Интегрированный попаданец

      В большом зале, где теперь стоял только один длинный стол, за которым мы все и разместились, доброжелательная обстановка полностью восстановилась, в чём заслуга полностью принадлежала Муэрто. Король Северного Котжита, поднявшись на лапы-ноги, вскинув удерживаемый в правой ладони бокал, торжественно провозгласил:       — Лучезарная принцесса зари, Сансет Шиммер, примите моё глубочайшее восхищение вашими несравненными талантами и красотой, перед которыми не в силах устоять ни пони, ни, как выяснилось сегодня, мои собственные котята! Признаться честно: не будь я уже трижды женат, то, вероятно, сам бы не удержался от желания распушить хвост… А потому, пусть и не разделяю методов Ирбиса, не могу его осуждать за сделанный под влиянием пылкого сердца выбор. Разве что меня печалит весть, что его чистые чувства так и останутся без ответа… Ну да принцу полезно узнать, что не всё могут даже короли. Я надеюсь, вы не держите обиду на неопытного котёнка, чьё сердце занял ваш образ, который не в силах будет затмить ни одна красавица Северного Котжита… и только время принесёт успокоение душе?       …Всё это было произнесено настолько проникновенным тоном, да ещё приправлено такими эмоциями, что у меня самого мурашки по спине побежали, янтарная аликорночка же окончательно сменила гнев на милость. Остальное время завтрака «лев» вёл беседу, рассказывая забавные случаи, отвешивая комплименты и вообще показывая, что совсем не зря его выбрали правителем пусть небольшого, но шумного и непоседливого народа.       «Король — не тот, кто правит, а тот, кто не позволяет подданным передраться между собой», — сформировалась у меня в голове мысль во время второй смены блюд, когда вместо рыбного супа, мне принесли рулетики из чего-то очень похожего на рис и рыбные палочки.       …Из слов окружающих пони и котжитов мне удалось составить приблизительную картину того, что произошло перед нашим с Баттерфляй и Фриггой возвращением. А юный принц и его соратники провернули настоящую операцию по проникновению: сперва слуга, которого «тонко» попросили разузнать у Физлпоп, какие блюда, украшения, напитки, игры нравятся её подзащитной, позвал вишнёвую единорожку в коридор, а сам Ирбис, пользуясь специальными ножницами и когтями, прорезал перекрытие между вторым и третьим этажами, чтобы через образовавшуюся в полу дыру пролезть наверх. После этого он, стараясь не создавать лишнего шума, подкрался к мирно спящей кобылке и… попытался «снять» кьютимарку.       Как Сансет, не глядя лягнувшая нападающего копытом, не прибила юного диверсанта — лично для меня остаётся секретом. Впрочем, вероятнее всего, ответ таится в той самой магии, защищающей пони и других жителей Эквуса от травм при ударах, от случайных порезов и тому подобного. Однако же то, что ничего не понимающая, но жутко злая из-за столь неласкового пробуждения кобылка не спалила всё вокруг магическим выбросом — это уже достижение самой принцессы и ворвавшейся в комнату Берритвист, что сумели разобраться в ситуации.       «В итоге мы имеем подкопчёного котёнка, скорее испуганного, нежели всерьёз пострадавшего, мечущихся вокруг котжитов и пони, хватающихся за головы от понимания, по какому тонкому краю прошли, ну и наблюдающих за бесплатным представлением горожан. М-да. Если в Муриме такие ситуации, даже с меньшими разрушениями, случаются сколь-нибудь часто, то умение Муэрто забалтывать пострадавших уже не вызывает удивления. И ведь не признаётся мелкий хулиган, кто ему посоветовал «стащить кьютимарку», чтобы понравиться принцессе», — несмотря на то, что всё закончилось благополучно, мне стало как-то не слишком комфортно от понимания, что пол в нашей комнате — не такое уж и надёжное место (мало ли в следующий раз через него кто-нибудь просто ткнёт чем-нибудь острым?).       На самом деле мне как-то слабо верится, что Ирбис, вроде бы мелькавший в зале во время торжественного пира, с первого взгляда влюбился в Шиммер. Хотя, нельзя не признать, пони она миловидная, яркая, запоминающаяся и интересная в общении… чего принц, по понятным причинам, оценить не успел. А из этого можно сделать вывод, что интерес у него был более меркантильный, ну или же исключительно научный.       «Зачем ему кьютимарка пони? Либо для интереса, либо для знакомства с принцессой Эквестрии. Где-то я вроде бы слышал что-то вроде страшной истории про похитителя меток… но подробностей не помню. Можно предположить, что котёнок, глядя на короля-отца, захотел унаследовать его трон, ну или же стать соправителем Эквестрии… Или же меня заносит куда-то не туда и на деле Ирбис — просто авантюрист, провернувший всё для развлечения», — за этими мыслями как-то незаметно завтрак закончился, и прислуга забрала грязную посуду, оставив нас сидеть перед пустым столом.       — Сейчас мои жена и дочь сопроводят вас, дорогие гости, в культурное сердце Северного Мурима, — заговорил Муэрто торжественно. — Вы можете провести там столько времени, сколько вам потребуется: сопровождающие ответят на любые вопросы, а позже — предложат поучаствовать в ритуале нашей веры. Вечером же будет свободное время… Жора, ты ведь не передумал сходить на рыбалку?       — Вовсе нет, ваше величество, — отвечаю чуть поспешно, на что янтарная аликорночка недовольно дёрнула ухом. — Буду только рад поучаствовать.       — Я — тоже, — заявила крылато-рогатая пони, невинно улыбнулась и уточнила: — Вы же не против?       …       После завтрака наша группа, в которую кроме меня и янтарной аликорночки вошли вишнёвая единорожка и маскирующаяся под пегаску чейнджлинг, в сопровождении пары так и не представившихся котжитов-стражников направились к выходу из дворца, где должны были встретиться с Фриггой и остальной охраной нашей принцессы. Однако же без приключений нам не удалось сделать даже этого, так как за полдюжины шагов до занавесок, через которые внутрь проникал дневной свет, в уши ворвался более чем знакомый голос:       — Мря-а-а-а! Спасите меня-а-а! — с этими возгласами белая барс выскочила из-за угла, прыгнула и врезалась мне в грудь, обхватив шею лапами-руками, повиснув словно на столбе. — Жора, женись на мне. Быстро.       — А?.. — изрёк я высокоинтеллектуальный вопрос.       — Чего? — выпучила глаза Баттерфляй.       — А ты не оборзела часом? — крайне вежливо поинтересовалась Шиммер, рог которой не успел погаснуть после осознания, что это не нападение, как вновь вспыхнул магическим свечением. — Слезь с него.       — Не-е-а, — ответила пятнистая белая кошка. — Помоги мне, Жора: на тебя вся надежда!       — Сабира, что ты тут устроила? — вслед за дочерью вошла Сараби, одетая в красные полупрозрачные шаровары, расстёгнутый на груди жёлтый жилет и высокий головной убор, напоминающий белый кокошник.       — Ня устраиваю личную жизнь, — ответила младшая котжитка.       — Шшш… — раздражённо прошипела жена короля, бросила взгляд на стражников и те, не произнеся ни слова, буквально просочились сквозь стены (между кусками красной ткани, из которой они состоят). — Знаешь, что?       Хвост старшей барса, метавшийся из стороны в сторону, остановился и повис позади, после чего она провела ладонями по морде и резко успокоилась. Впрочем, выступившая вперёд Физлпоп оставалась насторожённой, хоть и не спешила ничего предпринимать.       — Мрр? — повернув голову, продолжая использовать меня для висения, подруга скосила взгляд на мать.       «Чего это с ними? Вчера ведь так мило общались. Или валерианки перепили, вот их и несёт?», — скосив вопросительный взгляд на Шиммер, получаю в ответ неопределённое движение головой, что можно расшифровать примерно как «Сам разбирайся».       — Значит, учиться ты не хочешь… — произнесла Сараби.       — Ня хочу учиться, а хочу замуж, — заявила младшая барс.       — Ладно, — жена короля встала в расслабленную позу и посмотрела на меня. — Жора, ты согласен взять на себя эту проблему?       — Вообще-то у меня девушка есть, — отвечаю не задумываясь, тут же переводя внимание на Баттерфляй.       — Ня проблема, — муркнула Сабира. — Возьмём её третьей.       — Так… Что здесь, вообще, происходит? — притопнула копытцем по ковру янтарная аликорночка. — Ваше величество, как это понимать?       — Моя дочь решила разыграть перед своими друзьями сценку, но… слишком заигралась, — ответила старшая котжитка. — Так что, если желаете, можете её наказать по-своему усмотрению.       — Мама! — наконец отпустив мою шею и приземлившись на пол, младшая барс развернулась мордочкой к родительнице и, уперев левую руку-лапку в бедро, правую приложила к груди. — Как это…       — Это политика, дорогая, — невинно ответила Сараби, скрестив лапки-руки на груди. — Принцесса Сансет, вы же не будете слишком строги? Думаю, месячного запрета на морепродукты будет достаточно за этот инцидент. К слову о нём: после посещения пирамиды я приглашаю вас в ресторан «Красный Краб». Всё, разумеется, за счёт короны.       — Меня это устраивает, — величественно кивнула крылато-рогатая пони.       — Злодеи, — повесила ушки ничуть не расстроившаяся котжитка, на одежду которой я только сейчас обратил внимание (голубые шаровары и белый жилет, почти сливающийся с шёрсткой владелицы). — Придётся есть речную рыбу.       — Кхем, — кашлянув в ладошку, старшая барс вернулась к официальному тону. — Ваше высочество, Жора, Баттерфляй и Берритвист, приглашаю вас проследовать со мной и принцессой Сабирой к Пирамиде Сфинксов. По пути мы расскажем вам об исторической и культурной ценности этого сооружения для нашего народа, а также ответим на возникающие вопросы. Однако, прежде чем отправиться на прогулку позвольте узнать: не желаете ли вы посетить… комнату для наблюдения за звёздами, либо же совершить иные дела?       «Ну… Мне, наверное, стоило бы переодеться. Впрочем… вроде не пахну, а помятость можно и потерпеть. Ладно. Остальные молчат, а значит — всё в порядке», — отбросив сомнения, даю отрицательный ответ.       — Чудно, — супруга короля жестом пригласила идти за собой. — Тогда — вперёд в прошлое!       …       Пирамида Сфинксов, как несложно догадаться, была построена создателями мира-тазика (или чаши?). Она имеет четыре угла и ступенчатую форму, но состоит не из каменных блоков, а из монолитного материала, похожего то ли на металл, то ли на кость жёлтого цвета. Внутри сооружения находится просторный пирамидальный зал с наклонными потолками, украшенными барельефами в виде картин, изображающих сфинксов, а также разделённые на несколько этажей коридоры с небольшими комнатами, тянущиеся вдоль внешних стен.       В тяжёлые времена жители Северного Котжита использовали пирамиду и как крепость, и как общежитие, и как склад продовольствия, чему способствовали как её прочность, так и довольно невысокая температура внутри. До сих пор в случае сильной непогоды, вроде угрожающего всему полуострову шторма, котжиты прячутся именно в этом укрытии, способном вместить всё население маленькой страны на непродолжительный срок.       Учитывая, что пирамида была построена высшими, да ещё и древними существами, рисунки коих будто бы говорили, что они присматривают за своими творениями, становится понятно трепетное отношение жителей полуострова к этой достопримечательности. При этом среди самих котжитов не заметно особой религиозности, которая выражалась бы в цитировании священных текстов или строгом соблюдении обрядов.       «Либо котжиты и вправду обходятся без ритуальных действий в повседневной жизни, либо я попросту их не вижу из-за культурных особенностей. На всякий случай — нужно будет вести себя поосторожнее: не хотелось бы из-за незнания нанести местным жителям какое-нибудь оскорбление».