Мой любимый учитель

Юнги сидит в белом пространстве, сложив ноги по-турецки и запустив пальцы в волосы. Что делать, он не знает. Зачем он тут, он тоже не знает. Ио том, как отсюда выбраться, он, естественно, не имеет ни малейшего понятия. — Так, ну, если рассуждать силлогистически, то я должен уснуть… Но, черт, это не работает! Так и было. Опираясь на информацию, хоть и (возможно) завуалированную, Мин пришел лишь к одному осуществимому варианту. Это спать. Много. Но почему в тот раз получилось, а в этот раз нет? Юн предпринимает еще одну попытку, которая снова окончится провалом.

***

Чонгук второй день сидит у кровати любимого. Врачи старались обходить их стороной. Сам факт того, что парень упал с семьдесят первого этажа и выжил, их пугал. Так еще и тело восстановилось за полтора дня. — Неудавшийся эксперимент природы… — говорили они, проходя мимо и качая головами. Чон их не слушал. Его не интересовали сплетни больницы. Ночевал Гук рядом с кроватью. Ну, как ночевал…просто, не отрываясь, смотрел на Мина. Он забил на учебу, забыл про экзамены, которые должны были быть через три с половиной месяца…ему было все равно на окружающий мир. В глазах все еще стояла та ночь… падающий Юнги и его тихий крик. Сейчас школьник сидел рядом с кроватью и сжимал в тонких пальцах его большую ладонь. Раз в два часа ему звонил Чимин, искренне переживающий за него и Юнги. Ребята тоже часто спрашивали про профессора. Странно, что он, никому ничего не сказав, пропал на полторы недели. Сора тоже приходила, но по просьбе Чонгука, врачи ее не пускали к кровати после того, как она попыталась его поцеловать. — Ты дура? Он и так дышит через раз! Иди, учи свою домашку! Там еще два проекта и реферат! Давай-давай, топай. С этими словами Чон выпихнул ее за дверь, и с тех пор у нее не было возможности видеть профессора.

***

Юнги провалил две попытки уснуть. Сначала ему было слишком холодно, а потом странное ощущение, будто его кто-то трогает за руку. Но рядом никого не было. Это были нежные, теплые, родные прикосновения. В голове стоял образ парнишки, который маячил перед глазами все это время. Решив, что стоит все же еще рез попробовать уснуть, Мин устраивается поудобнее, закрыл глаза и… … Сон так и не пришел. Чувство, будто кто-то перебирает его пальцы никуда не делось. Длинные каштановые волосы, большие выразительные глаза, скулы, добрая заячья улыбка… Чон Чонгук! Юн резко садится, отчего у него темнеет в глазах. Так вот он, смысл его жизни! Перебирая все моменты, связанные с юношей Мин, засыпает. Уж эта-то попытка должна быть успешной, он чувствует это…

***

Чонгук не выдержал и на вторую ночь уснул. Каким образом? Он и сам не знал. Парень не отрывал взгляда от красноволосого. И тут — бац! — он открывает глаза, сонно шмыгая носом, и встречает чужой теплый взгляд… Быстро переводит взгляд на экран приборов, замечая стабильную ломанную, которая раз за разом повторяет свои зеленые изгибы. Теперь отвратительный писк не слышен. Лишь равномерное «пик-пик-пик». Снова растерянный взгляд скользит по лицу Юнги. Он молчал еще пару мгновений. — П…Привет…? — Мину стоило огромных усилий выдавить улыбку. — Юнни!!! Восторженный крик оповестил всех, что «неудавшийся эксперимент природы» пришел в сознание. Чон немного отодвинулся, давая людям в белых халатах подойти, не без опаски, к кровати. — Что со мной? — Вы… Вы упали с высотки, но… но Вы в полном порядке… Мы не знаем, как такое возможно… — Ну и ладно. Все хорошо, это самое главное. — Тогда мы вас оставим. Нужно что будет, зовите. — и доктора по-быстрому слились, не успел Юнги и рта раскрыть. — Юнни, что произошло?! Ааащ… Мин совсем забыл о том, что парнишка ждет подробностей. — Для начала, сколько я был в отключке? — Два дня… тебя два раза теряли… я думал… я думал, что сам заработаю инсульт или, как минимум, поседею с тобой… — Гук аккуратно его обнял. — Так что случилось? — Ну, когда ты ушел, я долго лежал, а потом… Юнги ему все рассказал. А смысл что-то скрывать? Его рассказ изредка прерывался вздохами и тихими вскриками Чонгука. Парень не хотел выпускать его пальцы, боясь, что Мин снова потеряет сознание. Да, Юн рассказал все, умолчав лишь о крыльях, о том самом «чëм-то шуршащим», что спасло ему жизнь. А быстрое восстановление он и сам не мог объяснить. Такое с ним случилось впервые. Он решил, что это произошло из-за крыльев, ведь ран после них никогда не оставалось… Поэтому и сейчас Юнги чувствовал себя прекрасно. Спокойно двигался и даже мог встать. Ходить Гук ему не разрешил, боясь, что тот снова упадет в обморок. Потом и Чонгук поделился своей историей. Когда Юнги узнал, что сделал Пак, он был готов его убить. Чон мягко поцеловал его в губы и всех негативных эмоций как не бывало. — Тебе нельзя волноваться, тшш… — успокаивающий взгляд скользнул по лицу, а кончики пальцев по телу, возбуждая. — Гукки… Ты что делаешь? — Извини, я специально… я так переживал, скучал, я так хочу тебя… пальчики мне уже не помогают… — Но… — Без «но» … Губы Чонгука требовательно сминали чужие, пока руки ползли к паху, задевая вставший член. Мин тихо мычал в поцелуй, отвечая со всей страстью и притягивая парня к себе за волосы.