One touch is all I want

Тэхен ждет вечера, чтобы наконец-то все узнать и успокоиться. Он не любит богачей, но все поворачивается так, что деваться некуда — нужны деньги. Чонгук высылает омеге машину, но Тэ гневно посылает его и идет на остановку, проходя мимо черного Range Rover. Чон скидывает адрес, и парень на пару с навигатором около часа добирается до места. Он заходит в здание, когда проходящая мимо парочка косо смотрит на него, и, не удержавшись, Тэхен показывает им средний палец, как раз в тот момент, когда его пропускают дальше. Это одно из тех самых шикарных зданий, где сидит парень за стойкой по типу ресепшена и проверяет у входящих документы, а у входа дежурит охрана. Такие дома бесят омегу больше всего, потому что в них не пробраться, и, бывало, что слежка за людьми заканчивалась именно на этой точке. Дверь в квартиру приглашающе открыта, и омега просто проходит внутрь, он не будет стеснительно мяться, в конце концов его пригласили. Но все же громко стучит по стене, привлекая внимание, и проходит в гостиную. — Привет, — Чонгук выходит к нему в майке и спортивных штанах, на шее висит полотенце, впитывающее влагу с волос. — Ты почему на машине не поехал? Я ее специально выслал. У меня нет столько времени, чтобы ждать тебя. Тэхен закатывает глаза, складывая руки на груди. — Ты свою машину выслал прямо к детдому. Если я сяду в такую тачку у всех на глазах, то больше ты меня живым не увидишь. Ты даже не знаешь, на что способны дети, когда завидуют. Чон задумчиво кивает и ведет парня в свой кабинет, по пути бросая полотенце на диван. Он включает ноутбук и достает желтую папку из ящика стола. — Чонгук, какого черта твоя дверь снова открыта? В комнату летящей походкой заходит омега, от которого парфюмом несет ярче, чем естественным ароматом. Парень останавливается в проходе, когда видит незнакомое лицо и Чонгука рядом, удивленно хлопая ресницами. Тэхен широко раскрывает глаза, осознавая, что все-таки это была ловушка, и омега как лох последний повелся, еще и сам зашел в капкан. Но следующий вопрос омеги заставил отбросить эти теории. — Чонгук, кто это? — Чимин кивает в сторону подростка и садится на диван, закинув ногу на ногу, не отрывая оценивающего взгляда. — Я не думал, что тебе интересны такие мальчики. — Чего? Совсем офигел? — шипит Тэ на такой явный намек. — Боже, он еще и дикий. — Чимин, прекрати. Он мой… помощник. И я собирался рассказать о его обязанностях, — альфа неоднозначно указывает на дверь, но Чимин и не думает уходить. — Помощник, — Пак задумчиво растягивает слово по слогам, не обращая внимание на чужое негодование. — Не знал, что такой помощью начинают заниматься так рано. — Рот свой закрой, — Тэхен кидается на омегу, и, прежде чем Чонгук успевает схватить парня, тот бьет по кукольному лицу. — Господи, да ты ненормальный! Тебе лечиться надо. — Серьезно?! Это говорит мне человек, который по чужим членам прыгает? — не сдерживается Ким. Чимин стоит в ступоре, раскрыв рот. Такого явно не ожидал. Смазливое личико становится все более злым с каждым последующим словом подростка. — Стонал ты знатно, Чимин. А вот лицо твоего партнера такого наслаждения не показывало. Наверно, потому что твой язык и задница схожи: ебать их не доставляет такого удовольствия, — Тэхен слегка успокаивается, гадко улыбаясь рассерженному омеге. Брюнет даже перестает вырываться из чужих рук, что сковали его цепями, пока парни переваривали его слова. — Ты тот самый фотограф, что делал снимки, — говорит безэмоционально Пак. — Какого черта он тут забыл? — обращается уже к Чонгуку, который все еще «обнимает» взбешенного парня. — Я уже сказал тебе. А теперь, пожалуйста, выйди, мы поговорим с тобой позже. Чимин внезапно спокойно уходит без вопросов, пока Тэхен пытается глазами дыру в нем прожечь. Крепкие руки, даже когда закрывается дверь, не исчезают. Альфа наклоняется ближе к шее, вдыхая естественный аромат омеги. Ким на это дергается как от проказы, выгибаясь дугой, да так сильно, что падает из рук на пол в неестественной позе с дикими глазами. — Ну и зачем ты полез к нему? — Чонгук, делая вид, что его этот выпад не удивил, отходит к столу, начиная щелкать мышкой. — Я? — Тэхен немного выпадает из реальности, вспоминая, о чем вообще речь. — Он назвал меня шлюхой. Ты не слышал, я не пойму? — Не повышай на меня голос, — рычит Чон, кидая на него ледяной взгляд, от этого Тэ вздрагивает, закрывая рот. — Он не сказал это напрямую, он просто шутил, испытывал тебя, потому что понимал, что никакой ты не помощник. Теперь он знает, что ты тут не бумажки разбирать пришел. — А что, я должен был стоять и позволять смотреть на меня, как на мясо? — Если ты хочешь нормально контактировать с людьми и получать от них пользу, то что тебе нужно сделать, так это стать умнее и сдержаннее. Чимин как раз такой. Ему хватило одного взгляда на тебя, чтобы понять, как действовать, чтобы узнать, чем мы тут занимаемся. Правда, он получил совсем не то, что хотел, но и этого было достаточно. — Считаешь нормальным, что он из-за моего вида посчитал, что я к тебе из-за денег задницу пришел подставлять? Чонгук откидывается на спинку сиденья, смотря на парня, что уже не рассержен, но не выражает совершенно никаких эмоций внешне. Наверняка под маской скрывается обиженный ребенок. Альфа начинает думать, не пожалеет ли он потом в итоге. Тэхен думает о том же. — Он знает, какой тип омег мне нравится, ты не подходишь ни по одному пункту, — рубит с плеча. — Тебе нужно быть спокойнее. Твоя эмоциональная неустойчивость в работе не поможет. — Ты меня не знаешь. И как мне приходится жить — тоже. Если бы мы с Чимином поменялись местами, он бы уже сдох или сам бы наложил на себя руки. — Мне и неинтересно, как ты жил, — врет. — Ты здесь, чтобы заработать и работаешь на меня. Так что, пожалуйста, будь гибче, — Чон говорит совершенно спокойно, без запинок. — Давай перейдем к делу. Тэхен проглатывает обиду, понимая, что общается с куском камня. Но ничего, и эта глыба скоро треснет. Следующий час альфа объяснял задачу Тэхена. Его объектом является Ли Донхек — главный конкурент по бизнесу, а также бывший партнер Чона, с которым у него личные счеты. — То есть мне надо найти на него компромат, чтобы что? — Это уже мое дело. Твое — достать. — Я все еще не понимаю, почему ты не можешь нанять кого-то другого. Альфа тяжело вздыхает. — Когда я тебе скажу, обещай, что не закатишь истерику. — Я уже тут, и мне нужны деньги, так в чем дело? — Одна из причин, почему мы расстались с Ли на плохой ноте, вернее моя компания, это его… вкусы. — Вкусы? — Он любит мальчиков помладше. — Ты шутишь? — смеется брюнет. — Ведь так? Скажи, что шутишь. — Нет вообще-то. Стой! — альфа перехватывает дернувшегося к выходу парня за талию, впечатывая спиной в свою грудь. — Отвали, извращенец, — омега дергается, пару раз проезжаясь задницей по причинному месту мужчины, ударяет макушкой по подбородку, но попыток не прекращает. — Это не значит, что я посылаю тебя к нему в постель. Я меньше всех заинтересован в этом, — Тэхен слегка успокаивается, но когда чужое дыхание греет затылок, и Чонгук прижимается щекой к мягким волосам, словно поглаживая, омега тяжело сглатывает. — Ты и правда незаметный, тебя сложно распознать, так как ты умеешь маскироваться. А еще ты красивый, и, если вдруг что-то пойдет не так, ты сможешь манипулировать этим в своих целях. Омега молчит, смотрит на дверь и дышит ровно. Концентрация аромата альфы в воздухе зашкаливает смесью бергамота и мяты. Они стоят так какое-то время, каждый в своих мыслях, пока Тэхен снова не изворачивается. — Отпусти. Вцепился, как клещ, — он стряхивает несуществующие пылинки с одежды, недовольно буравя альфу взглядом, все еще не понимая, как относиться к такой информации. — Вот флешка, если захочешь посмотреть материалы еще раз. — Не надо. Я запомнил. — Возьми. Ким кладет флешку в карман, понимая, что смотреть не придется, просто не на чем. — А можно вопрос? — Да, — кивает Чонгук. — Кем тебе приходится Пак Чимин? Просто знаешь, он приходит в твой дом и так недовольно смотрит на меня, будто вы… — Он мой брат, сводный. — Брат? — Да. Родители не афишировали развод, сам понимаешь, на репутацию президента это оказало бы плохое влияние. А когда его срок истек, то смысла кому-то об этом рассказывать не было. — Оу, извини. Это было не мое дело, — Тэхен никогда не перед кем не извиняется, но тема родителей для него особенная. — Ничего. Это было давно, они взрослые люди. Правда вот братец мне достался не сахар, — смеется. Смеется впервые за все их знакомство. Немного непривычно и неожиданно смотреть на такого альфу, словно он уязвим прямо сейчас. — Да, самая настоящая шлю…- Ким запинается и под тучным взглядом быстро идет к двери, — Ну, ты понял. Чимин спокойно сидит на диване и смотрит телевизор. На парня даже глаз не поднимает, но стоит выйти из комнаты брату, как он подскакивает и идет хвостиком. Тэхен обувается быстро, чтобы больше ни минуты в компании Пака не провести. — Пока, — бросает и выходит за дверь. — Где ты его нашел? — подаёт голос Чимин, стоит двери захлопнуться. — В детдоме, — грубо отвечает альфа. — Серьезно? Ну, были у меня такие мысли на самом деле, одет он был… — О, Господи, закройся. Не ты ли из-за этого парня прибежал ко мне, слезно умоляя разобраться с фотографиями? — Я не думал, что это ребенок! И вообще, какого черта ты орешь на меня? — Я не ору, — Чон присаживается на диван и устало трет глаза, — просто я не думал, что этот пацан настолько сложный и что это вообще пацан. Он меняет настроение как погоду. — Зачем ты с ним связался? Поугрожал, и он удалил бы мои фотки, — Чимин наливает себе мартини, предлагает брату, но тот отмахивается. — Дело уже не в твоих фотках. Я хочу, чтобы он поработал на меня. Он хорош в добывании компромата, видимо, жизнь учит намного лучше, чем престижные универы. — Дай угадаю. Ли Донхек? — Он самый. — Все прошлое должно остаться в прошлом, Чонгуки, — омега ласково поглаживает плечо брата. Чон поворачивается к Паку, многозначительно разглядывая лицо, выискивая какую-нибудь брешь или ложь в чужих эмоциях. — Потом обязательно подумаю над этим. — И в чем заключается твой план? — Не бойся, ничего с ним не случится. Есть у меня для него задание. Просто согласись, умный симпатичный парень намного лучше, чем взрослый несимпатичный мужик. — Чонгук, ты просто мудак, ты в курсе? — Пак ощутимо бьет альфу в плечо, на что тот просто пожимает плечами. — Он же ребенок еще, а ты в свои игры его втягиваешь. Если он треснет тебе по лицу, то я поддержу и тресну тебе с другой стороны. — Ким скорее треснет тебе, а не мне. Я ему деньги за работу буду платить вообще-то. — Я сам ему заплачу, чтобы он тебе по роже вмазал. И станем мы с ним подружками. Ха! — Ну ладно, — Чонгук встает и идет обратно в кабинет. — Ты чего хотел? — Ты знаешь, — омега взмахивает рукой в воздухе, рассеяно оглядывая интерьер. — Чим, я уже сказал, что не могу разорвать брачный договор. — Да сколько мне еще с ним водиться? Я устал, Гуки. — Прости, но я правда ничего не могу сделать. И будь хоть немного искренним в своих желаниях. Даже я уже не верю тебе.

***

Тэхен просматривает всю доступную информацию про Ли Донхека — даже обычную дешевую желтую прессу. Альфа абсолютно чист. Единственный скандал был, когда его выгнали из компании Чона. И то потому, что причина ухода до сих пор неизвестна. А Тэхену она не понятна до конца. Пристрастие мужчины к юным парням было причиной увольнения? Если бы проблема была в том, что Ли не исполняет свои обязанности или работает против компании, он бы не захватил с собой пакет акций, что так нужен Чонгуку. Потому что доказательств на это хватило бы, чтобы альфа еще и возместил ущерб. Значит, дело кроется в личных отношениях Чона и Ли, и, возможно, пристрастие Донхека к подросткам имеет место стать причиной. Может, Тэхен пропускает уроки и не делает домашку, но он не тупой. Человек, который так кристально чист, на самом деле скрывает за душой собственную грязь, ибо нет идеальных. Даже сам Чонгук был замечен в некоторых неприятных новостях и не только в юности. Чимин — вообще отдельный разговор. Как омега еще не попался другим фотографам, непонятно. Видимо, брат подчистил. Хосок тоже штудирует интернет, но по всем фронтам пусто. Обычно Ким находит какую-то лазейку в интернете и уже тогда идет на охоту. У Чимина, например, была куча романов, и омега решил проверить его на верность. У предыдущей жертвы Чхве Сомина были ужасные отношения с родителями, о чем актер не раз говорил в прессе, и Тэхену удалось заснять момент, где мужчина в подъезде толкает собственную мать, когда та пришла без приглашения в гости. И таких случаев несколько. Но из-за того, что сам Донхек личность не медийная: он не актер, не певец, — прессе он совершенно неинтересен. А вот такой кадр, как Чимин, который также не актер, не певец, просто богатый отпрыск, является хорошим примером «любимца» публики, так как постоянно дает поводы поговорить о себе из-за поведения. Давал, вернее. Не обнаружив ничего интересного спустя три дня поисков, Тэ решает начать работать с тем, что есть, то есть ни с чем. Он одевается в одежду Хосока, чтобы перебить собственный запах, и после школы едет в центр города к компании, в которой на данный момент Донхек работает директором. Хорошо устроился после увольнения. Но каждый выживает как может. Омега сидит недалеко от здания почти два часа, в кафе идти не стал, как-нибудь в другой раз. Чем меньше он мелькает в одном и том же месте, тем лучше. Ли выходит один. На нем темная рубашка, такого же цвета брюки и оксфорды. Альфа такой же вылизанный, как и Чон. Бесит. Тэхен закатывает глаза на свои мысли и сидит на лавочке до того момента, пока альфа не садится в машину, после этого набирает Хосока. — Алло, Хоби? Он поехал, сейчас скину фотку машины. На дорогу от работы до дома у него уйдет примерно полчаса, так что жди. Если не приедет через час, то напиши.

***

Тэхен следит за альфой неделю, но все, что ему удалось узнать — это то, что тот любит выпить красное полусладкое. Альфа ездит в магазин каждый вечер за продуктами, а потом едет домой. Даже выходные у него довольно обычные. Такие, как и будни. Киму уже становится жалко собственного времени, и мысль бросить дело всё чаще мелькает в голове. Омега возвращается с очередной вылазки, в рюкзаке лежит фотоаппарат, который он не успел оставить в супермаркете. Оставлять вещи в открытой комнате в детдоме себе дороже, поэтому безопаснее оставить в камере хранения в магазине — там хотя бы видеокамеры есть. Он купил фотоаппарат на свои первые деньги с шантажа. Тогда он на телефон сделал фото какого-то мужика, справляющего нужду за зданием суда, и решил попытать удачу. Ему хватило смелости подойти и напрямую показать фото. Сейчас Ким бы так не сделал, люди бывают разные и их реакции тоже. Повезло, что в тот раз пацану не дали по башке за такую наглость. Чувак оказался сговорчивым, из-за этого фото ему бы грозило увольнение, и он выложил не очень большую сумму денег. Омега наскреб все свои сбережения, занял у Хосока и купил камеру. Подержанную, не самую лучшую и не новую, но она до сих пор служит ему. Главное, быть аккуратным, так как Тэ иногда использует очень изощренные методы съемки.

***

Отбой уже давно объявлен, поэтому омега пролезает через решетки забора и идет к торцу здания. Окно открыто, надо только взобраться на второй этаж. — Тэхени, чего так поздно? Я заждался, малыш, — Югем выходит из-за угла, выдыхая дым от сигареты. На лице его недобрый оскал, а омега слишком устал, чтобы препираться, он и так весь день был на ногах, а завтра выходной, хороший шанс, чтобы выспаться. — Привет, — закатывает глаза. — Что надо? — Как что? Решил посмотреть на свою любимую омегу, — альфа становится вплотную, так, чтобы брюнет не дернулся от него в сторону. — Я не твоя омега, Югем, — нервно вздыхает Тэ, когда чувствует чужое алкогольное дыхание на своей щеке. — Разве? Мы так хорошо проводили время вместе, помнишь? Как ты стонал подо мной, когда я успевал тебя поймать. А теперь ты словно растворяешься. Как ты это делаешь? Югем обвивает талию парня, утыкаясь лицом в плечо. Ким стоит, раздраженно закатив глаза, не обнимая в ответ. Ему пьяный Югем, который не прочь в рожу омеге перед дружками треснуть, вот совсем не сдался. Их «отношения» очень сложные, потому что омега знает, каким альфа был раньше. Не таким жестоким, не таким надменным и пофигистичным. Но все изменилось после первой течки, которую Тэ вспоминает с дрожью по телу. Те воспоминания до сих пор вспарывают душу своим наличием. Хосок думает, что у омеги никогда не было друзей, но он просто не знает, что Югем был его первым другом и тем, после кого дружба стала пустым звуком. После Югема его жизнь стала адом с только суицидальным выходом. — Хей, мне надо идти. Я хочу спать, — как можно спокойнее объясняет омега и пытается выпутаться из крепкой хватки дрожащими руками. — Зачем? — мурчит. — Ты не останешься со мной на ночь? — Нет. — Но я так хочу, — альфа усиливает хватку на талии и носом ведет по шее, — чтобы ты был рядом, чтобы я был в тебе, Тэтэ, — губами мажет по бледной коже, горячими следами поднимается к губам, сразу же целует, кусая до боли, и лезет под тонкую майку. Тэхен дергается, подавляет рвотные позывы, отворачивая голову, и толкает со всей силы. Его бесит, колотит до судорог. Даже без своих дружков Югем является скотиной. Омега ненавидит их всех, как ненавидит и свою жизнь. И даже ночью ему не дают покоя, все думают, что тряпка из него лучше, чем омега. И каждый раз приходится делать вид, что все равно на чужие слова, что сломанная психика — часть его души. — У тебя скоро течка, я это чувствую, — альфа не поднимается с земли, разглядывая снизу вверх фигуру, что лезет по решеткам на второй этаж. — Не смей прятаться от меня, — уже кричит. — Да пошел ты! — кричит вслед из собственного окна, и плевать, что его сосед может проснуться. — Я все равно найду тебя и трахну, — не унимается альфа. — Попробуй найди. Тэхен закрывает окно, не желая больше продолжать этот бессмысленный диалог с угрозами, которые он слышит постоянно. Но что-то в словах парня все-таки откликается внутри. Течка скоро должна прийти, а деться Тэхену некуда и таблеток нет. Если он ничего не придумает, то Югем и правда его найдет, а дальше все по обычному сценарию. Если Ли Донхек не имеет скелетов в шкафу, то Тэхен лично их туда поставит и с каждого пылинки сдует. С этими страшными мыслями омега ложится в постель.

***

— Я же сказал, что могу приехать. Зачем каждый раз высылаешь машину? — Надеюсь, что ты хоть раз в нее сядешь. — Зачем? — Считай это красивым жестом. — О, Господи! Чем тратить деньги на бензин, лучше заплати мне аванс. — Подождешь. Тэхен обходит альфу, собираясь сесть на стул, но, когда ему оставался до него всего метр, в глазах вспышками появлялась темнота, словно попеременно включали и выключали свет. А потом мрак. — Тэ! Тэхен! — словно сквозь толщу воды мерещится знакомый голос. Омега еле-еле разлепляет веки, чувствуя влагу на лице. — Наконец-то, — облегченно вздыхает Чонгук. — Ты как? — Ч-что случилось? Тэхен с помощью альфы принимает сидячее положение и прикладывает руки к голове, словно в поисках раны, потому что чувствует ноющую боль. — Ты упал в обморок и ударился головой. Вот, держи, — дает упаковку льда, все еще находясь слишком близко к омеге. — Больно, — стонет младший. — И холодно. — Давай я, — Чонгук берет лед из чужих рук и прикладывает к затылку парня. — Ты как себя чувствуешь? Ты ел сегодня? Тэхен только мотает головой, понимая, что правда плохо питался в последнее время. — Хорошо. У меня дома нет ничего, так что просто поедем куда-нибудь или доставку закажем. — Лучше доставку. — Да, наверно, так будет лучше. Альфа не успевает взять телефон, как тот начинает звонить, и судя по лицу мужчины, тот не особо впечатлен звонку. — Да, Чимин. Да. Я уверен, что ты уже едешь, так зачем спрашиваешь? — молчание. — Заедь, пожалуйста, и купи еды на троих. Да, Тэхен у меня сейчас. Жду.

***

— Он чист. Я полторы недели за ним слежу, абсолютно ничего подозрительного и близко не наблюдал. — Вот сука! — Тут дети, — шипит Чимин с кресла. Удивительно, но Пак сегодня дружелюбен, и Тэхен не понимает, в чем причина такой перемены. Но морду он ему в ответ бить не желает, и этого достаточно. — Тц! Извиняюсь, — раздраженно говорит в ответ альфа. — Первые дни он никак не менял свой маршрут, но при этом каждый раз заходил в магазин и покупал красное полусладкое, я сверил все его чеки. — Ты стащил у него чеки? — почему-то удивляется мужчина. — Не у него именно. Донхек никогда их не берет, поэтому я просто зашел в магазин и, пока платил уже за свою покупку, захватил несколько из коробки на кассе. — Как ты понял, что это именно его чек? — О Господи! По времени сверил. Нашел именно тот, который был напечатан после оплаты его покупки. Еще вопросы есть? — раздраженно выдает Тэхен, которого бесит, что такие простые и формальные вещи приходится объяснять, а зачем — непонятно. От повышенного тона у него вновь болит голова, и он тяжко вздыхает. — Да, Чон, ты че тупой? Не поймешь никак? — усмехается Чимин со своего места, пока играет в телефон. — Так вот, — продолжает Ким. — Я думал, что, возможно, он на выходных куда-то поедет, в клуб, да хоть в парк гулять, но нет, сидел дома. Потом я подумал, что если он никуда не идет, то может к нему кто-то ходит. Но и тут провал. Я из окна следил за ним… — С крыши? — снова усмехается Чим. — С крыши. Но он реально сидит дома и пьет вино в одиночку. Весь его маршрут — это работа, магазин, дом. Бесит! Я столько времени на него потратил, а он даже не чихнул. Может, он в ванной фаллосы в себя суёт, я уже даже не знаю, — шипит Тэхен на одном дыхании, и все с раскрытыми глазами смотрят на него, даже Пак отрывается от телефона. — Чего? Чимин кидает сотовый на кресло и подходит к столу, разглядывая фото. Давненько он не видел это лицо так четко. — Чонгук, ты говорил, что Ли ну… любит мальчиков помладше. С чего ты это взял? Ты это сам видел? — спрашивает Тэ. Чонгук напрягается, сжимая губы в тонкую линию. А потом переводит взгляд на Чимина и тяжело выдыхает. Альфа подходит к столу, доставая бутылку коньяка, чем удивляет омегу еще сильнее. — Видишь ли, Тэхени, Чонгук не любит вспоминать эту историю. Он считает себя виноватым в том, что к нему никак не относится. — Напрямую относится, — безапелляционно заявляет альфа, наливая в бокал чуть больше янтарной жидкости, чем в прошлый раз. — А я говорю, что нет! — Так что за история? — вмешивается брюнет, не желая смотреть на семейные разборки. — Ли Донхек отличный работник, потому что в душе он та еще мразь. Но, к сожалению, именно такие люди многого добиваются в жизни, — говорит Чимин. — Он любил ходить по борделям, ну, кто их не любит, да, Гуки? — Чон на это делает еще один глоток. — Но мальчиков любил помоложе, особенно тех, кто похож на школьников. И не то, чтобы я вызывающе себя вел… — Ты вел себя именно так, Чим. Вся Корея об этом знает, — чеканит Чон. — Ладно, да. Я и сейчас так себя веду. Мне нравится быть в центре внимания, нравится удивлять людей. И совершенно пофиг на мнение остальных, если я получаю удовольствие. Но не все понимают, что мое поведение лишь способ привлечь внимание и получить от этого удовольствие. Донхек вот думал, что мне правда потребовался настоящий член в заднице. Видимо, его член. — Он тебя изнасиловал? — шепчет Тэхен. — Нет, не успел. Но пытался. Ли не постеснялся уложить меня прямо на стол своего кабинета, хотя я был против. И ему почти удалось присунуть мне, он даже врезал по лицу, я потом еще неделю с синяком ходил, — Пак замолкает, кусая губу и прося Чонгука налить ему тоже. — Меня спасло то, что секретарша Донхека позвонила моему брату, так как в то время он глаз с меня не сводил, все думал, что я вляпаюсь во что-то. — И не ошибся, как видишь. — Ну, и его уволили. Рассказывать эту историю общественности было никому не выгодно, и Ли ушел почти с миром… — И разбитой рожей. — И разбитой рожей, хотя успел прихватить пару наших акций, из-за которых имеет полное право на часть нашей компании. — Так это месть? — спрашивает Тэхен. — И да и нет. Это бизнес, — пожимает плечами Пак, отпивая крепкую жидкость. — Почему ты так спокойно об этом говоришь? — омега спрашивает тихо, словно боится, что их услышат. — Я… мой друг был… его изнасиловали, и это далеко не та тема, которую ему хочется обсуждать. А ты так спокойно рассказываешь подробности совершенно незнакомому человеку. Пак молчит, что-то обдумывая в своей голове, и смотрит очень внимательно, словно через оболочку хочет пролезть. — Факт в том, что ничего не произошло в итоге. А я не люблю держать в себе плохое. Ты тому подтверждение. Я мог бы закатить скандал, выгнать тебя, ударить в конце концов, но разве в этом будет смысл? Хотя ты поступил по-свински, я понимаю, почему, — Тэ закусывает губу, осознавая, что Чимин совершенно не такой, каким его показывает пресса. — Время проходит, и я не могу оставаться там в семнадцатилетнем возрасте, зализывать раны и думать о том, как меня когда-то обидели. Я хочу двигаться вперед, хотя сейчас это слишком трудно. — Почему? — Видишь это? — омега указывает на безымянный палец правой руки. — Я люблю человека, которого зову мужем, но он меня нет, поэтому я придумываю разные способы привлечь его внимание. — Трахаясь с другими? — Хэй! Откуда в тебе такие грубые слова. Это обидно. И это было во время течки и ничего не значило. Я не стану умирать от боли только потому, что мой муж сухарь. Но моих чувств это не меняет. — Странная у тебя любовь, — щурится брюнет, собирая фото. — Что ты-то знаешь о любви, пацан? — вклинивается Чонгук. — Ничего. Но даже я понимаю, что на это она совершенно непохожа, — Тэхен вытаскивает флешку из компьютера, собираясь предложить свою мысль, которую вынашивал всю ночь. — У меня, на самом деле, есть одна идея… — Какая? — Если он совершенно чист, то, может, самим испортить ему репутацию? — Ты имеешь в виду подставить его? — Да. — И кто же выступит в этом деле? — Чонгук задумывается на минуту. — Я. Можно обвинить его в домогательстве по отношению к несовершеннолетнему. — Чего? Нет! — кричит Пак. — Я смогу обставить все так, что вина будет его полностью. Мне нужны только маленькие камеры и время. — Ты самоубийца! Скажи, зачем тебе это? — блондин не может угомониться. — Из-за денег, — просто отвечает Тэ. — Это единственная причина. — Чонгук, скажи ему, что оно того не стоит. Я могу дать тебе деньги, Тэхен, скажи, сколько? Чимин выглядит крайне раздраженным из-за этой идеи. — Я не принимаю благотворительность, прости, Чимин. Я хочу сделать дело и получить то, что заслужил. — Чон, скажи ему. — Это неплохая идея, — задумчиво выдает альфа. — Прости? Видимо, я попал на собрание идиотов. Вы оба меня бесите. Я ушел, — на этих словах блондин, крайне обиженный словами брата, выходит за дверь. — Так что у тебя за план?