Волк и Лис

Утром Мэтт лениво и медленно открыл глаза и почти сразу же громко чихнул. Конечно же, это не осталось незамеченным, и Ньют, недовольно сморщив лицо, повернулся на источник звука. Линч виновато улыбнулся. Причиной его чиха были беспорядочные растрёпанные кудряшки, при любом движении вызывающие позыв избавиться от них в своём носу. – Мэтт, ты такой мудак. – проворчал Ньют, но только для галочки, потому что улыбка Мэтью очень благотворно влияла на его настроение по утрам. – Мне кажется, тебе стоит постричься, – беззлобно фыркнул Мэтт, – а то скоро твои прекрасные локоны будут везде. – И как ты предлагаешь это сделать? – Ньют полностью повернулся, немного поёрзал и уставился ещё туманным, но уже хмурым взглядом. – Я не доверю тебе ни бритву ни ножницы. – Резонно. Тогда найди себе резинку. – глаза Ньюта потемнели, он тихо усмехнулся. – А может тебе она нужнее? – Мэтт удивлённо моргнул, пока до него не дошёл смысл фразы. А когда дошёл, он наморщил нос и снова чихнул. – Плохая шутка, лисёнок, тебе действительно не помешает обновление имиджа. А потом они ехали до тех пор, пока лампочка на индикаторе с бензином не начала мигать. В динамиках играл лёгкий кантри тех времён, когда он ещё был популярен, лёгкий ветер гнал пыль вдоль дороги. По телу разливалось тёплое спокойствие. Ньют, прикрывая глаза от слепящего солнца, вёл машину и кивал в такт песням, сменяющим друг друга. Заправка не внушала доверия, но пять километров в запасе хода доверия внушали ещё меньше. Последние пятнадцать минут парни сидели как на иголках, поминутно косясь на уменьшающуюся цифру на панели, и молились, чтобы они успели доехать хотя бы до чего-то похожего на заправку. К счастью, им повезло. Хмурый мужик со светлой бородой и жидкими соломенными волосами, размером с двух Ньютов, принял мелочь из рук МакБлада, пересчитал её и быстро глянул на стоящего перед ним парня. Ньют неловко улыбнулся. Он старался как можно меньше вдыхать, потому что от мужика пасло перегаром за километр. – Сдачи нет. – медленно проговорил, кажется, хозяин заправки. – покупать что-нибудь будете? Ньют согласился, просто чтобы мужик отошёл подальше, и он смог бы выдохнуть. Парень обернулся к большому окну, за которым Мэтт стоял, опершись на машину, и ждал пока она заправится. Он выглядел задумчиво и по-своему красиво сейчас. Хотелось оставить эту задумчивость на его лице и тихо понаблюдать, или сорвать её и замкнуть на себя. Мужик вернулся, кинул на стойку перед собой три пачки сушёной говядины и выжидающе уставился на Ньюта светлыми глазами, затянутыми тонкой плёнкой. – Хорошей дороги. – хрипло кинул мужик и криво улыбнулся, показывая желтоватые, удивительно ровные зубы. – Спасибо. – кинул Ньют, улыбнулся в ответ и сгрёб со стойки мясо. Толкнув тяжёлую дверь, парень с наслаждением вдохнул свежий тёплый воздух, который после спёртого воздуха на заправке казался живительным. Поймав на своей ноше удивлённый взгляд Мэтта, Ньют легко улыбнулся. – Сдачи не было, попросил докупить товара на эту сумму. Залезай в машину, нам пора. Мэтт пожал плечами и запрыгнул на пассажирское сиденье. МакБлад кинул в бардачок две пачки мяса, последнюю положил между сиденьями и завёл машину. Линч перевёл взгляд на своего водителя, и невольно сглотнул порцию воздуха вместе с восхищением и толикой неверия. Ньют, конечно же, почувствовал на себе взгляд и вскинул голову, встречаясь взглядом с Мэттом. Потом он наклонился к нему, вытянул шею и поцеловал. Легко, ни к чему не обязывающе, но от этого ощущения хотелось плясать как полоумному. Двигатель взревел, и джип тронулся с места, поднимая колёсами дорожную пыль и песок. Ньют повернул на шоссе, и снова рванул вперёд, как будто пытался угнаться за солнцем или убежать от чего-то за своей спиной. Мэтт лениво дожёвывал последний кусочек сушёного мяса и слушал ответ на вопрос, который только что задал. Ньют долго озадаченно молчал, видимо, собирался с мыслями, а потом начал довольно неуверенно отвечать. При всей своей нахальности, парень был достаточно стеснительным в вопросах интимного характера, так что Мэтту открывалось прекрасное зрелище на расцветающий на его лице румянец. Вопрос был простейший: «Что ты, лисёнок, думаешь на счёт секса без обязательств?» Лисёнок завис, видимо анализировал свой опыт или просто перебирал все возможные мысли в поисках нужной. Пока его хватило только на неуверенное: «Смотря с кем.» – Ладно, наверное, мне кажется что это не совсем правильно, хотя обязательства накладывают на тебя ответственность, которая нужна не всем. – после молчания, ответил Ньют. – Но тут уж как повезёт, действительно. Я бы не трахался ни с кем, не будучи уверенным в человеке. – А если уверен, знаешь человека давно, но просто не хочешь с ним отношений? Ты просто хочешь его, а он тебя, и этого достаточно. – Мэтт громко сглотнул мясо и кинул пустую пачку в мусорный пакет на заднем сидении. – Наверное тогда, раз вас обоих всё устраивает, почему бы и нет? Вообще, чего ты от меня хочешь? – Ньют, со стремительно краснеющими щеками, быстро глянул на Линча. – Это была подводка. – Мэтт хищно улыбнулся и незаметно отстегнул ремень безопасности. – А что если кто-то небезразличный решит отсосать тебе за рулём? Ньют замялся и ещё раз кинул взгляд на Мэтта. Кинул, и сердце забилось чаще, потому что его глаза искрились, и это одновременно завораживало и пугало. – Наверное я буду в некотором замешательстве. – Ньют пытался сохранять лицо, честно пытался, но всё ещё красные щёки выдавали его с головой. «Что же я делаю?» – лихорадочно подумал он, но не хотелось ничего делать и никак мешать. Просто понаблюдать, что будет дальше, так как будто это происходит не с ним. – То есть ты не против? – Мэтт подался вперёд и приоткрыл рот так, как будто активировал дополнительные обонятельные рецепторы, чтобы лучше, острее чувствовать все эмоции в воздухе. Ответа он не дождался. Вместо этого по-хозяйски положил руку на колено Ньюта. Тот с опаской покосился на неё, но делать ничего не стал, только напрягся и замер, не снимая ноги с педали. Тогда Линч повёл ладонь вверх, вызывая неконтролируемые мурашки у водителя. На языке играл вкус риска, а в ушах шумело от задуманного. Мэтт протянул пальцы выше и начал расстёгивать пряжку на ремне Ньюта, облизываясь, как довольный кот. – Линч… – предостерегающе проговорил Ньют, сжимая пальцами руль так, что побелели костяшки. – Ты хочешь нас убить? – Нет, я хочу, чтобы ты почувствовал жизнь. – Мэтт закончил разбираться с ремнём, быстро расстегнул ширинку, под которой уже стало тесновато, и Ньют тихо охнул. Он всё ещё не верил происходящему, но ситуация уже утекла из-под его контроля и теперь развивалась по совершенно неизвестному сценарию. Почувствовав чужие пальцы на своей коже в том месте, где их обычно не должно быть, Ньют дёрнулся, как от тока. Машина совершила рывок вместе с ним. Ньют не понимал, почему чужие прикосновения вызывают у него подобные ощущения. Сам от себя он даже близко подобного не испытывал, хотя самоудовлетворение в его жизнь вошло достаточно давно. Тем временем, Мэтт не думал останавливаться на достигнутом. Он сделал пару плавных движений вверх-вниз, окончательно поднимая пульс Ньюта вместе с его членом, и остановился на пару секунд, занимая более выгодное положение. – Только чур за волосы меня не хватать. И, лисёнок, – пауза, – не смотри. – Мэтт нахально подмигнул, поднимая глаза и непростительно грязно улыбнулся. Грязно, красиво и дико возбуждающе. Ньют широко распахнул глаза и прикусил губу. В его глазах читалась паника, смешанная с возбуждением. Мэтт понял это по одному мимолётному взгляду, который парень кинул на него. Но он не мог слишком долго отвлекаться от дороги, и Линч знал это, поэтому не стал долго затягивать. Он провёл рукой по волосам и опустился ниже. Кожу Ньюта обдало горячим дыханием, а сразу после этого стало тепло и влажно. Мэтт начал двигать головой, и ощущалось это просто космически, настолько, что после десяти секунд Ньют принял решение экстренно съехать на обочину. В его животе бабочки обламывали крылья от усердия. Машину тряхнуло, когда колесо попало на маленький камушек, но сейчас это никого не волновало. Мэтта только слегка тряхнуло, и из-за этого он на мгновение выпустил зубы. Ньюта снова прошило как от удара током, по телу пробежала очередная волна мурашек, а руки сами собой опустились на собственную ногу и чужую спину. Он не удержался и глянул вниз, на русую макушку, которая двигалась в произвольном ритме. Это было потрясающее и завораживающее зрелище, от которого невозможно было отвести взгляд. Ньют знал, что нарушает данное обещание, но ничего не мог с собой поделать. Появилось животное желание зарыться пальцами в волосы и задать тот ритм, которого требовало его собственное тело, но он смог удержаться. Мэтт кожей почувствовал на себе взгляд и криво посмотрел в испуганные глаза Ньюта, хмыкнул, выпустил зубы и несильно сжал челюсти. МакБлад понял намёк и с невероятным усилием поднял глаза. Всё на что его хватило, это тихое и на выдохе: – Мэтт, блять, я почти… – Мэтт услышал. И замедлился, растягивая время, словно карамель. Его язык лениво скользил по коже, вызывая неконтролируемые мурашки. Ньют сжал пальцы до белых костяшек и запрокинул голову, упираясь затылком в подголовник. Линч сделал пару дразняще быстрых движений и снова замедлился, было ощущение, что он просто издевается. Щёки заливала краска, лицо горело огнём, а из горла то и дело вырывались такие звуки, о которых Ньют был даже не в курсе. – Твою мать… Мэтт поднял голову, открыл дверь и сплюнул на дорогу. У него на щеках тоже играл румянец, а на нижней губе поблёскивала слюна, глаза блестели, как во время лихорадки. Он вытер губы тыльной стороной ладони и откинулся на спинку кресла, из-под приопущенных ресниц продолжая смотреть на Ньюта так, как будто тому было уже не спастись от него. Ньют поспешно привёл свои шорты в порядок и тоже уставился на Мэтта, тяжело дыша, только вот взгляд его был удивлённый, загнанный, но тёмный до чёртиков. – Ты нарушил обещание. – медленно, смакуя каждое слово, проговорил Линч. – Знал бы ты, как сложно было о нём вообще вспомнить. – хрипло отозвался Ньют и громко сглотнул. – Ты сумасшедший, Линч. А если бы я перепутал газ с тормозом, и мы бы разбились? – Ну нет, я доверяю тебе в этом вопросе. – Мэтт усмехнулся и опустил голову так, чтобы теперь смотреть на свою жертву исподлобья. – Тебе понравилось? – Спрашиваешь ещё… - Ньют покраснел ещё сильнее и отвёл взгляд в сторону. Волна смущения захлестнула его внезапно и быстро. – Это плата за вчерашнее утро. – Мэтт тихо и светло засмеялся, так что всё напряжение разом схлынуло и отошло куда-то на задний план. – Давай меняться, я поведу, а то ты действительно сейчас не в той форме. – И кто в этом виноват? – пробурчал Ньют, отстёгивая ремень, который всё ещё был на месте. Мэтт засмеялся громче и, прополоскав рот водой из бутылки, снова сплюнул за дверь. Он обошёл машину и открыл дверь со стороны водителя. Ньют развернулся к нему, собираясь покинуть джип, но перед этим он согнулся, обхватил руками лицо Мэтта и поцеловал. Второй раз за сегодняшний день, но теперь дольше и глубже. Он зарылся руками в волосы Линча и стал медленно шевелить пальцами, приводя того в восторг. Ньют оторвался от губ Мэтта и прижался лбом к его лбу. – Это благодарность. – прошептал Лис, отстраняясь и заглядывая в голубые глаза напротив. Напоследок чмокнув парня в нос, Ньют спрыгнул с водительского сиденья и обошёл джип. Мэтт глупо улыбнулся и запрыгнул в салон.

***

– Эй, сделай погромче! – было часов одиннадцать вечера, парни до сих пор ехали по шоссе, ни разу не остановившись за это время, исключая краткие паузы по нужде. Мотели, мимо которых они проносились, оставались позади, а вместе с этим приходило понимание того, что останавливаться им снова придётся в поле. Но сейчас это было неважно, потому что из древнего динамика заиграла одна из тех песен, которые часто звучали в компании ковбоев из Техаса, с которыми Ньют провёл солидную часть своего времени. В нос ударил иллюзорный запах костра, запечённой картошки и лошадей. – Да чего ты так орёшь? – весело и наигранно возмущённо спросил Мэтт, улыбаясь и сам этого не понимая. Он покрутил колёсико звука, и заедающий гитарный риф зазвучал отчётливее. Это был старенький вестерн какого-то мимолётно популярного автора, который, впрочем, запомнился кому-то из бывалых ковбоев, и он передал его молодым, а те друг другу. Ньют не ответил на вопрос, он был слишком занят тем, что пританцовывал всей верхней половиной тела и мурлыкал слова песни, трогательно подняв брови. Мэтт засмеялся и принялся в ритм прищёлкивать пальцами и протягивать долгие гласные звуки, не зная слов. На продолжительном ударном соло, Ньют неистово забарабанил руками по приборной панели и в финале сильно тряхнул головой, как бы ставя точку. Он рассмеялся громко и весело, подавшись вперёд и запрокинув голову назад. Мэтт тоже заливался смехом, чудом продолжая вести машину. – Это моя любимая из тех, что звучали на наших сходках. – всё ещё улыбаясь, пояснил Ньют. – Ты умеешь играть на чём-нибудь? – просил Мэтт, незаметно утирая слёзы с уголка глаза. – Нет, ты чего. – Ньют хихикнул. – Я и пою неважно, а о том, чтобы играть… Не-е-т. – Да ладно, я уверен, если потренируешься, у тебя всё получится. – Мэтт перевёл глаза на дорогу, улыбка не сходила с его лица. – Нет, ты не понимаешь, я просто отвратительно пою. – Ньют снова засмеялся. – В отличие от Кейт например, у неё вообще своя группа. – Да, я помню. – Мэтт улыбнулся шире, ему не терпелось познакомиться с девушкой поближе, он много о ней слышал, даже говорил по телефону, но кроме как перекинуться с ней парочкой слов на ранчо не смог. – А ты не играл мне ничего. – немного приуныв, заметил Ньют, переводя взгляд на Линча, на лице которого играли блики от дорожных фонарей. – Да как-то случая подходящего не было. – Линч пожал плечами и потянулся к бутылке с водой, в которой жидкости оставалось совсем немного. Его до сих пор немного потряхивало после своей выходки днём, хотя он умело это скрывал. Всё таки не только для Ньюта это был первый подобный опыт. – Когда будет, обещаю, сыграю. Ньют мягко улыбнулся в ответ, ничего не произнеся вслух. Ему и не надо было. За время, проведённое бок о бок, они научились распознавать намерения и фразы друг друга без слов, по одной мимике, движениям или взгляду. Одни песни сменялись другими, всё менее цепляющими, в глаза как будто насыпали песка, и, выжав из себя все возможные силы, Мэтт принял решение остановиться на ночлег. Ландшафт изменился на более холмистый, кое-где выступали голые осыпные скалы. Одним словом всё свидетельствовало о скором прибытии в Техас, что не могло не радовать. Они снова разобрали багажник и устроили из него подобие палатки. Было уже около часа ночи, когда они наконец-то были готовы отходить ко сну, но тут Ньют, сквозь полог слипающихся век и практически онемевшего языка, тихо попросил: – Мэтт, спой мне что-нибудь. Пожалуйста. – и Мэтт, чёрт дери этого лисёнка, не мог отказаться. Не когда его просят таким тоном и прижимаются сбоку, не когда руками обвивают так, как будто это косплей на осьминога. Мэтт выбрал одну из тех песен, которые не шли от музыки к словам, часто несвязным, как это обычно бывает в американской культуре. Автором песни был ирландец, и даже если его национальность не играла тут особой роли, стихи в этой песне были прекрасными, как цветущая ивовая ветвь. На припеве Ньют прижался к Мэтту ближе, а тот, казалось, не заметил. Он был занят, и отвлекать его не хотелось. "When you move, I'm moved." – игра слов, которую просто так не заметишь, но она меняет смысл, делает его острее и ярче. Понятнее. Яснее. В груди Ньюта поднялось что-то мягкое и удушающе горячее, как будто в ответ на голос и слова, произносимые Мэттом, откликнулась какая-то древняя и необузданная частичка него самого. Он не мог это контролировать и не хотел. Он слушал вместе с ней, затаив дыхание. Под конец, когда тихое и немного монотонное течение песни изменилось на надрывное и истеричное, Мэтт сел, и мышцы на его боках чётко проступили под кожей от напряжения. "Mo-o-o-ve me baby..." Линч закончил петь и глубоко вдохнул. Он не особо следил за технической правильностью исполнения, это не казалось ему важным, но он мог дать голову на отсечение, что нигде не ошибся. Ньют приподнялся на локте и посмотрел на Мэтта так, как будто видел впервые, восхищённо и с толикой неверия. – Чего? – Мэтт не выдержал этого взгляда. Он смущённо улыбался, несмотря на то, что абсолютно этого не хотел. Он был в курсе, что поёт хорошо, и ему всегда удавалось скрывать свою радость от произведённого впечатления, но не сейчас и не перед этим человеком. – Почему ты раньше не пел? – спросил он тихо, зелёные глаза блеснули в темноте. – Ответ тот же, что и на счёт игры – не было подходящего момента. – Мэтт повернулся и теперь смотрел на Ньюта сверху вниз. Его взгляд приобрёл лукавый оттенок. – Да ты и не просил. – То есть мне стоило только попросить? – Ньют изогнул бровь и наклонил голову куда-то вперёд и вбок. – Возможно. – Мэтт улёгся набок, зеркаля позу парня напротив. – Но ты бы этого не сделал, правда ведь? – Возможно. – Ньют улыбнулся, но как-то по-дьявольски. – Давай поспим, если завтра поедем с нормальной скоростью, к ночи уже будем дома. Мэтт кивнул и лёг окончательно, не сводя глаз с лица Ньюта. Тот быстро поцеловал Линча в висок и отвернулся, прижимаясь спиной к груди человека позади себя. Оба заснули быстро, делясь теплом друг с другом. Ньют спиной чувствовал биение сердца Мэтта, спокойное и размеренное. Оно успокаивало, и вскоре Лис погрузился в глубокий сон.

***

– Ну что, теперь веришь мне? – старый знакомый с лукавым блеском в глазах спрыгнул с ветки, на которой до этого сидел. Мэтт только усмехнулся и кивнул в знак приветствия. – Давай прогуляемся, а то я что-то засиделся. Они пошли плечом к плечу. Деревья становились реже, тоньше, а вскоре стали попадаться вообще единичными молодыми экземплярами. Они вышли на поле, то самое, с жёлтыми цветами и обилием жужжащих насекомых, которые, впрочем, не обращали никакого внимания на идущую парочку. Они молчали. Мэтт щурился, ловя на лице лучи солнца, и практически ни о чём не думал. – Почему ты пошёл за мной? – мужчина первым нарушил молчание. – Не знаю. Если честно, я уже просто иду куда скажете. – Мэтт дёрнул плечом, наблюдая за полётом какого-то жучка. – Мы же договорились на "ты". – мужчина слегка наморщил нос, как будто его физически поцарапало обращение. – Так или иначе, должна же быть причина, почему ты доверяешься мне. – Ты – мой сон. Ничего плохого ты мне не сделаешь. – Мэтт сорвал травинку и засунул её в рот, исподлобья взглянув на мужчину. – Ну, я бы не был так уверен, всё же мы не совсем во сне, а лишь на какой-то процент. Но всё же я согласен, ничего плохого я тебе делать не хочу и не собираюсь. Так значит это единственная причина твоего доверия ко мне? – Нет, не единственная. – Мэтт приподнял голову и усмехнулся. – Просто всё, что ты говорил мне, почему-то чудесным образом сбывалось. Вот я и подумал, что довериться тебе – не худшая идея. Мужчина усмехнулся и его зелёные глаза сверкнули в солнечных лучах. – Значит, ты думаешь, что я – часть тебя? – Наверное, в каком-то роде. – Мэтт вскинул голову и посмотрел на собеседника, продолжая жевать травинку. – А себе ты доверяешь? – Знаешь, долгое время я не мог доверять никому кроме себя, потом и себе доверять перестал, поэтому мне хочется верить, что ты та часть меня, которой я верить всё же могу. – Интересная мысль. – мужчина отвёл глаза и посмотрел на небо, по которому лениво плыли кучевые облака. – Но ты на подсознательном уровне поверил мне и, как я понимаю, обрёл то, что хотел. – Я пока не знаю. – Мэтт тоже перевёл взгляд вдаль и выплюнул травинку. – Я чувствую себя очень хорошо, но боюсь что оступлюсь и всё потеряю. – О, не думай об этом, всё совершают ошибки. – весело отмахнулся мужчина и легонько хлопнул Линча по плечу. – Даже если ошибки, которые ты в будущем, возможно, совершишь, будут серьёзными и повлекут за собой последствия, разве это повод для того, чтобы не дать себе быть счастливым сейчас? Кроме того, ты достаточно внимателен, чтобы их не допустить. – Но я не один. – Вот именно! – мужчина остановился и встал перед Мэттом, заставляя того остановиться тоже. – И в этом твой козырь – ты не сможешь быть один, даже если очень сильно захочешь, потому что это больно, страшно и совершенно не нужно. – Может и так. – неохотно согласился Мэтт, понимая, что не "может быть", а точно так. Мужчина улыбнулся и положил руку на плечо Линча. И снова тому стало некомфортно от этого пронизывающего взгляда, который читал его как открытую книгу. – Вот и славно. – старый знакомый кивнул, как бы самому себе, и металлические бусины в его волосах стукнулись друг об друга, издавая приятный мелодичный звук. – Мне пора. Вряд-ли мы ещё увидимся, но как знать, может быть тебе снова понадобится моя помощь. Мэтт кивнул и грустно улыбнулся. Почему-то ему не хотелось думать о том, что это их последняя встреча, пускай и во сне. Мужчина наклонил голову и состроил гримасу, а потом снова заулыбался. – Раз уж мы прощаемся, может всё же скажешь, кто ты? – На некоторые вопросы ответы лучше не знать и не искать. – проговорил мужчина. – Даже если очень хочется, ответ может оказаться не таким, какого ты ожидал. Если повезёт – сам поймёшь, а не поймёшь – значит так надо. Прощай. На глазах его окутала золотистая дымка, как тогда, в первый раз, он начал увеличиваться в размерах, приобретать новые очертания, и в конце концов, перед Мэттом предстала красивая вороная кобыла. Она опустила передние ноги на землю и тонко заржала, раздув ноздри и выгнув тонкую шею. Мэтт засмеялся от восторга, рассматривая животное. Он скучал по лошадям и был очень рад, что скоро сможет вновь с ними работать. Кобыла толкнула его головой в плечо и устремилась прочь широкой рысью, задрав хвост. Мэтт смотрел ей вслед с толикой грусти, но большую часть его души сейчас заполняло спокойствие и радость. Да, он нашёл себя и да, он был этому бесконечно рад.