Личный Дьявол

Когда Джек подбежал ближе, он успел увидеть только то, как Салазар, Тиг и Пёс почти одновременно добрались до небольшой горки из золота в центре пещеры. Вначале он не понял, в чём причина такой спешки, но предположил, что ничего хорошего в этом нет. — Это очень и очень плохо, — пробубнил Джек вслух, прижав палец к зубам. Как быть? Что делать? Джек был в растерянности, но заставил себя приблизиться к ним, как раз в тот момент, когда все замерли. Ему показалось, что сейчас начнётся схватка, в которой с лёгкостью победит Пёс, ведь за спиной ублюдка виднелся десяток его шестёрок. Джек успел заметить силуэт, похожий на Гектора, прежде чем образовалась белая вспышка, за которой последовал мощный воздушный поток. Пряди его волос взлетели вверх, полы камзола сдуло назад, а глаза пришлось прикрыть рукавом, чтобы защитить их от песка и грязи. Это произошло из-за того, что Салазар первый ухватился за рукоять меча, опередив соперников на три шага. Он предпочитал не медлить и, как выдастся возможность, сразу снести Псу голову острым лезвием. Стоило ему только ощутить холодный металл в ладони — от запястья до плеча руку будто пронзил металлический стержень. Армандо заскрипел зубами, прикрыв глаза второй рукой, он не мог ничего рассмотреть из-за яркого свечения, коим загорелся меч. Он прищурился, широко расставив ноги, чтобы удержать равновесие. Сильный порыв ветра, рванувший из центра рукояти, едва не сбил его с ног, но Армандо устоял благодаря тому, что крепко вцепился в эфес оружия. От этого на его кисти образовались чёрные полосы, что болезненно и быстро распространились вверх, под рукав. По ощущениям казалось, будто кожу разрезают лезвием ножа. Сдержать выкрик не удалось, пальцы едва не разжались, но меч сам приклеился к ладони. По крайней мере, Армандо показалось, будто кто-то положил свою ладонь поверх его, чтобы он не смог отпустить рукоять. За этим чувством последовал чужой голос, который прозвучал в его голове: — Ты силён духом…но сломлен разумом и не достоин этого меча. Откажись сейчас или пожалеешь о своём решении. — НЕТ! — прокричал Армандо, сильнее стиснув пальцы, игнорируя боль, что тянулась от кончиков пальцев до ключицы. Ему казалось, будто руку сейчас разрежет на куски мяса, что повиснут с кости, которая продолжит сжимать пальцы на рукояти. Он не мог отпустить, как бы больно не было, потому что иначе всё пережитое им ранее будет напрасно. Боль и унижения останутся в памяти навечно, как и чувство собственного бессилия перед тем, кто заставил его всё это испытать. Он считал своим долгом отомстить Псу, уничтожить и заставить познать поражение. Им двигало одно единственное чувство, которое не давало разжать руку, ведь у него всё равно больше ничего не было. Почти ничего. Перед глазами промелькнул образ Воробья. Это заставило Салазара сделать шаг назад и в растерянности опустить плечи. Яркий свет, что исходил из рукояти, вдруг резко погас. Чёрные полосы, продолжая приносить болезненные ощущения, распространились до ключицы, достигли шеи и челюсти, после чего остановились. Боль немного стихла. Теперь можно было выдохнуть и рассмотреть обстановку: поток воздуха, который заставил Армандо крепче вцепиться в рукоять, отбросил назад Тига и Пса. Благодаря этому он смог вытащить меч из рассыпавшейся горы монет без препятствий. Дело оставалось за малым — убить пирата. Глаза Армандо загорелись жаждой мести, он тряхнул головой, выкинув тот образ, который возник перед ним пару мгновений назад. Сделал шаг вперёд, погрузив ногу в золотые монеты, будто в сыпучий песок, и выпрямил плечи. В голове прозвучал отголосок того странного голоса: — Ты сломлен… — Армандо! — раздался крик Воробья за спиной. Салазар проигнорировал всё, что сейчас казалось пустяком, и опустил взгляд на ненавистного пирата. Пёс в это время приподнялся на локтях, по-видимому, сильно ударившись о золотые украшения, на которые налетел спиной. Где-то вдали виднелись его шестёрки, пираты почему-то не спешили помогать своему капитану. Про Тига Армандо вовсе забыл, поэтому даже не обернулся. На губах растянулась кривая улыбка, она выражала восторг, который охватил Армандо с ног до головы. Он ощутил силу, которую нельзя было описать словами. Ему казалось, что никто и ничто сейчас не сможет остановить его. По венам струилась энергия, что заставляла руки дрожать от желания скорее испытать все возможности меча. Он сделал ещё один шаг вперёд, подтянув широкое лезвие ближе, затем приподнял меч в воздух и ощутил полный вес — довольно тяжёлый для длительного использования. Но долгожданная месть много времени не займёт. Армандо намеревался разрешить всё быстро, пусть даже толком не определился, как именно. Для начала, он убьёт Пса, а потом… Позже будет видно. — Стоять! — проорал Пёс своим самым свирепым голосом, со злым выражением на лице. Он успел приподняться на локтях и рефлекторно отползти назад, когда увидел перед собой испанца с мощным артефактом в руках. Взгляд убийцы пиратов заставил его вздрогнуть. Там явственно читалось желание отомстить, не говоря уже о том, что вместе с жаждой мести в тёмных глазах смешались ненависть и злость. Псу даже показалось, что за спиной испанца возник силуэт самого Дьявола, который направлял ослеплённого местью человека свершить то, чего тот так сильно жаждал. Всё это могло бы перепугать Пса до смерти, если бы он не заметил, что от его приказа Салазар на мгновение замешкался. На губах растянулась неширокая улыбка, Пёс тихо рассмеялся и вновь посмотрел в глаза напротив. — Я. Сказал. Стой. На. Месте! — по слогам прокричал он властным голосом, с довольством наблюдая за тем, как хищная улыбка с лица испанца медленно сходит на нет. В мрачных глазах легко можно было прочитать растерянность и непонимание. Салазар не верит в происходящее, мысленно пытается заставить себя проигнорировать услышанные слова, но ноги не желают двигаться. Восторг медленно пропадает, меняясь на несдерживаемый гнев. Возникает отрицание, желание проигнорировать случайное замирание тела. Вторая попытка двинуться вперёд оказывается более удачной, если сдвиг ноги на одну треть шага можно считать движением. Он не может поверить в это. Не может признать очевидный факт. Потому что у него в руках, чёрт возьми, Меч Дьявола, который должен был сделать его неуязвимым. Армандо не должен реагировать на то, что говорит Пёс. Он способен сопротивляться, но почему-то от этого только сильнее разрушается сознание. Армандо чувствует отчаяние, новую вспышку боли в висках и неутолимое желание разрушить всё, что находится перед ним здесь и сейчас. Ему кажется, будто время замедлилось, пока он пытается заставить себя сделать то, что давно предвкушал исполнить. За его спиной Тиг пару раз моргнул, пытаясь вернуть зрение в порядок после ослепительной вспышки. В лопатки впилась какая-то железка, что поцарапала кожу на спине сквозь ткань камзола. Он предполагал, что не успеет, но попытаться стоило, или в крайнем случае затормозить Пса, который и без того оказался медлительней всех. Теперь, когда мечом завладел Салазар, Тиг мог действовать по плану. Он рассчитывал, что Пёс попробует воздействовать на испанца словами, как и то, что Салазар, заполучив меч, сумеет сопротивляться. Однако, насколько удачно, это предсказать было сложно. В любом случае, для Тига было выгодно потянуть время, поэтому он перекатился на бок, тяжко вздохнул от боли в новообразовавшемся порезе на спине, и быстро, насколько мог, поднялся на ноги. Его взору предстал Салазар с мечом в руках и явным желанием разрезать находившегося перед ним пирата на куски. Вот только Пёс не выглядел проигравшим, наоборот, на лице ублюдка читалось довольство. Конечно, ведь он думал, что его взяла, так как после озвученного им первого приказа Салазар замешкался, а после второго нервно дёрнулся. В этот момент Тиг обошёл одну гору из золота, чтобы пробраться к сыну. Тот застыл в нескольких метрах от происходящей сцены в центре пещеры. Джек мог убежать или спрятаться, что было бы логичным решением для него, но вместо этого он громко прокричал, что вызвало у Эдварда удивление: — Не слушай его! Джек всегда был непредсказуем и, порой, совершал бессмысленные поступки. В этот раз Тиг вновь мог сказать, что его сын сделал нечто неважное, чего никто не заметит. Потому что вряд ли слова мальчишки что-то изменят. Видимо, Джек сам это понял, когда не увидел никакой реакции на свой вскрик. Салазар всё также стоял на месте, к нему спиной, а Пёс с ухмылкой на лице медленно поднимался на ноги. Это плохо. Тиг должен был что-то сделать, чтобы меч не достался Псу, поэтому он хотел подтолкнуть сына к реальным действиям, которые принесут пользу. Однако парень не унимался, сделал шаг вперёд и ещё раз громко прокричал, имитируя властный голос: — Сопротивляйся! К удивлению Тига, Салазар почти сразу сделал несколько шагов назад и опустил вниз вздрагивающие плечи. Будто пытался противиться, но тело отказывалось слушаться. Это наталкивало на интересную мысль и вызывало пару вопросов. Пёс устремил свой гневный взгляд за спину испанца, прямо на Тига с Джеком. Судя по изумлению, он не ожидал такого поворота событий. — Стой на месте! — во весь голос властно прокричал он, заставив Салазара ещё раз замереть. Даже невооружённым взглядом было видно, как дрожала рука испанца, в которой тот сжимал меч. Судя по всему, Армандо изо всех сил пытался сопротивляться и был на грани того, чтобы сорваться с места. Если это произойдёт, то пострадают все. Тиг был уверен в том, что Салазар не остановится на убийстве одного пирата, скорее всего, тот жаждет уничтожить их всех, оправдав своё звание Морского Мясника. — Хватит! — проорал сам Салазар. В гневе он сумел поднять и резко опустить в землю лезвие меча, отчего образовалась новая вспышка и слабый поток ветра, что заставил полы камзола взметнуться вверх. От яркого свечения Тиг был вынужден прикрыть глаза рукой, что повторил и Джек. Земля под ногами задрожала, а тянувшиеся к потолку горы золота и серебра начали рассыпаться. Пришлось уклоняться от скатывающихся сверху чаш, сундуков, тарелок и прочих тяжёлых предметов. Не говоря уже о том, что над Псом находился полуразрушенный корабль, который от землетрясения разломился надвое, а передняя его часть начала спускаться вниз по золоту, словно по волнам. Все пираты были вынуждены разбежаться в стороны. Никто не хотел оказаться заживо похороненным под горой золота. Этой шумихой удачно воспользовался Гектор, чтобы незаметно разрезать верёвку на запястьях изумрудным кинжалом, что случайно скатился к его ногам. Удары, которыми наградил его Пёс ещё перед разделением с Джеком, оставили крупные синяки на рёбрах. Быстро передвигаться было неприятно, не упоминая уже о том, чтобы геройствовать, прыгать или вступать с кем-то в схватку. Однако, несмотря на это, он сумел вонзить кинжал в грудь одного из пиратов, который должен был охранять его. Гектор с трудом вытащил у того из-за пояса саблю. Кисти рук плохо двигались, а на запястьях остались следы от верёвки. Он едва сумел удержать рукоять в ладони, рука почти не чувствовалась из-за нарушенного кровообращения. Требовалось время на восстановление, чего у него не было, так как остальные шестёрки Пса, которые успели избежать града из золота, заметили пропажу пленника. Вряд ли он так уж был нужен им живым теперь, в конечной точке приключения, но отпускать его точно никто не собирался. Поэтому, нырнув под доски медленно движущегося по золоту корабля, он решил испытать удачу. Салазар в это время схватился свободной рукой за голову, опёрся второй о рукоять меча, воткнутого в землю, согнулся и проорал во всю глотку. Ему было больно. От плеча к кончикам пальцев, из чёрных тонких трещин, выступила кровь, что начала стекать по коже вниз. Чужой мерзкий голос в его голове засмеялся, повторив ненавистные два слова: — Ты сломлен. У Армандо не было сил ответить, но он хотел прокричать, что это не так. Потому что ему хватает силы воли, чтобы устоять сейчас на ногах, несмотря на пульсирующее жжение в руке. У него хватает силы воли, чтобы сопротивляться приказам, что кусочек за кусочками разрушают его разум. Ему хватает силы воли, чтобы сделать взмах лезвием меча. Всего один точный удар и Пёс останется без головы. Ему нужно только выпрямиться, но сделать это было чертовски сложно. Его тело отказывалось слушаться хозяина, а разум всё сильнее реагировал на чужие приказы, путая мысли и желания. Тем временем, в попытке уклониться от золотых кусков металла, что падали на голову, Джек споткнулся и упал лицом в землю. В этот момент над ним возвысился один из шестёрок Пса и попытался проткнуть его остриём сабли. Откатиться было некуда, с другой стороны находился сундук, забитый сокровищами, Джек упёрся в него спиной. Лезвие блеснуло над головой и со звоном отлетело назад. — Кракен мне в задницу! — проорал Гектор после того, как спас своего капитана. Его кисти всё ещё едва двигались, поэтому удержать рукоять в ладони и отбить удар — всё это стоило чрезмерных усилий. Кровообращение ещё не восстановилось. — Хватит разлёживаться, поднимай свой зад! — Гектор! — радостно произнёс Джек, затем вскочил на ноги и вытащил из-за пояса свою саблю, чтобы отбить очередное нападение уже самостоятельно. Невысокий пират, вступивший с ним в схватку, продержался недолго. Новая волна землетрясения сбила его с ног, а скатившийся сверху золотой кубок, размером с туловище человека, упал тому прямо на голову. На лице Джека отразилась брезгливость. — Упс, — сказал он, отодвинувшись от неподвижного тела, чтобы сделать вид, что не имеет никакого отношения к этой нелепой случайности. — Этот псих похоронит нас всех заживо! — громко высказался Гектор, уклонившись от крупной деревянной балки, что оторвалась от корабля, торчащего из потолка пещеры. Второе землетрясение оказалось мощнее первого. Груды золота продолжали рассыпаться в разные стороны, старинные корабли двигались с громкими скрипами, что эхом разносились по всей пещере. Чтобы друг друга лучше слышать приходилось кричать — это ещё не считая того, с каким грохотом падали с потолка деревянные балки, сокровища и камни. — Прикажи ему остановиться, как тогда, на корабле! — сказал Гектор, поглядывая в сторону Салазара. Испанец находился в самом центре пещеры, его правая рука держала рукоять меча, всё ещё воткнутого в землю, а вторая прикрывала лицо. Плечи ссутулились, длинные чёрные пряди волос взметнулись в воздух. Казалось, он вот-вот опустится на одно колено. — Я не могу этого сделать! — проорал в ответ Джек, присмотревшись к одинокой фигуре в центре. Из-за усилившегося потока воздуха к Салазару было сложно подойти на близкое расстояние. Падающие с потолка крупные куски дерева и земли пока ни разу не задели его, но некоторые приземлялись довольно близко, чтобы можно было назвать это удачей. — Если не сделаешь — все мы застрянем здесь навечно! — ответил Гектор, периодически поглядывая на потолок, чтобы вовремя уклоняться от камней и балок. Рёбра всё ещё помнили мощные удары, которыми его не так уж давно наградил Пёс. Будь его тело моложе или хотя бы менее изранено, то было бы куда проще. Благо оставшиеся пираты были заняты поиском укрытия и не стремились напасть на него или Джека. А вот Пёс был замечен Гектором по другую сторону от Салазара. Мощный поток ветра мог сбить с ног, если подойти слишком близко, но ублюдок решил сделать это не спеша, пока все были заняты землетрясением. Джек тоже видел то, как Пёс подбирается к Салазару с другой стороны. Возможно, Гектор прав и ему стоит вмешаться, но Джек не хотел повторять свою ошибку снова. Тогда, на корабле, он причинил Салазару боль двумя словами, после чего испанец потерял сознание. Вероятно, что-то случилось с его разумом.. Быть может всё, что происходит с Армандо сейчас — последствия того злополучного вечера. Джек не мог заставить себя вновь причинить ему боль, но Гектор был прав. Если не вмешаться, то этим воспользуется Пёс. Так что лучше он, нежели это чёртово отродье. Посчитав, что так будет лучше, Джек всё же согласился с Гектором и двинулся вперёд. Поскольку Пёс был крупнее и явно тяжелее его, Джеку было труднее противостоять потоку ветра — ему не удалось озвучить приказ первым, Пёс опередил его. Джек видел, как ублюдок что-то сказал, подобравшись достаточно близко, чтобы Салазар его услышал. Тело испанца не двинулось с места, но землетрясение прекратилось, а вихри ветра исчезли. Последние монеты скатились вниз, корабли застыли среди рассыпанных сокровищ и вместе с тем прекратился противный скрежет. Всё стихло. — Отдай мне меч! — громко потребовал Пёс. Было видно, что он боялся подойти ближе, остановившись на расстоянии пары шагов от испанца. В случае чего всегда можно отскочить назад. Рука, что прикрывала лицо Салазара, медленно опустилась вниз, голова повернулась в сторону Пса, отчего пират застыл в недоумении. Похоже, что-то его напугало, по крайней мере, со стороны это выглядело так. Джек и Гектор тоже остановились, переводя взгляды то на Пса, то на Салазара. Что-то им подсказывало, что ближе подходить не следует. Рука испанца, вцепившаяся в рукоять, заметно дрожала. Кончики прядей волос приподнялись вверх, будто от лёгкого ветра, то же произошло и с полами потёртого камзола. — Отдай мне меч! Сейчас же! — повторил Пёс приказным тоном, однако на его лице всё ещё можно было прочесть плохо скрываемый испуг. — Убей его! — прокричал Джек, решив, что должен вмешаться. Он отчётливо помнил, как на его глазах, тогда на Тортуге, Салазар с лёгкостью подчинился приказу ублюдка. Видеть унижения Морского Мясника вновь желания не было, как и позволить Псу заполучить меч. Хоть Джек не знал, на что способен этот артефакт, отталкиваясь от увиденного, можно было предположить страшное. Если меч попадёт в руки мерзавца, то это абсолютное поражение всех остальных. Может и вовсе не стоило его никому трогать, потому что последствия отразились на руке Армандо: из-под рукава, по кисти, рукояти и по лезвию до самой земли медленно стекала слишком уж тёмная и густая кровь. Сердце Джека пропустило удар, когда Салазар постучал по золотой рукояти мизинцем, тем самым прекратив дрожь. Это выглядело до жути странно, особенно в момент полной тишины. Армандо медленно развернул корпус, насколько позволяло положение на одном колене. Джек почувствовал лёгкий холодок на спине, когда голова испанца повернулась к нему боком, а покрасневший глаз вонзился безумным взглядом прямо в душу. Это ощущение нельзя было описать словами, Джек застыл от трепета и потерял дар речи. Он пожалел о своём вмешательстве, ибо теперь было видно, что Салазар не собирался никому подчиняться. Его взгляд говорил в первую очередь о том, что Армандо жаждет пролить кровь любого, кто встанет на пути. Джеку хотелось верить, что его не заденет, но выражение на мрачном лице было неповторимо опасным для всех. — Соглашусь, это плохая идея, — проговорил Гектор, испугавшись не меньше своего капитана. В это время Пёс медленно начал отступать назад, пользуясь моментом, пока Салазар не смотрел в его сторону. Под ударом находился Джек, а точнее, был пронзён жутким взглядом, коим можно было напугать даже самого Дьявола. Меч оправдывал своё название, тем более в руках человека, которого и без того сравнивали с самим Дьяволом. От воротника, на шее и до скулы с одной стороны лица растянулись чёрные полосы, из которых начала вытекать густая тёмная жидкость. Джек видел всё это и больше боялся последствий, которые настигнут Салазара после использования, судя по всему, опасного для жизни артефакта. — Вот чёрт! — сказала Гектор, когда испанец поднялся на ноги, не отрывая взгляда от Воробья. Было похоже на то, что парень находился в опасности быть первым, кому снесут голову. Гектор решил не ждать этого момента и схватил капитана за локоть, пытаясь заставить отступать назад, как это сделал Пёс — ублюдок умел вовремя остановиться, чтобы спасти свою шкуру. Салазар резко выдернул лезвие меча из земли, чтобы вновь опустить вниз и вызвать очередное землетрясение, в этот раз настолько сильное, что Джек не смог устоять на ногах. Золото продолжило рассыпаться в стороны, заполняя пещеру одним сплошным покрывалом из сокровищ. Ладонь Гектора соскользнула с локтя капитана в тот момент, когда оба упали на землю. Оказавшись на спине, он заметил, что на него со скрежетом валится кусок мачты от корабля, возвышающегося из груды золота. Рефлекторно откатившись в сторону, Гектор оказался отрезан от своего капитана разломленным на части огромным куском дерева. Краем глаза он заметил движение в стороне, там, откуда раздался звон саблей и звуки сражения. Это были пираты Тига, напавшие на шестёрок Пса. Очень вовремя. Гектор не был удивлён, наоборот, подобный расклад событий отвлекал внимание от него, а значит, можно запросто увильнуть от сражений и, прихватив с собой пару сокровищ, сбежать к кораблям. Идеальное решение во избежание лишних проблем, но есть одно «но»: Джек находился за пределами его досягаемости, почти что в центре событий. — Беги! — в отчаянии прокричал Гектор, когда увидел, что над головой парня, с вершины потолка, оторвалась передняя часть корабля и со скоростью устремилась вниз. Он был бессилен в данной ситуации, поэтому едва не задохнулся от страха за жизнь своего капитана и не только. Сам Джек заметил опасность уже в тот момент, когда перед глазами потемнело от надвигающейся сверху половины корабля. Всего одно мгновение, и щепки разлетелись во все стороны, когда дерево с громким глухим звуком соприкоснулось с землёй. Джек успел только прикрыть лицо ладонью, будто это как-то могло помочь. Если умирать, то в темноте. Он не успел о чём-либо подумать, не говоря уже о том, чтобы прокричать последние слова. В голове поселилась пустота, которая возникла ещё за пару мгновений до того, как на него свалилась часть корабля. Боли не было. Только тьма и холод. — Что? — удивился Джек, когда убрал ладонь с глаз. На мгновение он подумал, что умер, настолько сильно заколотилось его сердце. Дыхание сбилось, а в уши будто засунули сено, все звуки слышались приглушённо. — Не бойся, маленький Воробей, если ты умрёшь, то только от моей руки, — прозвучал бархатный голос прямо над ним. Джек пару раз моргнул, чтобы убедиться, что глаза его не обманывают, ведь Салазар прикрыл его собой от огромного деревянного сооружения, вес которого мог без проблем превратить в лепёшку их обоих. Просто чудо, что этого не произошло, потому что в руках испанца находился могущественный артефакт, наделявший владельца невероятной силой. В этом не было сомнений. Салазар воткнул лезвие меча по левую сторону от корпуса пирата, опустился на одно колено и прикрыл собой всего парня. Это было несложно, учитывая их разницу в росте и габаритах в целом. Передняя часть корабля свалилась на широкую спину, разлетевшись на куски. В воздух поднялось облако из пыли и щепок. Судя по напряжённой позе, Салазару удалось это сделать не без последствий. На лбу выступили вены, а чёрные полосы, что тянулись от шеи, через челюсть и до правого глаза стали медленно расползаться в стороны. Казалось, что лицо сейчас расколется на части. Белки глаз покраснели, а зрачки приняли мутный кровавый оттенок. На губах растянулась кривая ухмылка, что вовсе не скрывала той боли, которую испытывал мужчина как душой, так и телом. В этот момент, ошарашенный и запуганный, Джек понял, что меч делает только хуже, разрушает и без того настрадавшийся разум испанца. — Пожалуйста, — сказал Джек, потянувшись рукой к рукояти меча, чтобы коснуться кончиками пальцев окровавленной кисти Салазара. — Не используй это. Армандо перехватил запястье парня, не дав тому коснуться его. В уставших безумных глазах отразилось удивление, смешанное с недоверием. В них также читалось внутреннее противоречие, которое Салазар пытался, но не мог перебороть. Ему нужна была помощь, Джек отчётливо видел это. Вот только Армандо не желал её принимать, предпочитая стоять на своём. Продолжая ненавидеть пиратов и всё, что с ними связано. — Беги, Воробей, как можно быстрее, — низким угрожающим тоном произнёс Армандо, оттолкнув от себя чужую руку. Он медленно поднялся на ноги, не отпуская рукояти и не вытаскивая лезвие из земли. Стены пещеры вновь начали трястись, а поверхность под ногами заходила ходуном. — Потому что мне тяжело контролировать себя. Безумный жуткий взгляд смотрел на Джека свысока. Безусловно, вид и слова мужчины пугали до дрожи в коленях, не говоря уже о том, что всё в округе разваливалось на части. Золото звенело и рассыпалось по сторонам, корабли заваливались на бок, с потолка падали куски дерева и камней, а на фоне всего этого сражались друг с другом две группы пиратов. Джек хотел бы сбежать, пока была такая возможность, но не мог. Он предпочёл сделать вид, что убежит, поднялся на ноги и набрал в лёгкие больше воздуха, чтобы заставить себя резко поддаться вперёд. Руки крепко стиснулись за спиной мужчины, щека прижалась к широкой груди, а глаза закрылись. Армандо не ожидал подобного выпада со стороны мальчишки, поэтому опешил, оставаясь неподвижным ещё на пару мгновений. — Ты не можешь причинить мне вред, — сказал Джек, сам не ожидая от себя такого. Конечно, это было неправдой. Он хорошо осознавал, что испанец может запросто сломать ему шею или проткнуть мечом насквозь, если встать на его пути; что Джек делал сейчас, в эту минуту, хорошо осознавая риск, на который идёт, но продолжал крепко прижиматься к телу мужчины. Сказанные им слова были лишь домыслом, возникшим после того, как Джек вспомнил моменты, когда Салазар загорелся желанием его убить, но всякий раз почему-то останавливался. Возможно, это просто везение пирата, но если нет, то предпринятое им сейчас глупое действие было не напрасным. — Ещё как могу, — сквозь зубы прорычал Армандо, стиснув рукоять меча с такой силой, что по потолку пошла широкая трещина. В этот момент за спиной Джека, прямо перед глазами Салазара из облака пыли и грязи показался Пёс. На квадратном лице растянулась злобная ухмылка. В руках пирата находился пистолет, дуло которого было нацелено прямо в голову испанца. Армандо не был уверен, что сможет увернуться или выжить после выстрела, поэтому рефлекторно прикрыл свободной рукой затылок Воробья. В нём бушевало множество эмоций: гнев, разочарование, ярость, страх и раздражение. В глубине души он знал, что мальчишка прав, но даже в последние минуты своей жизни отрицал это. Перед выстрелом Пёс резко опустил дуло ниже и выстрелил в руку испанца, ту, которой тот держал рукоять. Пуля вонзилась в окровавленное запястье, отчего Армандо издал гневное рычание и был вынужден разжать пальцы. Землетрясение и чрезмерно крепкие объятия Воробья послужили тому, что Салазар упал на спину. Отсутствие могущественного артефакта в руке почувствовалось сразу, как он отпустил его. Вес маленького пирата, который упал на него сверху, вдруг стал в три раза тяжелее. Правая рука от плеча до пальцев вовсе перестала чувствоваться, а половина лица будто сгорела на солнце. — У тебя почти получилось… — прозвучал насмешливый голос в голове Армандо, а перед глазами вспышкой возник образ его самого, но с мечом в руках. Его двойник насмехался над ним, в глазах в буквальном смысле горело пламя. В тот момент Армандо показалось, что сам Дьявол заговорил с ним. Пёс быстро оказался подле воткнутого в землю меча, с ухмылкой на лице схватившись за золотую рукоять. Крепко стиснув пальцы на крепком металле, он намеревался резко выдернуть меч из земли. Потолок в этот момент продолжал рассыпаться на части, медленно открывая обзор на вечернее небо. Всё могло сложиться иначе, если бы Пёс был более внимателен. Джек приподнялся на локтях и в растерянности обернулся, чтобы увидеть, как вовремя подоспевших Гектор с размаху ударил серебряным топором по руке Пса. Раздался хриплый вопль. Одноглазый пират схватился за обрубок, из которого хлестала кровь, и отступил на шаг назад. Земля под ним начала быстро окрашиваться в алый цвет, а части потолка разбивались подле ног опасно близко. — Я убью тебя! — проорал Пёс во всю глотку, когда вонзил в старого друга свой гневный взгляд. — Это за глаз, — с ухмылкой протянул Гектор, указав пальцем на свой шрам. Месть была сладкой, скорее за недавнее избиение, нежели за обиды прошлого. Он замахнулся блестящим в пробивающемся свете луны топором, который удачно нашёл среди горы сокровищ, не отводя взгляда от покрасневшего в ярости лица пирата. — А это за всё остальное! — проорал Гектор, со всей силы воткнув топор в живую плоть. Пёс успел выставить перед собой руки, согнутые в локтях, отчего острое лезвие вошло в предплечья до самых костей. Этого оказалось мало для того, чтобы навсегда покончить с ублюдком, поэтому Гектор, без размышлений, с разгона толкнул того плечом. Однако даже после такого израненный, безрукий, истекающий кровью пират сумел устоять на ногах. Ровно до того момента, как огромный каменный булыжник свалился на квадратную голову. Джек видел только ту часть, когда Гектор отрубил ублюдку руку, после чего вернул взгляд на расслабленное лицо испанца. — Армандо? — окликнул он и вцепился пальцами за ворот рубашки неподвижного мужчины. Джек лежал на нём сверху, опираясь ладонью о землю подле верхней части корпуса испанца. — Очнись! — воскликнул он, подёргав того за ворот рубашки. Салазар не двигался, глаза были закрыты, а кончики губ приподняты в едва заметной улыбке. Чёрные полосы на половине лица начали медленно сужаться, оставляя тёмные потёки и уродливые шрамы. Рядом с неподвижной головой свалилась небольшая балка, что воткнулась острым концом в землю, после чего медленно наклонилась. Джек подался вперёд, прикрывая верхнюю часть тела мужчины собой. Краем глаза он заметил, что под град осыпающегося потолка и разваливающихся от землетрясения стен все пираты, что до сего момента сражались друг с другом, начали разбегаться в разные стороны в поиске выхода. Тига среди них видно не было, отчего в голове Джека проскользнула мысль, что его отец во всей этой суматохе мог незаметно с парой своих людей вынести несколько сундуков с золотом и наверняка был уже на половине пути к своему кораблю. Когда Джек вернул взгляд на измученное лицо Салазара, он не знал, что делать и как заставить того открыть глаза. Воробей целиком и полностью отрицал самую худшую мысль из всех. Ему впервые в жизни было глубоко плевать на все сокровища мира, а также на всё вокруг происходящее, единственное, чего он хотел сейчас — заставить Салазара открыть глаза. — Вставай! — прокричал он с отчаянием в голосе, в гневе схватившись обеими руками за рубашку мужчины. Гектор за его спиной, разделавшись с Псом, вернул взгляд на своего капитана. Последняя мысль, которая посетила его голову за мгновение до того, как весомая часть потолка обрушилась на них всех, это схватиться за рукоять меча, всё ещё воткнутого в землю. Для этого ему пришлось разжать пальцы отрубленной руки Пса, чтобы воспользоваться артефактом в целях защиты. Он понятия не имел, что делает. В голове возникла примерная картина того, как он хочет спасти себя и Джека от обвала. Возможно, это могло помочь, быть может и нет, но Гектор готов был вытерпеть резкую боль, что пронзила его руку от кончиков пальцев до плеча в тот момент, как он сжал ладонь на золотой рукояти. Меч вновь загорелся ярким свечением, которое ослепило Гектора и заставило зажмуриться. Он почувствовал, как его рубашка норовила вырваться из-за пояса от сильного потока ветра, который едва не сбил с ног. Гектор сильнее вцепился в меч, свободной рукой прикрыв глаза, чтобы развернуть голову в сторону Джека и сквозь яркий свет рассмотреть силуэт своего капитана. Джек всё ещё сидел на обездвиженном теле испанца, закрывая его голову собой, а балки, камни и прочие крупные опасные для жизни части чего-то разлетались в стороны от сильного потока ветра. Все трое оставались нетронутые обвалом, даже когда пещера полностью превратилась в одну большую груду земли с торчащими на поверхности острыми кусками деревянных балок. В тусклом свете луны кое-где отсвечивали остатки сокровищ, что теперь были погребены глубоко под землёй. Свечение от меча постепенно угасло. Вместе с сокровищами на самом дне, окружённые камнями и развалинами, в тесном пространстве остались трое. Один единственный лучик света пробивался сквозь завал и падал прямо на голову Джека. Парень в ужасе медленно приподнялся. До сего момента он крепко обнимал неподвижного испанца, прижавшись подбородком к испачканному в грязи лбу мужчины. Быстро осмотревшись по сторонам и не заметив ничего помимо стен из земли, камней и золота, он опустил взгляд на расслабленное лицо Салазара. — Армандо? — прозвучал тихий голос, наполненный печалью и страхом. Джек не знал, что думать, потому что мозг отказывался верить в худший исход. — Гектор, помоги разбудить его! Решив, что Салазар без сознания, Джек снова потряс его за ворот рубашки, затем дал пару пощёчин и ещё раз окликнул своего старпома: — Гектор! Однако Гектор не ответил, что заставило сердце Джека сжаться ещё сильнее. Все ещё нависая над испанцем, он медленно развернул корпус и повторил с вопросительной интонацией: — Гектор? Как только его взгляд пал на слабо освещённую фигуру в другом конце тесной пещеры, Джек быстро вскочил на ноги и замер. — Эй, Гектор! — вновь повторил он, будто тем самым мог помочь мужчине ответить. Гектор не был в состоянии это сделать, так как чрезмерная для человека сила Дьявольского артефакта разрезала левую руку мужчины от пальцев до плеча. Выглядело намного хуже, чем у Салазара, даже в полумраке можно было заметить разорванную рубашку и окровавленную землю в округе. Было видно, что Гектор сделал одну попытку подняться, но не смог, остался стоять на одном колене, всё ещё держась за рукоять злополучного меча. — Нет-нет-нет, Гектор, ты мне нужен! — сказал Джек, быстро подскочив к своему первому помощнику. Он рухнул перед ним на колени и обнял ладонями лицо мужчины. Как только Гектор поднял на него свой уставший взгляд, Джек увидел лопнувшие капилляры в глазах напротив и покрытую чёрными полосами левую сторону челюсти. Почти такие же последствия, как и у Салазара, разве что рука Гектора выглядела ужасней. Если это теперь можно было назвать рукой. — Идиот… — прохрипел Гектор, после чего закашлял. Изо рта выступила тёмная густая кровь, что медленно начала стекать по нижней губе к подбородку и капать на колени. — Не закрывай глаза, Гектор, ты должен оставаться в сознании, — всё тем же голосом полным отчаяния и безысходности проговорил Джек. На глазах навернулись слёзы, которые сложно было сдержать, ведь он понятия не имел, как поступить. Они находились взаперти, откуда доставать их некому, всё зависит от них самих. Вернее от Джека, на глазах которого Гектор разжал окровавленные пальцы и отпустил золотую рукоять. В этот момент веки старпома закрылись, а корпус начал заваливаться на бок. Джек мог только придержать его, чтобы осторожно опустить на землю, после чего ещё пару раз позвать в надежде на то, что мужчина вновь откроет глаза. — Останься со мной! — потребовал он уже громче, поддавшись эмоциям, что волной накрыли его с ног до головы. Это была истерика, он не верил в случившееся, крепко сжимая ворот теперь уже Гекторовской рубашки. — Очнись! — ещё раз воскликнул он, после чего земля завибрировала. Возможно, это было по его вине, быть может, просто совпадение. Джек рефлекторно вскочил на ноги, ухватившись за торчащий из стены острый камень. Маленькая пещера, в которой он был погребён живьём, заходила ходуном, с низкого потолка посыпалась грязь, а Джек только и мог, что стоять с растерянным видом, переводя взгляд с одного обездвиженного тела на другое. Как такое могло произойти? В какой момент всё пошло по косой черте вниз, откуда не было выхода? Джек всего лишь хотел спасти самых дорогих ему людей, а в итоге произошло это. — Армандо? — окликнул он Салазара, всё ещё надеясь на то, что испанец просто лежит без сознания. Теперь тот выглядел не самым побитым из всех троих, посему Джек решил ещё раз потрясти его за ворот, игнорируя тот факт, что стены вот-вот могут вновь начать рушиться. Возможно, если у него получится разбудить Салазара, то… Джек остановился, когда в голове проскользнула мысль, что это конец. Потому что они погребены заживо, а единственный способ всё исправить — повторить подвиг Гектора. Джек опустил взгляд на землю, когда почувствовал, что его ног коснулась вода. Теперь уже точно деваться было некуда, так как пещера стала быстро наполняться водой. У Джека сложилось такое впечатление, что остров намеревался похоронить всех живых и начал уходить на дно. Будь это так или нет, взгляд Джека метнулся на торчащий в земле гребаный меч. Времени на раздумья не оставалось, поэтому он со страхом в груди крепко ухватился за золотую рукоять, покрытую кровью уже троих человек. Глаза рефлекторно зажмурились, а голова втянулась в плечи. Он ожидал невыносимую боль, но вместо неё почувствовал лёгкость и приятное тепло, что распространилось по всему телу.

***

Армандо открыл глаза и прищурился. Яркое солнце светило прямо в лицо, он приподнял руку, чтобы прикрыться от раздражающих лучей. Мягкий песок, на котором он лежал, засыпался за шиворот и в брюки, отчего Армандо был вынужден подняться на ноги, чтобы отряхнуться. Обуви на нём не было, посему стопы чувствовали отрадное тепло, что исходило от нагретой солнцем земли. Перед ним открывался вид на спокойное море и безоблачное светлое небо. Обернувшись, он увидел то же самое, не считая того небольшого клочка земли на котором находился. Это был остров, длинный и песчаный, без какой-либо растительности. Один белый песок, что приятно щекотал пальцы ног. Армандо опустил взгляд вниз, чтобы взглянуть на свои чёрные тонкие брюки, штанины которых касались земли, и белую почти прозрачную рубашку, расстегнутую на груди. В голове начали возникать вопросы, которые казались такими пустяками, что не хотелось их даже озвучивать. — Капитан, — позвал его знакомый голос откуда-то из-за спины. Армандо обернулся и увидел перед собой Лесаро, таким, каким он его помнил при жизни. В это мгновение в его голове возникло осознание того, что помимо своего лейтенанта он ничего не помнит. Вернее, не помнил, пока не увидел того своими глазами. Что за странности? — подумал он перед тем, как подойти к старому другу. — Хорошо выглядите, сэр, — улыбнулся Лесаро, на что Армандо растерялся и ответил: — Спасибо. Пальцы правой руки машинально коснулись лица, где должен был находиться уродливый шрам, которого там не оказалось. Он не помнил, что это за шрам и где его получил, но точно знал, что когда-то таков был. — Вы многого не помните, сэр, потому что Ваш разум был сильно повреждён, — пояснил Лесаро ещё до того, как Армандо успел спросить нечто подобное. Звучало странно. Как он здесь оказался? Где это — здесь? Как долго ему придётся тут находиться? Для чего? Все эти вопросы прокручивались в его голове, но задавать их в голос не было смысла. Лесаро всё понимал, поэтому указал рукой в сторону и предложил пройтись вдоль берега. — Я не могу рассказывать Вам того, что может вновь повредить Ваш рассудок, — сказал лейтенант, заложив руки за спину. — Но я могу Вам показать то, что поможет Вам сделать правильный выбор. — Правильный выбор? — переспросил Армандо. Он вышагивал босыми ногами по песку, в одних брюках и рубашке, в то время, как лейтенант был полностью облачён в военную форму. Что-то ему подсказывало, что тому не жарко, хотя должно быть. — Вы на распутье, сэр, и любой Ваш выбор повлёчет за собой серьёзные последствия, — загадочно протянул Лесаро, улыбнувшись краем губ. Его взгляд был направлен в безоблачное небо, а глаза искрились любопытством. — Какие? — спросил Армандо, чувствуя спокойствие и равнодушие к тому, что говорит мужчина. Отчего-то ему казалось, что выбор будет прост, хотя он понятия не имел, о чём идёт речь. Всё, что ему хотелось сейчас, это сесть на берегу, провести ладонью по гладкому приятному на ощупь песку и насладиться спокойствием, которое царило в душе. — Например, — ответил Лесаро, — от Вас зависит, выживет этот парень или нет, — он опустил взгляд вниз, туда, где лежал тёмноволосый мальчишка с красной повязкой на лбу, рваном камзоле и окровавленной рукой, пальцы которой крепко сжимали золотую рукоять довольно крупного и длинного, не по размеру паренька, меча. Армандо готов был поклясться, что ещё мгновение назад его там не было. На вид мальчишке было лет двадцать, не больше, возможно даже меньше. Армандо нахмурил брови, пытаясь понять, почему от его выбора зависит жизнь этого человека. Смотря на того сверху вниз равнодушным взглядом, Армандо попытался что-то вспомнить, но попытка провалилась крахом. Он понятия не имел, что это за парень и почему должен делать выбор, связанный с ним. Поэтому спросил: — Из чего же я должен выбирать? Лесаро удивлённо приподнял брови, взглянув капитану прямо в глаза. По-видимому, искал там что-то, чего Армандо не мог показать, потому что не помнил. — Вы можете вспомнить всё и обрести покой, — ответил Лесаро. В его взгляде промелькнула толика разочарования. — А можете остаться в неведенье, начать всё сначала и… — он сделал небольшую паузу, опустив взгляд на парня у ног, — …спасти ему жизнь. — Он умирает? — Армандо тоже опустил взгляд вниз, внимательнее присмотревшись к мальчишке. Это не помогло ему что-либо вспомнить, человек перед ним даже не вызывал у него сочувствия. С чего бы это, если он понятия не имеет, кто это такой? — Да, — ответил Лесаро. — И Вы тоже. Прозвучавшие последние три слова Армандо почему-то не удивили. В глубине подсознания он это знал и хотел, чтобы так было. Разве можно отказаться от такой гармонии? Покинуть место, где нет никаких забот, где он может наслаждаться спокойствием и просто плыть по течению? Ему казалось, что именно к этому он стремился всю свою жизнь. Которую не помнил… — Это Ваш выбор, сэр, — добавил Лесаро спустя пару минут молчания. Его капитан был в раздумьях. Армандо наперёд знал, что выберет смерть, но сказать это вслух пока не мог, потому что в голове крутился навязчивый и почему-то важный для него вопрос. Лесаро был удивлён, когда абсолютно равнодушный к лежащему на земле парню капитан спросил: — Как его зовут? Повисла пауза, во время которой теперь задумался Лесаро. Ему нельзя было отвечать на этот вопрос. Для подсознания Салазара ответ был опасен, потому что капитан мог вспомнить всё и потерять своё право выбора. Всего одно слово. Одно имя. Лесаро с опаской осмотрелся по сторонам, затем вновь взглянул в, казалось, пустые глаза капитана, устало вздохнул и шепотом ответил: — Джек. Всё потому, что он знал Салазара слишком хорошо, чтобы так просто поверить в то, во что наивно верил сам капитан. Он желал для него всего самого лучшего, поэтому не стал рисковать и повторять имя, когда Салазар равнодушно пожал плечами. Это означало, что он ничего не вспомнил. Лесаро печально улыбнулся, решив, что, возможно, так будет лучше. Его капитан выберет покой, который давно заслужил, поэтому Лесаро не вправе вмешиваться. — Время выбирать? — спросил Армандо, подняв взгляд вверх, на безоблачное небо. Лейтенант кивнул в знак согласия. Выбора особо-то и не было, однако Армандо точно знал, чего хотел. — Тогда… Чего хотел при жизни, которой не помнит, и что выберет сейчас, толком ещё не осознавая этого. — Я бы хотел… Он вновь опустил взгляд на парня, который выглядел мёртвым, даже грудная клетка не двигалась. Возможно, это было так, а быть может, глаза его обманывали. В любом случае, ему было плевать, за него решил внутренний голос, который подсказал верное решение. — …чтобы он выжил. Брови Лесаро в удивлении поползли вверх, он ожидал другого ответа, поэтому не смог сдержать своего любопытства. Времени оставалось мало, Лесаро успевал задать только один вопрос: — Почему Вы сделали такой выбор, капитан? Армандо всё ещё выглядел равнодушным, когда смотрел на мальчишку у своих ног. Его ответ был довольно странным: — Сам не знаю. Возможно, он соврал, потому что глубоко в подсознании его собственный голос шептал, что Джек ему нужен. Он сделал выбор, который поможет ему узнать ответ на вопрос: почему? Лесаро улыбнулся на мгновение, после чего нахмурил брови и сказал своим самым серьёзным голосом: — Тогда Вам придётся потерпеть ещё немного, сэр…

***

Джек почувствовал, как его руку накрыла чья-то широкая ладонь, отчего он сразу открыл глаза и увидел рядом с собой Салазара. Всего израненного, в крови, со свежими шрамами на лице. — Отпусти рукоять, — сказал мужчина бархатным и чрезмерно спокойным голосом. Вначале Джек застыл на месте, не обращая внимания на то, что его рукав разрывается на части. Всё из-за меча, с мощью которого ему было не справиться. Затем он ощутил радость, но лишь на секунду — резкая боль пронзила руку от кончиков пальцев до плеча, отчего Джек зажмурил глаза и закричал. — Отпускай! — повторил Армандо уже более грубым, командирским тоном. Джек почувствовал чужую руку, что обхватила его за талию, когда он от бессилия разжал пальцы и едва не свалился с ног. Затем вновь вспыхнул яркий свет, сквозь который Джек сумел рассмотреть исказившееся от боли лицо Салазара. Это было последнее, что он видел перед тем, как перед глазами потемнело окончательно, будто кто-то потушил единственную в тёмной комнате свечу. Земля исчезла из-под ног, а голова закружилась. В один момент он перестал чувствовать что-либо. Затем испугался. Всё это было похоже на смерть, которой Джек всегда боялся, так как считал, что все пираты попадают в одно место. В аду его будут пытать, а боль — второе, чего он боялся после смерти. К счастью или нет, этого не произошло. Открыв глаза, Джек обнаружил, что лежит на мокром песке. Небо над ним покрыто серыми тучами, которые вот-вот должны были излиться на землю ливнем. Не понимая, что случилось, он, словно ошпаренный, вскочил на ноги, быстро ощупал себя в поисках каких-либо повреждений, и, не обнаружив даже царапины, расслабленно выдохнул. Взгляд прошёлся по следам от сапог вдоль берега, которые плавной линией сворачивали направо, прямо за каменные скалы. Джек обернулся, чтобы осмотреть другую часть изменившегося острова. Вместо густого леса центр острова закрывали скалы, что тянулись высоко в небо. Возможно, это просто противоположный берег тому, на котором он высадился. В любом случае, уже неважно, так как взгляд Джека наткнулся на пока что единственную фигуру, одиноко стоящую в нескольких метрах от него. — Армандо! — радостно воскликнул он, рванув вперёд. Сердце забилось так быстро, что моментально должно было вырваться из груди. Испанец выглядел целым и невредимым, не считая рваного рукава и растрёпанных во все стороны волос. Руки заложены за спину, плечи расправлены, а взгляд устремлён на линию горизонта, туда, где начинался шторм. Салазар обернулся на оклик, после чего немного опешил и поднял руки вверх, когда парень на скорости врезался в него и захватил в крепкие объятия. В это мгновение Джек забыл обо всём на свете, радуясь тому, что они оба живы. Так прошла минута или две, без движений и слов, оба слушали шум волн. В ответ его, конечно, не обняли, что слегка расстроило, но Джек заставил себя оторвать щеку от широкой груди и поднять взгляд вверх. То, что он увидел, было немного странно: лицо мужчины выглядело так же, как при их первой встрече — без единого шрама, слегка удивлённое, но больше раздражённое. Затем Джек слегка отстранился и понял, что они оба выглядят, как бы так сказать — обновленными. Ни шрамов, ни крови, ни даже единой царапины. Только рваная одежда, напоминающая о пропавших ранах. — Чудно, — сказал Джек, отпустив молчаливого испанца. — Ты не видел Гектора? — спросил он, как только вспомнил, что они должны быть не одни. Перед глазами промелькнула жуткая картина, которую он быстро откинул, тряхнув головой. — Понятия не имею, кто это, — спокойно ответил Армандо, наблюдая за парнем слегка заинтересованным взглядом. Он действительно даже не догадывался о ком идёт речь. Вообще даже не представлял, где он и как сюда попал. Единственное, что осталось в его памяти, это чувство чего-то знакомого, когда он смотрел на молодого парня перед собой. Возможно — родного, но Армандо не был уверен в том, что его и этого мальчишку связывают кровные узы. По возрасту тот ему в сыновья годится, но от этой мысли Армандо только сильнее нахмурился. Что-то всё же в его памяти осталось. Например, понимание того, что он — испанец, а мальчишка перед ним точно не его сын. Разве что приёмный. Подобная мысль могла бы объяснить те объятия, в которые заключил его мальчишка пару минут назад. — Нет-нет-нет, — затараторил парень себе под нос, пока Армандо пытался понять хоть что-то. Было забавно наблюдать за ним со стороны, но ровно до того момента, как парень плюхнулся на песок и схватился ладонями за голову. Теперь Армандо понял, что мальчишка чем-то расстроен, вернее будет сказать — сильно опечален. Узкие плечи начали содрогаться, раздался тихий плач. Было странно наблюдать за тем, как рыдает вроде бы взрослый человек, но в тоже время ещё совсем мальчишка. Армандо сначала скривился от раздражения, затем поднял взгляд на серые тучи, что скоро грозились разразиться громом, и тяжко вздохнул. Поскольку он ничего не помнил, а потому чувствовал лишь равнодушие и спокойствие, чужие рыдания начинали его раздражать. Он размеренным шагом подошёл к мальчишке, присел рядом с ним на корточки и спросил: — Как тебя зовут? — ему действительно было интересно, потому, что в голове крутилось одно имя. Если это оно, то, по идеи, вскоре он сможет вспомнить больше. От заданного вопроса плечи парня перестали вздрагивать, он медленно поднял голову и взглянул на присевшего рядом мужчину. Их взгляды встретились. Армандо смотрел с лёгким любопытством, пытаясь казаться спокойным, хотя его почему-то нервировали слёзы на глазах юноши. Возможно, это связано с его прошлым, которое он благополучно забыл. — Ты не помнишь, как меня зовут? — переспросил Джек с недоверием в голосе. Он втянул носом воздух, затем рукавом вытер слёзы. Сначала ему показалось, что Салазар издевается над ним, но это не было в духе вечно серьёзного испанца, да и по взгляду, а также выражению лица мужчины стало ясно, что с ним что-то не так. — Джек, — тихо добавил он, чувствуя себя немного неуютно под пристальным взглядом рядом сидящего испанца. — Джек Воробей, если точнее. — Джек, — задумчиво повторил Армандо, слегка растянув слово, отчего Джек невольно поёжился. Слышать своё имя из уст этого человека было непривычно, тот всегда предпочитал называть его по прозвищу. Было странно смотреть на мужчину и не видеть в его глазах презрения, которое Салазар испытывал ко всем пиратам. — Вспомнил что-то? — уныло спросил Джек, громко втянув носом воздух. Слишком много событий произошло за последние сутки, он не мог нормально соображать. Сложно было просто взять и принять тот факт, что Салазар всё забыл, не говоря уже о потере Гектора. — Нет, — спокойно ответил Армандо после минуты раздумий. — Не стоит, — прозвучал женский голос за их спинами. Это была одна из двух сестёр, которых Джек видел на острове Беллами-Кей. Вторая стояла рядом. В тех же нарядах: у одной чёрный длинный камзол, у второй — бледно-зелёный, с рваными полами. С треуголками на голове, в сапогах по колени и белых рубашках с широкими воротниками. Две брюнетки, которых Армандо тоже видел раньше, но забыл, поэтому отреагировал спокойно в отличие от Джека. — Вы же те странные дамочки из острова Беллами-Кей! — громко воскликнул Джек, быстро вскочив на ноги. Его глаза загорелись любопытством, ведь подобная встреча не может оказаться случайной. Армандо медленно поднялся и отряхнул от песка подол своего потрёпанного камзола. Подобное состояние одежды вызвало в нём презрение по отношению к самому себе, это натолкнуло на мысль, что в забытом прошлом он любил аккуратность и изящество в одежде. — Армандо Салазар, — обратилась к нему одна из молодых девиц, проигнорировав Джека, отчего Армандо поднял на неё заинтересованный взгляд. Она назвала его имя, благодаря чему в его голову пришло осознание, что его действительно так зовут. Он вроде бы помнил, но не был уверен в этом. — Тебе был позволен выбор, который даётся не многим, — заговорила вторая девица. — Ты сам выбрал забыть всё. Если будешь пытаться вспомнить, то… — она улыбнулась краем губ, но этого была достаточно, чтобы рассмотреть в мутных глазах её заинтересованность в том, что будет за прозвучавшим «то». После небольшой паузы она быстро договорила: — Будет забавно. Армандо нахмурился, решив, что ему не нравится такой ответ по причине недоговорённости. Девушка явно знает больше, чем говорит, а это очень даже раздражает и злит. Армандо ещё не определился с тем, что вообще должен чувствовать по отношению ко всему ныне происходящему. — Джек Воробей, — продолжила вторая девушка, обратившись к парню, отчего тот уставился на неё с явным желанием услышать что-то интересное. — У тебя есть шанс изменить чужую судьбу ценой… — она тоже сделала паузу, чем вызывала на лице испанца уже открытое раздражение. — Какова будет цена — узнаешь, когда найдёшь его, но сначала подумай… — Ты говоришь о Гекторе? — быстро сообразил Джек, не дав девушке договорить. В его глазах загорелась надежда. — Я могу вернуть его? Как? Где он? Что для этого надо? Я готов! Девушки переглянулись между собой, затем синхронно улыбнулись. Одна из них указала пальцем вдоль берега. Джек и Армандо рефлекторно повернули головы туда, откуда из-за крайней скалы показался нос плывущего на волнах корабля. — Ищи Дейви Джонса, — сказала она. — Кого? — переспросил Джек, но когда вернул взгляд назад, там уже никого не было. — Куда они подевались? — он растерянно повертел головой в стороны и, не обнаружив в поле зрения двух сестёр, которые словно сквозь землю провалились, посмотрел на Армандо. Испанец выглядел чрезмерно спокойным внешне, но в глазах можно было заметить негодование. — Что она сказала? — переспросил Джек у него. — Ищи Дейви Джонса, — спокойно ответил Армандо. — Кто это? — задал очередной вопрос Джек, на что получил в ответ пустой, ничего не выражающий взгляд. — Точно, ты же ничего не помнишь, — сказав это, он хлопнул себя по лбу, после чего вновь глянул туда, где виднелся корабль. На верхушке мачты висел пиратский флаг. Это была «Туманная Леди». Джек никогда не сомневался в полезной способности своего отца избегать смерти. Похоже, это передаётся по наследству. Он ещё раз громко втянул носом воздух, вытер рукавом лицо и остатки слёз, после чего глянул на совершенно спокойного испанца и с коварной улыбкой на лице произнёс: — Так значит, ты совсем ничего не помнишь?..

***

Гектор открыл глаза от того, что его кто-то пихнул в спину. Толчок был сильный, выводящий из равновесия, пришлось ухватиться за решётку, чтобы не упасть. Липкая субстанция под ладонью заставила его скривиться и осмотреться по сторонам, чтобы понять, где он находится. Судя по характерному раскачиванию пола и стен, это был корабль, точнее одна из нижних палуб, где находились тюремные камеры. Вот только всё здесь казалось прогнившим насквозь. На металлических прутьях и деревянных стенах виднелись всевозможные раковины моллюсков, а также противная на вид слизь, которую Гектор задел рукой и вытер об штанину. — За работу! — прозвучал мерзкий шепелявый озлобленный голос, обернувшись на который, Гектор испуганно дёрнулся. Впервые в жизни он видел нечто подобное. Перед ним стояло человекоподобное существо с рыбьей головой и серой кожей, покрытой всяческими выпуклостями, чешуйками и раковинами. Это нечто сунуло ему в руки швабру. Гектор без лишних вопросов опустил взгляд вниз и сделал вид, что моет пол. От того, что он возил тряпкой по гнилым доскам, лучше не становилось, но спрашивать что-либо у жуткой твари желания не было. Лучшей тактикой казалось промолчать и выполнять какую-то работу. Это позволило ему не привлекать к себе лишнего внимания. Вместе с ним в мрачном коридоре с пустыми тюремными камерами находилось ещё несколько людей. Все они что-то делали с опущенными вниз взглядами: мыли полы, металлические прутья и отдирали от пола приросшие намертво пустые раковины. За ними следили двое человекоподобных существ с рыбьими головами. Всё это было похоже на сон, если не брать в расчёт жуткую чрезмерно реалистичную вонь и мерзкие ощущения от касания к чему-либо. Из-за нехватки света, Гектор не заметил, как слева к нему кто-то подошёл, схватил за плечо и резко воткнул в живот нож. — Как хорошо, что здесь мы тоже можем чувствовать боль, — прозвучал знакомый ненавистный голос прямо над ухом. Гектор стиснул зубы, рефлекторно вцепившись пальцами в запястье того, кто вонзил в него холодное остриё. Лезвие начало медленно проворачиваться, отчего Гектор захрипел, прикладывая все силы, чтобы остановить это. Из-за момента внезапности он был в проигрышном положении. Острая жгучая боль заставила его сгорбиться, к горлу подступила кровь, а дыхание сбилось. Чтобы узнать ублюдка по голосу думать не пришлось. — Это за то, что убил меня, — озлобленно и с наслаждением протянул Пёс, продолжая прокручивать нож.