Интегрированный попаданец

      Несмотря на то, что я не могу назвать себя любителем долгих и шумных застолий, на этот раз сидеть за столом было легко и приятно. Возможно, причина этого заключалась в непринуждённой атмосфере, не требующей соблюдения какого-то строгого этикета, но в то же время не выходящей за рамки приличий, а возможно, что на меня так подействовал общий эмоциональный фон, подкреплённый представлениями танцоров, музыкантов, гимнастов… доказывающих правоту утверждения, что коты (в данном случае — котжиты), являются жидкостью.       — …Видел? — пихнув меня локтем, Муэрто указал когтем левой лапы-руки на белый ящик, в который села белая же кошка, одетая в один лишь красный ошейник с колокольчиком, после чего её закрыли крышкой, а затем начали «пронзать шампурами». — Как тебе?       — Впечатляет, — отвечаю честно, одновременно стараясь вспомнить подробности аналогичного фокуса, который когда-то давно видел по телевизору в передаче, где разоблачали иллюзионистов.       …Контейнер, конечно, был побольше, чем коробка из-под обуви, но всё равно выглядел очень компактным, из-за чего удивляло уже то, что котжитка смогла там поместиться. Лично мне так и не удалось придумать способ, исключающий магию, чтобы, сидя внутри, суметь разминуться с вонзаемыми в специальные отверстия лезвиями.       — Это ещё что, — король качнул головой, поправил свою гриву и, подняв взгляд к потолку, стал вспоминать вслух: — Когда Шакура… моя старшая дочка, была совсем маленькой, она очень любила персики. Мы же, котжиты, когда котятам приходит время спать — кладём их в коробки с высокими стенками, которые сверху прикрываются сеткой… Мрр-да. В общем — из-за этого выррабатывается рефлекс, с которым прриходится бороться. В общем… Шакура вместе с Анисой отправилась в фруктовый сад на сбор урожая, где умудрилась сперва потеряться, а затем и найти коробку с плодами. Голодная и усталая, она забралась внутрь и съела почти половину, после чего уснула и не заметила того, что её куда-то понесли. Аниса тогда весь сад обыскала, под каждый куст заглянула, всем вокрруг хвосты накррутила… а Шакуру нашли только на кухне, куда фрукты и отнесли.       — И никто её не почувствовал? — удивлённо смотрю на собеседника, что вновь качнул головой.       — Котёнок в соке измазалась так, что её собственный запах отбило напрочь, — Муэрто усмехнулся. — Она потом несколько месяцев на персики смотреть не могла.       Тем временем к шампурам прибавились кинжалы с короткими, но широкими лезвиями, а также толстыми рукоятками. Их помощники воткнули почти дюжину, после чего подождали и стали извлекать железо из темницы гимнастки, дабы она благополучно выбралась и покрутилась перед зрителями, демонстрируя абсолютно целую шкуру.       — Как они это сделали? — спросила Баттерфляй. — Я бы смогла, но… не без магии.       — А-а-а… — Муэрто ухмыльнулся, а затем беспечно заявил: — Понятия не имею. Никогда не стремился узнать секреты фокусников, чтобы не портить себе впечатление от выступлений.       Следующей на импровизированную сцену вышла чёрная кошка с золотыми глазами, на лапах, ушах, хвосте и торсе носящая бубенцы, при помощи зажимов закреплённые за мех. Вооружившись красно-золотыми лентами, она начала крутиться под музыку, подпрыгивая и приседая на особенно громких нотах. Я и сам не заметил того, что всё время её выступления не отрывал от грациозной фигуры глаз…       …       Праздничный пир закончился уже вечером, когда гости физически не могли больше ни есть, ни пить. Прежде чем отправиться в выделенные нам покои, я посетил местную уборную, оказавшуюся небольшой комнаткой с чем-то вроде биотуалета (горшок, устанавливаемый под дыркой в сидении особыми размерами не отличался).       «Ну, хотя бы не лоток с песком», — прокомментировал это мой внутренний скептик.       Очередной сюрприз от архитекторов котжитской национальности нас ожидал когда пришло время подниматься наверх: оказалось, что во дворце нет не то что лестниц (обидно, но — ожидаемо), а даже привычных пони пандусов. Вместо них имелись широкие канатные сетки, натянутые под пологим углом, на которые на равном расстоянии друг от друга закрепили деревянные перекладины.       Благодаря опоре на четыре конечности, мои спутницы поднимались без каких-либо особых проблем, не говоря уже о местных жителях, вовсе не демонстрирующих неудобств. Мне же пришлось приложить некоторые усилия из-за того, что хоть канаты и были хорошо натянуты, но под моим весом слегка прогибались, что в свою очередь создавало пружинящий эффект.       Полы на втором этаже были пусть и тонкими, но деревянными, стены состояли из натянутой ткани разных цветов, украшенной вышитыми картинами, с потолка свисали уже знакомые цилиндры со светлячками. К некоторому моему огорчению, перебитому любопытством остальных членов эквестрийской делегации, нам пришлось подняться ещё на этаж выше…       «Даже не знаю с чем сравнить это ощущение», — промелькнула мысль у меня в голове, пока мы шли вслед за немолодым тигром, указывающим путь в гостевые покои.       Стены на хозяйском этаже были бархатными, расшитыми золотой и серебряной нитью, а также узорами из мелкого жемчуга. Время от времени на пути встречались подробные картины, в которых и полотно, и рамка состояли из пришитой ткани (мне даже вспомнились бумажные постеры, которыми мы когда-то обклеивали стены).       «Но тут труда вложено даже не на порядок больше. Но и выглядит это весьма внушительно. Нужно будет у кого-нибудь узнать, где такое продаётся и нельзя ли сделать заказ», — погрузившись в свои мысли, я едва не пропустил момент, когда проводник остановился у задумчивого смайла жёлтого цвета и начал расстёгивать пуговицы, продетые в петли.       — Господин Жора, апартаменты для вас и ваших спутниц, — объявил котжит, изобразив поклон. — Если пожелаете уединиться, чтобы вас не беспокоили — вывесите красный запретный смайл. Если уходите — вывешивайте жёлтый смайл, ну а покуда ожидаете гостей — зелёный. Если пожелаете разделить комнату — прикажите любому слуге принести ширму: повесить стенку можно меньше чем за десять минут. Приятного отдыха. Ваше высочество Сансет, предназначенные вам покои чуть дальше. Прошу, следуйте за мной.       — Увидимся позже, — проворчала янтарная аликорночка, утомлённая общением с тремя жёнами короля, что не давали ей расслабиться ни одной лишней минуты.       — Приятных снов, — отвечаю подруге, которой предстоит отчитаться перед Луной, заодно и поделившись своими впечатлениями о современном Северном Котжите.       Вслед за подзащитной прошмыгнула и Физлпоп, присоединившаяся к нашей компании уже после того как пир подошёл к концу. Нам вишнёвая единорожка ничего не сказала, а только лишь кивнула, чтобы затем скрыться за очередной занавесочной дверью.       …Выделенная мне и моим спутницам комната была просторной, превосходя даже спальню в доме в Кантерлоте, но обставлена оказалась минималистично. Кроме красных подушек с золотистыми верёвочками, свисающими вдоль швов, разбросанных без какой-либо системы, на крючках под потолком висели светильники, а у стен стояли несколько тумбочек. Спать предполагалось на полу, закутавшись в пледы… ну или же растянувшись прямо на них, что и сделала Фригга.       «А я думал, что её искать придётся», — промелькнуло у меня в голове при виде грифины, раскинувшейся лёжа на спине с видом великомученицы (на пир она не попала, но, вероятно, свою долю гостеприимства тоже получила).       — Пожалейте меня… Полейте меня, — простонала птица-тигрица, разлепив глаза и уставившись на нас с откровенной мольбой.       Баттерфляй, беря инициативу в собственные копыта, подошла к одному из предметов мебели и, взяв крыльями графин, отвинтила с него стеклянную пробку. После этого сосуд перекочевал в лапы крылатой хищницы, залившей в себя едва ли не половину его содержимого.       «Внутрь она попала через открытую стенку… И зачем вообще было застёгивать дверь? М-да… У меня мозги чешутся от подобных выражений», — бросив взгляд на «окно», занимающее всю внешнюю стену, откуда доносился слабый вечерний ветерок, возвращаю внимание к своей телохранительнице.       — Что с тобой, болезная? — присев на корточки, провожу ладонью по груди грифины, чтобы почувствовать влагу.       — Жарко… душно… — пожаловалась избавившаяся от униформы Фригга, даже не дёрнувшись на мои действия. — Босс… может мне побриться?       — Гхм… Кхм… — представив себе лысую птицу-тигрицу, я аж поперхнулся, на что подруга сердито засопела. — Не злись. Просто тебе так идёт больше.       «Вроде бы где-то в моём мире жили лысые орлы. Но я не думаю, что лысые грифоны для Эквуса — это нормально хоть где-то», — ехидно отметил мой внутренний голос.       — Ла-адно… Красота требует жертв, — легко сдалась крылатая хищница, вновь принявшись опустошать графин, чтобы остановиться только когда в нём останется меньше пятой части. — Хочешь?       — Нет, спасибо, — отрицательно качаю головой и просто на всякий случай добавляю: — На празднике я и наелся, и напился. Чувствую, что в меня больше ничего не влезет. Ты же со мной и Баттерфляй в баню ходила, но даже там выглядела лучше.       — Просто в бане мы проводили не так уж много времени, — пришла на помощь к подруге чейнджлинг. — А тут температура выше привычной нормы, да ещё и постоянная.       — Жучиха верно говорит, босс, — вздохнула телохранительница. — Как бы я линять не начала… Везёт тебе, Фляй.       — Я могу попросить Сансет научить меня заклинанию поглощения тепла, — предложила маскирующаяся под пегаску перевёртыш, с сочувствием посмотрев на подругу-соперницу. — Но… не раньше чем завтра. Сейчас она тоже не в лучшем состоянии.       — Как-нибудь переживу, — ответила птица-тигрица, подумала и добавила: — Но, босс, обниматься сегодня точно не лезь. Мне и так жарко.       — Договорились, — усмехнувшись, проглатываю шутку про разбитое сердце, после чего тоже берусь за воротник своего наряда. — Тут и вправду душновато. Может быть, стенку закроем?       — Ветра не будет, — пожаловалась крылатая хищница. — Совсем спаримся.       — Сперва тебя нужно ополоснуть, а потом уже о спаривании думай, — изрекла баттерфляй поучительным тоном, дабы затем добавить: — Занавес нужен не только от дождя и ветра, но и от лишнего солнца. Так что — я голосую за закрытие.       — Ла-адно… — не стала спорить Фригга, окончательно добившая содержимое графина. — Но если я тут сварюсь — виноваты вы. И на запах от моей шерсти не жалуйтесь… Понятно?       — Не будем, — отвечаю за нас обоих, поднимаюсь в полный рост и направляюсь к правому дальнему от входа углу, где виднеется верёвочка от своеобразных жалюзи. — И вправду жарко… Баттерфляй, закрой, пожалуйста, дверь.       — Босс, ты что задумал? — наградила меня подозрительным взглядом грифина, кое-как перевалившись сперва на бок, а затем и живот.       — Будем устраивать разврат, — констатирую твёрдым тоном, но тут же поясняю: — Я собираюсь раздеться до трусов. Всё же в костюмчике становится как-то не слишком комфортно.       — И всего-то? Жа-аль… — собеседница щёлкнула клювом и добавила: — А я то уж понадеялась, что ты воспользуешься своим положением и моей беспомощностью…       — Что-то мне подсказывает, что твоя беспомощность сильно преувеличена, — перебиваю птицу-тигрицу, уверенно погружая гостевые покои в приятный полумрак (в самом низу было решено оставить небольшой зазор, чтобы воздух всё же циркулировал).       — Я могла бы и притвориться, — заметила подруга, после чего приподнялась на передних лапах и приняла сидячее положение. — Ну да ладно. Не судьба. Чего интересного повидали на пиру у короля?       В этот самый момент откуда-то с улицы донёсся громкий крик, а затем и заиграла музыка:       — А-а-а… Рыба-рыба-рыба!