За чертой Судьбы.

Сознание возвращалось медленно, в голове словно бил молот, четко и размеренно, не позволяя слышать ничего кроме этого мучительного звона. Во рту был отвратительный привкус железа, нестерпимо хотелось пить, или еще лучше прополоскать рот сначала, чтобы убрать этот странный привкус металла и смыть что-то липкое, похожее на очень вязкую слюну. Легкие горели огнем, бок нестерпимо ныл, а в животе словно копошились черви, вызывая непреодолимое желание почесаться, а еще лучше разодрать кожу и вынуть то, что там двигалось. Но рук Мерлин не чувствовал, да и вообще не чувствовал, что он способен пошевелиться, казалось, что тела у него нет, лишь есть те места, которые нестерпимо болели. Внезапно, в спине что-то задвигалось, словно в ней ковыряли ножом, раздался странный звук, будто хрустнула ветка в лесу, и ребра полоснуло болью. Захотелось кричать, маг открыл рот, но звука не вышло, он даже не пошевелился. От сильной боли потекли слезы, и дышать стало еще тяжелее. В груди что-то булькало при каждом вдохе, и это пугало. Мерлин попытался дотянуться до своей магии, но и ее он не чувствовал, страх достиг своего максимума, но маг ничего не добился кроме как боли в сердце, которое лихорадочно забилось. Он постарался успокоиться и попытаться вспомнить. Он мучительно перебирал воспоминания, но все было как в тумане, куски памяти исчезли, и Мерлин не мог вспомнить, что произошло. Были обрывки видений, он помнил путешествие в Камелот, засаду, нападение бандитов, то, что он применил какую-то новую форму заклинания, изобретенного прямо на месте. Он, кажется, убил главаря, Олафа и всех наемников. Точно. Картинка прорисовывалась, и события выстраивались в четкую последовательную цепь. Но что же случилось с ним? Внезапно в груди сильно зажгло, и справой стороны, где-то внутри его тела, словно кто-то стал зашивать его по живому. Боль острыми иглами впилась в тело, и желание выдрать эту боль стало нестерпимым, но шевелиться он по-прежнему не мог. Сколько это длилось, маг не знал, возможно, несколько часов, возможно пару минут. Но внезапно это прекратилось, и Мерлин понял, что может дышать свободно. Воздух ворвался в его легкие, и это было так, словно он окунулся в прохладное озеро в знойный летний день. В голове прояснилось. И Мерлин вспомнил. Он ведь умер! Паника толкнулась в груди, но тут же отступила, когда Мерлин, наконец, осознал, что с ним происходит. Он действительно умер, его убили. Но сейчас он был жив и судя по всему его тело медленно, но верно залечивало раны. Вот откуда эта боль. Значит, и, правда, бессмертный… Что же, он хотел это проверить, еще три года назад, когда вмешался в драку и познакомился с Карлом. Правда, он рассчитывал тогда на другой исход. Он хотел умереть. А что чувствовать сейчас, он не знал. Одно было ясно, умирать не так больно, как воскресать. И стало вдруг страшно представить, что с ним будет, если его сожгут на костре. Звон в голове постепенно утихал, и Мерлин понял, что это его кровь стучала в висках, оглушая. Стало легче терпеть регенерацию, но ужасное ощущение, что в тебе копошатся черви, не отпускало, и Мерлин старался отвлечься на что-то, стараясь не думать, где его магия. Шум в голове немного поутих и теперь он смог слышать окружающую действительность. Он распознал потрескивающий звук костра, но тепла от него не было, и он решил, что лежит далеко от него, что в принципе было логично, ведь он был мертв. Где-то справа раздавался странный звук, который Мерлин смог идентифицировать, как стук металла о камни, и чуть позже понять, что это оставшиеся в живых роют могилу. Для него. Плохо дело! Оказаться заживо похороненным ему совсем не хотелось, и он потянулся к магии, но на все так же молчала. Значит, Джейкоб решил похоронить его тут, хорошо, что не решили придать тело огню. - Леон, иди, отдохни, с твоей рукой надо быть осторожнее, - Мерлин понял, что говорил Джейкоб, но его голос звучал надтреснуто и как-то бесцветно. Он обращался к своему другу, тому самому, как Мерлин понял, что был ранен в бою. - С моей рукой, мне теперь только домой идти, - горько усмехнулся Леон и тяжело вздохнул. - Все нормально будет, я же тебе сказал, - снова Джейкоб, теперь с нотками раздражения в голосе. – Дойдем до Камелота, там тебя еще врачи посмотрят. Там лучшие, Мерлин говорит. Говорил… – Джейкоб внезапно замолчал, словно у него дыхание перехватило. Раздался хлопающий звук, словно кто-то дружески похлопал юношу по плечу. - Нам, правда, жаль, Джейкоб, - сказал третий юноша, и Мерлин порадовался, что трое по крайней мере живы. - Да, друг, ты держись. Мы понимаем, он тебе как брат, и он твой учитель, – заговорил четвертый парень и Мерлин полностью расслабился, его подопечные живы. Вот только по поводу Клауса он не был уверен, он помнил, как тот упал пронзенный мечом. - Спасибо, - сдавленно ответил, Джейкоб и подозрительно всхлипнул. Кто-то снова похлопал его по спине. - Давайте закончим, пока нас тут не обнаружили, через несколько часов рассвет. Надо похоронить их, и двигаться дальше. Снова раздался стук лопат, и мальчики сосредоточенно заработали. А Мерлин смог наконец-то сложить картину полностью. Клаус погиб, именно их собирались хоронить ребята, навряд ли они бы стали беспокоиться за бандитов. И, похоже, что прошло несколько часов, с тех пор как он умер, значит, процесс регенерации, от такой раны по крайней мере, не занимает больше двенадцати часов. Надо будет еще выяснить, через сколько начинается регенерация, и зависит ли от того, как была нанесена рана. В Мерлине заговорил исследовательский дух, тем более, что эти знания ему могут понадобиться в будущем. Не то чтобы он собрался умирать еще раз, но сомневался, что удастся этого избежать. Неожиданно тело скрутило болью, и в правом боку заболело так, словно кто-то схватил его печень и стал сжимать руками по живому. В глазах почернело, дыхание перехватило и все мысли пропали. Когда Мерлин пришел в себя, он понял, что здоров. Тело нигде не болело, ощущение копошения пропало, и главное, он мог шевелиться. На пробу маг пошевелил пальцами, затем ступнями, наконец, открыл глаза. И самое приятное, его магия снова была с ним, она тепло свернулась у него в груди, словно извиняясь, и Мерлин понял, что это именно она удерживала его, не давая двигаться и мешать процессу восстановления. Вокруг было темно, и рядом никого не было. Мерлин сел и приподнял рубашку. На месте, где в его тело проник меч остался широкий, но достаточно ровный шрам, длинной сантиметров в десять, но он выглядел бледным, таким словно ему было уже много лет. Мерлин потер место, прогоняя фантомные боли, и воспоминания о том, как в этом месте совсем недавно торчала рукоять меча. Пришел запоздалый страх, и почему-то стало одиноко, это чувство накатило внезапно, охватив все его существо, и захотелось, чтобы кто-то обнял и сказал, что он не один. Внезапно Мерлин понял, что он действительно не готов, не готов провести жизнь отшельником. И даже та цена, которую ему придется платить, не казалась очень высокой. Хоронить друзей, но иметь возможность быть с ними, помогать, жить не таясь, дышать полной грудью, или провести вечность одному, в ожидании. Возможно, это был шок, последствие новой правды, потому что теперь не было сомнений или догадок, он точно знал, что бессмертен. И теперь принимать решения он будет исходя из этой правды. А не из надежды, что он все-таки состарится и умрет, вопреки предсказаниям. Послышались голоса мальчишек, и Мерлин повернул голову на звук. Они остановились в свете костра, и Джейкоб, неся что-то в руках, отошел от друзей и направился к Мерлину. Остальные расселись вокруг огня, дав другу проститься наедине. Мерлин чувствовал его скорбь, и от этого было и радостно и грустно одновременно. Юноша шел медленно, не поднимая головы, словно боясь приближаться к телу друга, в руках он нес ткань, видимо в нее хотели завернуть погибших. Именно поэтому он не сразу заметил, что маг не лежит бездыханным на земле, но сидит, подтянув колени к груди, вполне себе живой. Когда до мага оставалось три шага, юноша, наконец-то поднял взгляд и замер на месте, то, что он нес в руках, упало на землю, а сам Джейкоб как-то неловко покачнулся, словно не зная, падать ему в обморок, бежать прочь или кинуться в объятия магу. - Все нормально, Джейкоб, я живой, – и видя взгляд юноши, где страх, сменялся пробивающейся сквозь горе радостью, Мерлин поднялся. – Это правда я, я вроде как бессмертный, – улыбнулся маг, и увидел, как юноша, на подкосившихся ногах кинулся к нему в объятия. Он обнял его, так крепко, что у Мерлина затрещали только сращенные ребра, и маг тихо рассмеялся. – Все хорошо, Джейкоб, все хорошо. Юноша плакал, уткнувшись ему в плечо, и не мог отпустить, хватаясь за рубашку друга, стискивая ее слабыми от шока и облегчения пальцами. - Я думал… я не верил… это невозможно… спасибо… - Юноша неразборчиво бормотал что-то, не поднимая головы, а Мерлин успокаивающе гладил его, пока юноша, наконец, не успокоился и не нашел в себе силы расцепить объятия. - Но я не понимаю, как? – юноша стер дорожки слез, и теперь уже внимательно рассматривал мага. – Вы были мертвы, это точно! Эти раны, и столько крови, - голос Джейкоба снова задрожал. - Так и было, Джейкоб. Просто, так получилось, что я не могу умереть, – грустно объяснил Мерлин. - Это, наверное, здорово, - неуверенно ответил юноша, видя, что сам Эмрис не особо этому рад. – Простите. - Все в порядке. – Мерлин поднялся. Оставалось совсем немного до рассвета и у них еще были дела. – Надо похоронить Клауса, и убрать тела наемников. Чтобы у патрулей не возникло вопросов. Это нам ни к чему. - А ребята? – Джейкоб кивнул в сторону друзей. – Они, мне кажется, не поймут. - Ты прав. - Глаза мага сверкнули золотом, и юноши тут же принялись укладываться у костра, погружаясь в магический сон. – Завтра они не вспомнят, что я умер. Будут помнить все, кроме этого факта. - А я? - Ты хочешь забыть? - Нет, - уверенно ответил юноша. - Тогда и не забывай, - Мерлин улыбнулся. – Пойдем, у нас много дел. За остаток ночи, Эмрис похоронил всех наемников в одну общую могилу вдали от дороги, вырыв могилу магией и так же перенеся все тела туда. Даже такие люди, как они, заслуживали упокоения, и бережного отношения с телами после смерти. Клауса они захоронили собственными руками, без применения магии, и Джейкоб произнес короткую речь, а затем задумчиво и тепло посмотрел на мага. Мерлин был уверен, что тот думает о том, что ему не пришлось хоронить друга. К утру оба были вымотаны, но времени на сон уже не оставалось, поэтому приняв по бодрящему зелью, и очистив одежду от крови и грязи простым заклинанием, они разбудили друзей и направились в Камелот.