За чертой Судьбы.

Оставшиеся три дня прошли в напряженном ожидании. Весь день друзья были в дороге, стремясь быстрее добраться до цели и не угодить в очередные неприятности, а остановившись на ночлег, быстро разбредались спать, много не разговаривая и не обсуждая произошедшее. Отзвуки пережитого стресса, и скорбь по погибшему товарищу, до сих пор довлели над компанией, но обсуждать было нечего. Юноши прекрасно знали, на что идут, и эта стычка лишь показала им наглядно, какую судьбу они хотят себе выбрать. А Мерлин, к своему удивлению, теперь всей душой стремился в Камелот. Собственная смерть словно что-то надломила в нем, и он смог увидеть, как был не прав, пытаясь спрятаться, теряя драгоценное время, которое мог провести дома, с Гаюсом, матерью, друзьями. Он мог бы помочь, тем более, что магия теперь была разрешена, и его знания и умения могли бы пригодиться королеве. Все это было возможно. Однако, было одно «но», которое перечеркивало все его стремления. Он все еще был предателем, и все еще был виноват в смерти Артура. И это не изменится никогда. Смогут ли друзья простить его? Простить за предательство, а так же за то, что четыре года его не было рядом? Мерлин не знал, но теперь, по крайней мере, был готов узнать. Был готов посмотреть в глаза королеве, и рассказать о последних днях Артура, был готов принять ее ненависть и понести наказание, вытерпеть безразличие и увидеть презрение в глазах друзей. **** Джейкоб первым увидел белоснежные башни Камелота и в восторге воскликнул. - Это Камелот, господин Эмрис, мы добрались! Это он! Мальчишки тут же пустили коней в галоп, чтобы выйти на открытое место и увидеть замок во всей его красе. С этой площадки на склоне холма замок действительно представал в своем лучшем ракурсе. Нижний город и сам замок, стоящий на возвышенности, были как на ладони, от зрелища захватывало дух, и хотелось немедля окунуться в суетливую жизнь города. Все рассказы мага оживали перед глазами Джейкоба, когда он смотрел на замок, на место, где он надеялся провести долгие годы. Он как на яву видел нападение дракона и пылающие башни, мог представить себе, как рыцари в алых плащах едут по главной дороге, отправляясь на очередной подвиг, как Эмрис, будучи учеником лекаря, на рассвете плетется по этой дороге, чтобы набрать целебных трав. Все было так реально, и так хотелось пережить подобное самому. И если не рыцарем, то хотя бы лекарем. Джейкоб при всем своем упорстве, начинал думать, что работа лекаря вполне ему по душе. Он собирался сказать об этом магу, когда закончатся отборочные испытания, каким бы ни был результат. Он знал, что учитель только порадуется за него и одобрит выбор. Джейкоб обернулся, и посмотрел на учителя. Маг спешился с коня, привязал его к дереву и уселся на траву, прикрыв глаза. Друзья Джейкоба недоуменно переглянулись с другом, не решаясь спросить, что не так. Но Джейкоб лишь помотал головой. Он хотел подойти к магу, убедиться, что тот в порядке, но не решился. Он кивнул ребятам, призывая вернуться на дорогу, и сам последовал за ними. - Господин Эмрис, мы поедем, вы догоняйте. Он дождался его слабого кивка и скрылся за деревьями, не оглядываясь, но сильно волнуясь. Как только звук поступи коней стих, Мерлин рискнул открыть глаза. Уже вечерело, и замок мягко освещало закатное солнце. В этом темно-золотистом сиянии замок выглядел, словно сошедшим со страниц легенд, как ожившая мечта. Он понимал реакцию юношей. Именно таким предстал перед ним Камелот всего каких-то лет десять назад. Мерлин до сих пор помнил свои эмоции: сумасшедший восторг, неуемное волнение, ожидание чуда, и стремление испытать себя. Но сейчас все было по-другому. Он видел не надежду в этих белокаменных стенах, чувствовал не радостное предвкушение, испытывал не веру в себя и свою магию. Но ощущал горечь поражения, и тяжесть вины, разочарование в себе и магии, ненависть к несправедливой судьбе. Вспоминать все это было слишком тяжело, и слезы не сдержавшись, покатились по щекам. Соленая влага стекала за шиворот, неприятно щекоча шею, но было все равно. Мысли исчезли, в голове кружили лишь образы и Мерлин просто плакал, ни о чем конкретном, но обо всем сразу. И вдруг, он совершенно четко понял, не будет уже так, как было, никогда. Но будет по-другому. Обязательно будет, если он попытается. И сам Камелот был тому реальным подтверждением. Вот он стоит еще более величественный и сильный, чем когда-либо. Его не сломили битвы людей, и происки магов, его дух все так же крепок и силен и он будет стоять еще много веков, пока не придет на его место новая история. Сама земля шептала это магу, он слышал эти предсказания в шепоте ветра, в шелесте листвы. Все будет, история всегда найдет выход, у судьбы уже давно сплетены все нити в определенный узор. И Мерлин может прятаться в стороне, или быть непосредственным участником. Это его право, его выбор. Тонуть в своей вине, или жить с ней бок о бок. Отрицать свою магию, даже не понимая этого, или принять себя, стать единым целым с древней религией и самой землей Альбиона. Он сам дитя Альбиона, ему защищать эту землю. Оберегать ее. Беречь для Артура. Мерлин глубоко и шумно вдохнул, и стер оставшиеся слезы. Ему стало легко, ему наконец-то стало легко. Потому что он, наконец-то увидел дорогу. Ту самую дорогу, о которой ему твердили все вокруг все эти четыре года, и которой он избегал так долго. И Истор был лишь убежищем, а Карл и Джейкоб его проводниками, благодаря их вере, и их любви он нашел силы дойти сюда. «Джейкоб!» Стоило вспомнить о юноше и его друзьях, как Мерлин тут же вскочил на ноги. Он не хотел оставлять их одних надолго, он все же отвечал за них, и что-то внутри требовало, чтобы он немедленно догнал друзей. *** Он настиг их уже почти у самого замка. Друзья стояли на обочине, не решаясь войти внутрь без мага. Мерлин спешился рядом с ребятами и взял коня под уздцы. Он накинул капюшон на голову, скрывая лицо. Хотя с бородой и длинными волосами, его трудно было узнать, но все равно стоило перестраховаться. Он сам еще не решил, как быть, пойти ли к Гвен или найти Гаюса, если он жив. (Было страшно даже допускать такую мысль, но Гаюс был очень стар и не был бессмертным, хотя магия и давала ему некоторое преимущество, продлевая жизнь). Сейчас нужно было пристроить ребят, а потом уже хорошенько обдумать все. Они миновали охрану ворот замка, и Мерлин не узнал никого из рыцарей, хотя раньше он лично знал каждого, и каждый слуга и рыцарь знали его. Все было странно, он вроде вернулся домой, но сейчас все поменялось. Жизнь словно стала быстрее, люди сновали по улицам, лавочки были открыты, не смотря на то, что темнело, торговцы на улицах бойко предлагали свой товар. И везде словно чувствовалась рука Королевы, Мерлину казалось, что стало как-то больше порядка и люди были более открыты и дружелюбны. Возможно потому, что магия была разрешена и многие страхи постепенно уходили из сердец людей. Никто не боялся сказать неверного слова, или быть втянутым в темную историю, приютив незнакомца. Вскоре друзья добрались до места сбора новобранцев и отметились о прибытии. Их разместили по двое в домах простых крестьян, которые с радостью готовы были предоставить крышу над головой. Мерлин подождал, пока Джейкоб пройдет все формальности, и отвел его в сторону, как только тот освободился. - Здесь так здорово, это просто невероятно, да, господин Эмрис? – юноша тараторил без остановки, рассматривая все вокруг восхищенными глазами. Мерлин, глядя на него, тоже заражался этим чувством, пытаясь представить и вспомнить как это здорово, когда сердце полно надежд. - Я знаю, - Мерлин улыбнулся ему. – Я хочу кое что сделать, ты не против? – Джейкоб озадаченно нахмурил брови. - Что? - Это заклинание, если я тебе понадоблюсь, ты должен позвать меня, и я услышу. – Эмрис приложил ладонь к груди юноши и произнес заклинание не вербально. Никто не обратил внимания на короткую вспышку в глазах мага, а чародейские слова не привлекли зевак. Джейкоб немного пошатнулся, когда заклинание слабо ударило его в грудь, но потом улыбнулся. - Все будет хорошо, господин Эмрис. Вы не волнуйтесь. - Я все равно буду переживать. – Он притянул Джейкоба и коротко обнял. – Удачи завтра. Ты можешь добиться того, чего желаешь. - Спасибо! - Джейкоб широко улыбнулся, становясь еще сильнее похож на Карла. – А вы не бойтесь сделать то, что давно желали. Он бросил еще одну улыбку в сторону Мерлина, когда друзья уже утаскивали его прочь, радостно смеясь, навстречу новой жизни. Мерлин проводил их задумчивым взглядом, наслаждаясь теплым ощущением в груди, и радуясь, что ему повезло узнать Карла и его семью. Узнать Джейкоба и обрести в его лице ученика и брата. Теперь его жизнь была в его собственных руках, Мерлин мог повлиять лишь косвенно, быть рядом, если понадобится, но лишь судьбе известно, что ждало того впереди. Друзья пропали из виду и Мерлин двинулся знакомой дорогой в сторону площади. Он чувствовал себя странно, он словно был в настоящем, и одновременно в прошлом, в том дне, когда он делал свои первые шаги по замку. Он осознанно выбрал тот же путь, что и тогда, и сейчас многое не узнавал, но еще большее узнавал, и из-за этих воспоминаний внутри все сильно ныло и хотелось по привычке потереть грудь, чтобы убрать это распирающее чувство. Он вышел на площадь и увидел толпу людей, он даже сбился с шага, настолько картина была похожа один в один на ту, что он увидел по прибытии. Тогда на костре сжигали ведьму, что происходило сейчас, Мерлин не видел. Он пробрался через толпу и смог увидеть причину, по которой зеваки собрались на площади. В центре на небольшой сцене шло выступление. Выступление магов! Мерлин не поверил своим глазам, но это происходило на самом деле. И тут не было сомнений, глаза обоих выступающих горели золотом и они колдовали. Магия земли, понял Мерлин. Прямо на глазах у жителей Камелота эти маги выращивали за секунды цветы из семян, и дарили их девушкам из толпы. Это было потрясающе. Это было невозможно! Люди не только не боялись магов, но радостно приветствовали их и хлопали, поощряя продолжать колдовство. Королевская стража взирала на все это спокойно, и лишь контролировала поток людей, чтобы никто не пострадал. Мерлин вырвался из толпы, его душили слезы. Это было слишком не реально, но слишком очевидно, чтобы не поверить. Магия действительно разрешена, он больше не вне закона. Он признан равным гражданином Камелота, не изгоем, не злом по определению. И такие же, как он, теперь могут зарабатывать на жизнь своим умением. Это было больше, чем Мерлин смел когда-либо мечтать, но это было тем, что обещал ему Килгара. Вокруг было слишком шумно, а плачущий человек в дорожном плаще привлекал слишком много внимания. Хотелось укрыться где-то, побыть одному, и внезапно Мерлин понял, где он хочет оказаться. Как и сказал Джейкоб, он слишком давно и слишком сильно хотел туда попасть. Сердце забилось в ожидании, и сильно, болезненно сжалось, когда маг закрыл глаза и произнес заклинание перемещения.