two thousand seven plus

«Боже, ну и уродец» — подумал Фредди, кидая короткий взгляд на своё отражение в стекле школьного автобуса. Чёрные с розовым волосы растрёпаны, чёлка, кажется, излишне сальная, да и лицом явно не удался. К тому же… «Какой же я жирный» Он недовольно поморщился и выдохнул немного тёплого воздуха на стекло, чтобы оно запотело: теперь ничего не видно. Не удержавшись, вывел, скрипя пальцем, маленькое разбитое сердечко — сегодня оно вышло особенно кривым. Настроение было… Так себе. Всю ночь он не спал, пытаясь сочинить текст для песни, с которой придётся выступать на этом дурацком медузном конкурсе. Не то, чтобы Фредди был против, конкретно сейчас его просто бесила необходимость делать это. Наверняка, если бы ему запретили участвовать, текст бы сам пришёл в голову. Все стихи, написанные до этого, полетели в мусорку — Меркьюри нутром чувствовал, что нужно что-то большее, чем попытки подражать настоящим музыкантам, популярным у эмо. Что-то воздушное, неосязаемое, и вместе с тем тяжёлое и остающееся в душе. Пока что выходило лишь нытьё о безответной любви или плохой жизни. Казалось бы, так и должно быть, но всё получалось каким-то картонным и неискренним. Не то. Даже для какого-то конкурса. Ведь блистать нужно везде, верно? Правда, блистать он вряд ли мог — так, мечты. Он не сможет блистать, пока не похудеет и не станет красивым. В любом случае, песня должна быть идеальной. И такой, чтобы можно было сыграть. Предполагалось, что Роджер будет играть на гитаре, а Фредди — либо на ней же, либо на фортепиано. Последнее подходило куда лучше, потому как навыки игры на гитаре у него были самые минимальные. Не то, чтобы Родж был потрясающим гитаристом, но точно был неплох в этом. По крайней мере, лучше гитаристов Меркьюри в их школе не знал. Они ещё вчера обсудили это по дороге домой после прогулки с остальной компанией эмо — Фредди был одинаково хорошо знаком со всеми. Гулять в компании безопасно, в компании тебя не тронут. Быть одиночкой-эмо практически нереально. Ходить домой вдвоём опасно — в последний раз от местной шпаны они с Роджером еле ноги унесли. Хотя, учитывая способности Фредди к бегу, шпана была явно не так уж и заинтересована. Впрочем, сейчас друг «кинул» его — как всегда сбежал на задние сиденья к Маццелло и его компании — в частности к Бену, на самом деле. К бойфренду Роджера Фредди относился настороженно, и, если честно, друг к другу тёплых чувств они никогда не питали. — Как ты вообще можешь встречаться с человеком, который обзывает тебя челкастым и всюду таскает с собой, как сумочку какую-то? — не раз спрашивал Фредди, когда Тейлор в очередной раз рассказывал о каком-то инциденте с Беном. — Ну, у меня же и правда чёлка, — отвечал тот, поправляя заколки на волосах. — И вообще, Бенни просто ревнует, понимаешь? Возможно, я просто слишком красивый… И умный… И характер у меня… Ничего такой… Меркьюри на это лишь качал головой, понимая, что друга просто так не переубедить. Так что сейчас откуда-то сзади доносился громкий смех Джо, негласного главаря банды, а так же вторящие ему смешки остальных. Кажется, и Роджеровский писк слышался, но за это Фредди ручаться не мог. Совсем скоро автобус подъехал к школе — двери открылись лишь впереди салона, но, к несчастью, Меркьюри не успел выйти, как полагается, первым — пришлось ждать, пока вся толпа пройдёт вперёд. — Фред, ты идёшь? — спросил у него Роджер, проходя мимо. — Не тормози давай! — Конечно, дорогой, — кивнул тот, стараясь принять спокойный и несколько вальяжный вид. — Подожди меня снаружи, ладно? Но друг уже испарился — Меркьюри оставалось только надеяться, что его просьба будет услышана. Он встал, с непривычки покачнувшись — самочувствие сегодня было ни к чёрту. Голова кружилась и немного болела, не говоря уже об остальном. Двигаться в целом не хотелось. У дверей автобуса ждал улыбающийся бесцветными губами Роджер. За ручку с Джонсом. — Доброе утро, — кисло улыбнулся ему Фредди. В ответ Бен лишь хмыкнул, окинув тот каким-то презрительным взглядом. Вы посмотрите, какая цаца. Меркьюри еле удержался, чтобы не поморщиться и сохранить улыбку на лице. Тейлор что-то рассказывал обоим, весело шагая к распахнутым дверям школы. Справа от него стоял Джонс, слева — Фредди. Обоим присутствие другого было явно не по душе, но Меркьюри уже привык к постоянному дискомфорту от такого соседства. «Ему бы кого-то совсем другого… — думал он, стараясь игнорировать боль, скатывающуюся по пищеводу в желудок. — Кого-то доброго, умного, заботливого. А этот…» Они наконец подошли к шкафчикам, и Тейлор, поцеловав на прощание Бена и махнув ему ручкой, повернулся к Фредди. — Дерьмово выглядишь, — честно сказал он, ещё раз окинув взглядом друга. Меркьюри кивнул. — Неважно себя чувствую. — Да уж, — покачал головой Роджер. — Слушай, насчёт песни… В общем, не так уж и важно, не успеем сейчас. Обсудим её за ланчем, хорошо? Плохо. Фредди сглотнул, сдерживаясь, чтобы не прикусить губу. — Я… Я, наверное, не пойду на ланч. — Чего-о? — Тейлор недовольно посмотрел на него. — А как же ты тогда пообедаешь? Ты когда ел последний раз? Думай, идиот, думай. — Позавтракал очень плотно, вот и всё, — нервно-весело хмыкнул Фредди. — Потом поем. Не беспокойся. — Ладно, — Роджер пожал плечами и обернулся к шкафчику, запихивая туда какие-то учебники. Меркьюри задумался. А ведь и правда, когда он последний раз ел? Кажется, вчера после школы яблоко сгрыз почти полностью, кислое такое, а потом? «Что ж, скоро я стану совсем воздушным» — довольно подумал он, незаметно покачнувшись и слабо толкнув от себя дверцу шкафчика.

***

Он стыдливо отошёл в уголок к своему шкафчику в раздевалке. Роджер был где-то поблизости, но сейчас Фредди не хотелось, чтобы его кто-то видел. Переодеваться на физкультуру надо как можно быстрее. Меркьюри давно уяснил — никто не должен видеть его тела. Было слишком стыдно, вдруг все поймут, насколько он толстый. Ему не раз снились сны на эту тему — он идёт по школе, а все оборачиваются и шепчутся, указывая на складки жира и огромные щёки. Впрочем, иногда это казалось реальностью. Он быстро скинул водолазку, обнажая худые плечи и впалый живот, а после быстро натянул на себя огромную мешковатую футболку, чтобы скрыть тело. — Фред, ты точно в порядке? — спросил Роджер, подходя и наивно смотря в лицо другу. Сложно было врать, когда на тебя так смотрят. — Родж, это не важно, ты же знаешь. Мои проблемы — только мои. — Значит, не в порядке? Фредди вздохнул. — Нет. — Тогда… — Никаких «тогда», — Меркьюри слабо тряхнул головой. — Не беспокойся, ладно? — Ладно, — Роджер насупился. — Вообще-то я просто хотел помочь… Невольно Фредди стало жаль, что он не может просто рассказать обо всём лучшему другу. Но он не поймёт. Никто не поймёт. В животе заурчало и он сглотнул, стараясь заглушить этот звук. Поспешно оглядел уже надетые чёрные спортивные штаны — полагалось носить шорты, но он слишком боялся, что кто-то увидит его ужасные ноги, а потому нарушал данное правило. Урок физкультуры начинался с пробежки, в течение которой Фредди ужасно выдыхался, а заканчивался игрой в вышибалы — вот уж что он ненавидел всей душой. Он никогда не выделялся особой ловкостью, а потому, медля, нередко больно получал мячом. Сегодня ещё и уроки проходили вместе с выпускным классом — Меркьюри еле удержался, чтобы не сморщить нос, когда мимо прошёл Джонс (Роджер тут же увязался за ним). Только этого не хватало. Конечно же, не успел матч начаться, как Фредди выбил тощий, но достаточно привлекательный старшеклассник по фамилии Ли — ещё один из банды Маццелло, кажется, самый мозговитый среди них, но такая же сволочь. Тем не менее, все девчонки сохли по нему, вот уж чего Меркьюри не понимал. На самом деле Фредди сам удивился тому, что произошло — в середине урока на него вдруг накатила ужасная усталость, появившись из ниоткуда и совершенно некстати. Именно поэтому он не успел заметить мяч, летящий со стремительной скоростью в его сторону. Так что теперь он сидел на скамейке, потирая ушибленную руку, и следя за происходящем на поле битвы. Через какое-то время там осталось лишь несколько человек — среди них был и Роджер, один из самых ловких и вёртких в классе, а ещё Дикон, тот самый странный новичок из деревни с ангельским личиком и твёрдой речью. По крайней мере, именно таким он виделся Фредди. Размышляя над тем, что могло стать причиной резкого недомогания, он вяло наблюдал за выбивающими — в основном старшеклассниками — и мысленно болел за Роджера. Тот тем временем уворачивался от энергичных нападок Маццелло и ещё одного парня из его компании, черноволосого и лупоглазого, Фредди не помнил, как его зовут. Не успел Меркьюри опомниться, как мяч попал в руки Джонса — пришлось насторожиться, и, как оказалось, не зря. Фредди чуть привстал с места, когда мяч попал прямо в подбородок лучшего друга, кажется, не так уж и слабо. Ноги дрожали от непонятной слабости, да и игра была ещё не закончена — стоит ли сейчас выходить на поле? Он заметил, как Дикон бросился к Роджеру, что-то быстро спрашивая и обеспокоенно всматриваясь в его лицо. Тот мотнул головой, закусив губу и отводя глаза. Ёбаный Джонс. Выбивающие, кажется, даже не обратили на инцидент внимания, и даже сам Бен (Фредди затрясло) лишь поднял подкатившийся к нему мяч и швырнул в Джона — тот тут же поймал его, объявляя себя выбитым и вместе с Тейлором подошёл к скамейке. — Можешь убедиться, что с ним всё хорошо? — обеспокоенно спросил он у Меркьюри. Тот не очень понимал, почему он так волнуется, но выглядело это очень даже по-ангельски. — Конечно, — он улыбнулся так, будто у него самого сейчас не легко кружилась голова, заставляя предметы вокруг расплываться, и усадил Роджера рядом. Джон тут же смылся на другой конец зала к своему готу-дружку, о котором не хотелось даже думать. — И какого чёрта? — набросился на друга Фредди, как только Дикон отошёл на несколько шагов. — Он даже не извинился! Ты как вообще? — Всё нормально, — Роджер как-то вяло улыбнулся и потёр подбородок с красным следом от мяча. — Он же не специально… Тем не менее от Фредди не укрылись сжатые кулаки и блестящие голубые глаза Тейлора, говорящие яснее любых слов — ему больно. Вообще-то эмо по сути продвигали выражение эмоций напрямую через себя, важно было не сдерживать их. Но Роджер, кажется, так не считал — иначе чем объяснить вот это? Ему нравились розовые чёлки и красивая одежда, но Меркьюри никогда не понимал, почему он так скрытен. В чём смысл относить себя к субкультуре, смыслом которой является выражение и радости, и печали, если сам же последнюю скрываешь? Впрочем, это было явно не его делом. — Родж, пообещай, что знаешь, что делаешь, — покачал головой Фредди. — Я имею в виду… По-моему, это уже не первый раз, когда Бен обращается с тобой вот так. — Конечно обещаю, — сжал губы Тейлор. — Говорю же, он не виноват, это я тормознутый… И вообще, как же «Мои проблемы — только мои»? — Это я о себе говорил. К тому же, тут совсем другое. Роджер улыбнулся и ещё раз тряхнул светлыми запутанными прядями. — Всё хорошо, честно. Я на него не обижен, понимаешь? — Как скажешь, — Фредди пожал плечами. Ему подумалось, что, возможно, для них обоих это просто важно — скрывать друг от друга те проблемы, что говорят сами за себя невольными жестами и их внешним видом. Он ведь понимал, что Бен — не единственная проблема Тейлора. Но это было абсолютно другое.

***

После воды из питьевого фонтанчика стало немного легче. Пустой желудок перестал урчать, к тому же сделать всё получилось, не вызывая подозрений — Роджеру понадобилось запить таблетку, и Фредди вроде как просто сделал пару глотков за компанию. На самом деле он выпил куда больше. А ещё, кажется, Тейлор принял две или три таблетки. Но это не его дело. Теперь же они сидели на уроке истории — разговаривать тут было сложно из-за строгого учителя, а потому обычно Фредди тихо сидел и рисовал что-нибудь или кого-нибудь на вырванном из тетрадки листе. Получалось не так уж и плохо — его всегда увлекало рисование, но он не был уверен, что хочет заниматься им всю жизнь. Но если не оно, тогда что, музыка? Конечно, хотелось бы, но вряд ли они с Роджером выиграют тот конкурс, а на лишнее надеяться не хотелось. На парту неожиданно опустился самолётик с весёлым розовым смайликом на одном крыле и таким же, но чёрным и грустным на другом. Фредди поднял взгляд и встретился с чёртиками, пляшущими в глазах его подруги Мэри, когда-то девушки, теперь же просто знакомой и одноклассницы. Он улыбнулся ей, крутя в руках поделку, но помрачнел, лишь только она отвернулась. Он не любил самолёты. По правде говоря, мысль о них пугала его — возможно, из-за плохих ассоциаций. Единственный раз, когда он летел на самолёте, был много лет назад, когда он направлялся в начальную школу в США, совсем один, одинокий и покинутый родителями. По крайней мере, ему так казалось. В целом так и было — разве его родителям было не плевать на него? Они ни разу не заметили моментов, когда Фредди был в истерике или просто в очень плохом состоянии. Не то, чтобы ему этого хотелось, но было обидно. Возможно, он сам виноват. Что, если они знают, но не подают виду? Впрочем, тогда им точно плевать. Ему разрешали покупать любую одежду, носить любую причёску и сидеть в Интернете столько, сколько угодно. Но разве это было нужно подростку, чьи друзья — такие же отбросы общества, как и он сам? Едва ли. Роджер толкнул его локтем, показывая неприличную картинку, нарисованную в его тетрадке и Меркьюри хихикнул, забывая о самолётике и боли в желудке. Отвлечься, не это ли сейчас важно?

***

Хорошо, что они вписали себя в расписание у студии заранее. Это придумал, конечно, Фредди, Тейлор бы не догадался. Теперь же оттуда звучали чьи-то голоса, хотя время было их, и вот это уже было плохо. — Родж, подслушивать нехорошо, ты знал? — скорее подколол, чем пожурил друга Меркьюри и тоже приставил ухо к двери. — Ну давай ещё раз прогоним! — слышалось из студии. — Я же вижу, тебе и самому нравится то, что выходит. — Я вообще не понимаю, зачем мы это делаем, — отвечали ему, и этот приглушённый голос показался Фредди смутно знакомым. — Как зачем? Отправим это на тот конкурс! Красиво ведь. Роджер кинул Меркьюри весёлый взгляд, как бы смеясь над неизвестными музыкантами, тот ответил тем же. Разговор за дверью же продолжался. — Не вижу смысла. — Да ладно тебе, почему нет? Фредди кинул взгляд на экран телефона, и, отдёрнув Тейлора от двери, постучался. Он не хотел ждать ещё дольше. — Что такое? — послышался приближающийся голос. Дверь распахнулась, и Меркьюри с удивлением посмотрел на Джона Дикона с школьной гитарой в руках. Что тут вообще происходит? — Мы тут записались на половину четвёртого, — немного грубо заметил Роджер. — Поэтому освободи студию, а? Меркьюри глянул за спину одноклассника и практически не удивился, когда увидел знакомую кудрявую шевелюру. Логично, что они опять вместе, хоть и не понятно, как Мэй связан с музыкой. — Но мы только пришли, — начал было Джон, но Мэй быстро перебил, вставая с блестящей чёрной гитарой в руках. — Мы не уйдём, пока не закончим. — Вы всё равно ещё сомневаетесь насчёт участия в конкурсе, — хмыкнул Роджер. — А вот нам школу представлять. — Вы что, подслушивали?! — глаза Дикона удивлённо расширились, и как же Фредди сейчас хотелось заорать что-то вроде «Вовсе нет!». Но вместо он пожал плечами и чуть улыбнулся: — Вас и без этого слышно. Роджер кивнул, хоть и на самом деле это было не так. — А что такое, у вас там какие-то приватные беседы? — он хихикнул, переводя взгляд с Мэя на Джона. — Скоро чёрная свадьба? — Я не гей, — отрезал Брайан. Дикон лишь покраснел и мотнул головой. — Так вы песню пишете? А нам покажете? — Фредди по-хозяйски прошёлся по студии, взглядом ища текст. Было бы легче, если бы голова не кружилась. Съеденный-таки на ланче лёгкий салат, за который он ужасно винил себя, не очень-то помог. — Я не думаю, что это хорошая идея… — начал было Джон, но тут Роджер радостно вскрикнул, хватая листок со словами песни. — О, люди Земли! — шутливо-величественным голосом продекламировал он, еле разбирая почерк Мэя. — Слушайте предупреждение… — Отдай сюда! — воскликнул, злясь, Брайан, подскакивая к нему. — А вот и нет, — хихикнул Тейлор и сделал шаг в сторону, из-за чего руки гота поймали пустоту. — Роджер, перестань, пожалуйста, — Джон, успев уже поставить гитару, подошёл к нему и коснулся запястья блондина, отчего тот почему-то зашипел. На самом деле Фредди знал, отчего. Роджер тут же удивлённо воззрился на Дикона, словно удивлённый такой вежливой просьбой. Ну да, обычно на него орали. Но Меркьюри ещё никогда не видел, чтобы обычные слова, сказанные чётко, тихо и уверенно, вызывали у Тейлора такую реакцию. — Ладно, — буркнул он и сунул в руки Джону чуть помятый листок. Тот тут же разгладил его и аккуратно сложил. Какой же он правильный. — А на чём вы, ребят, играете? — невинно спросил Джон, смотря на эмо. — Ещё не решили, — как можно миролюбивее ответил Меркьюри. — Либо фортепиано и гитара, либо… Нет. Роджер хмыкнул и кивнул. Похоже, ему наивность новенького доставляла какое-то удовольствие. — А песня у вас есть? — продолжал «допрос» Дикон. Тейлор вопрошающе посмотрел на Фредди. Тот покачал головой. То, что было, на песню было мало похоже. — Так может, — начал Джон, но Мэй его перебил: — Нет! — на обычно безэмоциональном лице теперь появился злой румянец. — Но почему? Разве мы не можем стать группой? — удивлённо спросил Дикон. — Мне кажется, ударные можно и на синтезаторе прописать, я умею. Он удивлённо переводил взгляд с ошарашенного Фредди на ухмыляющегося Роджера, а после и на необычно злого Мэя. Хотя, наверное, этот мертвец всегда злой, просто внутренне. — Вообще я бы мог поиграть на ударных, — задумался Тейлор. — Мы не будем группой, — отрезал Брайан. — Это почему, кудрявый? — Фредди подошёл к нему ближе, уже оправившись и теперь улыбаясь. — Боишься остаться в стороне? — Ничего подобного, — вспыхнул тот. — Мне вообще плевать. — Ну раз плевать, — прищурился Меркьюри — То осталось только название придумать. — Стойте! Все удивлённо посмотрели на Джона, всё так же сжимающего в руках листок с текстом песни. — Вы ведь не будете ссориться? — О чём ты, — лукаво улыбнулся Тейлор. — Мы с Брайаном, вообще-то, лучшие друзья! Тот посмотрел на него так, будто взглядом убить хотел. — Для тебя я Мэй. И я не буду играть в группе, тем более на конкурс. Он снова превратился из разгневанного подростка в безразличного ко всему гота. Фредди даже стало немного смешно. — Не отпирайся, ты один против троих, — ухмыльнулся он. — Ты же на гитаре играешь? — Да. — Вот и чудесно, будешь соло-гитаристом, хорошо? Твой… Образ очень понравится девушкам, поверь. — Мне плевать. Роджер рассмеялся. — Ты точно не гей? Мэй выдохнул сквозь сжатые зубы. Было видно, что он на пределе. — Тогда я буду петь, а Джон… Синтезатор или бас? — Фредди посмотрел на Дикона, замечая в его глазах одобрение и почему-то испытывая гордость. Он удивлялся сам себе — почему он так отчаянно пытается завоевать расположение этого новичка? И, наверное, не он один. — Думаю, бас нужнее, — кивнул тот, улыбаясь. — Спасибо. Так вы не против? Мэй фыркнул. — Я ещё ни на что не согласился. — Да ладно тебе, кудрявый, — немного издевательски протянул Тейлор. — Тебе понравится. — Брай, ну чего тебе стоит? — в игру вступил Джон. Он подошёл к другу и заглянул к нему в глаза. Фредди представил, что он делает это с ним и понял, почему Мэй вздохнул и, подумав, уже чуть мягче ответил: — Посмотрим. Этому новенькому было просто невозможно отказать. — Ура, спасибо! — он лучезарно улыбнулся и оглядел всю «группу» светящимся взглядом. Сразу же стало теплее. — А теперь поговорим о песне? — нетерпеливо спросил Меркьюри, кидая взгляд на недовольного Брайана. Ничего, они ещё уломают его. Кажется, он не так туп, как кажется… И наконец-то удалось отвлечься от голода.

***

После долгого обсуждения репертуара группы они наконец вышли из студии. — Вы домой? — спросил Джон, закрывая дверь на ключ. — Именно так, — подтвердил Меркьюри, поправляя на плече сумку. Он не знал, почему, но в этой обстановке он чувствовал себя свободно, почти так же, как наедине с Роджером. Странно. Мэй тоже сдержанно кивнул. Действительно, а куда ему ещё идти? Фредди облокотился на стену, потому что голова опять закружилась, но сохранил спокойную улыбку, ловя настороженные взгляды Роджера. — Всё хорошо, — одними губами сказал он. Тейлор покачал головой. — Тогда, может быть, зайдём в кафе? Я тут ещё вчера неподалёку видел, — предложил Джон. Нет, нет, только не это. — Ой, давайте, я проголодался, — весело улыбнулся Роджер. Брайан вздохнул и тоже кивнул головой — похоже, в основном он общался именно так. Фредди сжал зубы, быстро придумывая отговорку. Если он пойдёт со всеми, но ничего не возьмёт, возникнут вопросы. — Меня… Мама ждёт. Джон удивлённо наклонил голову. — А ты не можешь ей позвонить? Хочешь, дам свой телефон? — Не в этом дело, просто я должен ей помочь, — сочинял на ходу Меркьюри, чувствуя, как бьётся сердце. — Простите, правда не могу. Он поймал ещё один обеспокоенный взгляд Роджера и как можно ярче улыбнулся. — В другой раз — обязательно! Ага, как же. Они быстро попрощались и разошлись. На улице было холодно. И страшно.

***

На фотографии были: айриш-стакан с горячим шоколадом, большая чашка с мокко и маленькая — с эспрессо без сахара, а ещё ягодная корзиночка и круассан. «Первый поход в кафе с группой… Хоть и не всей!» — подписал фотографию Джон и вложил в ячейку фотоальбома.