there's no rescue

Доехав до знакомой многоэтажки, в которой светилась от силы чверть всех окон, перед этим получив множество сигналов от недовольных водителей, что ожидали без лишних нервов проехаться Эл-Эй хотя бы в столь поздний час, Билли оставила машину на парковке, не сильно переживая за то, что утром какой-то желтушник-зевака может увидеть её здесь и, сфотографировав и придумав очередную байку, продать таким же сайтам. Сейчас это всё не имеет значения, и если что-то такое да и произойдёт, первой удар от произошедшего получит Эйва. Да и было бы круто, если бы эта девчушка увидела фото счастливых Айлиш с Калебом, гуляющих по... – Хватит, Айлиш, блядь, её не существует. Для тебя не существует. – певица несколько раз прошептала это себе под нос, что выглядело так, будто она произносит какое-то заклятие: атмосферы добавлял ещё и абсолютно чёрный наряд и множественные кольца на пальцах. Верится, что одинокая пожилая женщина, увлёкшаяся на пенсии паранормальными явлениями, с квартиры на первом этаже ещё не вызвала ни экзорцистов, ни священников, как делали обычно герои в её любимых телепередачах. Постояв на одном месте ещё несколько мгновений, Билли уверенно пошла к двери, введя выученный наизусть код для входа. Вахтёр уже успел запомнить Айлиш, хотя, она очень сильно сомневалась, что благодаря её статусу певицы, про который он вряд ли вообще и догадывался. Но это ей в нём и очень сильно нравилось - этот мужчина жил своей, реальной жизнью, шутя со всеми жильцами свои (действительно смешные) шуточки и регулярно флиртуя с той женщиной из двадцать пятой квартиры, не сравнивая себя и свою жизнь с какими-то шишками. Он просто понимал, что он - это он, а не красавчик Брэд Питт, и это абсолютно нормально. – Здравствуй, – вахтёр широко улыбнулся, оторвавшись от написания очередного красивого стиха, которые он, к сожалению, отказывается хоть куда-то отправлять, говоря, что делает это только для себя, а не для денег или славы. – Здравствуйте, – она тепло ему улыбнулась, следуя прямиком к лифту, где они с Калебом уже взяли себе за привычку целоваться, как только оказываются одни. Металическая дверь с грохотом захлопнулась, и Билли, с нетерпением, начала смотреть на меняющиеся красные циферки над дверью. Когда там наконец-то появилась долгожданная «19», она почему-то не смогла не улыбнуться самой себе, почти что вприпрыжку выйдя из кабинки. Но вся радость и энтузиазм будто испарились, покинув её тело быстрее света, когда вдали показался знакомый, высокий силуэт на каблуках и с чехлом от ноутбука в руках, что пытался достать ключи с крошечного карманчика пиджака. К ушам тут же донеслось пару ругательств, что совершенно не сочитались с созданным ею образом «правильной и воспитанной бизнес-леди, с которой так и прёт вежливость». Айлиш просто стояла в семи метрах от неё, не насмеливаясь сделать хотя бы какое-то движение, что могло бы привлечь лишнее внимание. Себе она напомнила ту самую беспомощную девочку, которой была тем утром в номере, от чего ненависть тут же захватила всё её сознания, заставив четырьмя огромными шагами сократь огромное расстояние. Эйва, от неожиданности, слегка дёрнулась, осмотрев нарисовавшуюся перед ней девушку. – Ты преследовать меня собралась!? – Билли прикусила внутреннюю сторону щеки, из-за чего почувствовала неприятный привкус метала на языке. – Мисс О'коннел, вы... – Засунь свою наигранную вежливость в задницу. Какого хера ты там, где я? Не достаточно наигралась с моими чувствами, да? – Как же ты глупа, Айлиш... – она улыбнулась, переведя взгляд куда-то в сторону двери Калеба, а потом обратно на неё. – Жизнь не вертится вокруг твоей несчастной задницы, которую все только хотят предать или бросить. Билли прокрутила её слова в своей голове несколько раз, прежде чем ответить: – Ты абсолютно меня не знаешь, Эйва. И даже не думай вмешиваться в мою жизнь, если... – Да кто, блядь, собирался!? – крик эхом пролетелся по этажу, что заставило её глубоко вдохнуть и успокоиться. – Послушай, Билли, мне... Мне наплевать на тебя, и я не хочу и не планирую ничегошеньки тебе сделать. Так что успокойся и иди себе спокойно куда шла, продолжая жить своей жизнью, хорошо? Её неуверенный, слегка вздрогнувший на последних словах голос заставил Билли засомневаться. Почему ей вообще не всё равно на чувства этой сучки после всего? – Эйва... – Айлиш, нет. Не сейчас. Нет, просто нет. Иди, – она снова запихнула руку в карман, на этот раз всё же достав связку ключей с двумя кожанными брелками. Эти слова, это поведение... Оно вернуло в самую глухую часть души Билли веру в то, что утверждения из записки - ложь, хоть сама она этого и никогда не признает, начав думать над злым подтекстом во всём случившемся. – Иди, Айлиш. Девушка посмотрела прямо в её карие, что беспомощно смотрели на неё, прежде чем развернуться и пойти в сторону квартиры Калеба, который, видимо, мирно спал всё это время. Нажав на маленькую, чёрную кнопку звонка, она начала ждать, а это ожидание прерывали лишь звуки бьющихся друг об друга ключей и захлопнувшейся двери, от чего по телу пробежался неприятный холодок. Что, хрен возьми, это было? Почему её лицо, до этого выражавшее лишь высокомерие, будто светилось страхом и беззащитностью...? Но стоит ли ей верить? И почему вся ненависть будто куда-то исчезла, уступив место... вернувшейся симпатии...? Дверь очень вовремя распахнулась, и сонный блондин помог ей уйти от этих пугающих мыслей куда-подальше, крепко обнимая её, прижавшись своим обнажённым телом к тёплой одежде. Билли очень сильно надеялась, что Калеб, заметив её усталость и нажелание что-то обсуждать, не начнёт лезть с вопросами. Но он, откинув запутанную чёлку с лица, заботливо осмотрел пришедшую к нему ни с того, ни с сего девушку, и всё-таки спросил: – Что случилось? – Калеб... – Айлиш боролась с жутким желанием разрыдаться, рассказав ему всю историю в мельчайших подробностях. Она могла чувствовать неприятную пульсацию в области висков: с каждым ударом сердца глухая боль проходилась её грудью, утрудняя дыхание. – Солнышко, что такое? – он провёл рукой по её зелёным волосам. – Я просто хочу побыть с тобой, без лишних расспросов. – Моя хорошая... – парень помог ей снять кроссовки, которые они вместе выбирали, сидя в темноте её уютной комнаты и втыкая в яркий экран монитора, и, позволив ей опереться на него, повёл в спальню, с которой были связаны только самые приятные воспоминания. Все эти завтраки в постель, регулярный нежный секс, просмотры разной херни, которую обычно предлагает Билли, в обнимку... Этот парень просто идеальный. Но не через чур ли? Айлиш незаметно шлёпнула себя по руке, чтобы отогнать такие бредовые мысли. Неужели она верит этому театру от Эйвы, которая так умело умеет подделывать любые эмоции, и собирается строить дурацкие теории, в которых все вокруг хотят им зла, даже Калеб? Конечно же нет. Она не поддастся ей, пускай даже не мечтает. – Ложись, я сейчас прийду. Выпью водички. – он улыбнулся и скрылся, захлопнув за собой высокую дверь. Всё время, пока его не было, Билли смотрела в окно, на светлое от множестенных фонарей небо, совершенно потеряв счёт времени, за которое её парня не было. А его не было дольше, чем один, даже медленно выпитый стакан воды.