Обладатель

Вид с Астрономической башни завораживал. Небо приобретало розовато-персиковый цвет, когда солнце медленно опускалось за горизонт. Этот яркий переливистый свет, отбрасывающий длинные тени на пол создавал некую… романтическую атмосферу. И это напрягало Гарри больше всего. Темного Лорда не заботили красивые виды. Большей частью ему было плевать, куда фантазия Поттера заносит его в тот или иной раз. В разных местах Волан-де-Морт ловил обрывки разных воспоминаний, но они не несли в себе никакого смысла. Откровенно говоря, красивому виду была намного предпочтительнее удобная кровать. Змеиные глаза Темного Лорда прищурились от яркого света. Пока он размеренными шагами приближался к Поттеру, по его бледному лицу переливались длинные тени. Гарри стоял, прижавшись спиной к стене. Сердце тяжело бухало в груди, а руки до омерзения автоматически расстегивали на себе мантию. Кроме мантии, на Поттере не было абсолютно ничего, и это был явно… не слишком хороший знак. Когда взгляд Темного Лорда зацепился за его обнаженные ноги, Гарри едва порозовел в лице. Все, что будет происходить дальше, он знал «от» и «до», но унять дрожь в теле все равно выходило с трудом. Поттер осознал факт того, что беспрекословное подчинение Волан-де-Морту — это его устойчивая защита. Если делать все именно таким образом, как он говорит, то можно избежать множества… последствий. От Волан-де-Морта повеяло чем-то ледяным, когда он оказался вплотную к Гарри. Тот машинально опустил взгляд в пол. Глаза Темного Лорда скользили по его лицу, но он продолжал молча стоять на месте. Следующая фраза, прозвучавшая из его уст, опасно всколыхнула волнение в груди. — Ты рассказал кому-то, Поттер? — насмешливо произнес Волан-де-Морт. — Выдал кому-то наш маленький грязный секрет? Это было страшнее всего. Если бы Поттер соврал, то Темный Лорд бы мгновенно раскусил это и… наказал соответствующе. Если бы Поттер сказал правду… — Я сказал Снейпу, — тихо ответил Гарри, снимая очки с переносицы. — Сказал, что… Меня мучают видения. — Все же мучают, или же ты получаешь от них удовольствие? — прошипел Волан-де-Морт ему в лицо. В следующее мгновение Гарри был грубо развернут лицом к стене. Мантия на нем была задрана выше поясницы, Волан-де-Морт подминал его под себя, и ноги от этого действия подкашивались. Так было почти всегда, в его грубых, жестких движениях Гарри иногда мог урвать секунды, когда его горячий язык проскальзывал в области уха и дарил массу приятных ощущений. Противиться было бесполезно. Отрицать — тоже. Гарри уперся руками в стену, чувствуя, как Темный Лорд пристраивается к нему сзади и, развернув голову, кинул на него мимолетный взгляд из-за плеча. Его чудовищное лицо практически не вызывало отторжения, ни тонкие губы, почти всегда изогнутые в надменной ледяной усмешке, ни темные вены, просвечивающие сквозь бледную кожу. Волан-де-Морт, напористо раздвигающий ему ноги в этот момент, резко поднял взгляд и, заметив внимание Поттера, холодно прищурил глаза. — Я не… — уже было начал Гарри, но Волан-де-Морт, пресекающий любые намеки на сопротивление, лишь сильнее вдавил его в стену. Поттер торопливо исправился. — Я хочу лицом к лицу. Это было неожиданно. Слишком неожиданно, даже для Волан-де-Морта, регулярно посещающего сны мальчишки для самоудовлетворения. Несколько секунд он смотрел в лицо Поттеру, осмысливая его слова, затем, преобразившись в самодовольной улыбке, он позволил Гарри выпрямиться и развернуться к нему лицом. Робость все еще сковывала мальчишку, но теперь уже намного меньше. Словно он уже не испытывал столько унижения, сколько это было первоначально. Волан-де-Морт не задавался вопросами, он пришел сюда не за этим. Опустив руки на бедра Гарри, он резким движением оторвал его от пола и прижал к стене спиной. Гарри неслышно охнул, крепко ухватившись за плечи Волан-де-Морта руками, и затем неуверенно обвил ногами его крепкий торс. Взгляд беспокойно пробежал по Темному Лорду и остановился на его лице. Словно Поттер, будучи жертвой его отвратительных домогательств, боялся за то, что Волан-де-Морт может его попросту не удержать. Эта мысль отголоском раздалась в голове Темного Лорда, он оскалился. — Не волнуйся, Поттер, — процедил он сквозь зубы, прижимая мальчишку к стене. — Такими, как ты, я могу жонглировать в воздухе. Поттер, тяжело дыша через нос и тревожно держась за плечи своего заклятого врага, мысленно вообразил себе эту картину. Твердый член Волан-де-Морта уже упирался между ног, и это в принципе вышибало абсолютно все мысли. Гарри напряженно кусал губы и впивался пальцами в чужую мантию, ощущая, как он проходит между бедер. В этом было что-то отвратительно приятное, словно Волан-де-Морт намеренно тянул время, отдалял момент проникновения и давал Поттеру время побороться с самим собой. Но Гарри не хотел бороться с собой. Гарри уже достаточно пострадал от вмешательства Темной магии. Судорожно ловя губами воздух, он торопливо подавался бедрами навстречу движениям Волан-де-Морта. В такой позе его член ощущался глубже и плотнее, по телу постоянно проходила дрожь. Он подавался вперед, упираясь лбом в лоб Волан-де-Морта, и несмело, едва ощутимо касался носом узких змеиных ноздрей. Это касание не вызвало у Темного Лорда никакой реакции. Он продолжал ритмично вдалбливать мальчишку в стену, блуждая жадным похотливым взглядом по его лицу в предвкушении того, с каким удовольствием он будет спускать на этот чертов рот собственную сперму. Тихо ахая от его грубых движений, Гарри, не открывая глаз, смазанно коснулся сухих губ Волан-де-Морта в несмелом недопоцелуе. — Что, Поттер, хочешь внимания? — хрипло произнес Волан-де-Морт ему в лицо, проследив за тем, как дрогнули от этих слов его ресницы. — Поцелуев? Может быть, мне еще облизать тебе соски? От одной мысли Гарри передернуло. Его ладони сместились с плеч на лицо Волан-де-Морта, плотно его обхватив. Тяжело дыша через приоткрытые губы, Гарри затуманенным взглядом смотрел на то, как сильные бледные руки крепко придерживают его на весу. — Не знаю, — тихо выдохнул Гарри и простонал от особо глубокого движения внутри. Пальцы едва царапнули скулы Волан-де-Морта. — Боже… — Руки, Поттер, — предупреждающе хрипнул тот, губы дрогнули в недружелюбном оскале. Вся кожа горела от того, как идеально Поттер принимал его, как тугие мышцы податливо облегали член при каждом движении. — Что ты рассказал Снейпу? Гарри не понял смысла вопроса. Его разум, его тело были полностью открыты, и он панически дернулся в руках Темного Лорда. — Что ты рассказал ему? — с давлением произнес тот. Его движения ускорялись, Гарри притирался спиной к стене и обессиленно откидывал голову в тихих стонах. — Он сам… все увидел, — еле слышно прохрипел Гарри. Его член крепко стоял в возбужденном состоянии и при каждом движении терся о темную мантию Волан-де-Морта. И Гарри опасался его реакции на это действо. — Черт, черт, я… — ..Увидел, кто лишил тебя твоей невинности, Поттер? — насмешливо произнес Волан-де-Морт. — Озвучивай, кто это сделал. Ягодицы Поттера со шлепками приземлялись на его бедра. Гарри знал, что от него хотят услышать. — А… Это сделал мой… Лорд, — буквально простонал он, не поднимая взгляда. — Мой Лорд сделал меня… мужчиной. — Что еще ты должен сказать? Гарри, взмокший от пота и напряжения, поднял к глазам Темного Лорда туманный взгляд. — Что ты должен говорить людям, бескорыстно делающим для тебя приятные вещи? Член сильно запульсировал внутри. Гарри в очередной раз задрожал, готовый кончить от заполняющих его ощущений. Не от слов Волан-де-Морта, нет. — С… Спасибо, — со слезящимися глазами пролепетал он. Волан-де-Морт тяжело дышал ему в лицо, явно удовлетворенный его поведением. Потерявший последнюю нить разумных мыслей Гарри, жмурясь, неумело прижался к его губам. Волан-де-Морт, приближающийся к грани терпения, смачно углубился в его рот языком, исследуя изнутри. Это было настолько необычно, что Поттер, с силой дернувшись в его руках, затрясся в бурном оргазме, хватаясь за его затылок, шею, и безостановочно постанывая прямо в рот. В голове была зияющая пустота. — Поттер, — прохрипел Волан-де-Морт, отстраняясь от его лица, но Гарри понимал все без лишних указаний. Едва оказавшись стоящим на полу, он обессиленно опустился на колени, прямо в ноги Темному Лорду, готовый принимать его так, как он пожелает этого сам. Длинные пальцы Лорда небрежным жестом убрали выбившиеся волосы с его взмокшего лба, демонстрируя миру алый шрам в виде молнии. Гарри тяжело дышал и смотрел в его лицо, только начиная осознавать тот факт, что с Волан-де-Мортом у него был не только первый в жизни секс. Но и первый поцелуй. Гарри обессиленно положил руки на его лодыжки, словно демонстративно сдавая ему позиции. Волан-де-Морт активно надрачивал себе, сбито дыша и не прерывая зрительного контакта с Поттером. — Открой рот. Казалось, что это выходило за рамки, но и в этот раз подчинение чужой воле далось Поттеру удивительно легко. Он податливо раздвинул челюсти, терпеливо ожидая того, когда его мучитель наконец испытает оргазм. И он дождался.

***

— Ты помнишь, что на завтра нам надо делать два свитка по травологии? — страдальчески стонет Рон, еле переступая с ноги на ногу. — Угадай, сколько я уже написал. — Не знаю. Нисколько? — хмыкает Гарри. — Нисколько, — подтверждает Рон. Свежий воздух в окрестностях Хогвартса совершенно его не бодрит. Они оба направляются на поле для квиддича. — Когда профессор Стебль поинтересуется у меня, какого черта ничего не сделано, я скажу, что я совсем не высыпаюсь. И что у меня сосед-лунатик, который всю ночь мечется по постели, как бешеное пикси. — Почему в спальне высыпаются все, кроме тебя? — Ну конечно. Все, кроме меня… Симус уже планирует подсыпать какой-нибудь отравы тебе в тыквенный сок, лишь бы вся эта чертовщина закончилась, — ворчит Рон. Гарри лишь усмехается в ответ на его слова, пока не слышит со стороны строгий оклик Снейпа: — Поттер! Они с Роном замирают на месте. Уизли мысленно проклинает все на свете, а Гарри внимательно уставляется на профессора зельеварения, стоящего в нескольких метрах. — Не подскажите ли вы, какой сегодня день недели? — Вторник. Профессор. — О, значит, здравомыслие все же сохранилось, — саркастически замечает Снейп. — Вчера вы не пришли на дополнительные занятия, Поттер. Гарри сразу же осознает: вчера у него должно было быть обучение окклюменции, как они договаривались ранее. Он тут же мнется на месте, перекладывая метлу из руки в руку. — Точно, я… Совсем забыл, — неуверенно произносит он. — Вы выглядите отдохнувшим, — поднимает бровь Снейп. — Улучшилось самочувствие? — Да. Вроде того. Между ними возникает несколько секунд молчания. Рон непонимающе переводит взгляд с одного на другого. — После тренировки жду вас у себя в кабинете, — последнее, что сообщает ему Снейп, после чего удаляется. Как только он оказывается на безопасной дистанции, Рон ахает: — Дополнительные занятия со Снейпом… Ей-богу, Гарри, ты извращенец? От одного этого слова Гарри передергивает и он смотрит на Рона непонимающим взглядом: — Чего? — Тебе что, нравятся страдания? Ну, унижения, все такое… Зачем тебе эти дополнительные занятия? Снейп сожрет тебя целиком и не подавится. Гарри задумчиво поджимает губы. Выдерживает некую паузу. — Ну, может быть, и нравятся. Кто знает?

***

— ..Я выгораживал тебя перед Дамблдором, я подставлялся перед Темным Лордом, ставя под опасность собственную жизнь, и теперь ты будешь вести себя, как ни в чем не бывало, Поттер? — гаркает Снейп, захлопывая дверь своего кабинета. — Почему я должен с ответственностью относиться к твоей просьбе о помощи, если даже тебе самому наплевать? — ..Подставлялись перед Темным Лордом? Каким образом? — прищуривается Гарри в ответ на его нотацию. — Сам факт того, что я пытаюсь обучить тебя искусству окклюменции… — ..Откуда он знает, что я все рассказал вам? — вдруг прерывает его Гарри. Снейп холодно вытягивается в лице. — Знает?.. — уточняет он. — Что именно он знает?.. — Прошлой ночью он уже заранее знал о том, что я кому-то рассказал то, что вижу его. То, что происходит. — Знал постфактум? — презрительно хмурит брови профессор. После чего вдруг в напряжении медленно закрывает глаза. — Только не говорите мне, Поттер, что вы сказали ему обо мне. Гарри молчит. Начинает чувствовать себя неудобно. — Ну как бы… — начинает Гарри, но потом все же прерывается. — Да, я рассказал. Но откуда-то он уже знал обо всем заранее! — Не смешите меня. — Он появился со словами: «Ты выдал кому-то наш маленький секрет?» — дословно процитировал Гарри. — Это значит, что у него заранее появились какие-то подозрения. А я… Я только подтвердил их. Откуда они взялись? Снейп напряженно трет подбородок. — Я делаю для него восстанавливающие лекарственные эликсиры, — сухо начинает он, — необходимые для его нового тела. После того, как я услышал то, что вы мне рассказали, Поттер, я решил вмешаться. Гарри широко распахивает глаза. — Вы что, отравили его? — Нет, после подобного сейчас меня бы не было в живых. Моим планом было всего лишь ослабить его потенцию. Поттер продолжает непонимающе таращиться. — Ослабить его мужское либидо. Это все еще мало что объясняло. Снейп раздраженно сжимает зубы: — Ослабить его сексуальные потребности, Поттер. Что здесь может быть непонятного? Было логичным, что после этого он оставит вас в покое. Гарри пораженно смотрит на Снейпа. В его голове не укладывается факт, что тот действительно рисковал, пытаясь помочь ему, ненавистному студенту. А еще факт того, что Снейп пытался добиться того, чтобы Волан-де-Морт банально не испытывал эрекции. Гарри издает нервный смешок. Затем он просто начинает сдавленно смеяться. Его хихиканье перерастает в нервный громкий смех. Снейп продолжает смотреть на него без малейшего проявления эмоций. — Вас это смешит? — он прищуривает глаза. — Его ручная змея почуяла примесь. Если бы я не смог убедить его в том, что это всего лишь ингредиенты для поддержания иммунитета, которые могут нести в себе побочные эффекты, то опять же: я был бы мертв. Поттер еле подавляет смех, едва ли не сгибаясь пополам и глотая воздух. Снейп закатывает глаза. — Вы ведете себя как ничтожный необразованный ребенок, когда речь ведется о… — ..Простите, — осипшим голосом махнул рукой Поттер, — простите, профессор, просто… — Избавьте меня от подробностей. Из-за вас у меня будут огромные проблемы. Я так понимаю, что к этим видениям у вас возникло определенного рода привыкание. Резко заткнувшись, Гарри поднимает остервенелый взгляд на Снейпа. — Нет. Снейп не изменяется в лице. — В противном случае у вас было бы намного больше времени для того, чтобы обучиться защите своего сознания. Гарри несколько раз моргает, не зная, что ему ответить на эти слова. — Только не воспринимайте эти видения как события некого романтического характера. — Я не… — ..Не перебивайте, Поттер. Темный Лорд не способен испытывать никаких симпатий. То, что происходит с вами — это утоление потребностей. Даже не думайте о том, что это может быть чем-то иным. — Зачем вы мне все это говорите? — Потому что вы ребенок, имеете завышенную самооценку и не отличаетесь особенной рассудительностью.

***

Настроение Гарри катилось ко всем чертям, хотя он убеждал себя в том, что причина не в здравомыслии профессора Снейпа, и не в том, что у него имеются «проблемы со сном». Студенты косо смотрели на него осуждающими взглядами, Дамблдор откровенно избегал его общества, не говоря уже о том, что позволяла себе творить Амбридж, всячески подминая под себя внутренние распорядки школы. После того, как он пытался убедить ее в том, что Темный Лорд действительно вернулся, что он жив, в здравом уме, и представляет опасность для магического сообщества, на его руке появились едва поджившие кровавые слова. «Я не должен лгать.» Видения, в которых он занимался сексом с Волан-де-Мортом лишали его последних сил. В эту ночь Гарри не собирался идти спать, он находился в гостиной Гриффиндора, где упорно пытался заставить себя что-то сообразить по курсу травологии. Рон, разумеется, плевал на это занятие с высокой вышки, и уже несколько часов валялся в спальне в бессознательном состоянии, но Гарри искренне пытался ему не уподобляться. В какой-то момент строчки просто поплыли перед глазами. Усталость тяжело навалилась на него, а когда он заставил себя открыть глаза, то холодный ветер обдувал его лицо. Он стоял в Астрономической башне. Снова. Ночное небо было иссиня-черным, заполненное свечением ярких звезд. Гарри еще не успел осознать, что это сон. Он чувствовал себя раздавленным, отсутствие Волан-де-Морта вызывало мнимое спокойствие, которое тут же рассеялось, стоило ему услышать позади себя змеиный шепот: — Твой план не удался, Поттер? А ведь мы были так близки… Сердце застучало в груди, и Гарри уперся взглядом в пол. Волан-де-Морт все еще не прикасался к нему, словно поддерживая хрупкую иллюзию личного пространства. Его голос впивался в кожу сильнее, чем он мог сделать это с помощью своих рук. — ..Неужели ты избегаешь меня? — насмешливо продолжал он. Гарри молчал. Пальцы Темного Лорда затронули левое запястье, заманивая его в цепкую сильную хватку. Свежие шрамы сразу же заныли. — Откуда это? Гарри замер на долю секунды, чтобы осознать, о чем говорит Волан-де-Морт. Затем он несмело обернулся в его сторону, бросив взгляд на сжимающую его запястье руку. — Наш новый преподаватель по Защите от Темных искусств имеет свои собственные методы наказания, — сухо произнес он. Волан-де-Морт испепелял его глазами. — Назови имя. Эта надпись, которую мальчишка болезненно потирал ладонью, вызывала у него явное отторжение. Видимо, Поттер пытался убедить преподавателей в Его возвращении, но кто бы посмел покуситься на подобное? Кто из преподавателей в Хогвартсе не содрогался от Его имени и не знал о том, что Гарри Поттер принадлежит Темному Лорду? Кто бы позволил себе оставлять на его теле шрамы? — Долорес Амбридж. «Я приглядываю за Поттером», — вспомнились убедительные слова Северуса. Неужели Северус не хотел оповестить его о том, что женщина из Министерства позволяет себе делать с мальчишкой? Кто бы понес перед Лордом ответственность за его смерть? Волан-де-Морт резко вынырнул из сновидений Гарри, распахнул глаза. В штабе он был в абсолютном одиночестве, его длительную «медитацию» не посмела бы прервать даже Нагайна. — Поверьте мне, Господин, Долорес Амбридж не представляет угрозы ни для Вас, ни для кого-либо из нашего сообщества, — убеждал его Северус, глядя на Лорда самым преданным взглядом. — Я бы сообщил вам об этом… Пальцы Волан-де-Морта сомкнулись на его воротнике в сильной агрессивной хватке, дернули к себе ближе, заставляя подтянуться к бледному змеиному лицу. — Что я говорил насчет того, чтобы приближаться к мальчишке? — его глаза наливались кровью, а зубы сверкали в злобном оскале. Снейп остолбенел. — Никто, кроме вас, не имеет права каким-либо образом затрагивать Поттера, Господин. — Тогда почему женщина из Министерства оставила следы на его теле? — угрожающе прошипел Волан-де-Морт. Северус вытянулся в лице. Внезапно он понял, что вызвало такие порывы ярости у Темного Лорда. Это особенно четко давало понять кровавое свечение палочки, которая находилась прямо у его лица. Темный Лорд с легкостью отнимал чужие жизни. Ничего не помешало бы ему так поступить и с самим Северусом, и только убеждение в его бесконечной верности и пользе не давало ему этого сделать. И Северус повиновался ему. Не только чтобы защитить себя, но и других. Чтобы защитить Гарри Поттера. Меньше, чем через час он, благородно постучавшись в тяжелую дубовую дверь, прошел в кабинет мадам Амбридж. Он был расписан отвратительно розоватыми тонами, слишком много кошачьих глаз смотрели на него в этот момент. И эта женщина, столь властной и отталкивающей натуры, улыбнулась ему премерзким образом: — Вам что-либо нужно? Профессор? Снейпу ничего не было нужно от нее. Эту необходимость внушил ему сам Темный Лорд. — Есть вещи, которые стоят обсуждения, профессор Амбридж, — холодно произнес Северус. Дверь за его спиной заперлась. — Я бы предпочел, чтобы мы говорили о них с глазу на глаз. Амбридж с той же натянутой улыбкой медленно проморгалась, словно переваривая его слова. — Даже не знаю, Северус, у меня есть такое ощущение… — ее рука плавным движением потянулась за палочкой, — Что вы угрожаете мне. — Петрификус Тоталус, — одним заклинанием, не повышая голоса, остановил ее Снейп. Когда она замерла на месте без движения, он спокойно придвинул стул и сел напротив нее. — Я объясню вам, что будет дальше. Множество моих усилий было потрачено на то, чтобы объяснить, что ваша смерть не принесет никаких плодов. Именно поэтому сначала я применю к вам заклятие Империус, и вы напишите рапорт о собственном увольнении. Когда директор Дамблдор его подпишет, вы будете подвержены Забвению. Если вы прямо сейчас задаетесь вопросами «как» и «почему», то я объясню вам… Он склонился ближе к лицу женщины и холодно добавил: — ..Нельзя нарушать неприкосновенность студентов.