Измени человека по щелчку пальца

Тяжёлая деревянная дверь распахнулась быстрым толчком с другой стороны, и от туда вылетел на всех парах весёлый Колбая, который натянул искреннюю улыбку счастья и радости, ведь из-за поддержки Романа он всё-таки смог вспомнить и сделать больше половины. Осмотрев весь коридор, парень так и не нашёл своего товарища и нахмурился. «Но он же обещал, что подождёт… Ладно, у него наверно дела появились… " — шарясь в портфеле, проговаривал у себя в голове брюнет. Найдя телефон, он начал набирать номер. «Абонент временно не доступен…» — раздался монотонный голос автоответчика. Уже в этот момент Джонни забеспокоился. Исчез, да ещё и трубку не берёт! В итоге брюнет побродил ещё несколько минут по школе, пытаясь найти друга, но так и не найдя ушёл домой в смешанных чувтсвах. Уже дома Колбая быстро разделся и побрёл в комнату, даже нормально не поужинав. Он снова попытался позвонить, но безуспешно. После обзванивания всех друзей и знакомых, которые ничего не знают о его местоположение, брюнет совсем растерялся и уже было хотел отправится его искать, но тяжёлая рука отца указала на время и отправила сына в комнату. Тот нервно вздохнул и лёг на свою большую кровать у окна, из которого дул прохладный вечерний ветерок и иногда доносились грубые голоса. Голова ныла и побаливала от всех этих нервов и беготни, а глаза предательски начали слипаться. Джонни уже начал потихоньку проваливаться в царство снов и кошмаров, но скорее всего мучительных и долгих кошмаров…

***

Вторник 8:45

Уже конец первого урока, а Ромы всё никак не видно. Стоя в коридоре после 45 минутного ада, Джонни разговаривал со своими друзьями о том о сём. Всё ещё в голове вертел я вопрос «где Рома?», и ответ на вопрос сам показался в поле зрении. Заметив идущего Фильченкова, Колбая не скрыл своей радости и подбежал к нему, зажав его в своих тёплых объятиях. Белобрысый усмехнулся и отодвинул парня, что было довольно странно, потому что он никогда не отказывался от обнимашек, особенно от брюнета. — Ты где был? Я переживал… — высказал парень и белобрысом прямо в глаза. — Да так, дела… — немного холодно ответил Рома. — И почему у тебя синяки под глазами? Ты что, не спал? — взволнованно распрашивал его брюнет. — Тебе то какая разница… Эти слова застыли в голове у Джонни, будто острая большая игла вонзилась прямиком в сердце, которое начало ныть от душевной боли. На глазах были готовы навернуться слёзы, но парень не позволил раскрыть свои эмоции. Белобрысый посмотрел на Колбаю со всё таким же холодным взглядом и уже собирался уходить, как вдруг брюнет схватил его за руку и тихо спросил: — Что случилось?.. — Эх… — вздохнул парень, немного подумал и ответил — палачи не ждут… И вот Джонни остался один, в смешанных чувствах и эмоциях. С одной стороны было просто обидно, а с другой жутко больно. Никогда безразличие Ромы не было настолько больным и острым. Вдруг к парню подбежала запыхавшаяся Оляша и удивлёнными глазами посмотрела на Колбаю. — Что с Ромой?! Он какой-то мрачный… Даже со мной отказывается говорить, а я его лучшая подруга! — стукнула ногой по полу девушка. — Я сам не знаю… Он стал… Безразличным… — даже само слово было больно произносить. — Безразличным… — Оляша начала повторять это слово, пока она не задала вопрос — а он что-то говорил вслед? — Ну… Палачи не ждут? Вдруг девушка судорожно закрыла рот от страха, расширив глаза. Похоже, это не простая фраза. Оляша наконец откаменела и взяла парня за руку, отведя парня в левое крыло, где никогда не бывает народу, так как его давно забросили из-за одного «инцидента». Заведя напуганного Колбаю в коридор левого крыла, девушка прижала его к стене и посмотрела ему прямо в карие взволнованные глаза. Сердце бешено заколотилось, зрачки уменьшились, а дыхание сбилось. Либо она собиралась убить, либо сделать ещё что-то похуже… -Воу, Воу, полегче! Я конечно понимаю, что я красивый, но… — То, что я тебе сейчас расскажу является секретной информацией, которой обладают только я, Дима, и ещё одни парень, которого ты не знаешь. Если ты кому-то это расскажешь, я знаю твой адрес… — похоже её намерения были серьёзными. Злобный оскал и прищуренные глаза заставляли парня думать о худшем и соглашаться с её условиями. Одобрительно кивнув, брюнет почувствовал облегчение, так как с его груди наконец убрали локоть. Девушка осмотрелась по сторонам и тяжело вздохнула. — Ну что ж… Ты же всегда хотел узнать, что это за инцидент, из-за которого закрыли это крыло? В этой истории несчастливый конец…

***

Три года назад

Осень. Листья уже спали со всех деревьев и было не то чтобы холодно, но стоять на улице было некомфортно. Все ходили в кожаных или обычных куртках, стараясь не замёрзнуть в холодные дожди и ветреные дни. В такое время лучше сидеть дома за чашечкой горячего чёрного чая, который так любил выпивать Рома вместе с тёплыми домашними пирожками или слойками, сидя у окна, смотря на скатывающиеся капли дождя по холодном стеклу. Но в это время парнишка был в школе, учил ненужные ему сложения грамматики. В то время Фильченков был ещё шатеном с большими круглыми очками, которого вечно задирали и гнобили хулиганы. Тяжко ему было в это время, но своим уже богатым родителям он ничего не говорил, боялся, что его назовут ябедой или вообще изобьют. Чиркая ручкой в тетради, он даже не заметил, как к нему подсел какой-то незнакомый парень. Оказалось, это был новенький, который только сегодня явился в школу. Лошка только после нескольких кашляний заметил его и повернулся. Перед ним предстал темноволосый с интересной причёской, гордой ухмылкой и хитрым как у лисы взглядом. Был одет в чёрный свитер, тёмно-синие джинсы и обычные уличные кроссовки. Можно приметить, что уже в то время Фильченков западал на мальчиков, и рассмотрев своего соседа по парте, парень покраснел. Поправив свои немного скатившиеся очки, шатен поприветствовал его и снова отвёл взгляд. — Ну, а меня Юлик зовут, приятно познакомится, Роман! — с широкой улыбкой протянул руку — можно же называть тебя Ромашкой? Рома ещё больше покраснел и наконец повернулся к соседу. — Д-да, конечно… — быстро пожал руку парень и уткнулся в тетрадь. Сначала между ними была неловкая пауза, но потом Юлик как-то смог разговорить шатена о его каракулях в тетради, о погоде, о жизни. И так постепенно Лошка перестал бояться своего соседа и начал разговаривать обо всём на свете. В то время у него было мало друзей, так как класс попался токсичный, а теперь появился хоть один хороший друг, ну или так думал Рома. Голос тёмненького завораживал, хотелось слушать его хоть весь день, и наш глупый шатенишка попался на крючок. Парень стал полностью доверяться Юлику, рассказывать ему всё, дарить подарки, проводить с ним время, думая, что он хороший человек, но как же он глубоко ошибался… На самом деле он был таким же токсичным, нет, даже ядовитым человеком, который прятал свою сущность под маской доброты. В скором времени он уже был готов обнажить свои острые клыки и острые когти, но подходящего момента всё никак не было. И так эта «дружба» продолжалась два спокойных года. И вот однажды, Рома позвал Юлика пойти в самое красивое и тихое место для него — крыша второго этажа школы. Сама школа состояла из трёх этажей, но на втором находилось окно, из которого можно было выйти на крышу маленькой пристройки школы. Там было тихо и спокойно, многие школьники залазили туда, чтобы насладиться видом, пока охранник ушёл на свой законный обед. И вот шатен перешагивает подоконник окна, протягивая руку тёмненькому. Тот с недоверием посмотрел на него и всё-таки взял руку и тоже перешагнул за Ромой. Оба сели на кровлю крыши и стали наслаждаться видом. Солнце уже начало понемногу заходить за горизонт, а небо было полностью чистое, без единого облачка, что было удивительно в городе дождей и пасмурной погоды. Ветер приятно проносился около парней и вызывал мурашки. И снова волосы шатена хаотично разлеглись на голове и выглядели как гнездо, а причёска тёмненького была хорошо уложена и аккуратна. Оба были одеты не совсем в тёплую одежду для ветренной погоды: белый свитер и джинсы у Фильченкова и красно-чёрная рубашка в клетку с тёмными джинсами у Юлика. Лошка нервно дышал и прокручивал мысли в голове, собираясь признаться в чувствах парню, сидящему рядом. Почему-то ему казалось, что его не отвергнут, что в мире всё радужно и хорошо, но суровые реалии всегда показывают обратное… — Хей, Юлик… — взглотнул шатен и продолжил — я тут хотел тебе давно кое-что сказать… — Что же, Ромашка? — с удивлённым взглядом спрашивал парень. — Я… Я л-люблю тебя… Лицо друга исказилось в отвращённой гримасе и непонятным удивлением. — Ты что, пидорас? — засмеялся тёмненький, думая, что это прикол. — Это н-не шутка… — Оу… Фильченков попытался приблизиться к другу, чтобы совершить то самое действие, которое он хотел сделать уже как года два, но его грубо оттолкнули и засмеяли. — Ты серьёзно думал, что я отвечу взаимностью? Я конечно такой же ориентации, но с такой размазнёй очкастой как ты я никогда не буду! Хаха! Вот и волк вылез из своей овечьей шкуры, обнажив свои клыки прямо на Рому, обзывая и насмехаясь над ним. Боль проникла во всё тело, слёзы полились маленькими струйками, а тело начало больно ломить. И так хрупкое сердце разбилось на тысячи мелких кусочков, которые будет сложно собрать вновь. В тот момент казалось, что никакая боль, будто ломание костей или отрубание конечностей, не было настолько больным, как разбитое сердце и психика. Столько обидного и острого летело в адрес Фильченкова, который уже захлёбывался в своих слезах. Юлик наконец ушёл с крыши, а шатен остался там, со сломанной психикой и нарастающей депрессией. После всего Рома стал замкнутым и депресивным, а всю ситуацию усложнял обзывающий его всячески тёмненький, которому уже успели дать кличку «палач». Он даже один раз попытался изнасиловать парня, чтобы было вдвойне неприятно, но план провалился из-за упёртости Лошки. В эту трудную минуту помогали только Оляша и Максим, который помогал шатену с уроками, да и умел приободрить хоть немного. И после многочисленных психических травм, разум и психику сломали подчастую, инстинкт самосохранения был отключён и осталось только одно желание — умереть. Смысла жить для парня не было: друзей практически нет, родители постоянно куда-то уезжают и уходят, успеваемость в школе понизилась, вообщем всё было очень плохо. И вот однажды, в один из дождливых дней, Лошка вышел на ту злосчастную крышу и посмотрел вниз. Хоть это и был второй этаж, внизу находилось место, из земли которого торчало множество железных прутьев, похожих на пики, и после падения на них нет шансов выжить. Сердце бешено заколотилось, а мысли сосредоточились лишь на одном действии — шагнуть вперёд. Уже мокрый белый свитер продувал сильный ветер, тучи сгустились ещё больше, а в далёкие засверкали молнии. Идеальная смерть под плохую погоду. И вот шатен собирается шагнуть, как вдруг сзади послышались крики, которые пытались отговорить его делать непопровимое. — Рома! Ты совсем дурак?! Успокойся и медленно подойди ко мне! — пытался кричать Топовский, чуть ли не срывая голос. Рома опешил, но сдаваться он не собирался и застыл на несколько секунд. Максим сам залез на крышу и встал рядом с Фильченковым, крепко обняв его. Тот не выдержал и разрыдался прям в плечо друга, который поддерживал его несмотря ни на что. Вдруг со стороны окна послышался до боли знакомый голос… — Так, так, так. Наш пидорас собрался уже помирать? Ну тогда земля тебе асфальтом! — рассмеялся «палач». — Ты идиот?! Ты не видишь, до чего довёл бедного Рому?! — стал кричать на него Максим. — Чего ты там сказал?! — грубо спросил парень и залез к парням, подойдя в плотную к Топовскому. Тот пытался отшагнуть назад, но там была лишь пустота и идти было некуда. Взяв парня за белую футболку, Юлик пригрозил ему, что спустит его вниз, прямо к этим опасным пикам. Рома же стоял в сторонке и тихо всхлипывал, понимая свою беспомощность. Дождь лил всё сильнее и сильнее, а гроза подбиралась ближе некуда. Тёмненького пытались успокоить, но он был на взводе и угрожал Топовскому расправой прямо здесь и прямо сейчас. От безысходности Максим заговорил с шатеном. — Ром, если я и вправду умру, то пожалуйста, не заканчивай свою жизнь суицидом, ты прекрасный человек и у тебя много талантов, развивай их! Ты обязательно найдёшь себе новых друзей, только не загинайся! Будь сильным и не давай себя в обиду! — Ты дебил? Я не такой сумасшедший, чтобы скидывать тебя! — грубо заявил Юлик, всё ещё держа его над пропастью. Вдруг шандарахнула молния и напугала всех, кто находился рядом. Тёмненький от страха отпустил футболку Топовского, но очень зря… Парень полетел вниз, навстречу смерти и новой жизни. На его лице была улыбка, искренняя улыбка, которая впечаталась в память обоих парней. И вот миг… Глухой крик и всё в крови. Максим погиб на месте. Его проткнуло точёными пиками насквозь, по лужам потекла свежая алая кровь, а гром начал долбить по ушам. Рома изо всех сил что-то выкрикнул и потерял сознание. Юлик тем временем быстро слинял, испугавшись последствий. Свет, мигание сине-красных огней, крики людей… Фильченков очнулся в больнице на белой койке рядом с каким-то аппаратом. В палате было светло и уютно, а на улице всё также лил дождь. Осмотревшись, шатен заметил свои разбитые очки на полочке и сжал простыню от воспоминаний. Плакать он не стал, все слёзы уже давно вышли и плакать даже было нечем. Голова начала сильно болеть, а тело жёстко ломить. Вдруг в палату вошла стройная девушка в белом халате и с какими-то бумажками. Увидев уже проснувшегося гостя, она мило улыбнулась и подсела рядом. — Ч-что со мной с-случилось?.. — тихо мямлил парень, пытаясь не сорваться от дикой боли в голове. — Вы потеряли сознание от панической атаки и изнеможения… И как неприятно говорить, но… Ваш друг скоропостижно скончался… — убрала с лица улыбку медсестра и сунула какие-то круглые таблетки — выпейте, это от головы. Найдя стакан на тумбочке, Лошка залпом проглотил таблетку и улёгся на мягкую койку. Все мысли растворились вместе с таблеткой и захотелось снова спать… После детального обследования Рому наконец отпустили домой вместе с прилетевшими прямо из Италии родителями. Они ужасно волновались за сына и его здоровье, поэтому их сын не ходил в школу несколько недель. За это время на той же самой злосчастной крыше начали массово умирать дети, узнав о хорошем месте для идеальной смерти, и за это то окно прозвали «суицыдным». Множество родителей забирали своих детей с этой школы, боясь за здоровье и психику детей. Школу хотели закрыть, но директор предложил просто закрыть левое крыло для посещения, что и сработало. Теперь это крыло является самым таинственным и пропитанным страхом местом, которое можно найти в этой школе. С этого момента у Фильченкова началась новая жизнь с чистого листа. Он занялся собой, стал учиться всему, чтобы постоять за себя. И со временем Рома начал набирать славу и признание, перестал носить очки, занялся спортом, завёл себе множество новых друзей. Всё таки парень сдержал своё обещание перед Максимом… Но напоминание того случая приносило множество боли и страдания…

***

Наше время

— Вот так всё и было… — Укуси меня крипер… Я и не знал, что Рома так страдал… — стало стыдно и плохо, а на душе начали скрестись кошки. До этого Джонни и так переживал за белобрысого, а теперь ещё больше. Вся его злость это всего лишь маска, закрывающая слёзы и страдания. Было страшно подумать, что сделал Юлик с Ромой, что он снова стал таким же замкнутым и чёрствым. Оляша тяжело вздохнула и посмотрела в глаза парня. Он был в полном шоке и растерянности. Хотелось поскорее найти Фильченкова и подарить ему самые тёплые и искренние обнимашки. Колбая попрощался с девушкой и ушёл искать Лошку, который находился фиг знает где. Оббежав все коридоры и классы, потерянная Ромашка нашлась на крыльце школы, спокойно курящего сигарету. — Рома! Ты же никогда не курил! — заявлял запыхавшийся брюнет. — А тебе какое дело… — опять он повторяет одну и ту же фразу уже который раз. — Ещё какое! — парень взял из рук белобрысого сигарету и выкинул куда подальше — не смей снова впадать в депрессию из-за какого-то там Юлика! Фильченков ошарашенно посмотрел на Колбаю и сложил руки на груди. — Так ты уже знаешь… Да какая разница тебе что-то знать, а что-то нет… — Да такая, что я люблю тебя! Белобрысый от такого заявления поперхнулся собственными слюнями и сильно покраснел. Джонни поняв, что сказал тоже сильно покраснел и отвёл взгляд. — Я-я не это имел ввиду! Как друга! — пытался скрыть свой стыд парень. Лошка посмотрел на брюнета и начал тихо смеяться. Тот до сих пор краснел, но тоже начал смеяться. В итоге оба долго смеялись до слёз и обсуждали абсурдность ситуации. Парни наконец успокоились, а Колбая подошёл и крепко обнял парня, почувствовав тёплое дыхание на своих волосах. Тот запустил руку в тёмные как ночь волосы и приобнял. Было так приятно и тепло, хотелось продолжать стоять так вечно, никогда не отпускать этого человека. Вдруг Рома начал углубляться и прикусывать мочку уха брюнета, от чего Джонни издал непонятный стон и в штанах стало тесно. На улице, слава нотчу, никого не было из-за плохой погоды. Мозг ещё прекрасно работал и хотел прекратить это безумие, но тело не хотело слушаться, оно наслаждалось моментом. Но всё-таки через пару минут брюнет отстранился и покраснел. — М-мне пора… Увидимся на следующей перемене Ромашка… То есть бро! Рома! — запутался в своих словах Колбая и ушёл в класс. Фильченков ещё долго стоял в смятении и наслаждался запахом дождя…

***

Вечер 22:22

— Я люблю его… И он тоже когда-нибудь полюбит меня… — говорил Рома сам с собой, смотря в окно в своей комнате. — Разве ты так уверен? — раздался до боли знакомый голос, всё такой же грубый и таинственный. В руках у него монтировка, а глаза были наполнены злобой и явно плохими намерениями…