two thousand seven plus

Тут пахло чем-то… Возможно, это был мел. В любом случае, запах был приятный, хоть Брайан и отвергал всё приятное, что существовало в этом чёртовом мире. Снова этот дурацкий центр. Снова длинный широкий коридор, разрисованный яркими красками. Какая-то веселая компашка, относительно прошмыгнувшая мимо, и снова тишина-а… Наверное, тут хорошая звукоизоляция — Брайан думал об этом каждый раз, когда шёл вот так… Быстро, порывисто. По крайней мере, у них на группе иногда кричали и швырялись стульями, но Мэй ни разу не замечал, чтобы кого-то за это ругали, или это слышали «обитатели» соседних кабинетов. Но на этот раз он идёт не на группу. — Мистер Мак… — он оборвался, упираясь в строгий, но мягкий взгляд каре-зелёных глаз. — Пол, я уже могу зайти? — Да, конечно, — улыбнулся тот и кивнул на светло-бежевые кресла, стоящие напротив него. — Здравствуй. — Здравствуйте… — прохрипел Брайан, неловко садясь на краешек одного из кресел. Опять эта скованность. Ничего нового. — Итак, ты бы хотел поговорить о чём-то конкретном? Мысли ринулись в голову, заполняя всё пространство там, роясь беспокойным облаком. Волна тысячи разных проблем захлестнул его полностью, побушевала-побушевала, и… Схлынула. Пустота. Неопределённость. О чём говорить? Пол смотрел странно, как и всегда. По его глазам никогда точно нельзя было узнать, о чём он думает, если только он сам не хотел показать каких-либо эмоций. Потрясающий контроль. Брайану то и дело хотелось сбежать от этих испытывающих взглядов, но со временем то ли он сам расслаблялся, то ли это психолог ослаблял хватку. Смотри в глаза. Какой красивый ковёр. — Нет, ни о чём. — Тебя что-то беспокоит? — Нет. Слишком конкретные вопросы. Слишком. Брайана всегда что-то беспокоило… Проще говоря, ему всегда и на всё было плевать. — В таком случае, ты хочешь рассказать мне что-то? — Вряд ли. — То есть что-то есть? Говорить? Не говорить? Брайан слишком вдумчивый для таких вопросов. Скажет — и пути назад уже не будет. Пожалеет ли он об этом? — У меня появился… Парень. Дурацкое слово. Может, стоило сказать «бойфренд»? Или «молодой человек»? Или, что чаще слышится из уст самого Роджера, «краш»? — Ты начал с кем-то встречаться? — уточнил Маккартни, получая кивок. — И… как давно? — Несколько дней… — Брайан замялся, каждое слово выдавливая из себя, будто он был тюбиком засохшей зубной пасты, на который всем давным-давно было плевать. — Наверное, всё началось гораздо раньше. Может, ещё в начале декабря. Пол кивнул, то ли раздумывая над чем-то, то ли давая самому Мэю несколько секунд, чтобы отдохнуть от такого количества слов за раз. — Тебя как-то беспокоят ваши отношения? — В них нет ничего плохого… Я так думаю. Помолчав, Брайан добавил: — Надеюсь, ему тоже комфортно. Пол коротко приподнял брови, кивая. — Значит, он вызывает у тебя сильные эмоции? — Да, наверное. — И ты… Показываешь ему их? — Маккартни вздохнул, как бы показывая всю неформальность разговора. — Я имею в виду, на группах у тебя нередко были проблемы с этим, верно? Мы обсуждали это. — Я стараюсь, — Мэй поджал губы. — Он меня понимает. — Я рад, — кивнул Пол. — Что-то ещё о нём рассказать хочешь? Брайан пожал плечами. Если бы ему задали вопрос, он бы, наверное, ответил. Расписал бы в красках, какой Роджер хороший, чудесный, невероятный и понимающий. Но… В вопрос-ответ никто тут не играл. — Значит, ты стараешься выражать эмоции, как мы учили? Больше не возникало проблем, как тогда, в школьном коридоре? Мэй задумался. О, чёрт. — Был один раз… Но не так серьёзно, наверное. Ну да, из школы тебя за это исключить не грозились. — Хочешь рассказать? — Я нагрубил… Другу. На эмоциях. Но потом извинился. — Как это было? Брайан вздохнул. Ему потребуется много сил на сегодняшнем приёме. Стоит ли оно того? Наверное. Фредди с Джоном говорят, что да, Роджер кивает, но, наверное, он не уверен, ведь он сам никогда не был у психолога. Он рассказывал, что сбегал даже с обычных школьных «осмотров», потому что боялся врачей, проверки тела (с его шрамами это было неудивительно, но достаточно печально) и глупых вопросов психологини. Конечно, ведь подобное не заменит рисование несуществующего животного или тот глупый тест в Интернете, который сказал Брайану, что он меланхолик. Это что-то… Гораздо более выматывающее. И, наверное, благодейственное. После приёмов у Пола (что включало в себя как редкие индивидуальные занятия, так и группы, и даже те два тренинга, которые он посетил просто потому, что он всё равно в это время был в центре) Мэй чувствовал себя чертовски уставшим. Всё будет лучше. Повторяй. Всё. Будет. Лучше.

***

У Брайана в гостиной ещё с самого его детства стояло большое электронное фортепиано. И, за исключением младших, периодически устраивающих какофонию на весь дом, оно интересовало ещё кое-кого. Сам гот играл на нём только если дома никого не было. Поэтому он даже не удивился, когда получил сообщение примерного содержания «Дорогуша, я знаю, что у тебя есть крутое фортепиано, а моё расстроилось, плюс предки скоро целыми днями дома будут, а нам нужно обсудить песню, в субботу буду у тебя :)». Вы можете догадаться, от кого пришло это сообщение. — Ужас, завалило всё, — весело фыркнул Фредди, отряхивая снег с коротко (по меркам группы, конечно же) обстриженных волос. — Сейчас покажу тебе слова, обалдеешь… Брайан скептически хмыкнул: — Если что, тут младшие в соседней комнате… Смотрят мультики, но могу в любой момент прибежать и начать «помогать» писать песню. — Ничего, я люблю детей, — улыбнулся Фредди. — Поздравляю… — Мэй закатил глаза. Любил ли детей он сам?.. До рождественских каникул осталось чуть меньше недели, и по счастливой случайности Брайану удалось закрыть все долги, так что все, кроме Джона успешно прогуливали школу, даже не скрывая подобный факт от родителей (хотя насчёт Роджера Мэй был не уверен). Один лишь Дикон продолжал благовоспитанно посещать уроки скорее для галочки, что поражало Брайана — его чертовски выматывала школа как в физическом, так и в моральном плане, но Джон каким-то образом продолжал сохранять более-менее позитивный настрой. Казалось, и его общее самочувствие улучшилось. Брайан не считал себя мастером в прочтении эмоций, особенно достаточно скрытного Дикона, но он честно надеялся, что интуиция не врёт. Фредди уже открыл крышку фортепиано, наигрывая что-то, больше похожее на импровизацию, всё ещё просто привыкая к новому месту. Топот маленьких ножек. Нет, ну нет, пожалуйста, только не они, ну пожалуйста, не сейчас же… — Блай, а это кто? — Агата без стеснения показала на Фредди пальцем. Вздох. — Мой друг. Иди смотри мультики. — А как его зовут? — Фредди, — это уже сам Меркьюри, встав из-за фортепиано, с широченной улыбкой подошёл поближе. — А тебя как зовут, принцесса? Агата тут же зарделась от удовольствия — она обожала, когда незнакомцы делали ей комплименты, даже в таком маленьком возрасте оставаясь покорительницей сердец всех взрослых. — Агата, — она открыто посмотрела на Фредди, чуть склоняя голову вбок, как птичка. — Почему ты иглаешь на нашей пианине? — Нашем пианино, — автоматически поправил Брайан, но сестра, скорее всего, не услышала. — Придумываю песенку, — хмыкнул Фредди. — Можно взять тебя на руки? Поразительный контакт с детьми. Он ведь видит её впервые… — Можно! — Агата тут же подскочила ближе, улыбаясь — ей уже исполнилось шесть, и даже мама кряхтела, когда приходилось поднимать её тысячный раз за день. — Брайан, срочно, сфотографируй нас, я её долго не удержу! — Фредди взял девочку на руки так, будто всю жизнь таскал детей, но было видно, что ему тяжело (конечно, откуда у него быть силам?). Мэй закатил глаза, быстро доставая телефон и так же быстро смахивая экран вбок. Секунда. Другая. Осознание. — Бл… Блин, я видео снимаю, — выдохнул Брайан, глядя на появляющиеся сверху циферки. Фредди приподнял глаза, свободной рукой показывая готу, что он может продолжать съёмку, хотя его поза в начале видео наверняка была комичной. — Не моя, — он продемонстрировал улыбающуюся Агату с дыркой вместо одного из передних зубов. — Но очень красивая! Та прыснула, дёргая ногами, и Меркьюри поспешно спустил её на пол. Брайан выключил телефон, думая, что надо бы удалить это видео, чтобы память не засорять, но почему-то ему не хотелось. — Так, — он выдохнул, задумываясь. — Давайте… Давай ты позовёшь остальных, и вы вместе пойдёте гулять? Агата надула губы, хмуря брови. — Не хочу. — А мультики смотреть? — Не хочу… Брайан кинул вопрошающий взгляд на Фредди. — Да она не так уж и… — начал было тот, но это было не тем, что от него ожидалось, поэтому Мэй тряхнул кудрями, молча призывая прекратить. Он вытянул губы в как можно более вежливой улыбке. За годы жизни с этим лягушатником он давно привык говорить так, чтобы максимально заинтересовать детей, особенно капризную иногда Агату. — Давай ты позовёшь мальчиков, я дам вам свои старые гуашевые краски и кисточки, и вы вместе слепите снеговика во дворе? Там навалило много-много снега, и он хорошо лепится… Можете даже взять синее ведро, чтобы у него была шляпа. Брайан сдержался от того, чтобы кинуть взгляд на Фредди. Наверняка усмехается. — Давай! — тут же загорелась Агата. — А молковку из холодильника можно взять? — Можно, — вздохнул Мэй, решая, что идти придётся до конца. Сестра кивнула, убегая звать братьев, которые всё ещё смотрели мультики, и Брайан облегчённо вздохнул, оборачиваясь к Меркьюри. — Готово.

***

Новая песня оказалась совсем короткой. — Нету смысла больше в жизни теперь, — скорее прочитал, чем пропел Брайан, глядя в экран телефона. — Иссохнут моря, и дождь лить перестанет… Нет причин для плача теперь, посмотри, ветер этот слушай, мне шепни на ушко, не брось меня, я потеряюсь здесь… Тут ничего не меняем? — Ага, — кивнул Фредди. — Как думаешь, есть смысл добавлять ещё слов? Она длится всего минуту, кажется… — Не знаю, — Мэй пожал плечами. — Не могу представить, чего ещё тут можно добавить. — Тогда пока не паримся над этим, — согласился вокалист. — Просто усложним партию клавишных, и… — Я бы не стал добавлять сюда другие инструменты, — предостерёг его Брайан. — Только бэк-вокал… И, может, бас-гитару. — Возможно… Дверь хлопнула. Они что, так быстро?.. — Я за молковкой! — пояснила Агата, игнорируя ворчание Мэя, потому что в гостиную она протопала прямо в мокрой обуви (ему же потом убираться). — Ой, а ты налисуешь ему рот? У нас не выходит… — Я занят, — возразил Брайан, игнорируя полуулыбку Фредди. — Ну Бла-а-ай, — сестренка скуксилась, что ни о чём хорошем не говорило. — Мы нарисуем, — это вокалист встал из-за фортепиано, выключая его. — Мы практически закончили. И ты туда же… — Ладно. С мнением большинства не спорят, по крайней мере, когда это большинство — вокалист твоей группы и твои младшая сестра и братья.

***

Тут было мокро. Достаточно холодно. Достаточно мерзко. Зато снеговик был готов. — Назовём его Александр? — предложил Фредди радостно столпившимся вокруг него детям. — Это девочка, — возразила Агата. — Отлично, тогда Александра! — согласился Меркьюри. — Но как же мы узнаем, что это девочка? — Только попробуй, — процедил сквозь зубы продрогший до костей Брайан. Он не позволит приделывать грудь снеговику. Или лучше сказать снеговичке? — Ну мы же знаем, что это девочка, — с очень умным видом возразила Агата, и на этом разговор о половой принадлежности трёх комков снега, слава всему живому и мёртвому, был окончен. Зато завязалась абсолютно отвратительная игра в снежки. — А теперь селфи! — через несколько минут объявил мокрый, но довольный вокалист. — Дети, встаньте у Александры, Брайан, садись на корточки. Чёрт бы его побрал…

***

21:01 От: b.o.nn.e [Прикреплённое изображение] 21:01 От: b.o.nn.e [Прикреплённое изображение] 21:02 От: b.o.nn.e [Прикреплённое изображение] 21:03 От: lonelystar_pinky вы че гуляли ((( 21:03 От: lonelystar_pinky могли бы и нас с дики позвать 21:06 От: cheese1908 ВАУ!!! 21:07 От: cheese1908 Очень красивые фотки :)) 21:07 От: cheese1908 Может, я распечатаю одну? 21:07 От: b.o.nn.e УРА ДАВАЙ ДАВАЙ 21:09 От: mayven ФРЕДДИ, УДАЛИ ЭТО. 21:10 От: lonelystar_pinky АХАХАХАХАХАХА 21:10 От: b.o.nn.e не дождешься, дорогуша) 21:11 От: mayven … 21:07 От: cheese1908 : DD