Коронованные

      В доме вниз по улице таилось что-то странное.       Что-то неестественное. Затхлое и мрачное, сочащееся из стен.       Когда Милли купила свой дом и переехала в пригород, она очень радовалась милым соседям. Даже этот особняк по соседству внушал только восторг: последний на улице, огромный, двухэтажный, с кучей пристроек, с темными стенами и вьющимся плющом. Он будто сошел со страниц какого-нибудь готического романа.       В нем жила молодая пара, Мелвин и Дженет Уард. Хотя им едва перевалило за тридцать, оба производили впечатление степенных и уравновешенных личностей.       Дженет носила глухие платья из однотонной ткани, но умело дополняла их яркими шарфиками, кружевами и брошками. Яркая блондинка, она всегда едва заметно улыбалась уголками губ — но никогда больше. В первый день после переезда она принесла Милли имбирное печенье в виде ёлочек.       Мелвин работал в городе и каждый будний день выезжал из гаража на своей солидной машине чуть раньше самой Милли. В марках она не разбиралась, но ей показалось, автомобиль Уардов такой же основательный, как их дом.       Именно в нем таилось что-то странное.       Когда утром Милли выходила на пробежку, ей казалось, из окон кто-то наблюдает за ней, хотя они оставались неизменно пусты. Но плющ будто тянул к ней руки, а с крыши то и дело срывалось воронье и улетало куда-то в сторону лесов.       Со свойственным ей любопытством Милли, конечно, попыталась проникнуть внутрь под видом соседского знакомства. Дженет была очень вежлива, но не пустила дальше порога. Пока она улыбалась уголками губ, в ее взгляде сквозила сталь.       На выходные приехал Дин, чтобы помочь кое с какими вещами в доме, и Милли, конечно же, показала ему соседский дом. Дин пожал плечами:       — Старые дома всегда кажутся неприветливыми. На самом деле, они присматриваются к тебе. Прикидывают, можно ли доверять. Старые консерваторы, но с душой.       После этого он вернулся к трубам под раковиной, а позже они с Милли смотрели кино и занимались более приятными вещами. Милли думала, когда прилично предложить Дину переехать к ней, а вовсе не о старом доме по соседству.       Мальчика Милли увидела дней через восемь.       Она едва не споткнулась на утренней пробежке. Остановилась и с удивлением уставилась на ребенка. Ему было едва ли больше пяти, он стоял у окна на втором этаже и смотрел на Милли. Стеснительно помахал рукой и тут же юркнул в сторону.       В следующий раз Милли успела помахать в ответ.       После этого она стала видеть ребенка то в окне, где он наблюдал за ее пробежками, то во дворе. Однажды вечером Милли вышла за почтой к ящику и заметила на лужайке соседей белокурого мальчика и Дженет, которые во что-то играли, бегая друг за другом. Оба громко смеялись. Милли еще удивилась, не поздновато ли для игр… но куда больше ее удивляло, что риэлтор говорила, будто у соседей нет детей.       Еще больше поразилась, когда начала видеть мальчика в лесу недалеко от дома. Вроде бы он слишком маленький, чтобы гулять тут в одиночку. Милли предупреждали, что места здесь глухие, стоит отойти от города и легко можно заблудиться. Милли даже пошла за ребенком, чтобы привести его домой, но он убежал.       Милли решила выяснить больше.       В магазине она разговорилась с продавщицей, мисси Хьюз, которая явно была главной местной сплетницей. Она красила волосы в кирпично-рыжий, а плотные платья скрывали ее пышные формы.       — Какой милый ребенок у Уардов, — будто бы невзначай сказала Милли.       Миссис Хьюз, пробивавшая ей молоко, глянула на Милли:       — Уардов-то?       — Да, они мои соседи. Очень милый малыш. Только боюсь, не слишком ли далеко он заходит в лес.       Миссис Хьюз грубовато хмыкнула:       — Ну-ну, милочка.       Милли не поняла, с чего такая реакция. Но миссис Хьюз всегда была прямолинейна:       — Решила меня проверить? И кто рассказал? Неужто Билл, наш почтальон? Язык у него длинноват!       — О чем рассказал? — не поняла Милли.       — О том, как я ребенка видела. Так вот послушай. Точно говорю, он до сих пор там! Бегает как ни в чем ни бывало.       — А что он должен делать?       — В могиле лежать, — припечатала миссис Хьюз. — Пару лет назад малыш Уардов помер. Зашел слишком глубоко в лес, потерялся да и замерз. Всем городом искали, но, когда нашли, уж поздно было. Я сама видела его трупик. А полгода назад снова появился. Я его как в окне заметила, так и выронила покупки. Думала, уж всё, совсем дурная и сумасшедшая. Да только не я одна его вижу. Так и передай Биллу! Может что угодно думать, да только малыш вернулся к родителям. И кто я такая, чтобы осуждать их радость?       — Вы меня разыгрываете? — пролепетала Милли.       Миссис Хьюз искренне обиделась и потребовала всю сдачу до цента, так что у Милли не оставалось сомнений, что она серьезна. Когда ошарашенная девушка уже выходила из магазина, миссис Хьюз заметила ей вслед:       — Он не всем показывается, только если дом одобрит. Так что я горжусь, что вижу! Так и передай Биллу!       Милли шагала домой в задумчивости, а когда проходила дом Уардов, смотрела во все глаза. Ребенок снова выглядывал из-за портьеры на втором этаже. Милли помахала свободной рукой. И только тогда заметила в окне на первом этаже Дженет. Та внимательно смотрела, а, заметив ее жест, как будто расслабилась. Даже улыбнулась не только уголками губ.