Сладкое безумие

   Мерное тиканье часов и лучи солнца, приятно оглаживающие кожу, вводили в ленность. Делать ничего не хотелось от слова совсем, а тело казалось тяжёлым и неподьёмным. Дазай нехотя приоткрыла глаз и обвела взглядом кабинет Мори. Элис сидела на коврике перед столом босса и что-то рисовала, водя красным мелком по бумаге. Рядом с ней сидел маленький мальчик лет шести – эспер с опасной способностью, которую сам ещё не осознавал и плохо контролировал. Юмено, или как его все здесь называли – Кью, появился в Портовой Мафии всего неделю назад и Мори сразу же поручил Осаму за ним следить. Это маленькое недоразумение, находясь в больнице, убило своего соседа по палате, из-за чего мафия, заинтересовавшись им, тут же прибрала мальчика к себе. А теперь девушка обязана следить за потенциальной угрозой для Йокогамы, чтобы в случае чего обезвредить без лишних жертв. Сейчас же Кью сидел на мягком красном ковре рядом с Элис, с интересом наблюдая за ней и обнимая свою уродливую куклу, которую отказывался выпускать из рук.    Дазай вздохнула, и обернувшись, перевела взгляд на Огайя. Он сидел за своим столом, просматривая какие-то бумаги, лежащие стопкой перед ним, и изредка ставил свою подпись, откладывая документ в сторону. Иногда мужчина поднимал взгляд от бумаг и смотрел на Элис с Кью, о чём-то думая. Сама же шатенка сидела на краю стола, умиротворённая тишиной и спокойствием полудня, лениво болтая ногами в воздухе, так как не доставала до пола, и опираясь руками позади себя. Возможно, Мори немного неудобно из-за того, что девушка загораживает ему вид на левую половину кабинета и занимает часть его рабочего стола, но ей было как-то безразницы на это, раз босс пока сидит и не высказывает ей своих претензий. — Кстати, Дазай-тян, я хотел тебе кое-что сказать, — мужчина перевёл взгляд на Осаму, вспомнив что-то. — И что же? — шатенка лениво обернулась, окинув безразличным взглядом босса Портовой Мафии и одного из самых опаснейших людей в городе. — Я попросил Хироцу потренировать вас с Чуей немного, ведь вы совсем не умеете оборонятся в случае опасности. Конечно, Чуя-кун может справится с помощью способности, но едва ли он умеет держать оружие в руках, — Огай насмешливо прищурился, заметив недовольство на лице девушки. — Ну, а тебе следует научится защищяться, Дазай-тян, ведь не из каждой битвы можно уйти целым используя лишь хитрость и тактику. Постоять за себя с помощью силы тоже надо уметь. — Почему именно вместе с коротышкой? — возмущённо протянула Осаму, скрестив руки на груди. — Разве нельзя тренироваться раздельно? – Можно, конечно, но гораздо эффективней будет в паре, тренируя друг на друге навыки, — губы босса растянулись в слабой усмешке. — Вы хотите, чтобы коротышка на первой же тренировке застрелил меня, промазав по мишени? — фыркнула девушка, не совсем понимая чего добивается Мори, приняв такое решение. — Успокойся, всё будет в пределах разумного, — ответил Огай, подперев голову рукой. — К тому же с вами будет Хироцу. — Хорошо, Мори-сан, — спустя какое-то время всё же согласилась девушка, а на лице её расцвела лисья усмешка. — Может быть вы как доктор подскажете мне уязвимые места на теле человека, а? — Бей между ног, Осаму-тян, — встряла в разговор Элис, прекратившая рисовать и внимательно слушающая их уже какое-то время. Девочка ехидно улыбалась, показав язык боссу Портовой Мафии, который сокрушённо вздохнул на этот жест. — Спасибо, Элис-тян, но это я и сама знаю, — усмехаясь, ответила шатенка, хитро переглядываясь с непоседливой девчушкой. — Дазай-тян, я тоже не горю желанием, чтобы ты на первой же тренировке убила Чую, воспользовавшись моими советами, — заметил Огай, устало потирая переносицу и откидываясь на спинку кресла. Бумажная работа всегда очень сильно выматывала его. — Ну так вы не говорите мне как его убить, расскажите лишь как его обезвредить и отвлечь, — пожала плечами Осаму, не отрицая слова Мори. — Хорошо, — тяжело вздохнув, согласился мужчина и поближе пододвинулся к девушке, взяв её бедную ладонь в свои руки в белых медицинских перчатках. Дазай, склонив голову в бок, с интересом наблюдала за его действиями. —  Этот удар наносится одним или двумя вытянутыми пальцами, — начал босс, заставив девушку сжать ладонь в кулак и выпрямить средний и указательный пальцы, — наносится он по ямке основания глотки и вызывает у противника сильный кашель и удушье, — Огай поднёс ладонь шатенки к собственному горлу и выпремленные пальцы коснулись ямки между ключиц, слегка надавив. — Это приём не смертельный и максимум может только повредить кожаный покров и ткани тела в этом месте. Так что я очень надеюсь, что после этого Чуя будет жить, верно, Дазай? — Огай многозначительно посмотрел на девушку, но та лишь улыбнулась. — Что-нибудь ещё, доктор Мори? — поинтересовалась она и выжидающе уставилась на босса, кажется не собираясь отвечать на вопрос. Мужчина на мгновенье задумался, обдумываю что-то, но после всё же согласно кивнул своим мыслям, придя к какому-то выводу. — Ладно, покажу ещё кое-то, — Мори аккуратно разогнул пальцы девушки, раскрыв ладонь, — удар наносится ладонью вниз ребром ладони ниже и чуть впереди уха с левой стороны шеи, — он прислонил ребро ладони Осаму к левой стороне собственной шеи в указанном месте. — Это мало опасно для жизни и приводит к потере сознания, когда приходится по яремной вене, сонной артерии или блуждающему нерву, — Огай выпустил её ладонь, вновь задумчиво наблюдая за Элис и Кью, слегка прикрыв глаза. — Довольна? — Определённо, — зловещая ухмылка отразилось на её лице, не придвещающая ничего хорошего. Ничего хорошего для Чуи. — И ещё кое-что, Дазай, — снова позвал её мужчина. — Да? — Будь умничкой, не делай никакого суицида, — усмехнулся Мори, с задорными огоньками во взгляде посмотрев на Осаму, хотя просьба эта была совершенно серьёзна. Мало ли чего она может натворить с пистолетом в руках? — Так точно, босс, — шатенка расплылась в улыбке, шутливо отдав честь Огаю и спрыгнув с его рабочего стола, направляясь к двери, а чуть позже тише добавив: — Но обещать этого я не могу, — бесцеремонно хлопнув дверью, она скрылась из виду, а босс Портовой Мафии лишь устало вздохнул, услышав её последние слова.                             *** — Зачем нам эти наушники и защитные очки, Хироцу-сан? — в недоумении спросил Чуя, смотря на эти вещи, а после переводя взгляд на высокого старичка с прилизанными седыми волосами и острой козлиной бородкой. Он сложив руки за своей спиной поочереди подходил то к нему, то к Дазай, проверяя их готовность. Услышав вопрос рыжего, Рюро подошёл к мальчишке и склонившись, устало объяснил: — Чтобы при первом же выстреле вы оба не оглохли и не ослепли, Чуя-кун. Так что будь добр, надень это.    На эти слова Накахара лишь фыркнул, услышав раздражающий смешок со стороны Дазай, которая стояла неподалёку. Сейчас они были в тире Портовой Мафии, чтобы хоть как-то научится стрелять. Как выразилась сестрица Коё, – хотя она не любит когда Чуя её так называет – то любой уважающий себя мафиози должен прекрасно владеть оружием. И никого совершенно не волнует, что он, Чуя, может убить противника и без огнестрела, а эти тренировки ему на фиг не нужны.    Пока Накахара нехотя натягивал на себя мягкие наушники и защитные очки, Осаму уже давно надела всё это и выглядела весьма забавно, при том, что один глаз у неё скрыт под бинтами и это могло помешать ей целиться. — Ладно, для начал нужно встать вполоборота к мишени, раставив ноги на ширине плеч, — скомандовал Хироцу, а голос его доносится словно сквозь толщу воды – необычное ощущение. — Принятая поза должна быть естественной и удобной, чтобы обеспечить наименьшее колебания стрелка с оружием, — старик расхаживал из стороны в сторону, напоминая строгого учителя у школьной кафедры, и Чуя мысленно усмехнулся от такого сравнения. — Наведите и удерживайте ровную мушку в районе прицеливания чуть выше "яблока" мишени, — Рюро, заметив колебания Накахары, подошёл к нему и ладони в белых лайковых перчатках легко скользнул по правой руке с пистолетом, поправляя её в нужное положение. Холодный метал огнестрела приятно холодил вспотевшие от волнения ладошки, а приятная тяжесть успокаивала, заставляя слегка напрячь мышцы. Наконец Хироцу удовлетворённо кивнул и отошёл, наблюдая уже за Дазай и оставляя после себя резкий и слегка горьковатым запах сигаретного дыма, который казалось уже въелся в его кожу. Чуя прицелился, ощущая как едва заметно подрагивает рука с пистолетом, колебля мушку. Это начинало раздражать. — Сначала сделайте один-два глубоких вдоха, а после два-три затихающих вдоха и выдоха, плавно затаив дыхание на время выстрела для меньшего колебания оружия. Теперь опустите пистолет под "яблоко" мишени, не сбивая прицел и плавно нажмите на спусковой крючок в момент наименьшего колебания мушки, — закончил старик, останавливаясь и внимательно наблюдая за его временными учениками. Дазай выстрелила почти сразу и громкий выстрел прорезал тишину своей внезапностью. Ей было легче, так как до этого она уже имела дело с огнестрелами и, а вот Чуя пользовался этим в первый раз. Было немного боязно нажимать на курок, ведь рука могла дрогнуть от оглушительного выстрела и промазать было легче лёгкого. И рыжий вовсе не собрался лажать, чтобы суицидница потом потешалась над ним весь день. Затаив дыхание, как и говорил Рюро, Накахара выбрал наилучший момент, когда рука почти не дрожала и выстрелил. Даже через наушники парень отчётливо слышал, с каким громом пуля просвистела, разрезав воздух, и вонзилась в мишень. Ну что ж, это оказалось не так страшно, как думалось. Но очень громко.    После Хироцу повёл их на открытую площадку, предлагая устроить тренировачную драку между Дазай и Чуей. Это будет гораздо продуктивнее, ведь Накахара не сможет использовать свою способность при прикосновении к девушке, а Осаму никогда не занималась подобным ранее, будучи изнеженной учиницей босса. Шатенка только этого и ждала. На первой же минуте коротышка заходится в сильном приступе кашля, разрывающем горло и чувствует неприятное удушье, судорожно глотая воздух. Чёртова Осаму ткнула пальцами куда-то между его ключиц, вызвав эти неприятные последствия. И не успел бедный рыжий отдышаться, как почувствовал удар по левой стороне шеи, пришедшийся по сонной артерии. В глазах сразу помутнело, в голове стало пусто и уже в следующую секунду Чуя свалился на асфальт без сознания, больно ударившись затылком. Всё. Он зарёкся больше не драться с ученицами докторов и самими докторами, а то они чего доброго одним ударом его убъют. Ведь знают твари на какие точки на теле человека следует давить... — Смотрите, Хироцу-сан, я выйграла, — самодовольно заметила шатенка, опускаясь на колени и склоняясь над потерявшим сознание Накахарой, прикоснувшись пальцами к бьющейся ниточке пульса на шее, проверяя живучесть слизняка. Жив. А после довольно поаплодировав самой себе. — Я бы назвал это грязными приёмами, которыми вас научил Мори-сан, однако это весьма эффективно и поможет в драке с врагом, — вздохнув, заметил старик, подходя к подросткам и закуривая сигарету, втягива никотин в лёгкие и с облегчением выдыхая дым. Он заслужил выкурить сигарету, причём не одну, потому что эти неугомонные дети, неожиданно свалившиеся на его голову изрядно утомили. Наверно, на сегодня стоит закончить тренировку, а то мало ли Мори-сан научил свою подопечную смертельным приёма и она захочет испытать их на ни в чём не повинном Чуе-куне, который тут вообще ни при чём. — Хотя я хотел, чтобы вы просто попытались найти и использовать наиболее продуктивный движения в драке, а не вот это вот всё. — Думаете следует позвать доктора Йосано? — спрашивает девушка, обернувшись и озадачено склонив голову к плечу. — Мори-сан говорил, что от этого можно лишь потерять сознание. — Но я не думаю, что лучшим вариантом будет оставлять его здесь, — хмыкнув, замечает Хироцу, выпустив клубы сигаретного дыма. — Я не вижу в этом ничего плохого, — пожала плечами Дазай, закашлявшись от дыма и прикрыв нос рукой, чтобы не вдыхать ядовитые клубы. — Дазай-кун, вы либо слишком пренебрежительны к здоровью Чуи, либо слишком жестоки к нему, — сокрушительно качает головой Рюро, понимая что это всё в духе своенравной Дазай Осаму – девушке, ставшей сообщницей босса, а после его ученицей. Она изначально получило странное воспитание от постоянно сменяющихся нянечек своей семьи, вольная делать всё, что ей заблагорасудится, но обязанная посещать нескончаемые уроки. А после того инцидента Мори-сан позаботился о юной особе, взяв её под своё крыло и также почти не ограничивая в действиях, забивая её голову нужной мафиози информацией. Дазай была неким вкладом в будущее Портовой Мафии и оставалось только заточить некоторые неровности её ума, чтобы убедится, что она станет достойной кандитатурой. Достойной кандитатурой на роль самого молодого Исполнителя Портовой Мафии. Никто не говорил ей об этом, но сама шатенка прекрасно знала, что её судьба в мафии уже преопределена, причём весьма хорошим образом. — Чуя одним своим существованием заставляет меня чувствовать раздражение, — призналась Осаму, поднимаясь и отряхивая грязь с колен. — Однако меня забавляет его злость и я с интересом наблюдаю, как коротышка реагирует на мои слова и действия, не скрывая своих эмоций и мотивов. На нём интересно изучать человеческую психологию, ведь он как открытая книга. Но его открытость поражает и кажется глупой, ведь враг с лёгкостью может воспользоваться этим, — Дазай бросила безразличный взгляд на лежащего без сознания Накахару и вновь посмотрела на Хироцу. — Я хочу, чтобы он не был таким открытым и не поддавался так легко на провакации, ведь это никогда не заканчивалось хорошо. Такими людьми, как Чуя очень легко манипулировать и когда-нибудь это обернётся против него. Он может сколько угодно бесится и раздражённо кричать на меня, но пускай на поле боя его разум будет холоден, как кусок льда, — она тряхнула головой, отгоняя какие-то навязчивые мысли и слегка нахмурившись, добавила: — Хорошо, я пойду позову Йсано-сан, но пускай всё это останется только между нами. Не хочу, чтобы слизняк зазнавался, — старик кивнул, прикрыв глаза, слыша удаляющиеся шаги и, кажется, на небольшую часть наконец понимая отношение Дазай к Чуе. Эти странные проявления некой толики заботы от Осаму выглядели весьма грубо и жестоко, если не понимать их изначальный смысл. Какая всё же сложная эта Дазай Осаму и Рюро подумал, что логику девушек не понять, тем более таких девушек, как она. *** Чуя уже который раз просыпается на больничной койке лазарета Портовой Мафии, приходя в себя. Юноша растерянно огляделся и заметил, что он к счастью не одет в больничную одежду и на нём всё то в чём он был на тренировке. Воспоминания последних событий перед потерей сознания вдарили в голову с особой настоичивостью. Чёрт, эта грёбанная Дазай использовала на нём какие-то свои приёмы с лёгкостью надавив на болевые точки на теле рыжего. Это нечестно! Он думал что это будет просто небольшая драка или типо того, но она буквально за минуту вырубила его! Чуя чуть ли не рычал от охватившей его злости, так, что когда в палату вошла доктор Йосано и сказала, что он может уходить, если хорошо себя чувствует, то парень молча вышёл, ничего не говоря и сильно хмурясь. Уже переодевшись в привычную одежду и надев на голову шляпу, он вышел в коридор и чуть ли не столкнулся со своей наставницей, которая по-видимому направлялась к нему. — Что такое, Коё-сан? Вы что-то хотели? — озадачено спросил он, поправляя свою излюбленную шляпу на голове. — Да, босс хочет тебя видеть, — оправляя подол своего нежно-розового кимоно, сообщила Озаки, любуясь недоумением своего нового воспитанника. Изначально она думала, что они не поладят, так как по рассказам Дазай считала Накахару импульсивным и заносчивым юношей, каких жутко ненавидела, но на деле он оказался лишь ребёнком, имеющим разрушительную способность и пока ещё с недоверием относившемуся ко всем, но Коё он воспринял сразу как старшую сестру, полностью доверяя ей. Мальчишка оказался прекрасным ещё пока робко раскрывающимся цветком, что имел шипы и с готовностью показывал их всем, но имея весьма нежную натуру и почти никому не показывая её. А Озаки лишь добродушно ворчала про то, чтобы Чуя её так не называл, потому что ей всего девятнадцать. — Вы знаете что Мори-сану от меня нужно? — поинтересовался Накахара, с любопытством смотря на наставницу. — Кажется он хочет поручить тебе какое-то важное задание, — слегка улыбнувшись, ответила она, лёгким движением огладив худые плечи мальчишки и продолжив дальше идти про коридору бесшумными шагами лишь тихо шелестя подолом своего кимоно по мягком ковру. Чуя лишь хмыкнул и направился к кабинету Огая, раздумывая над словами сестрицы Коё. А в дверях столкнувшись с чёртовой Осаму, которая похоже тоже направлялась к боссу. Он смерил её уничтожающим взглядом голубых глаз, а она лишь презрительно фыркнула, отвечая раздражающе бесстрасным видом и первая толкнула двери, открывая их. Они вместе прошли по красному ковру, почти не обращая внимания на играющую с Кью Элис, и подошли к столу Мори, который сосредоточенно просматривал какие-то бумаги, выглядя слегка обеспокоенным. Рыжий в привычном жесте опустился на колено, прижимая шляпу к груди и склоняя голову, а Осаму бросив на него косой взгляд, коротко кивнула мужчине за столом, спрашивая: — Вы нас зачем-то звали, Мори-сан? — Да-да, конечно, — наконец оторвавшись от документов, произнёс он. — Чуя-кун, можешь подниматься, — добавив он, посмотрев на парня. — Зачем вызывали, босс? —поинтересовался коротышка, поднимаясь и отряхивая брюки. — Один из наших союзников и весьма сильных эсперов Йокогамы – Тацухико Шибусава недавно путешествовал по Европе. Наши шпионы выяснили, что там он встречался с главой сильнейшей европейской организации Гильдии. А после был замечен вместе с неким Фёдором Достоевским – лидером группировки эсперов Крысы Мёртвого Дома, — начал Мори, пробегая взглядом по сточкам документов, подперев щёку рукой. Поискав что-то в стопке бумаг, босс вынул оттуда фотографию и положил на стол, подтолкнув к подросткам. Оба склонились над столом, рассматривая мужчину, изображённого на фото. У него были длинные белые волосы с аккуратно уложеной в сторону чёлкой и несколькими, заплетёнными в косички, прядями. На фотографии он смотрел прямо в камеру своими бесстрастными и как-будто безжизненными красноватыми глазами. От такого взгляда у Чуи по спине побежали мурашки. — Он подозревается в предательстве и заговоре с европейскими организациями. Предположительно они что-то ищут, но что именно непонятно. Если они объединятся и создадут альянс, то Портовой Мафии точно придёт конец. Вот и всё что нам известно, — устало вздохнув, проговорил босс, откинувшись на спинку кресла и на мгновения прикрыв глаза, массируя переносицу. — Это плохо, — хмыкнула девушка, скрестив руки на груди и нахмурившись, размышляя о чём-то. — Это очень плохо, Дазай-тян, — согласился Огай. — А если учесть во внимание, что Портовая Мафия ещё не до конца оправилась от смены босса, то это катастрофически. Сейчас мы уязвимы как никогда и если одну проблему нам всё же удалось устранить недавно, то сейчас возникла новая. — И что же вы планируете делать? — озадачился Чуя, которому тоже не нравилось сложившиеся положение дел. — К счастью для нас у семьи Шибусавы имеется особняк, в котором живёт он сам и вся его родня и в котором надо постоянно убираться, чем и занимаются слуги. Недавно оттуда выгнали двух горничных из-за их романа с кем-то из членов семьи, поэтому нужная срочная замена бывшей прислуги, — рассказал Мори и судя по резко извенившемуся выражению лица Осаму она поняла его замысел, а вот Чуя немного затупил. — На что вы намекаете, босс? — в недоумении спросил парень. У него, конечно, была догадка, но она была настолько отвратительной, что он предпочёл проигнорировать её. — Вы на время станете горничными в доме Шибусавы и ваша задача будет не раскрыть своих личностей и выяснить как можно больше о Тацусике и его поездке в Европу, а в кругах прислуги постоянно ходит много слухов и грязных секретов хозяев, да и в таком образе гораздо легче копаться в вещах, выискивая информацию, — сказал мужчина, слегка усмехнувшись, когда увидел выражение лиц подростков. — Вашей миссией будет узнать информацию о поездке в Европу и выяснить, что так старательно разыскивают Шибусава с европейскими организациями, а также найти компромат на Тацусику, чтобы можно было шантажом заставить его отказаться от своих планов. Всё понятно? — Но, Мори-сан, почему именно с ним? — недовольно поинтересовалась шатенка, тыкнув пальцем в сторону Чую. — Ну, что ты, Дазай-тян, не культурно показывать пальцем на других, — ухмыльнулся босс, шутливо пригрозив пальцем насупившейся девушке. — Ты хороший стратег и умеешь выведывать информацию, а твоя способность очень полезна по отношению к опасной способности Шибусавы, но в то же время физически ты очень уязвима и Чуя-кун, если так можно выразиться, будет твоим щитом. Ещё какие-то вопросы? — приторно-вежливо поинтересовался Огай, слегка улыбаясь уголками губ. Дазай молча прожигала его взглядом, понимая, почему Мори ничего не сообщал ей о задании до последнего момента. Ведь осознавал, что она узнав о партнёрстве с Накахарой, тут же вспылит, закрывшись в своей комнате и отказываясь сотрудничать. А сейчас он по сути просто поставил их перед фактом, приказав выполнить задание. — Вы сказали, что мы будем изображать горничных? — ошеломлённо переспросил рыжий, понимая размер грядущего конца. Конца его гордости, достоинства и самооценки. — Ты всё правильно услышал, Чуя-кун, вы будете изображать горничных. Мы бы, конечно, устроили тебя туда дворецким, а Дазай горничной, но к сожалению у них и так много дворецких и свободных мест на эту должность нет. Так что тебе придётся изображать девушку, а тебе, Дазай-тян, придётся снять повязку с глаза и скрывать наличие бинтов по всему телу. Я знаю, что для вас это будет сложно, но от этого зависит ваши жизни и вся судьба Портовой Мафии в целом. Вам не следует быть узнанными и притворяться обычными совершеннолетними гражданами. Приказ ясен? — вложив всю строгость в свой голос, спросил мужчина, пытаясь донести до двух буйных голов всю серьёзность и важность задания, ведь права на ошибку у них не будет. Они оба были в какой-то ошеломлённой прострации, понимая насколько им будет трудно. Каждый из них по своему должен переступить через себя и пойти на отчаянный шаг. Но никто никогда не говорил, что работа в Портовой Мафии легка. — Доктор Мори, а что делать, если ситуация выйдет из под контроля. Что если Шибусавы узнает о нас правду? — первой пришла в себя девушка, а взгляд её вновь был напрежён и холоден. Огай мысленно улыбнулся, ведь именно холодный ум считал в Дазай одной из лучших её черт. — Убить и скрыть следы своего вмешательства, — сказал, как отрезал Мори. — В чём заключается его дар? — Его способность опасна и позволяет создавать завесу тумана, попав в которую, эспер теряет контроль над своим даром, а тот старается убить своего обладателя, материализуясь в фантом. — Когда приступать? — Сейчас. Вечером уже вы отправитесь в дом семьи Шибусавы, а на следующее утро примите обязанности горничных. И ещё, Дазай-тян, пожалуйста, помоги Чуе принять должный образ. А теперь можете быть свободны, — мужчина вновь склонился над бумагами, задумчиво постукивая кончиками пальцев по лакированный столешнице и что-то напряжённо обдумываю, показывая, что разговор окончен. Шатенка тяжело выдохнула, схватив парня за запястье и утягивая за собой к выходу под его возмущённые протесты. Где-то на середине пути он перестал сопротивляться и просто бездумно шёл за Осаму, а она как танк тащила его за собой, не обращая внимание на брыкание и ругань рыжего. В итоге они спустились на один этаж ниже и проходя мимо дверей множества жилых и нежилых комнат, Дазай затащил его в один из них. Это была точно такая же комната, как у Чуи и вообще, как у всех тех, кто поселился в здании Портовой Мафии. Так как в организацию входили несовершеннолетние и совсем юные эсперы, не способные жить самостоятельно и иметь свою квартиру, то их поселяли в одной из комнат, где находились кровать, диванчик, ванна и небольшая кухонька, пристроенная в углу, – вообщем всё, что нужно для жизни. Сам Накахара жил в такой же комнате, но на два этажа ниже и уже успел развести там бардак, за что Коё его постоянно отчитывала, заставляя убираться. В этой же комнате было не так захламленно, как в его собственной, однако на кровати валялись открытые книги, а на спинке дивана висели джинсы, майка и... Лифчик. Рыжий тут же смутился, слегка краснея и отводят взгляд в сторону. Если он правильно понял, то это комната Дазай? Девушка же наконец отпустила его запястье, нисколько не смущаясь от небольшого беспорядка и присела на край кровати, что-то выискивая в прикроватной тумбочке. Чуя остался стоять у входа, тушуясь и не совсем понимая что он тут забыл. Он шумно вдохнул воздух полной грудью, ощущая как лёгкие щекотит нежный и сладковатый запах Осаму. Всё буквально было пропитан им от диванных подушек и до столешницы на кухне. Он витал всюду, забивая нос и лёгкие своим терпким ароматом и парень в конец растерялся, боясь лишний раз вздохнуть. Наконец Дазай нашла то что хотела и в недоумении со смесью усмешки спросила: — Чего стоишь в дверях и мнёшся, как девушка в первый раз? Садись давай на диван, будем наводить тебе марафет, — от её смешка он слегка раздражённо цыкнул и снова смутился, но всё же плюхнулся на мягкий диванчик подальше от вещей девушки, так бесстыдно висевших на спинке. Он ещё не до конца понимал, что суицидница собралась делать с ним, но с любопытством поглядовал на небольшую коробочку в её руках. По идее, она должна превратить его в подобие девушки, но какими методами неизвестно. Дазай уселась рядом, сложив ноги по-турецки и открыв коробочку. Чуя заглянул через её плечо и заметил в коробочке сваленую как попало различную косметику. Он в недоумении перевёл взгляд на девушку: — Я думал ты вообще понятие не имеешь о такой вещи как косметика, — заметил рыжий, ехидничая и не подозревая о грядущей беде. — Не имела бы, не подари мне мама на четырнадцатилетие вот это. Она никогда не угадывала с подарками, — хмыкнула девушка, пожав плечами, а после на губах её заиграла коварная ухмылка и она решительно повернулась к Чуе. А он даже не заметил этого тревожного сигнала впервые задумавшись о семье Осаму. Действительно, какая у неё была жизнь до Портовой Мафии? Дазай, конечно, не выглядела сиротой, как он, но вот когда она сама сказала об этом, то это ввело Накахару в какой-то ступор и показалось неожиданностью. Юноша перевёл взгляд на шатенку. Разве родители могут так легко отдавать своих детей в руки босса мафии? Вряд ли. Тогда каким образом она оказалась здесь, имея семью и крышу над головой? Из раздумий его вывела губная помада, которая стремительно преближалась к лицу рыжего. — Ты совсем сбрендила?! — воскликнул он, отшатываясь от девушки на другой край дивана и испуганно смотря на орудие пыток в её руках. — Ну, же, Чуя, иди сюда, — позвала она, похлопав по месту рядом с ней, а Накахаре подумалось, что в представлении Дазай он лишь испуганный пёс. — Не пойду! Бродячих собак на улице так подзывай, а не меня! — возмутился парень, нахмурившись. — А чем ты, собственно, отличаешься от дворняжек? — съязвила она, подсаживаясь ближе. — Давай сделаем из тебя девушку уже наконец. — Только через мой труп! — коротышка резво вскочил с дивана, явно не намереваясь становится похожим на девушку таким путём. — Вызов принят, слизняк, — злорадно усмехнулась Осаму, тоже поднимаясь и ловко хватая рыжего за локоть. — Сначала престрелю тебя, а потом накрашу. — Мори-сан тебя за такое по головке не погладит, — он показал ей язык, вырываясь и медленно отступая. — Тебя тоже, если будешь и дальше сопротивляться, — суицидница приближалась и Чуя провёл параллель между ней и хищником, приготовившемуся к прыжку. — Чёрта с два я соглашусь на это! — воскликнул он и рванул за спинку дивана. — Твоего мнения никто и не спрашивал! — шатенка бегала за ним вокруг этого несчастного диванчика, явно непреклонна в своих намерениях. — Я не из "этих", чтобы ходить накрашенным! — огрызнулся Чуя, оглядываясь. Похоже Осаму уже начала потихоньку выдыхаться, потому что бледные обычно щёки теперь раскраснелись, а на лбу выступила капелька пота. А вот Накахара был полон энергии и нежелания быть пойманным. — Это мы ещё проверим! — зло пообещала девушка. Выносливость никогда не была её сильной стороной, и это давало о себе знать. Дыхание уже давно сбилось, а лёгкие горели от недостатка кислорода. Нужно было срочно менять тактику. В который раз пробега мимо спинки дивана, она схватила с него свою майку и окликнув Чую, дождалась пока тот обернётся и кинула одежду ему в лицо. Как и ожидалась на несколько мгновений майка загородила ему обзор и будучи ослеплённым, Накахара споткнулся, с грохотом падая на пол. Челюсть неприятно щёлкнула, а подбородок саднило. Он лежала на животе, потирая ушибленные места и переворачиваясь на спину, скидывая с глаз одежду. На живот тут же что-то надавило, заставив охнуть от неожиданности и тяжести, опираясь локтями о пол. Чуя открыл глаза и перед его взором предстала ехидная рожа перебинтованной дуры. Она восседала на нём, опираясь одной рукой на его грудь, а в другой держа коробочку с косметикой, переводя дыхание. — Я же... Говорила... Что накрашу... Бесишь!.. — рвано дыша, выговорила Дазай, по-видимому утомлённая бегом. — Слезь с меня, ненормальная! — вспылил парень, недовольный таким положением дел. А кто же будет довольный, когда его загнали в угол? Ух, а суицидница тяжёлая... — Не дёргайся, коротышка, — поморщившись, проговорила Осаму, хмурясь. — Иначе разукрашу тебя, как куртизанку. — Ещё чего! — возмутился он, но всё же сдался, понимая что пытка неизбежна, тяжело вздохнув. — Ты хотя бы умеешь делать макияж? — уже более миролюбиво и спокойно поинтересовался Накахара. — Ну, я видела, как красится мама и Коё, — неуверенно ответила девушка, поведя худыми плечиками и отведя взгляд. — Боже, с кем я связался? — сокрушённо пробормотал Чуя, хлопнув себя по лбу. Действительно, чего ещё можно ожидать от Осаму? — Да не волнуйся ты так, не на конкурс же красоты собираешься, — хмыкнул Дазай, снова доставая что-то из косметички. — А теперь начнётся превращение из уродца в красавицу. — Я тебе когда-нибудь врежу, — злобно прошипел сквозь зубы Накахара, нахмурившись. Эта чёртова Осаму похоже не умеет держать язык за зубами и не язвить! — Конечно-конечно, — ехидничает девушка, кривясь, и оборачивается, слыша неприятный скрип двери и топот шагов. На пороге стоял Мори, как всегда заложив руки за спину, а рядом с ним была Элис, лучезарно улыбаясь. При виде подростков, находившихся в такой двухсмысленной позе, Огай усмехнулся, задорно прищурившись и спросив: — Мне стоит закрыть Элис глаза или это не то, о чём я думаю? — Чуя сначала недоумённо смотрел на вошедших, не понимая, что мужчина имел в виду, а после резко заливаясь краской и резко мотая головой в отрицательно жесте. Шатенка похоже такой расклад совсем не смущал и иногда Накахаре казалось, что она вообще не умеет стыдиться. Она вообще человек или сицидники – отдельный вид людей? — Нет, я всего лишь хотела накрасить коротышку, — насмешливо фыркнув, отвечает девушка, с лисьей улыбкой склонив голову к плечу. — Мори-сан, вы всегда были немного извращенцем. — Как грубо, — спокойно возмутился мужчина, всё же слегка поморщившись. — Ух ты! — восклицает блондинка, подходя ближе и с горящим интересом в глазах уставившись на косметику, пропустив мимо ушей последнюю фразу Дазай. — Хочешь помочь мне, Элис-тян? — усмехается Осаму, протягивая несносной девчушке помаду. — Да! — Элис берёт помаду и уже принимается за бедного Чую, который вовсе не ожидал такого расклада, лишь нервно дёрнулся, испуганно глянув на блондинку, но не решаясь прервать её, смирившись со своей участью. Дазай было даже немного жаль рыжего. — Кстати, доктор Мори, зачем вы пришли? — девушка поднимается с Накахары, полностью доверив того Элис, отряхиваясь от пыли и с интересом смотря на босса. — По правде говоря, я не собирался заходить к тебе, но услышав крики, всё же решил заглянуть, — пожимает плечами мужчина, осматриваясь и замечая валяющуюся на полу майку, указывая на неё: — Прибралась бы ты у себя в комнате, Дазай-тян, а то твои вещи повсюду раскиданы. — Просто Чуя не хотел красится, так что пришлось его заставить, — хмыкает она, поднимая одежду с пола и закидывая на спинку дивана. — А остальное просто творческий беспорядок. — Не знал, что ты такая творческая личность, Дазай-тян, — насмешливо прищурившись, заметил босс Портовой Мафии, решая вступить в игру со своей ученицей. Что же она ему на это ответит? — Да, я очень разносторонняя особа, — продолжила лукавить девушка, покачиваясь с пятки на носок, словно маленькое дитя, очень довольная такой игрой. — Готово! — радостно объявила Элис, отсраняясь от измученного Чуи и все обратили внимание на парня. Похоже у маленькой блондинки было гораздо больше опыта в нанесении макияжа, чем у Дазай. Кто бы сомневался. Губы рыжего поблёскивали от бледно-розовой помады, которую он постоянно облизывал, а Элис сердито ругала его. Веснусчастые щёки порозовели от пудры, а подводка и тушь придавали выразительность большим голубым глазам. В общем, Накахара теперь действительно походил на девушку с лёгким макияжем. Осталось только разобраться с волосами и одеждой. — Господи, Чуя-тян, осторожнее ходи по улицам, а то ненароком соблазнишь всех мужчин, — раздражающе протянула Осаму, фыркая и прикрывая рот рукой, чтобы в открытую не засмеяться. Коротышка гневно нахмурился, и шатенке показалось, что она практически слышит, как он от ярости скрипит зубами, сдерживая желание вмазать ей промеж глаз. — А что насчёт волос? — поинтересовался Мори, никак не показывая одолевающий его смех и выглядят при этом почти серьёзно. — У Чуи-куна довольно короткие для девушки волосы и они не похожи на каре, так что думаю я просто соберу их в маленький хвостик. Это тоже вполне сойдёт за женскую причёску, — задумчиво ответила Элис, уже собирая огненные пряди юноши в хвост. Ну как сказать. Хвостик получился совсем маленьким, однако Чуя выглядел при этом весьма мило. И было бы ещё лучше, если бы он перестал так убийственно испепелять Дазай с Мори взглядом. — А что же он оденет? — озадачилась Осаму, когда Накахара уже походил на девушку в мужской одежде. — Ну я думаю ты будешь так любезна, Дазай-тян, что одолжишь Чуе-куну свою одежду. Тем более вы одинаковой комплекции, — заметил мужчина, красноречиво посмотрев на шатенку. Та лишь недовольно фыркнула, состроив страдальческую гримасу и направилась к шкафу в поисках подходящей одежды. Спустя мгновенье к ней присоединилась Элис, возмущённо отчитывая девушку, говоря что у неё совершенно нет нормальной одежды. В итоге на ужасно возмущённого Чую натянули тёмно-синюю тунику по колено с белым воротничком. И вроде бы вот перед ними предстала прекрасная девушка с красным от гнева лицом, только что-то всё же было было не по плану и было весьма и весьма комичным... — Чуя, ты какой-то плоский, — заметила Дазай, задумчиво уставившись на небольшой провал на тунике в области груди. — Что?! — вскипел юноша, тут же скрещивая руки на груди, пытаясь показать всем своим видом нелепость этого замечания, а также скрыть недостаток. — Да, Осаму-тян права, — согласно кивнула Элис, придирчиво разглядывая свою работу. А после как-то странно переглядываясь с шатенкой. Господи, вот ведь две чертовки! Накахара в надежде на спасение глянул на Мори, но тот лишь прикрыв глаза, расслабленно улыбался, похоже игнорируя свалившуюся на Чую проблему, так что рыжий определённо остался в гордом одиночестве. — Ты тоже думаешь об этом? — сверкнув хитрым огоньком глаз из-под прикрытых ресниц, спросила блондинка. — Бюсгалтер с пуш-апом? — вопросила девушка, внимательно глядя на Элис и та довольно кивнула. — Нет! — ужаснулся коротышка, думая что это его придел. За этот день он испытал столько стыда и унижения, что хватит на всю оставшуюся жизнь с лихвой, но это явно было перебором! Он не собирается напяливать на себя женское нижнее белье! Ни за что на свете! Парень метнулся к двери, явно собираясь поскорее покинуть логово демона, но тут в комнату кто-то зашёл, перегородив Чуе выход. Он поднял взгляд голубых глаз вверх и уставился на удивлённо лицо Коё-сан, которая похоже не сразу узнала в нём своего любимого воспитанника. — Чуя-кун? — удивлённо пробормотал женщина, разглядывая ещё совсем недавно бойкого юношу, а теперь хрупкую девушку, которая робко поглядывала на неё из-под рыжей чёлки и в нерешительности мяла подол платья, явно чувствуя скованность в непривычных вещах. — Да, — пискнул рыжий, желая провалится под землю от стыда. Ладно его в таком виде видели лишь Дазай с Элис, да Мори-сан. Это не страшно, ведь девушки никогда не воспринимали его всерьёз, а босс прекрасно понимает, что весь этот маскарад важен для задания. Но вот перед своей наставницей Накахара не хотел показываться в таком виде. Он всегда пытался доказать Озаки, что он может справится со всем сам, строя образ самостоятельного и независимого человека с сильной волей, ведь сестрица всегда считала его глупым и наивным ребёнком. А теперь кажется, что всё это с крахом рушится у него на глазах. Не хватало только расплакаться от этих унижений, как какая-нибудь девчонка. — Почему Чуя-кун одет так... Странно? — осторожно подбирая слова, чтобы не ранить воспитанника, спросила Коё, поднимая взгляд на предполагаемых виновников этого происшествия. — Понимаете, Коё-сан, тут такое дело... — начала Элис, подбегая к женщине и дёргая её за рукав кимано, прося тем самым наклониться, а после что-то прошептав на ухо. Лицо Озаки сначала было слегка озадачено, но после на нём появилось понимание и лёгкая усмешка застыла на губах. — Ах, вот оно в чём дело, — кивнула Коё, отсраняясь от девочки и снова окинув комнату взглядом, удалилась, чтобы потом вернуться через несколько минут и вложив что-то в руки озадаченому Чуе, тихо посмеяться от вида растерянности рыжего, прикрыв рот рукавом кимоно и снова уйти на этот раз окончательно. Юноша переводит взгляд на вещь в руках, замечая что она довольно мягкая и... Вскрикнув, откидывает лифчик от себя, отшатываясь от него, как вампир от чеснока, ошарашено глядя на Элис, поймавшую вещицу. — Откуда ты знала, что у Коё есть это? — хмурится Осаму, озадачено показывая на вещь в руке блондинки. — Ну ты же сама прекрасно знаешь на чём специализируются её воспитанницы, Осаму-тян, — пожимает плечами Элис, переводя взгляд на возмущённого в крайней степени Накахару. — Чего ты такой дёрганый, Чуя-кун? Ты же не хочешь провалить свою первую миссию, верно?    Юноша морщится, понимая, что несносная девчонка права, но всё же, всё же... Он на несколько шагов приближается к ним, но после скрестив руки на груди, красноречиво смотрит исподлобья на собравшихся. Чёрта с два он будет одевать это у всех на глазах! — О, ты так хорошо вжился в роль, слизняк, что уже стесняешься переодеваться на глазах у противоположного пола, — ехидно замечает шатенка, выпихивая ничего не понимающего Мори за дверь. Вообще-то, это Элис и Осаму противоположный пол, но с Дазай спорить себе дороже...Чуя лишь фыркает на это замечание и выхватив лифчик из рук Элис, удаляется в ванную, демонстративно хлопнув дверью. Девушка лишь хихикает, наслаждаясь крайне неловкой для рыжего ситуацией. — Чего это он? — растерянно спрашивает блондинка, смотря вслед раздражённому Накахаре. — Стесняется, — благосклонно поясняет девушка, прислушиваясь к звукам из ванной комнаты. Чуя ведь всё же парень и совершенно не разбирается в женской одежде... Так и есть, через минуту оттуда доносятся не совсем цензурные ругательства вперемешку с проклятиями всего рода человеческого. Осаму хмыкает, без стеснения заходя в ванную и наблюдая рыжего, что так отчаянно пытался застегнуть лифчик, стоя перед зеркалом и чуть ли не заламывая руки за спину. Он мрачно посмотрел на шатенку, вздохнув. — Ничего ты не умеешь, коротышка, — Дазай подходит к Чуе со спины, быстрым движением застёгивая вещь и помогая рыжему с платьем, который опять начал чертыхаться, пытаясь застегнуть замок на спине. Ох, и беда с этим слизняком. — Спасибо, — буркнул он, насупившись, а шатенка лишь коротко рассмеялась, но решила замолкнуть под убийственным взглядом Накахары. — Из тебя вышла прекрасная девушка, Чуя-кун, можешь не переживать, — заметил Огай, улыбаясь уголками губ, когда они уже стояли в коридоре, готовые отправится в особняк Шибусавы. Из ближайшей комнаты вышла Осаму, одетая в джинсы и тёмную толстовку, скрывающие бинты на теле и уж очень похожая на взбалмашного подростка, если бы не бинты на лице. Чуя не смог удержаться от колкого комментария: — Похожа на чёртова фрика. — Коротышка, ты действительно хочешь знать на кого ты похож? — поинтересовалась Осаму, выгнув бровь. Рыжий лишь нахмурился, недовольно фыркнув. Босс Портовой Мафии окинул её придирчивым взглядом и видимо оставшись чем-то недовольным, нахмурился, подходя ближе к девушке: — Дазай-тян, ты помнишь, что я говорил насчёт бинтов? — Вы действительно думайте, что это необходимо? — недовольно ответила шатенка, а в груди у неё зашевелилось неприятное чувство, холодя органы. — Ты же и сама это прекрасно понимаешь, — вздохнул Мори, покачав головой. — Чуе пришлось притворяться девушкой не только из-за того, что нет других свободных мест, но и потому, что Короля Овец знают слишком много людей, а нам не нужно, чтобы Шибусавы понял, что вы эсперы. Ну, а ты уже много раз мелькала на людях в бинтах, так что тебя без проблем могут узнать по твоей отличительной особенноти. — Я поняла, — отведя взгляд в сторону, ответила Дазай, чувствуя, как неприятное чувство разрастается, пожирая её изнутри. Чуя лишь с непониманием смотрел на этих двоих, не осознавая, почему суицидница противится. У неё под бинтами что-то настолько жуткое? Но Мори-сан разумный человек и не стал бы тогда просить Осаму снять их. Так значит дело в чём-то другом?    Дазай как-то нехотя подошла к зеркалу в дальнем конце коридора, с отвращением рассматривая девушку по ту сторону зеркала, прикасаясь пальцами к своему отражению. Для неё это было тяжело. Очень тяжело. Именно поэтому единственное зеркало в её комнате в ванной было завешано чёрной тканью, которую Чуя без задней мысли сдёрнул, пытаясь застегнуть бюсгалтер. Она никогда не любила себя, свою внешность и черты лица, доставшиеся от родителей. Осаму упорно игнорировала зеркала, а проходя мимо них, отводила взгляд в сторону, старательно не замечая отражавшуюся там девушку. Чёрт! Доктор Мори ведь знает, как нелегко ей смотреть на себя, а уж тем более снимать повязку с лица! — Почему она медлит? — тихо спросил Накахара, издалека наблюдая за шатенкой. — Дело в том, что Дазай-тян ненавидит свою внешность, — так же шёпотом ответил Мори, склонившись к Чуе и внимательно следя за Осаму. — Подростковый комплекс? — Нет, это гораздо серьёзнее, — устало вздыхает Огай. — Ещё до Портовой Мафии, когда Дазай жила со своей семьёй, она разбила все зеркала в своей комнате, а осколками порезала вены, не желая смотреть на своё отражение, — по спине у рыжего от этого заявления поползли мурашки и он вновь бросил взгляд на девушку. — Но откуда вы всё это знаете? — Осаму совершенно не похожа на людей, которые рассказывают о подобном. Здесь не чем гордится. — Я дальний родственник семьи Дазай и так же был их лечащим врачом, так что не знать всё это я просто не мог.    Девушка вглядывается в своё отражение, медленно обводя контуры острых скул и тонкой линии обветренных губ, чувствуя гладкость бледной кожи подушечками пальцев. О, как же она хочет вырвать этот единственный не скрытый под повязкой глаза. Он словно бездна смотрит на неё по ту сторону зеркала. А эта девстенно чистая кожа? Её хочется изрезать концелярским ножом, искромсать на кусочки и больше не видеть это уродство. Не так давно она даже почти воплотила своё желание в жизнь, вот только Мори постоянно наблюдает за ней, так что девушке не получилось закончить начатое. Пальцы касаются пластыря на левой щеке, закрывающего всё ещё не до конца затянувшуюся рану с того дня. Как же она хотела бы покрыть всё своё лицо бинтами и избавить себя от этих ужасающих глаз, чтобы больше не видеть этого безобразия. Но... Огай не дал ей этого сделать. Разрешил лишь скрыть тело под бинтами и ненавистных правый глаз и Дазай на максимум воспользовалась этим разрешением. Толстые слои марли покрывают тело от шеи и до ладоней со стопами, не давая лицезреть болезненно-бледное и ужасно ненавистное тело. Ненавидеть себя довольно сложно, когда каждый раз все стремятся остановить её от полосования своего тела лезвием... Короткие ногти неприятно прошлись по зеркалу и сжав ладонь в кулак, Осаму тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли и заведя руки за голову резко дёрнула за узел на затылке. Бинты слой за слоем спадали на плечи и запутываясь между пальцев, открывая взору лицо без изъянов. Почти без изъянов... Шатенка обернулась и взору Чуи с Мори предстали немного не привычных два глаза, сверкнувших в темноте. Вот только правый глаз, скрытый под повязкой был не тёмно-карим. Жёлтая радужка глаза немного похожая на кошачий резко выделялась на фоне мрачного лица девушки, поблёскивая во мраке коридора. Накахара лишь удивлённо выдохнул, а мужчина серьёзно посмотрел на Осаму. — Теперь можно идти, доктор Мори? — Дазай подошла к ним, запихивая бинты в свою сумку с вещами. Лишними никогда не будут, ведь ради гигиены надо менять марлю каждые сутки, но шатенка не против. — Конечно, — кивнул босс, подтолкнув рыжего, чтобы он пошёл следом за ней. — А что у тебя с глазом? — тут же спросил юноша, догоняя Осаму. Девушка лишь нахмурилась и отвернулась. Чёрт. Иногда бестактность Чуи кого угодно может довести до белого коления. — Гетерохромия, — коротко бросила она. — Чего? — не понял рыжий, слыша в первый раз это странное слово. Дазай раздражённо цыкнула. — Это когда глаза разного цвета, — пояснила она, наступив Накахаре на ногу, чтобы он заткнулся. — Эй! — возмущённо вскрикнул парень, запинаясь о собственную ногу в обуви на небольшом каблуке и потеряв равновесие, падая, больно стукнувшись подбородком и растянулись на полу. Уже второй раз за день! Да уж, похоже коротышка совсем не привык к женской обуви. — Я же просто спросил, а ты сразу пихаться! — Осаму, тяжело вздохнув, опустилась на корточки рядом с неуклюжей псевдо-девушкой. Похоже она немного погорячилась, ведь будет нехорошо если платье испачкается, а рыжий поранит подбородок. Тем более, он ведь ничего не знает. — Просто не заостряй на этом больше внимания, — посоветовала шатенка, помогая подняться этому неудачливому слизняку, который пока похож лишь на недо-девушку, предварительно щёлкнув его по курносом носу. Чёрта с два она будет перед ним извиняться, даже если это и её вина. — Ненормальная, — обиделся Чуя, очень напоминая сейчас маленького ребёнка. На это Дазай лишь усмехнулась потрепав его по голове так, чтобы не испортить причёску, а то Элис вместе с Накахарой потом вместе наваляют ей. — Как хочешь, чиби, — хитро сверкнув глазами, ответила девушка, засмеявшись от вида рагневанного рыжего. — Я не ребёнок, ясно тебе?! — Чуя попытался наступить на ногу Дазай, но с туфлями на каблуках это получалось просто отвратительно! А между тем их ругань затерялась где-то в бурлящем потоке жизни, неся двоих потрёпанных жизнью подростков в бешеный круговорот событий.