Волк и Лис

От однообразного фастфуда уже тошнило, но, к сожалению, никаких других вариантов на пустом на много миль шоссе попросту не было. Они и так проехали добрых полтора часа, под непрерывное нытьё Мэтта о том, насколько он голоден, так что, когда на горизонте появилось небольшое здание с неоновой вывеской, оно было воспринято как оазис в пустыне. Сообщив о потребностях своего мочевого пузыря (как будто эта информация была жизненно важной), Мэтт удалился, оставив Ньюта заказывать им еду. Тот быстро озвучил заказ невысокой девушке и сел за столик в ожидании. В голове царила благодатная пустота, в кои-то веки не отягощающая, а наоборот – лечащая. Солнце светило через окно, заставляя предметы вокруг отбрасывать тени, а волосы Ньюта – гореть красным. Мэтью в этот момент вышел и оказался за спиной МакБлада. Он замер в проходе, любуясь медным свечением, да и вообще им всем. Мальчишка не был идеальным ни в отношении характера, ни внешне, если уж на то пошло, но для Мэтта он был именно тем, кто был нужен ему, казалось, всю жизнь. В его компании Линч чувствовал себя удивительно спокойно, несмотря на некоторые разногласия или что бы то ни было ещё, он заметил это ещё во время их работы на ранчо. Тогда он посчитал это странным, теперь – нисколько. Мэтт подошёл к столику и плюхнулся напротив Ньюта, который что-то высматривал в экране телефона. Он поднял глаза и встретился взглядом с Линчем, задумчиво постукивая пальцами по столу. – Кейт написала. – он расслабленно откинулся на спинку стула. – Говорит, что скучает, и что хочет, чтобы мы вернулись домой в любом составе, даже если ты приедешь в майке с дырками на сосках и в плавках с американским флагом. Мэтт фыркнул от смеха и в его глазах заблестели озорные искорки. – Я же действительно могу так сделать. – Не стоит, – Ньют мягко улыбнулся, – если она против не будет, то мой отец не оценит. Он и так едва согласился дать тебе второй шанс, так что… Глаза Мэтта вылупились так, что стало страшно за их сохранность. – Он сделал что?! – Ньюту было слишком сложно сдержать смех, так что он постарался минимизировать его, только прыснув. – Я как раз хотел тебе сказать. Он переосмыслил твой косяк, так что теперь ты, вроде как прощён. Всё равно другого работника мне в помощь найти сложнее, чем кажется, а поскольку мы с тобой уже знакомы, и работаешь ты в целом неплохо, он решил дать тебе испытательный срок. Второй. Мэтт выглядел потерянно, озабоченно, но радостно. Это было странно, но Ньют тоже почувствовал облегчение и радость. А потом им принесли еду и радость преумножилась вдвое. А потом была долгая дорога, много музыки, которую крутили по радио и тепло. Много приятного тепла. Вечер тоже был тёплым, так что решение переночевать где-то вне цивилизации пришло само собой. Они достаточно далеко отъехали от моря, так что повторить опыт недельной давности всё равно не вышло бы. Вместо этого ребята решили просто потусить в поле под ночным небом и лечь спать в машину, так как разводить костёр тут было опасно. Ньют с опозданием вспомнил о суперспособности своей машины трансформироваться в палатку, наверное потому, что сам почти не пользовался этой функцией. Так или иначе, теперь вопрос с ночлегом был решён. – И ты молчал об этом? – практически взвизгнул Мэтт, неясно, от восторга или негодования, когда увидел, как сложенные задние сидения и багажник образовали пространство, размером с добрую двуспальную кровать. Мешки с подкормками, которые до этого было лень укладывать в нижний отдел багажника, теперь были компактно запиханы туда, а несколько головок соли разместились на переднем сидении. – Можно я буду тут жить? – Не обольщайся. – весело отозвался Ньют. – Нам ещё нужно привести это в божеский вид, так что помогай. Они не без труда постелили на плоскую ровную поверхность всё тот же кусок брезента, сверху лёг невесть откуда взявшийся старый надувной матрац, два пледа (о них Ньют всегда знал и пользовался) и подушки. До этого ребята успели заехать в очередной захолустный продуктовый и купить там ящик пива и какой-то еды, напоминающей то, что можно есть. Снеки они, конечно же, истребили по дороге с особым пристрастием, так что пришлось закупиться новыми. Всё пиво никто выпивать не планировал, водить в нетрезвом виде тоже, так что вечер обещал быть приятным. Рыбные консервы, которые выдавались за скумбрию оказались сайрой, но это нисколько не помешало им быть съеденными. Крышка первой бутылки пива с шипением открылась, когда Мэтт ловким движением ножа поддел её. Парень передал бутылку Ньюту и принялся за свою, попутно отмечая, как дёргается кадык друга во время глотка. В него хотелось впиться зубами, но не для того, чтобы убить смыканием зубов, а просто потому что хочется. Вообще Линч замечал, что слишком походит на животное в своих мыслях, но это не всегда его заботило. Сейчас точно нет. – Знаешь, – задумчиво начал Ньют после очередного глотка, и такое начало заставило напрячься, – я думал, что после вчерашнего вечера всё будет ну… По-другому? Не в смысле что меня не устраивает то, что происходит сейчас, а в смысле что вау, мне только что признался парень, который мне дико нравится, наверное что-то должно поменяться. – он ненадолго замолк, подбирая слова. – А при этом всё так… Нормально? Понимаешь, о чём я? Как будто так и должно быть, просто теперь в немного другом свете. Мэтт медленно кивнул. Наверное, он понимал. Весь день они смеялись и не делали ничего необычного для себя, просто получали удовольствие от общения друг с другом. Просто вечер приносит формулировки для несформированных мыслей, а этот вечер был особенным. – Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя брошенным, – снова заговорил Ньют, заметно более взволнованный, нежели до этого, – так что если ты да, то говори об этом. – А если нет? – спокойно спросил Мэтт, делая глоток. Ньют кинул на него недоверчивый взгляд и прищулся, становясь ещё больше похожим на лису. От этого вида Линч тихо светло рассмеялся. – Ты думаешь, я бы позволил себе чувствовать себя брошенным? Ты уверен, что хорошо меня знаешь? – Ньют отвёл взгляд и недовольно фыркнул. Смех Мэтта стал громче и отчётливее. – Лисёнок, я скорее выйду из машины на ходу, чтобы ты заметил, насколько я брошен, так что не переживай за это. – Не сказал бы, чтобы я переживал. – Ньют дёрнул плечом. – Просто хотел убедиться, а заодно добиться от тебя… чего-то. Не знаю. – А я, кажется, понял. – Мэтт хитро прищурился и отставил пиво на землю. – Хочешь, чтобы я поцеловал тебя? Ньют заметно смутился, но уверенно кивнул. Наверное, он хотел большего, чем просто поцелуй, но это его тело скажет само за себя – пока он до конца не осознал себя в новой роли. Лицо Мэтта приблизилось достаточно быстро, чтобы Лис не успел передумать, ладонь мягко обхватила его за подбородок, поворачивая голову, и в следующее мгновение чужие губы сначала мягко коснулись, а затем впились в его. Ожидание чего-то этакого, незаметно копившееся весь день, сейчас выливалось через край, окатывая обоих холодными брызгами. Мэтт, кажется, впервые почувствовал желание не только самому насладиться моментом, но и сделать приятно другому человеку в гораздо большей степени, чем раньше. Тогда он доставлял удовольствие постфактум, потому что умел, сейчас же всё было иначе. Ньют толкнулся языком в чужой рот и не встретил сопротивления, наоборот – ему дали инициативу, вовлекая в причудливый танец. Они оторвались друг от друга, тяжело дыша, и замерли, соприкасаясь лбами и закрыв глаза. Такой контакт казался даже ближе и интимнее чем то, что ему предшествовало. Прекращать не хотелось. Внутри уже не было той бури, что раньше, на её место пришёл покой и порядок. Ньют съехал головой на изгиб шеи Линча и слегка прикусил открытый участок кожи. Мэтт тихо ойкнул, но не отстранился. Он припомнил как всего несколько минут назад сам хотел укусить Ньюта за шею, тот просто его опередил. Потом всё как-то само логично завершилось, ребята продолжили непринуждённо пить и разговаривать на отвлечённые темы, и это было странно, но всё так же правильно и спокойно. Становилось прохладнее, последние лучи солнца окончательно перестали давать о себе знать, на небе, пока тускло, веснушками загорались звёзды. Редкие огни шоссе еле достигали того места, где ребята решили остановиться, и от этого казалось, что они отрезаны от мира, и им ни за что не добраться к людям. Сейчас от этого не становилось тоскливо, наоборот – каждое мгновение тишины заряжало новой энергией. Ньют прикрыл глаза и закинул голову к небу, подставляя лицо свежему ветерку. Он, пожалуй, был счастлив. Всё, (или почти) о чём он переживал, разрешилось неведомым ему образом, и это не могло ни радовать. Какое-то количество времени спустя, когда пива было выпито уже достаточно, вся необходимая еда съедена, а пятые точки затекли от долгого сидения на бревне, было принято коллективное решение перебраться в машину. Ньют заполз внутрь первым, приоткрыл окно и пригласительно похлопал рукой по месту рядом с собой. Мэтта не надо было просить дважды, он приземлился аккурат куда надо, предварительно сняв ботинки и закинув их куда-то под переднее кресло пассажира, последовав примеру товарища. Спать, по умолчанию, никто не собирался, вместо этого стоило восполнить недостаток тактильности за весь прошедший день. Мэтт, словно осьминог обхватил ноги Ньюта своими и устроил голову где-то возле плеча. – Расскажи мне о себе немного. – попросил Ньют, поудобнее устраивая плечо под головой Линча. Тот небрежно дёрнул плечом и задумался. – Я не знаю, что могу рассказать такого, что будет тебе интересно. Про кошмары ты уже узнал, хоть я и не хотел, а это, можно сказать, самая сокровенная часть меня. – Мэтт перевернулся и уставился в потолок машины. – Почему ты так спокойно дал себя уволить? – Потому что ситуация того требовала. – Мэтью снова дёрнул плечом. Этот жест уже вошёл в привычку после долгого тесного общения с тем, кто пользовался им практически постоянно. – Я уважаю твоего отца и правда благодарен ему за то, что он дал мне работу. С ценой овец он конечно погорячился, кредит с процентами, который он мне обещал, я бы выплатил за месяц, если не раньше, но всё же. Лишние проблемы мне не нужны. – Он наебал нас обоих. – неожиданно весело проговорил Ньют. – В плане? – Он не предупредил меня о том, что нанял тебя, просто тем утром, когда привёз тебя к нам, поставил меня перед фактом. – Ньют фыркнул. – Очень на него похоже. – И ты недоволен? – Мэтт выгнул бровь в немом вопросе. В темноте салона этого всё равно не было видно, но привычка брала вверх. – Не то слово, я был в бешенстве. – Ньют (полноправный хозяин жеста) дёрнул плечом. – Правда потом ты оказался более интересной личностью, чем я думал изначально. – Это я выглядел так жалко или ты просто был говном? – насмешливо поинтересовался Линч. – Всё сразу, я полагаю. – губы Ньюта сами стали расползаться в мягкую улыбку, когда он вспомнил первые дни их знакомства. Конечно всё изменилось. Возможно МакБлад так и остался говном, но явно не в отношении этого конкретного человека. Ну, может иногда. – Скоро закончится сезон выпаса и начнётся самое весёлое время. Я не говорил тебе, что основной мой источник дохода – работа тренером? – Мэтт покачал головой. – В общем да, в основном я тренирую лошадей под вестерн, но к нам ходят и дети. Линч улыбнулся. Перед глазами сразу же всплыла картина, как лисёнок спокойно и деловито объясняет какому-то карапузу азы верховой езды. – На кого сажаете малышню? – поинтересовался он, поднимая к потолку руку. – А на кого придётся. В основном на Френка или Приму, потому что опыта у них значительно больше, но иногда и на кого помоложе, если ребёнок справляется. – говоря это, Ньют вспоминал прошлую дождливую осень и зиму, на которые пришлось больше всего учеников и потраченных сил. – Как-то я тренировал девочку, которая просто влюбилась в Карибию, это та, которой ты не понравился, когда только приехал. Она буквально от неё не отлипала, даже долгосрочные планы строила, но потом они с родителями уехали, и теперь она просит меня присылать ей фотки. – Интересно. – лукаво улыбнулся Мэтт. – Фотки того ли характера она от тебя на самом деле ждёт? – Ей было восемь. – холодно заметил Ньют, правда холод этот был не более, чем театральщиной. – Эй, будешь мне помогать с этим? А то смысла от тебя будет как от дырявого носка. Мэтью тихо рассмеялся. Ему нравились подобные разговоры в расслабленном режиме, которые касались их будущего. О себе он так и не рассказал, но пускай его тёмное прошлое, потерянное в дешёвых барах, останется с ним. Возможно, когда-нибудь он и расскажет, да и то эпизодами и избегая многие острые моменты, но это произойдёт явно не сегодня. Вместо этого Линч перевернулся набок и стал задумчиво вглядываться в профиль Ньюта, подсвеченного тусклым светом луны и тех редких фотонов, долетающих от фонарей с шоссе. Ньют, конечно, это заметил. Не увидел, а почувствовал. Он тоже развернулся и их взгляды встретились, образуя своеобразный коридор. – Ты мог бы когда-нибудь подумать, что такое может произойти? – тихо осведомился Ньют, махнув рукой между ними. – Я стараюсь не думать. – так же тихо ответил Мэтт. Внутри МакБлада что-то колыхнулось. «Стараюсь не думать…» Может это не руководство к действию, а просто случайная фраза, но так или иначе она вызвала в нём резкий толчок, побуждающий действовать. – У тебя лицо как у человека, понявшего суть всего, я что-то не так сказал? Голос насмешливый, дразнящий. – Нет, всё так. – серьёзно произнёс Ньют, не отводя глаз. – Просто я вдруг осознал, что сильно, небезосновательно вас хочу. – Когда это мы перешли на «вы»? – голос всё ещё насмешливый, но он внезапно приобрёл новые, тихие и манящие нотки. Мэтт приблизился непростительно (в других условиях) близко, опаляя лицо напротив горячим дыханием. Внезапно стало жарко и нечем дышать, именно в этот момент Ньют порадовался тому, что открыл окно накануне. – Тогда, когда ты, – он нарочно выделил последнее слово, – оставил меня со стояком сегодня утром и даже не позаботился о том, чтобы загладить вину. Мэтт не растерялся, хотя был удивлён. – О, для этого у меня есть отдельный способ, но об этом позже. Сейчас, – он позволил себе мимолётный взгляд на губы Ньюта, но тут же вернул его обратно наверх, – мы займёмся кое-чем другим. Ньют не понял в какой момент этот наглый мальчишка оказался сверху, вжимая его в импровизированную кровать. Руки Лиса оказались зафиксированными над его головой, а крепкое колено упёрлось в поверхность между его ног. К лицу прилила кровь, дыхание спёрло ещё сильнее. – Думаешь, просто смотря на меня сверху, ты можешь искупить то, что натворил? – насмешливо произнёс Ньют, но вмиг осипший голос выдал его с головой. – Судя по тому, как ты на меня реагируешь, я могу быть прощён быстрее, чем ты думаешь. – на лице Мэтта заиграла ухмылка. Он наклонился и прижался носом к месту прямо под нижней челюстью, заставляя Ньюта запрокинуть голову. Именно это ему и надо было – Линч получил доступ к шее. МакБлад издал тихий короткий стон, скорее от неожиданности, но это произвело вполне ожидаемый эффект на обоих. Мэтт прикусывал кожу на открытых участках и тут же закрывал пострадавшие места поцелуями, практически невесомо, но ощутимо. Его руки медленно поползли вниз, вызывая мурашки, и теперь Ньют не знал куда деть свои. Правда, когда Линч нашёл нервный пучок во впадинке между ключицами, Лиса резко прогнуло в спине и руки с хлопком опустились по бокам. Мэтт на секунду отвлёкся и кинул бесконечно тёмный взгляд на человека под собой. Сам того не заметив, во время своего кульбита, Ньют слишком сильно прижался ко всему телу Мэтью, вызывая незамедлительную реакцию. Ньют скользнул под резинку шорт партнёра и легонько провёл рукой вдоль по стволу, вызывая неконтролируемый протяжный стон. Мэтт всё ещё нависал над ним, но этого незамысловатого движения, навалился вниз всем весом. Он не остался в долгу, быстро расстёгивая ремень на шортах Ньюта. Он поднял на Линча тёмные глаза, подёрнутые дымкой, и вдруг резко перевернулся и подмял Мэтта под себя. Тот удивлённо пискнул и уставился на Лиса широко раскрытыми глазами, которые, впрочем, не стали от этого более тёмными от возбуждения. Ньют широко прошёлся языком по нижней челюсти Линча, параллельно вновь засовывая руку ему в штаны. Сам он почувствовал шальные руки Мэтта у себя на ягодицах и улыбнулся сам себе, обхватывая пальцами член партнёра и начиная медленно двигать рукой. Тот снова застонал и сжал свои руки сильнее. Он незаметно потянулся к уже наполовину завершённому делу в районе ширинки Ньюта и принялся зеркалить действия последнего, другой рукой притягивая его голову к своей, чтобы втянуть его в жаркий поцелуй. Они закончили практически одновременно. Ньют, тяжело дыша, прижался лбом ко лбу Мэтта, уже который раз за вечер, и прикрыл глаза. Они с минуту молча лежали обнявшись, переводя дух и просто наслаждаясь моментом. – В бардачке салфетки. – практически прошептал Ньют. – Нужно? – Давай. – лениво и так же тихо проговорил Мэтт, не двигаясь с места. МакБлад крякнул и подтянулся на руках вперёд, пытаясь достать до ручки бардачка. После третьей попытки ему всё же пришлось привстать, что вызвало недовольно-насмешливое шипение снизу. – Если я подрочил тебе, это не значит, что ты можешь трясти своими причиндалами у меня перед лицом. – Уж прости, мне же нужно сделать так, чтобы твои не испачкали всё вокруг. – Ньют огрызнулся, но на самом деле он был весьма смущён и подвинулся слегка вбок. И вообще, ничем он не тряс, просто его расстёгнутая ширинка открывала вид на то, что было под ней, не более. Мэтт тихо рассмеялся и раскинул руки в стороны. Жара отошла, на её место пришло приятное тепло и спокойствие, которое только усилилось, когда парни, избавившись от ненужных жидкостей и одежды, улеглись под одеяло. Ньют зарылся рукой в волосы Линча. Его всё ещё немного потряхивало от недавних событий – всё же он впервые занимался сексом с парнем (даже если не в совсем традиционном виде) и при этом по-настоящему получал от этого кайф. При одном только воспоминании о горячей, немного шершавой ладони Мэтта у себя на теле, Ньют дёргался, вызывая тихие смешки последнего. Мэтт же окончательно убедился в том, что для новичка, лисёнок справился на ура – Линчу пришлось нехило терпеть, чтобы не кончить раньше времени от всего пары движений, запаха и дыхания. Всё это действовало на парня как наркотик и несомненно доставляло острые ощущения. Мэтью практически мурлыкал от ленивых движений пальцев Ньюта у себя в волосах, а тот засыпал, и движения его становились всё ленивее и ленивее. Этой ночью никому не снились кошмары, никто не просыпался в холодном поту и не будил второго. Парни просто спали в обнимку, греясь друг об друга и чувствуя покой летней ночи. А ночь действительно была восхитительная: на чёрном как смола небе, веснушки звёзд только немного затмевались единственным белым глазом луны, где-то в траве трещали не то сверчки, не то цикады, на которых с радостью охотились мелкие ночные хищники. На шоссе было тихо, за всё время по нему проехало от силы три или четыре машины – обычная картина для американских просторов. На этом фоне многие страны поменьше казались тесными клетками, не способными заменить тысячи километров пустого шоссе, сухой морской ветер и свободу. Как жаль, что свобода – понятие относительное, для каждого индивидуальное и не абсолютное. Никто и никогда не будет в полной мере доволен доступной степенью свободы, всегда кто-то будет ворчать и сопротивляться, но это вряд-ли в итоге приведёт к чему-то стоящему, а если и приведёт – всё равно будут недовольные. Но возвращаясь в маленький спокойный уголок вселенной, состоящий только из двух людей, можно смело утверждать, что их рамки свободы относительно друг друга сегодня невероятно расширились. Им ещё предстоит разведывать то, на что они оба, сами того не осознавая, согласились, но начало было положено, и оно того стоило.