зажмурившись, отчего несколько предательских слезинок скатились по щеке. Любуясь побежденной Непризнанной, демон победно усмехнулся, наконец отстраняясь от нее. Вики не могла представить, как она смогла устоять на ногах и не приземлиться на колени, была чертовски благодарна своей пошатанной, после сегодняшнего дня, выдержке.       — Из-за тебя я его и получил, Уокер, — Люцифер, не оборачиваясь на собеседницу, направился в сторону своего наказания. — Если бы не девчонка, убитая утром, тебя бы уже не существовало.       — Я не просила мне помогать!       Игнорируя слова девушки, Люцифер скрылся за поворотом. Как-нибудь потом он придумает, как отыграться на ней, но сейчас нужно было выполнить волю отца. Конечно, гораздо больше хотелось оказаться под ледяными струями душа. И съесть пару ягод клубники, пожалуй.       Вики час слонялась по нескончаемым коридорам особняка в надежде найти водоворот. Богатая обстановка больше не удивляла, а скудное, с точки зрения художника, сочетание разных оттенков красного и черного откровенно мозолило глаза. К счастью, она наткнулась на Геральда, который, на удивление, не потребовал никаких объяснений и без слов отправил их обоих в школу.       Заваливаясь в общий душ, Уокер нетерпеливо и резко дернула кран, желая смыть вместе с грязью остатки дерьмового дня. Горячая вода помогала расслабиться, на миг позабыть о свалившихся на нее проблемах, но неприятные мысли все же проникли в голову: почему Сатана пощадил ее? Мог ли он действительно причинить вред Лоре и насколько сильный?       Вспоминая знакомую, внутри Вики все сжалось: они не дружили, но Лора была одной из немногих Непризнанных, с кем она более-менее общалась. Энди, наверное, сейчас совсем не сладко, поэтому Уокер пообещала себе, что поможет справиться с потерей близкой ему девушки.       Укутавшись в махровое полотенце, блондинка выскользнула из помещения, направляясь в сторону своей комнаты. Она не привыкла жить в общаге, но на Небесах условия были чуть ли не лучше, чем у нее дома на Земле. Вот только кому было от этого легче?       Мими в комнате еще не было. Переодевшись в пижаму, Вики не стала дожидаться подруги и легла в постель. Ее жутко клонило в сон, голова гудела от напряжения, а сознание то и дело представляло разные ситуации, в которых Люцифер страдал и просил у нее прощения. Как он там говорил: «Неблагодарность — порок всего человечества»? Скорее порок всех демонов. Ну или только сына Сатаны.       Следующий день встретил ее, увы, не первыми лучами солнца, а раздраженным голосом Мими, будившей Непризнанную уже минут пятнадцать. Лениво потягиваясь на кровати, Вики все же встала, обращая свое внимание на соседку: усталость брюнетки была видна невооруженным глазом, что было для нее нехарактерно. Заметив обеспокоенный взгляд все еще сонной подруги, демоница нехотя промямлила:       — Не выспалась. Вставай быстрее, у нас первая пара с Геральдом.

***

      Пытаясь аккуратно вывести пером строки конспекта, Вики тихо чертыхнулась: не сосчитать, сколько раз она возмущалась тому, что небесная школа не желает использовать современное оборудование и даже элементарно обычные шариковые ручки. Большая клякса приземлилась прямо в середину листка, и девушка сдалась, отбрасывая писанину и поднимая глаза на преподавателя. Конспекты она потом сможет взять у Мими, а послушать новую лекцию по мифологии от Геральда есть возможность только сейчас.       — Итак, древние мифы, — почему-то казалось, что демон слегка нервничал. — Многие из вас знают их с детства, многим родители читали их на ночь, но, будучи ребенком, вам не предоставляется возможности понять всю глубину и смысл писания, зачастую основанного на реальных событиях.       С этими словами Геральд положил на учительский стол не очень большую книгу в кроваво-красном переплете. В аудитории воцарилось напряженное молчание, ведь большинство присутствующих поняли, о чем сейчас пойдет речь. Слушок о том, что у убитой Непризнанной были серые глаза, все же просочился в школу, вынуждая преподавателей включить в программу больше писаний о Мальбонте. Вики в недоумении оглядывала одногруппников, сверлящих глазами маленькую невзрачную книженцию. Даже Ади оторвался от разговоров с Сэми и с интересом смотрел на взволнованного Геральда.       Тишину прервал Люцифер, ввалившийся в аудиторию, как всегда, с опозданием. Вики даже не подняла головы, ведь он был единственным, кто мог себе такое позволить. В ней с новой силой закипала ненависть, ведь дико раздражающий демон, вальяжно рассекая класс, приземлился прямиком на первую парту. Он с недовольством посмотрел на Геральда в ожидании рассказа и с надеждой на то, что отец не просто так заставил его переться на первую пару к курсу, который он давным-давно закончил.       — Сегодня мы поговорим про миф о Равновесии.       Практически весь класс заулюлюкал. Все ожидали нечто большего, чем детской книжки про воинов и чудовищ. Ученики вернулись к привычным делам, пока Люцифер злился и проклинал все на свете. Сказка про Гармонию… серьезно, пап?       — Мы ожидали информации про Мальбонте, а не этого дерьма, — Ости презрительно фыркнула, откидываясь на спинку стула.       — Живо закрыли рты! — твердый голос Геральда отрезвил учеников. Сдерживая гнев, взгляд преподавателя обратился к девушке. — Мисс, это, как вы выразились, «дерьмо» было создано высшими ангелами и демонами далеко до того, как вы появились на свет. Пожалуй, стоит обратить внимание на произведения тех, кто не только намного старше вас, но и в столько же раз умнее.       Геральд крайне редко обнажал свою темную сущность, но сейчас был именно такой момент. Ости в возмущении уставилась на демона, а Вики, не удержавшись, прыснула со смеху. Видимо, она сделала это слишком громко, потому что рядом сидящий Энди поспешил пихнуть ее ногой под партой, а Ади обернулся, улыбнувшись идеальной белоснежной улыбкой и еле слышно прошептав: «Красотка!».       — Кто может рассказать мне содержание мифа? — на вопрос преподавателя не было поднято ни одной руки. — Да бросьте, я же знаю, что Мисселина рассказывала вам про Гармонию.       — Разве это не нечто абстрактное? — Вики, похоже, была единственной в классе, кто не знал, о чем идет речь.       Люцифер закатил глаза, услышав знакомый голос выскочки. Каждое слово, льющееся из ее уст, вызывало в брюнете неконтролируемое раздражение и ставило немой вопрос: как можно быть такой наивной и глупой?       — В какой-то степени, да, — Геральд взглянул на блондинку, и события вчерашнего дня вновь пронеслись перед глазами. — Но в данной книге Гармония представляется неким подобием сферы, заключающей в себе ключ к мирному существованию Небес и Земли…       — …которая заточена в секретном месте, охраняемым пятью воинами, — монотонно продолжила Мими, еле сдерживаясь, чтобы не зевнуть.       — Вы почти правы, — взгляд преподавателя на миг обратился к брюнетке, — есть лишь одно «но»: на самом деле хранителей четверо, а пятым является страж, выполняющий роль лидера и главного защитника Гармонии.       — На самом деле они отличаются только тем, что у остальных есть разные ништячки и прикольные кликухи, — заметил Ади, стараясь вывести из себя демона.       Однако, Геральд стойко держался, ведь он помнил, для чего вообще все это было затеяно. Его взгляд постоянно скользил со скучающего Люцифера на заинтересованную Уокер, пытающуюся вникнуть в материал как можно глубже. Мысленно радуясь такой тяге к знаниям, он продолжил:       — Можно выразиться и так, — после провальной дерзости рыжий демон окончательно перестал слушать. — Страж действительно не носит имени, в отличие от четырех хранителей: Надежда, Верность, Запреты и, как несложно догадаться, Равновесие.       Вики усмехнулась такому нелепому набору. Теперь легенда действительно походила на детскую сказку, придуманную на коленке и отправленную в народ. Мысленно пожалев о том, что она вообще пришла на первую пару, Уокер через силу продолжила слушать.       — Они были далеко не первыми хранителями: до них чередовались отряды ангелов и демонов, но только лишь этот был примечателен тем, что в нем воины были… разного происхождения.       Половина класса уже спала, а оставшаяся фыркнула на последнюю фразу преподавателя. Никто из сторон особо не любил работать в команде друг с другом в силу разных характеров и приоритетов, поэтому данную команду считали нелепой и слабой.       — Тем не менее, лишь они были способны защитить место, где скрывается Гармония, противостоять чудовищу, что желало вернуться к истокам и прежнему разладу между двумя мирами…       — Как итог: они это сделали, Равновесие грохнуло чудовище, а чудовище — стража, — утомленный скучным рассказом Геральда, Ади потерял всякое терпение. — Гармония была спасена, все остальные живы-здоровы, мир-любовь-жвачка. Вот только как жаль, что это полет фантазии какого-то клоуна, а в реальном мире баланс находится в руках всадников апокалипсиса, с которыми никто не сравнится по силе и мощи.       Люцифер вздрогнул на последнем предложении. Рыжий говорил правду, но при упоминании его братьев и сестер кровь все равно стыла в жилах. Вспоминая, что с «любимыми» родственниками придется скоро повидаться на балу единства, ему стало еще хуже: он не выносил существ, которые были сильнее, тем более если это была родная кровь.       Геральд около минуты испепелял невозмутимого Ади взглядом, а затем, сделав пару глубоких вдохов и призвав свою невообразимую компетентность преподавателя, спокойно ответил:       — Возможно и так, но заметьте, что всадники являются далеко не первыми воинами: до них, как и описано в книге, Гармонию защищали архангелы, а еще раньше — снова демоны.       — Шепфа не позволил бы создать существ могущественнее всадников, каждый небесный ребенок это знает, — снова вмешалась Ости, переводя заинтересованный взгляд на Люцифера. — Разве что, сам Сатана…       Демонша ступила на очень тонкую грань и поняла это, когда разъяренный взгляд Люцифера встретился с ее черными глазами. Брюнет уже понял, что отец отправил его сюда в попытке потешить свое бесконечное самолюбие, но мириться с этим был не намерен: под удивленные взгляды присутствующих он молниеносно метнулся к выходу и громко хлопнул дверью.       — Что он себе позволяет? — Вики метнула возмущенный взгляд на Энди, который лишь рассеянно пожал плечами.       — Он не любит, когда упоминают его родственников, — через какое-то время он прошептал ответ соседке, чтобы не привлекать внимание вновь что-то объясняющего Геральда. — Была же какая-то причина, почему Сатана сделал остальных своих детей всадниками апокалипсиса, а его нет.

***

      После неоднозначной пары Вики потащила Энди на подоконник, чтобы как следует расспросить о самочувствии и, если что, утешить друга. Шатен выглядел немного поникшим, но держался молодцом: показывать слабость было не в его правилах. Отсутствие Лоры четко прослеживалось, ведь теперь никто не дергал его в попытке обратить на себя внимание. Она ему нравилась, и он скучал по этой наивной блондинке, но какого-либо опустошения, честно говоря, не испытывал.       — Я больше за тебя беспокоюсь, — Энди прервал расспросы подруги, заглядывая прямо в глаза. — Ты вчера не вернулась с задания. Что случилось?       Вики виновато опустила голову, давая понять, что она не готова об этом говорить. Шатен понимающе кивнул, мысленно расстраиваясь ее скрытности. Между ними внезапно повисла неловкость, градус которой возрастал с каждой секундой. Девушка не решалась прервать молчание, поэтому Энди сказал, что хочет снова попрыгать с крыши. На предложение понаблюдать, Уокер, как и ожидалось, отрицательно покачала головой.       Оставшись в одиночестве на подоконнике, она откинула голову назад и попыталась избавиться от ненужных мыслей, так и норовящих залезть в голову, прикрывая глаза. Это было плохой идеей, так как из тьмы тотчас возник образ окровавленной Лоры, лежащей без чувств на каменном полу. Слух про серые глаза дошел и до Вики, но она не могла подтвердить его, так как не разглядела лицо знакомой за прядями светлых волос. От мысли, что Мальбонте действительно не старый миф и вполне мог орудовать прямо сейчас на территории школы, становилось дурно, а руки начинали непроизвольно дрожать.       — Тяжелый день?       Услышав мягкий голос ангела, Вики распахнула глаза от удивления. Перед ней стоял Дино, слегка помятый с их последней встречи, но все равно чертовски красивый. Его губ коснулась легкая улыбка, когда девушка покачала головой, не отрывая взгляда от небесных глаз.       Оба помнили каждую деталь поцелуя в саду. То, как они забыли обо всем, поддавшись чувствам и неконтролируемому притяжению. То, как Дино оттолкнул ее, все же ставя свои моральные принципы выше симпатии к Непризнанной. То, как на Земле после задания они увидели прекрасный цветок, сумевший пробиться сквозь асфальтированную дорогу вопреки всему, что его окружало. Именно тогда ангел подумал: а чем они хуже? Возможно, было безрассудно давать им шанс, но кто знает, чем это все может закончиться.       Притянув блондинку к себе, он заключил девушку в крепкие объятия, положив свою голову ей на макушку. Она почувствовала его учащенное сердцебиение, все плохие мысли разом исчезли, оставляя место только спокойствию и непонятным для нее чувствам. И кажется, они оба поняли все без лишних слов.       — Знаешь, Вики, — Дино говорил тихо, успокаивая блондинку еще больше. — В тяжелые моменты, не зависящие от нас, иногда остается только надеяться. Девушка подняла глаза на ангела, снова сталкиваясь с ним взглядом. И вдруг резко захотелось рассказать именно ему, почему она вчера не вернулась с задания.

***

      Дьявол почти просмотрел все предоставленные отчеты, но так и не нашел ничего путного. Настроение было никаким, а железная выдержка и сила воли не позволяли более тянуться к коллекции спиртного — так и до алкоголизма недалеко. Расслабив надоедливый галстук, он откинул последнюю папку в сторону, и уставился в пустоту. Ничего не оставалось, кроме как каждого из заключенных вызывать по очереди на допрос. Наткнувшись взглядом на увесистое собрание мифов и легенд, Сатана вздохнул: вчерашняя проблема все еще висела в воздухе, и он не знал, как лучше ему провернуть дело, чтобы и исход оказался благоприятным, и количество жертв было минимальным.       Взяв книгу в руки, он вновь пролистал до пророчества: строки, выведенные аккуратным графическим почерком, отпечатались в памяти и выносили неумолимый приговор. Необходимо действовать быстро, иначе всадники не успеют обучить новоиспеченных защитников Гармонии. Бал должен пройти уже через две с половиной недели, что крайне мало для поисков хранителей. Собравшись с мыслями, дьявол отправил мысленное сообщение Люциферу с просьбой зайти к нему в кабинет.       Демон в это время сидел в комнате, читая любимого «Фауста». Почувствовав знакомую энергию отца, он не спешил подниматься с места, так как был все еще в бешенстве от утренней ситуации с уроком Геральда. Стараясь не отвлекаться от чтения, Люцифер почувствовал, как виски начали ныть и усталость накатила с головой. Не желая поддаваться, он перевернул страницу, как тут же его уши заложило, а лицо исказилось от адской боли. Приняв поражение, брюнет, отбросив книгу в сторону, направился к отцу.       Оказавшись в кабинете, он молча остановился рядом с рабочим местом дьявола. Сложа руки в карманы, демон вопросительно уставился на спокойного мужчину, который протянул ему увесистый том.       — Что это? — Люцифер не спешил брать книгу в руки.       — То, что тебе вряд ли понравится.       Неуверенно принимая сборник, он открыл его на первой странице и, посмотрев на заголовок, поднял тяжелый взгляд на отца. Сатана оставался все таким же спокойным и сидел в ожидании дальнейших действий сына. Все еще не понимая, что от него ждут, брюнет принялся листать книгу. Это была все та же сказка, только в более развернутом виде: в обычных изданиях не публиковали иллюстрации, не описывали детально каждое поколение воинов и не писали подробно о месте, где хранилась Гармония. Дойдя до середины, демон уставился на четверостишие, все еще не понимая сути. На соседней странице от пророчества были изображены развалины какого-то старого храма в стиле классицизма, что стояло на скале у берега моря. Картинка действительно завораживала своей красотой: коснувшись страницы, Люцифер понял, что она была нарисована красками прямо в книге, скорее всего масляными. Боясь даже представить, сколько ей лет, он поспешил убрать руку и заметил маленькую подпись в углу страницы.       — Обливион?       — Место, где спрятана Гармония, — дьявол не сводил глаз с сына, наблюдая за его реакцией.       — Хочешь сказать, что оно существует?       — Не хочу — говорю.       Взгляд Люцифера вновь скользнул по незатейливым строкам стиха. Аккуратно выведенные золотыми чернилами на ветхой пожелтевшей странице, они всем своим видом кричали, что это все не похоже на вымысел. Демон снова посмотрел на отца в ожидании последнего слова, но тот молчал. Перелистнув страницу, брюнет наткнулся на новое изображение: монстр, не похожий ни на ангела, ни на демона, с огромными крыльями и чем-то, схожим на щит в безобразных мускулистых руках, тянулся к сфере, которую загораживала собой девушка. Присмотревшись к немного выцветшим краскам, Люцифер разглядел развевающиеся пепельные локоны, хрупкую фигуру, облаченную в некое подобие доспех, и крылья. Невзрачные, мать его, крылья.       Игнорируя навязчивую мысль схожести нарисованной особы с объектом его ненависти, он присмотрелся внимательнее: за черными крыльями чудовища выглядывал мужчина, облаченный в наряд такого же цвета. Он не заметил его сразу, но сейчас, даже за старинными красками, он мог разглядеть две красные точки в тех местах, где должны были быть глаза. Картину дополняли черные волосы и багровые крылья, которые было трудно заметить за телом монстра.       Медленно поднимая взгляд на отца, он все еще надеялся, что это глупая шутка. Что миф и впрямь является сказкой, а схожесть нарисованных персонажей с реальностью — чистое совпадение. Он хотел перевернуть страницу и посмотреть, что будет дальше, но несколько листов было нещадно вырвано, а вслед за незаконченной историей шла уже другая легенда.       — Люцифер, как думаешь, почему я не сделал тебя всадником?       Вопрос непосильной ношей свалился на демона, разбивая все оставшиеся сомнения насчет мифа. Закрыв книгу и положив ее на стол, он обратился к отцу с ответным вопросом:       — Что мне теперь делать?       — Для начала смириться с неизбежной смертью, — каждое слово Сатаны убивало любые остатки здравого смысла, — а затем втолковать той дуре, что ей предстоит убить Мальбонте.