baby, you're electric love.

— Ты что творишь, придурок? — Скотт пытается высвободить руки из крепкой хватки напарника. — Отпусти! — Он хочет пнуть Бишопа ногой, но терпит неудачу, оказавшись прижатым к столу. — А что, не видно? — Винсент довольно лыбится, расстёгивая свободной рукой его рубашку и открывая доступ к телу. — Винс, прекрати, мы на работе и… Винсент наклоняется и обдаёт его шею горячим дыханием, отчего у Скотта мурашки бегут по всему телу. Он нервно сглатывает и зажмуривается. — Знаешь, Скотти, — он ведёт дорожку поцелуев от шеи к ключицам, местами прикусывая бледную кожу, оставляя на ней отметины, — я давно тебя хочу. Ходишь тут такой важный, тулишь свою задницу на любую горизонтальную поверхность, а мне потом в туалете дрочить. Это жестоко, тебе не кажется? — Пусти меня, немедленно. Я донесу начальству, и тебя уволят. — Однако действия Скотта полностью противоречат его словам. При желании он мог бы оттолкнуть Винсента и выбить из него всё дерьмо, но почему-то всё ещё лежал под ним, трепыхаясь и отбиваясь скорее из приличия, чем по правде. — Чёрт, тут даже скотча нет. Ладно, мы не привередливые, будем довольствоваться тем, что есть, — с этими словами Бишоп перемотал руки Скотта телефонным проводом. — Не трожь телефон, ублюдок, мне ещё по нему работать. — Коутон нахмурился и попытался было развязаться, но Винс схватил его за горло. — Детка, мы ведь не хотим ничего усложнять? — Он надавил сильнее, и Скотт начал задыхаться, судорожно пытаясь убрать его руку. Вдоволь наигравшись, Винсент ослабил хватку, и Скотт начал жадно глотать воздух. — Вот и славно. О, так тебе это нравится, Скотти? — Он посмотрел на заметно выпирающий сквозь брюки Коутона бугорок и облизнулся. — Скрываешь какие-то кинки, а? Винсент впился в губы Скотта и, слегка прикусив его нижнюю губу, тут же зализал место укуса. «А, к чёрту», — подумал Коутон и позволил ему поцеловать себя, размыкая сжатые губы и впуская его горячий язык внутрь. Их языки сплелись в жарком танце, больше похожем на борьбу за право быть главным. Скотт уже не отдавал отчёта в своих действиях, весь мир вокруг будто размылся, фокусируясь на Винсенте с его горячими влажными поцелуями и желанными прикосновениями. Всякий хлам летел со стола на пол, пока парни неистово целовались, снося буквально всё на своём пути. Обиднее всего было за старенький вентилятор, который, вероятно, был старше Винса и Скотта вместе взятых, но кому какое дело до него сейчас? Винсент спустился поцелуями ниже, оставляя алые метки по всему его телу, а затем стянул со Скотта брюки. Какое-то время лаская член возбуждённого Коутона через бельё, он пытался найти смазку в карманах джинсов. Скотт захлёбывался своими стонами, то закрывая краснеющее лицо руками, то зарываясь пальцами в волосы Винсента. Он готов был кончить прямо сейчас, но Бишоп вдруг отвлёк его вопросом: — Ты раньше когда-нибудь этим занимался? Ему нужно было знать, как вести себя со Скоттом. — Н-нет… — Коутон прикусил губу и отвёл взгляд. — Ох, так наш милашка Скотти там девственник? — Бишоп лукаво улыбнулся, оттягивая резинку его боксеров зубами. — З-заткнись. — Как скажешь, детка. Винс выдавил немного смазки себе на пальцы и ввёл один в Скотта. Тот вздрогнул от странного ощущения, но боли не почувствовал. Спустя какое-то время второй палец тоже проскользнул незаметно, однако третий вошёл с трудом, а Коутон под ним зашипел и попытался отодвинуться, но Бишоп начал осторожно растягивать его, медленно двигая пальцами и разводя их в стороны. Когда же Скотт, привыкнув, начал сам насаживаться на пальцы и стонать, Винс вытащил их, но не спешил входить. Скотт разочарованно захныкал и задвигал бёдрами. Бишоп любовался Скоттом. Тяжело дышащий, с помутнённым от возбуждения взглядом, прозрачными бусинками пота на виске и десятком алых отметин по всему телу, он выглядел чертовски горячо. — Х-хватит пялиться, чёрт подери, вставь уже!.. — Что-что ты сказал, Скотти? — Он пошло улыбнулся и наклонился к Скотту. — Трахни меня, В-Винс, прямо сейчас!.. — произнёс тот, напрасно пытаясь сохранить твёрдость в дрожащем от возбуждения голосе. — Как скажешь, детка. Будет немного больно, придётся потерпеть, — шепнул он парню на ухо, слегка прикусив его. Винсент вошёл в Скотта, но лишь ввёл член до середины и перестал двигаться, давая тому привыкнуть. — Ах, чёрт! — Коутон снова зашипел от боли и сцепил руки на шеей Винса («Развязался-таки, негодник»). Тот всячески успокаивал его, пытаясь отвлечь от боли поцелуями и начиная медленно двигаться, но Скотту от этого легче не стало, из-за чего он снова остановился. — Мы можем не делать этого, если тебе больно, Ско… — Винсент понимал, что ни ему, ни Скотту не нужен неприятный опыт. Винс пытался сделать всё предельно аккуратно, ведь он не хотел ограничиваться одноразовым перепихом, а планировал завоевать долговязую телефонную принцесску, чего бы это ни стоило. — Просто дай мне привыкнуть. — На этот раз Коутон сам вовлёк его в поцелуй, постепенно расслабляясь. Винсент снова начал медленно двигаться и, кажется, Скотту уже не было больно. Напротив, он сам подмахивал бёдрами и стонал так, что у Бишопа дыхание перехватило. Когда же Винс вошёл до конца, нашёл нужный угол и, задев простату, начал активно двигаться в этом направлении, Скотт словно с ума сошёл, расцарапав Бишопу всю спину до красных полос и переходя со стонов на крики. Ему хотелось ещё и ещё, он сжимался вокруг члена Винса, отчего у обоих крышу сносило. Шлепки плоти о плоть, влажные смазанные поцелуи, запах секса в воздухе — всё это казалось чертовски правильным прямо сейчас. Скорее всего, завтра Скотт будет корить себя за содеянное и проклинать Винса, но пока он лишь двигается навстречу, подставляет шею под его горячие губы и стонет так громко, что грозится охрипнуть. Они кончают поочерёдно: сначала Скотт, а затем Винсент. Последний выходит из Коутона, выбрасывает презерватив, и они оба пытаются восстановить сбитое дыхание. — Скотт, — первым тишину нарушает Винсент. — Что? — Ну а теперь сходишь со мной на свидание? — Он играет бровями и пошло ухмыляется. Коутон кладёт руку ему на лицо и отодвигает от себя. — Слушай, давай не… — Только представь: ты, я, пицца и все части «Звёздных войн», — прошептал тот ему на ухо. Вот ведь хитрый ублюдок. — От такого предложения невозможно отказаться. — Ах ты ж сукин сын, я в деле! — смеясь, соглашается Скотт, после чего Винс снова целует его.