Коронованные

      Ривер нашел Ноэля на крыльце. Вышел с двумя чашками чая и поежился от царившей прохлады. Поставил чашку рядом с Ноэлем и натянул рукава свитера, усаживаясь рядом с братом на верхнюю ступеньку. Дерево не казалось холодным, а дом даже здесь уютно обнимал. И всё равно Ривер зябко отхлебнул чай, надеясь, что он согреет изнутри.       — Спасибо, — бросил Ноэль.       Он курил явно не первую сигарету, и дым лениво тянулся вверх, сливаясь с низким серым небом.       Дорожка выглядела уныло, а за оградой расстилалась пустая в дневной час улица. Ривер не представлял, что мог тут рассматривать Ноэль, но догадывался, что ему вообще плевать, что сейчас перед ним.       Ноэль пришел необычно молчаливым. Ривер не стал допытываться, но встревожился. А потом позвонили из школы — напомнить, что эта неделя последняя, когда стоит рассылать документы в колледжи, и Ноэль этим еще не занимался.       Ривер не удивился. Догадывался, что разговор будет сложным, потому что он сам до сих пор терялся, стоит ли настаивать, или Ноэль вполне осознает последствия своих решений? Риверу не хотелось, чтобы брат сейчас поддался сиюминутной прихоти, а спустя полгода сильно пожалел об этом. Ривер чувствовал себя ответственным.       Ноэль затушил сигарету в пепельнице, которая стояла рядом с ним, не видимая Риверу. Тот осторожно вытянул шею и отметил, что окурков и правда много. Мысленно Ривер вздохнул. Он не знал, что пугало больше: вероятность принять неправильное решение или задумчивость Ноэля.       — Я знаю, о чем ты хочешь поговорить.       — Почему ты думаешь, я хочу поговорить?       Ноэль изогнул бровь совсем как, бывало, делала мать, но насмешка в его взгляде была собственной:       — Ты пришел сюда, молча уселся и принес чай. Да ты терпеть не можешь холод! Уж точно не воздухом собрался дышать.       Ривер пожал плечами. И правда, это Майкл любил пропадать на заднем дворе, а Ноэль обожал курить на крыльце, когда о чем-то думал. Риверу нравилось тепло дома.       Ноэль взял чашку и сжал ее в руках.       — Я не поеду в колледж, Рив. Пожалуйста, не нужно настаивать. Если еще и ты…       Ривер только тут подумал, что наверняка в школе Ноэлю много раз говорили, что он не прав. Он был умным, оценки позволяли выбрать если не лучший, то уж точно приличный колледж. И у них были деньги его оплатить. Учителя просто не могли понять, как при таких условиях можно добровольно отказываться.       Ривер ожидал, что Ноэль будет злиться или огрызаться, но в его голосе слышалась только усталость — или грусть.       — Хорошо, — сказал Ривер. — Если ты считаешь, что для тебя это будет правильно. Только объясни мне, почему.       Ноэль молчал так долго, что Ривер почти не ждал ответа. Но, уставившись на сцепленные на чашке руки, Ноэль тихо сказал:       — Я боюсь.       — Что? Учиться? Или не поступить?       — Боюсь за вас с Майклом. Что с вами что-то случится, когда я буду не рядом.       Ривер открыл рот, но в замешательстве не нашелся, что сказать.       — Я понимаю, что это глупо, — торопливо добавил Ноэль. Он как будто спешил высказать всё, пока не передумал. — И я точно не хочу всю жизнь сидеть с вами, как параноик. Я даже поговорил об этом с доктором Хадсоном.       Ривер оценил. Ноэль не любил всех врачей и психологов в частности, но с доктором Майкла периодически встречался после смерти родителей и той истории с Орденом. Ривер иногда говорил с доктором как опекун братьев. Тот хвалил обоих, только сетовал, что Ноэль крайне неохотно открывается. Риверу ли об этом не знать!       — Он тоже сказал, это пройдет, — продолжал Ноэль. — Но мне нужно… время. Поэтому я не поеду в колледж.       — С нами всё хорошо, Ноэль. Я работаю, Майкл делает успехи в школе.       — Ты в обмороки падал! А за Майклом Орден охотился! — Ноэль судорожно вздохнул и прикрыл глаза. — Родители погибли… я слишком боюсь, что с вами тоже что-нибудь случится. Мне нужно время. Может быть, через год. Или вообще никогда. Мистер Моррис из книжного ищет помощника, я мог бы поработать у него. Мне хочется попробовать.       Ему хотелось не самостоятельности, как понял Ривер, ему хотелось контроля. В последнее время вся их жизнь шла наперекосяк и они не контролировали буквально ничего в ней. Ноэль не хотел сидеть без дела. Он хотел работать, ощущать, что он полностью отвечает за происходящее.       К тому же, Ривер понимал. Он не был готов признаться, но порой ночами просыпался и шел проверять братьев: долго стоял, слушая дыхание Ноэля и Майкла. Ему требовалось удостовериться, что с ними всё в порядке.       Ему самому иногда снились кошмары, в которых Орден забирал Майкла, а окровавленный Ноэль сидел в подвале. Потом Ривер просыпался и осознавал, что это было в реальности. Шел по дому и на него обрушивалась мысль, что родители мертвы — смерть не где-то там, на экране телевизора или у кого-то другого, а рядом с ними, смотрит из-за плеча.       Как-то он толком не спал несколько ночей подряд, а потом его накрыла дикая паника — он с трудом мог дышать. Хорошо, в тот момент рядом оказалась Линда. Она выдала ему успокоительное, подробную инструкцию по приему и направление к другому врачу, к которому Ривер теперь ездил два раза в месяц.       Он не говорил братьям, потому что хорошо понимал, что это заставит их еще больше беспокоиться. Он и без того знал, что они понимают его — а он понимал их.       — Хорошо, — сказал Ривер. И с удивлением понял еще одну вещь. — Возможно, это пойдет на пользу нам всем.       Ноэль глянул с удивлением, слабо улыбнулся и кивнул. А потом неожиданно поставил чашку и обнял брата. Такое проявление чувств было для него несвойственно, и на миг Ривер замер — и крепко прижал к себе в ответ.       Они хорошо друг друга понимали. А на крыльце стало не так уж и холодно.