Наверное, это судьба

      Тори проснулась в 10 утра. Рождество дома было хорошо тем, что завтрак начинался ровно тогда, когда просыпались все в поместье Алленов. Обычно Тори просыпалась ближе к обеду, но видимо Хогвартс выработал в ней привычку вставать раньше даже на выходных. На девочке была тёплая пижама розового цвета. Мало кто знал, но Тори действительно нравился розовый цвет. Надев тапочки — кролики, она вышла в холодный коридор семейного поместья, решив отправиться в портретный зал, чтобы поболтать с Хейей. Тори не разговаривала с ней, с того момента как уехала в школу, последние пять дней у неё просто не было времени. Девочке не терпелось открыть подарки, но сила воли всё же позволяла ей сначала поздравить родственницу на портрете с праздником, и заодно поделиться с ней своими впечатлениями о Хогвартсе. Распахнув высокую дверь, ведущую в зал портретов, Тори вошла в комнату и не обращая внимания на возмущённый гул других портретов, прошла к портрету своей прапрабабушки. Хейя Аллен встретила девочку сдержанной улыбкой. — Здравствуйте, тётя Хейя! Как ваши дела? — радостно воскликнула девочка. — Ну, Тори, какие у портретов могут быть дела? Глупости… Лучше расскажи, как твои? — О, мои дела просто отлично. Я попала в Гриффиндор! — Тори поймала приятно удивлённый взгляд старшей Аллен. — Ну, мне там нравится. Я рада что попала туда, ты же знаешь, я переживала по этому поводу. Гриффиндор — прекрасный факультет. Все очень добры ко мне, у меня много друзей! — Я рада за тебя дорогая. Признаться, я изначально видела в тебе Гриффиндорские замашки, но не хотела расстраивать. Ты порой бываешь «настоящим ребёнком» своих родителей; хладнокровной, остроумной, порой расчётливой, но Гриффиндорского в тебе больше: бесстрашная, добрая, искренняя, можно много перечислять. Тори улыбнулась Хейе, на что получила улыбку в ответ. — Знаешь, у меня много друзей, но действительно близких по духу двое — Фред и Джордж… — они очень смешные, мне правда нравится проводить с ними время. Мы понимаем друг друга. — Близнецы Уизли? — удивилась Хейя. — Не думала, что вы найдёте общий язык, они же главные проказники Хогвартса. Так вот о какой девочке мне рассказывал мистер Финеас… Он рассказывал, что у Фреда и Джорджа теперь есть подруга, с которой они промышляют всякие шалости. По правде говоря, они очень смышлёные мальчики. Но это правда неожиданно, Тори. — Финеас Блэк? У нас же нет его портрета… — задумчиво нахмурила брови Тори. — Стой! Портреты общаются?! — Милая, ты же не думала, что у меня — борца за права магглорождённых волшебников, один портрет во всей магической Англии? Один из моих портретов как раз находится в министерстве магии, так что у меня есть информация о происходящем в Хогвартсе, благодаря моему соседству с одним из бывших директоров Хогвартса, который кстати является твоим двоюродным дедушкой. Тори слышала об этом впервые. Раньше она думала, что у одного волшебника может быть только один портрет. Как же глубоко она заблуждалась… Узнав об этом, девочка чувствовала себя тупицей (как минимум). — Я не знала, что ты думаешь на этот счёт? — Продолжила разговор Тори. — Я бы не одобряла твою дружбу с проказниками, если бы ты сама не разыгрывала всех, кого можно, да и кого нельзя, ещё до поступления в школу. Я очень рада, что ты нашла друзей с похожими интересами. Тем более, Уизли всегда были очень толерантным и вежливым семейством, так что, я одобряю, — с лёгкой улыбкой сообщила Тори её «тётя». — Кстати, с Рождеством, дорогая. Ты уже открывала подарки? — поинтересовалась Хейя Аллен. — Нет, ещё не открывала. Я зашла поздравить тебя. Я скучала по нашим разговорам. — Если ты захочешь что-нибудь мне сказать, попроси Полную Даму передать это Финеасу, а он уже передаст мне. Буду рада хоть иногда слышать о том, как у тебя дела, — снова тепло улыбнулась девочке её родственница. — Хорошо тётя. Ну, я пойду. Честно, уже не терпится открыть подарки! — нетерпеливо воскликнула Тори. — Конечно, иди. Ещё раз, счастливого Рождества, — сказала Хейя. — Спасибо! Тебе тоже! — на ходу крикнула Тори и скрылась за дверью. Гостиная располагалась на первом этаже, в то время как комната Тори была на последнем — четвёртом. Её спальня находилась недалеко от лестницы, так что ей было совсем не долго добираться до кухни, столовой или гостиной, что находились внизу. Но с расположением портретного зала всё было гораздо сложнее. Мало того, что он находился на третьем этаже, неподалёку от родительских покоев, до него от лестницы нужно было пройти через длиннющее западное крыло поместья, в котором были старинные артефакты и разные пугающие статуэтки. Проходя мимо них, Тори всегда чувствовала на себе наблюдающий взгляд. Один раз она поняла откуда он исходил, увидев жуткую статую какого-то старого волшебника с мерцающим глазом. Она очень испугалась и попросила родителей переставить её куда-нибудь подальше. После того, как статую перенесли, Тори больше не боялась ходить через этот коридор. Спустившись, Тори обнаружила своих родителей. Они тоже были в пижамах, у главы семейства в руках был фотоаппарат, на который он снимал все праздники в семье Алленов. — Доброе утро! — девочка подошла к родителям и крепко обняла их. — С Рождеством! Тори принялась за распаковку подарков. Первым в её руки попал родительский подарок. Открыв маленькую коробочку, Тори нашла там красивые тоненькие серёжки с бордовыми рубинами. Они были в цвет её факультета. Девочка осторожно взяла их в руки, чтобы получше рассмотреть их. Разумеется, это была гоблинская работа. — Спасибо. Они просто прекрасны! — широко улыбнулась Тори, которая правда была очарована подарком. Аккуратно положив серьги на место, она принялась за следующий подарок. По серебристо — зелёной упаковке, она поняла, что подарок был от Малфоев. Ри открыла свёрток, в нём было воздушное вечернее платье белого цвета, у него были открытые плечи, вырез открывал ключицы и шею, рукава — воланы были до середины предплечья. Платье было длинным, корсет выгодно подчёркивал бы талию, но платье было девочке явно не по размеру, оно было большим. В записке, прилагаемой к подарку Нарцисса объяснила смысл своего подарка: «Дорогая Тори, сейчас ты верно не понимаешь почему я подарила тебе платье, которое тебе не по размеру. Это не простое платье. Сейчас ему более трёх веков. Оно восстанавливалось шесть раз. В семье Блэков оно передавалось от матери к старшей дочери. Я мечтала передать его своей дочке, но у меня родился сын и вот я дарю его тебе. Ты всегда была мне как дочь, о которой я мечтала в детстве. Я очень люблю Драко, но мне всегда хотелось помогать дочери с выбором платья, причёски, секретничать и многие другие вещи, которыми могут заниматься мать и дочь. Платье по традиции можно надевать лишь три раза в жизни, ты должна правильно распорядиться им. Оно было восстановлено шесть раз в связи с тем, что оно разрывалось на мелкие кусочки, когда его надевали более трёх раз. С каждым разом восстанавливать его было сложнее и сложнее. Я надеюсь ты распорядишься им правильно. С любовью, тётя Нарцисса.» Несмотря на внушительный возраст, платье было как новое. Тори аккуратно отложила подарок и потянулась за следующей коробкой. Через 10 минут, распакованными были все подарки, кроме небольшого прямоугольного свёртка. От Гермионы она получила книгу от маггловского автора — Артура Конана Дойла, книга называлась «Записки о Шерлоке Холмсе». Рон и Гарри отправили один подарок на двоих. Это был брелок в виде квоффла. Подарок был очень оригинальным и сразу же оказался на молнии рюкзака девочки. Фред прислал ей волшебную мозаику, которая каждый раз собиралась в разную картинку. Ри не совсем понимала каким образом она соберёт паззл, не зная картинки. От миссис Уизли и остальных членов семейства ей достался уютный, тёплый красный свитер, с жёлтой буквой «Т» посередине. Она обязательно будет носить его. Ли Джордан отправил ей сборник по зельям, в котором подробно описывалось действие каждого добавленного в зелье ингредиента. Также девочке пришли всевозможные конфеты из разных стран, которые каждый год присылали ей, её дальние родственники. Тори потянулась за последним подарком. Это был подарок от Джорджа. Тори разорвала подарочную упаковку, внутри был блокнот в кожаном переплёте. Сначала Тори подумала, что это просто блокнот, но открыв его на первой странице она обнаружила послание: «С Рождеством, кнопка! Я долго думал о том, что тебе подарить, пока мы с Фредом не наткнулись на одну любопытную лавку в Косом переулке. Там было много интересных вещиц, я уже совсем отчаялся, это увидел продавец и посоветовал эти блокноты. Они держат связь, как и наши амулеты, но с помощью них можно общаться. Всё, что я напишу в своём блокноте, отобразится в твоём и наоборот. Напиши мне сюда, как только распакуешь подарок. То есть сейчас, раз ты читаешь это, значит ты его распаковала. Твой Джордж. Счастливого Рождества!» Тори закончила распаковку подарков и помчалась на четвертый этаж, чтобы взять подарки, которые она приготовила родителям, и заодно заскочить за пером и чернилами для того, чтобы написать Джорджу ответ. Всё это заняло у Тори не более пяти минут и теперь уже Тори снимала реакцию родителей на её подарки, на фотоаппарат. Первым подарок открыл папа девочки. Он ждал от дочери — шутницы подарок с подвохом и не прогадал. Его взору открылся набор из шести галстуков. На каждом из них были нелепые рисунки и узоры. Особенно Тори понравился тёмно-синий галстук с узором ярко-жёлтых утят. По комнате пронёсся хохот. Смеялись Алета Аллен и её дочь, которая больше не могла сдерживать смех. — Оригинально… — вынес свой вердикт Броз Аллен. Теперь свой подарок открыла мать девочки и улыбнулась ей: — Большое спасибо, Тори. Я действительно давно не отдыхала в спа, — женщина подошла к дочери и поцеловала её в макушку. — Тори. Я считаю нечестным то, что твоя мама получила что-то адекватное, а мне достались «утята», — в шутку возмущался Броз и комната снова залилась смехом.

***

      POV: Происходящее в «Норе». Нора была на ногах с семи утра, благодаря младшей Уизли, которая разбудила всех домочадцев криком, который и без «Соноруса» услышал каждый, кто находился в доме, а возможно и за его пределами: — Просыпайтесь! Пора открывать подарки! — во всё горло крикнула Джинни. На крик спустились родители и старшие братья девочки, которые были недовольны тем, что сегодня им не удалось поспать подольше. Но настроение поднялось, когда все вспомнили о том, что под ёлкой лежит целая куча подарков. Все окружили ёлку и принялись разбирать подарки. Чарли и Билл приятно удивились тем, что Тори не забыла про них. Они ничего не знали о ней, но она показалась им воспитанной девочкой, Чарли и Билл понятия не имели, как её угораздило подружится с постоянно проказничающими Фредом и Джорджем, казалось, что каждый в «Норе» успел задать себе этот вопрос. Все остались довольны своими подарками. Особенно Джинни, которой секретный личный дневник явно пришёлся по вкусу. К каждому подарку Тори прикрепила по небольшому письму. Для каждого оно было индивидуальным. (Но мы остановимся на письмах для Фреда и Джорджа). «Фреду: Фред, я официально заявляю, что ты — самая большая задница во всей магической Британии и поздравляю тебя с Рождеством! Это маггловский mp3 — плеер, на который уже загружена некоторая музыка, я не знаю что вы слушаете, поэтому выбирала песни на свой вкус, им можно воспользоваться только подсоединив наушники, которые я подарила Джорджу, музыку придётся слушать по — очереди, но я надеюсь вы справитесь. С наилучшими пожеланиями, Тори. P.S. Я всё ещё обижена на тебя, за недавнюю выходку в поезде. Жди откат.» ------------------------------------------------------------------------------------------------------------ «Джорджу: Счастливого Рождества! Я очень рада тому, что мы дружим. Я благодарю вас с Фредом за заботу (больше благодарю тебя, Джордж), которую вы оказывали мне за всё короткое время нашей дружбы. Спасибо за крепкий и удобный сон! Ну, ты понял) Я решила подарить вам с Фредом устройства, изобретённые магглами. Они используются для прослушивания музыки. Я выбирала песни на свой вкус, так как не знаю, что вы слушаете. Тебе я подарила наушники. Они не могут работать без подключения к mp3 — плееру, который теперь есть у Фреда. Я думаю, вы разберётесь. Музыку придётся слушать по — очереди, но я надеюсь, это — не проблема. Мне очень дорога дружба с вами и мне бы очень хотелось дружить и дальше. Искренне, ваша подруга — Тори. P.S. Как на счёт мести Фреду?»

***

      Рождественские каникулы подошли к концу. На протяжении всей прошлой недели, Тори и Джордж ломали голову над тем, как разыграть Фреда. Не придумав ничего действительно стоящего, они решили поговорить при встрече, ведь обсуждать планы через переписку невероятно долго. Наступил день возращения в Хогвартс тех студентов, что уезжали домой на Рождественские каникулы, приготовленный с вечера чемодан с вещами уже стоял возле камина, с помощью которого, Тори и её родители сначала доберутся до «Дырявого котла», а затем трансгрессируют на платформу 9 ¾. Девочка проснулась полчаса назад, и теперь, не спеша спускалась по лестнице, чтобы позавтракать. Тори зашла в столовую. За столом уже сидели её родители. Алета и Броз Аллены медленно поглощали свой завтрак и о чём-то тихо переговаривались. Увидев девочку они пожелали ей доброго утра. Ри тоже пожелала родителям доброго утра и села за стол. Как только девочка закончила с завтраком, к ней обратилась мать: — Тори, нам нужно кое-что с тобой обсудить, — начала Алета. — Да, мама, я слушаю, — Ри перевела взгляд с тарелки на мать. — Дело в том, что прямо перед окончанием учебного года нам с твоим отцом срочно нужно будет уехать в Германию, по неотложным делам. Мы не можем сказать тебе зачем именно, но надеемся на твоё доверие, — с нескрываемой грустью произнесла мама девочки. Тори тяжело вздохнула: — Когда вы вернётесь? — загрустила Тори. — Точно не знаем, но твой день рождения мы обязательно проведём вместе, — ответил Броз Аллен. — Так долго… — хорошее настроение Тори улетучилось. — Так надо, детка. Не вешай нос. Не оставим же мы тебя совсем одну. Ты поедешь к тётушке Дромеде. Сначала мы подумали, что тебе было бы лучше остаться у Малфоев, но они уезжают во Францию на всё лето. К тому же, мы обязательно будем общаться по каминной связи. Каждый день, если захочешь, — многообещающе добавила миссис Аллен. — Да, мам, хочу, — отозвалась Тори. — Так, на часах уже пол-одиннадцатого. Если мы не поторопимся, то опоздаем, — бодро воскликнул глава семейства. Послушавшись совета отца, Тори встала из-за стола и направилась в сторону камина. Алета и Броз последовали за дочерью и оказались на платформе 9 ¾, с которой через пятнадцать минут Хогвартс-экспресс, вместе с пассажирами отправится в Хогсмид. Платформа была многолюдна. Родители прощались со своими детьми ещё на половину учебного года. Среди толпы Тори сразу же заметила рыжее семейство Уизли, всё-таки у ярких волос были и свои плюсы. Она медленно зашагала в сторону своих друзей. На полпути девочку заметила миссис Уизли, она пошла на встречу Алленам, а за ней и остальные члены семьи. — Как я рада видеть вас! — мать рыжеволосого семейства заключила Тори в объятия и поприветствовала её родителей. Ри направилась к близнецам, которые как обычно над чем-то хохотали. — Привет. Над чем смеётесь? — просияла при виде друзей девочка. — Привет, кнопка! — радостно сказал Джордж. — Привет, Тори. Да вот, вспомнили кое-что, — отдышавшись от смеха пояснил Фред. — Что если не секрет? — приподняла правую бровь Ри. — Перед отъездом мы спрятали мантию Перси в курятнике. Он потом носился по дому весь в перьях. То ещё зрелище! — снова рассмеялся Фред. Тори тоже рассмеялась, представив всегда строгого старосту в куриных перьях. — Думаю, нам пора идти. Привет, Тори, — в разговор вмешался Перси. — И, это, к вашему сведению, было не смешно! — У тебя перо в волосах, Перси. Привет, Ри! — младшая Уизли внезапно обняла Тори. — Спасибо за подарок! Дневник просто чудесный! — Не за что, Джинни, — Тори обняла её в ответ. После первой реплики сестры, близнецы разразились смехом, при виде пера в волосах Перси. Буркнув: — «Поезд отбывает через пять минут», Перси отошёл в сторону своих родителей, которые увлечённо о чём-то разговаривали с Алетой и Брозом Алленами. Следом за Перси к родителям ушла и Джинни. — Ребята, это конечно смешно, но нам правда нужно идти, — прервала хохот близнецов Тори. — Хорошо. Пойдёмте, — успокоившись сказал Фред. Попрощавшись с родителями, Перси, Фред, Джордж и Тори вошли в вагон поезда. В этот раз Тори сама несла чемодан, так как её родители наложили на него чары «лёгкости». Пройдя к свободному купе, Тори, Фред и Джордж расселись на мягких сидениях. — Вы читали учебники, которые я вам оставляла? — спросила Тори. Братья виновато переглянулись. — Ясно. Хоть зелья не забыли? — закатила глаза девочка. — Ну, как мы могли забыть их? — доставая из своего чемодана несколько баночек, произнёс Джордж. — Хорошо. Постарайтесь не разбить их до приезда, — строго сказала Ри. Как только Джордж убрал баночки с зельями в чемодан, в купе зашёл Ли Джордан. — Привет! Как каникулы? — закинул свой багаж на верхнюю полку Ли. До самого конца поездки в Хогвартс-экспрессе, дети были увлечены разговором о каникулах и новых зельях, которые изготовили Тори и близнецы. Ровно в семь часов поезд остановился, и друзья вышли из купе, а затем из поезда. На платформе к ним присоединилась Гермиона. Они с Тори сразу же нашли увлекательную тему для разговора. Гермиона рассказывала о своих каникулах, идя немного впереди мальчишек. Дойдя до волшебных повозок, девочки остановились, Тори немного удивилась тому, что повозки едут сами по себе, но Гермиона пояснила ей, что их везут за собой фестралы — существа, которых видят те, кто видел смерть своими глазами, как обычно добавив: — Я читала об этом в истории Хогвартса. Доехав до школы, все разбрелись по своим спальням, чтобы отдохнуть от дороги. У Тори никак не выходило из головы, что почти всё лето она проведет в доме тёти Дромеды, без родителей. Ужин прошёл быстро, что не могло не радовать Тори. Ей очень хотелось спать, но после ужина она собиралась рассказать Гарри, Рону и Гермионе о том, что узнала о Николасе Фламеле. До гостиной Тори, Фред и Джордж добрались без происшествий. Девочка по-прежнему была не в настроении. Она думала этого никто не заметил, ведь Тори тщательно скрывала грусть. Ещё на ужине Тори, Рон, Гарри и Гермиона договорились встретиться в гостиной в одиннадцать часов вечера, до встречи оставался час, так что Ри попрощалась и уже думала идти в спальню, как её окрикнул кто-то из близнецов, обернувшись она увидела перед собой Джорджа, видимо Фред уже ушёл, его в гостиной не наблюдалось. — Что-то не так, Джордж? — недоумённо спросила девочка. — Это ты мне скажи, — подходя ближе ответил Уизли. — А что со мной не так? — Ри «натянула» улыбку. — Можешь не прикидываться, кнопка. Я же вижу, что что-то случилось, — пристально посмотрел на Тори её лучший друг. — Я отличаю твоё обычное поведение от притворства, почти так же, как ты различаешь нас с Фредди. — Причина моего сегодняшнего, как ты назвал «притворства», не совсем весома… Так что не переживай за меня. — И всё же она тебя расстраивает, — приподнял одну бровь Джордж. Тори прошла к «их месту» на полу возле камина и села опершись спиной о диван. Джордж последовал её примеру. Помолчав пару минут, девочка начала рассказ. — Мои родители оставляют меня у тёти почти на всё лето, а сами уезжают в Германию по делам. Папа сказал, что они вернутся до моего дня рождения, но по их переглядываниям я поняла, что — нет. Мы всегда встречали все праздники вместе. Я люблю тётю Андромеду, но мне бы хотелось провести лето с родителями, я и так теперь буду мало видеть их из-за школы. Это всего лето, я понимаю, но мои самые яркие моменты произошли именно летом… Я не уверена, что без родителей это лето будет таким же ярким как было бы с ними, — закончив повествование девочка грустно посмотрела на Джорджа. Немного поразмыслив, через минуту Джордж заговорил. — Не хочешь приехать к нам в Нору? С нами тебе явно скучно не будет. На всё лето тебя конечно не отпустят, но как насчёт пары недель? Уверен, мама не будет против. Потом сможем вместе сходить в Косой переулок за всякими штуками для учёбы, — ободряюще спросил Джордж. — Не знаю, мне как-то неловко… — Тори заправила прядь каштановых волосы за ухо. — Да ладно тебе, весело будет. Хоть «Нора» и маленькая, в ней всегда найдётся место, особенно для друзей! — весело воскликнул младший из близнецов Уизли. — Ну… Если миссис Уизли будет не против, то я с радостью, — впервые за день по-настоящему улыбнулась Тори. — Ну вот, другое дело! — Джордж взъерошил и без того растрёпанные волосы девочки. — Так что там на счёт мести? — лукаво спросила Ри. — Я тут придумал кое-что… За обсуждением Тори и Джордж не заметили, как пролетел час и в гостиную вышли Гарри, Рон и Гермиона. Почувствовав чьё-то присутствие, Тори и Джордж обернулись. — Что это вы тут делаете? — заинтересованно спросил Джордж. — Нам нужно поговорить с Тори, — ответил Гарри. — Так что проваливай спать, братец, — немного грубо ответил Рон. — На твоём месте, Ронни, я бы не грубил старшим братьям, — усмехнулся Джордж, уже придумав как можно пошутить над младшим братом. — Особенно нам с Фредом. Ладно, храните дальше свои детские секретики, так уж и быть, я пойду. Спокойной ночи, — в своём репертуаре, весело удалился Джордж. Когда Джордж скрылся за поворотом, Рон, Гарри и Гермиона устроились на диване, Тори по-прежнему оставалась сидеть на ковре, только сейчас она сидела спиной к камину, глядя на своих друзей. — Ты хотела нам что-то рассказать, Тори, — первой нарушила молчание Гермиона. — Ах, да! Я кое-что узнала о Николасе Фламеле! — последнее предложение Тори сказала шёпотом. — На ужине в «Норе» тема разговора нечаянно коснулась высказывания этого самого Фламеля, про оперу. Но не суть. Так вот, оказывается, Николас Фламель — единственный известный создатель философского камня. Представляете… — Так, стоп. Ты была в «Норе»? — перебив Тори, удивлённым тоном спросил Рон. — Рональд. Давай ты потом спросишь Тори о том, как прошли её каникулы?! У нас тут важный вопрос решается! — воскликнула Гермиона. — Что такое философский камень? — обратился к друзьям Гарри, который молчал до этого момента. — По легенде, он мог превратить любой металл в чистое золото. С его помощью также можно приготовить эликсир жизни, который делает бессмертным того, кто выпьет этот эликсир. «Волшебные артефакты, дошедшие до наших дней» глава 21, страница 137, — с умным видом процитировала библиотечную книгу Гермиона. — Кстати, Николасу Фламелю удалось изготовить эликсир. Он и его жена живут вот уже более 650-ти лет. Я думаю, Дамблдор прячет в школе философский камень. — Это вполне возможно, — вынес свой вердикт Гарри. — Но зачем Снейпу красть его? — Что? Профессору Снейпу? Он же профессор! Я думала все заметили странное поведение Квирелла! — чуть ли не кричала Тори. — Он хромал тогда, после инцидента с троллем, Гарри сказал, что видел на его ноге кровь. На матче он заговаривал метлу Гарри! Только когда Гермиона подожгла мантию Снейпа всё прекратилось. В конце концов, Квирелл тоже профессор, — начал доказывать Тори причастность Снейпа, Рон. — Я видела, как Квирелл говорил с кем-то, но он при этом не заикался! На матче Квирелл сидел чуть выше Снейпа, я видела каким недовольным он стал после поджога! Это Квиррелл хочет украсть камень! — Тори рвала и метала как разъярённая фурия. Ей было важно доказать непричастность своего крёстного. — Какая разница кто хочет украсть его. Его хотят украсть и нам нужно кого-нибудь предупредить, — сказала Гермиона, прервав спор. — Предупредить кого? Мы не можем сказать профессорам, что были в коридоре на третьем этаже. Нас могут исключить за нарушение правил, — прошептала Тори. Вопрос так и остался открытым, ничего не придумав, дети разошлись по спальням.