Сделка

Прозвенел звонок. Мои одноклассники стали медленно подходить к двери кабинета физики с учебниками и тетрадями в руках. Я быстро подошёл поближе к двери, чтобы быстро проскочить среди отличников, которых впускают без проверки д/з, что мне, к счастью, удалось. Я быстро сел на заднюю парту третьего ряда. Положив учебник и тетрадь на парту, я убрал рюкзак на пол и начал быстро выполнять домашку. Черт ее побери, эту физику. Вот как мне вычислить размер изображения, просматриваемого через выгнутую линзу? Разве я его видел?  — Встали все! — громко сказала учительница и весь класс быстро встал, в том числе и я. — Садитесь. Я быстро сел. Решив послать эту домашку лесом, я просто переписал пример решения задачи. Учительница перелистывала классный журнал в поисках нужной страницы, шорох листов отчётливо было слышно в почти гробовой тишине класса. Громко захлопнув журнал, Сайера Абдухалиловна встала из-за стола и подошла к доске. Взяв в руку мел, она написала тему урока печатным шрифтом. Я обвел взглядом класс в поисках Славы. Он как обычно сидел на второй парте третьего ряда, там же, где должен быть и я. Он записывал что-то в тетрадь, ни разу не обернувшись в мою сторону. Мне стало ужасно грустно. В голове сразу промелькнули обрывки недавних событий. «Ты самый ужасный человек, которого я только мог встретить. Я ненавижу тебя!» — злобно сказал он мне только вчера. Тогда у меня был плохой день и я просто сорвался на Славу, высказав все, что я о нем думаю. Все его недостатки. Конечно же, я сразу же пожалел о сказанном, но было уже поздно. Я пытался извиниться. Много раз. Каждые полчаса я подходил к нему и пытался помириться. Бесполезно. Я, черт меня побери, люблю его. Да, он парень, мой лучший друг, да кто угодно, он все равно меня никогда не полюбит.  — Итак, что вы можете сказать о трёх замечательных лучах? — спросила учительница, и я сразу же вспомнил о своем местонахождении. Подняв взгляд на доску, я невольно чертыхнулся, ведь она была вся изрисована чертежами линз с предметами спереди и позади них. — Ну, отвечайте! Слава тут же поднял руку и, дождавшись, пока учительница одобрительно кивнет, встал с места.  — Итак… — сказал он немного дрожащим голосом, -Первый замечательный луч проходит перпендикулярно предмету и, пересекая линзу, проходит через ее фокус. Подняв голову, он посмотрел на учительницу. Та кивнула, ответив «Верно!». Слава сел, подложив под себя ногу. Да, я подмечаю его привычки.  — Что насчет остальных? — спросила она, оглядев класс из-под очков. Все старательно перечерчивали эти сраные линзы и предметы, которые заменялись стрелочками. Я никогда не понимал и не любил физику. Все эти символы и формулы никогда не откладывались в моей голове и всегда путались в моем мозгу. Сейчас же я думал только о Славе. Я просто не мог перестать думать о том, как больно я ему сделал. Он, черт возьми, просто хотел поинтересоваться о моих делах, а я так грубо ему ответил, послав во все возможные места и старательно, добавляя мат через каждое словосочетание, пересказал все, что меня в нем ужасно бесит. Черт, я такой ублюдок. Я сам же все и испортил. Я просто возненавидел себя.Я так долго выстраивал эти дружеские отношения, узнавал все, что ему нравится, и старался как можно чаще это для него делать. Я почти добился расположения с его стороны. Но я все испортил. Прозвенел звонок. Все подняли головы, кто-то вытащил телефоны, чтобы посмотреть время, что сделал и я. До звонка еще рано, минимум 15 минут. Может младшеклассники играют? Звонок не прекращался несколько минут.  — Быстро все встаем с мест, берем дневники, закрываем им головы и строем выходим из кабинета! — громко сказала она, накрывая голову журналом. Весь класс вскочил со своих мест, конечно же многие были без дневников, наверняка думая, что они вряд ли помогут, их разбитые балками рожи и так опознают.Я тоже был без дневника, забыв о нем в очередном наплыве самоненависти. Хах, я даже новый термин придумал. В подсобке начали падать вещи, плафоны на потолке затряслись. Я понял, что если я хочу вернуть расположение Славы к себе, то я обязан извиниться перед ним прямо сейчас, иначе шанса просто может не быть. Оглянувшись в поисках Славы, я не смог его найти в оставшейся части класса. Наверное, он в панике выбежал из кабинета, ведь он ужасно боится умереть в такого рода катастрофах. Подо мной затрясся пол. Наверняка уже где-то на первом этаже попадали парочка балок. Вероятно, что Слава уже там. Я, растолкав толпу у двери, быстро выбежал к лестнице, прорываясь через еще большую толпу в коридоре. Пока на лестнице было не так много людей, я быстро спустился, надеясь не потерять ни единой секунды. Первый пролет преодолен, осталось спуститься на второй этаж и оббежать его. Спустившись, я оббежал коридор в сторону кабинета химии. Его там нет. Побежав в другую сторону, я не обнаружил его и там. Надеюсь, что он в порядке. Я быстро оглянулся по сторонам. Около лестницы я заметил знакомый полулежащий силуэт. Это он. Слава тебе Господи, я нашел моего Славу.  — Слава! — крикнул я, заставив обратить его внимание на меня. Тот едва заметно улыбнулся. Я быстро подбежал к нему. На его ноге была довольно большая и скорее всего тяжелая балка, но он не подавал виду, что ему адски больно.  — Пришел поиздеваться? — злобно спросил он. — Я достаточно много знаю плохого о себе, но я бы послушал твое мнение.  — Нет, — зачем ты так со мной? Я, черт возьми, люблю тебя, ублюдок! — Я хочу извиниться.  — Извиниться? — удивленно и одновременно злобно спросил он. — Ну давай, может что-нибудь новое скажешь.  — Я знаю, я все испортил. Я так ненавижу себя сейчас, я испортил все, что у меня было, что когда-либо так много значило для меня. — глаза сильно защипало. — Я просто сраный ублюдок, который все портит. Я так долго пытался добиться расположения от тебя и, получив его, почти тут же его просрал. Я просто разрыдался от осознания своей беспомощности. Слава полулежит под тяжелой балкой, и я не могу как-либо ему помочь. Я хочу спасти его, но я не могу. Просто не могу.  — Хэй! — коснулся он моих волос. — Хорошо, я понял. Перестань рыдать. Я поднял голову. Слава нежно перебирал мои волосы, почти не скрывая своей боли и иногда сжимая их.  — Черт, я бы обнял тебя, — грустно сказал он, — но я даже не могу принять удобное положение. Я походу сломал ногу и мне адски больно. Я просто возненавидел себя. Из-за меня он сейчас корчится от боли. Из-за меня он вообще пошел сюда. Из-за меня он вышел из кабинета один, пока я даже не осознавал этого. Из-за меня он просто умрет под разрушающимся зданием. А я просто буду смотреть, как он умирает.  — Я попробую тебя вытащить. — сказал я, медленно вставая с места. Обхватив балку, я едва поднял ее на пару сантиметров. — Вытягивай ногу! Слава попытался вытащить ногу, но конечно же у него не получилось.  — Помогите кто-нибудь! — заорал я на весь коридор, но никто из бегущей толпы школьников даже не подошел.  — Прости меня, Слав, — я взял его за руку. — Я вчера на тебя сорвался просто так, я ведь даже не ненавижу тебя и ты далеко не самый ужасный человек. Черт, я даже не могу ему признаться. Он наверняка возненавидел меня и даже не хочет слушать.  — Ты самый дорогой для меня человек. — потолок над нами начал покрываться большими трещинами. Окна медленно разбивались, люди прыгали прямо из них. Стены просто разрушались. — Я не хочу потерять тебя вот так. Люди в панике покидали коридор. Пол затрясся еще сильнее, трещины на стенах увеличились. Мы должны были бежать с ними, я должен был увести его, защитить от всего этого.  — Я люблю тебя, Слава. Не покидай меня, пожалуйста. С потолка посыпалась пыль. Куски штукатурки падали рядом с нами. Скоро обвалится потолок.  — Скажи уже что-нибудь! — сказал я, глядя на него. Он был немного удивлен и даже… счастлив?  — Я тоже тебя л… — его речь оборвал кусок потолка, упавший на нас. Меня он почти не задел, основной удар пришелся именно на него.  — СЛАВА! — заорал я, пытаясь сдвинуть каменную плиту. — Ты, черт тебя подери, не должен умереть! Когда я сдвинул эту плиту, я обнаружил лужу крови под его головой.  — Слава… Нет, нет, нет, нет… — я пытался нащупать у него пульс, но его не было. Я потерял его. Я, черт возьми, потерял любовь всей моей жизни по своей же вине. Я ненавижу себя.