Интегрированный попаданец

      Выйдя из-под сводов пирамиды на дорогу, ведущую в город, из-за жары я ощутил себя словно в сауне. Впрочем, в нашей группе был ещё кое-кто, кому оказалось значительно хуже, что она тут же и продемонстрировала.       — А… Солнце, — прикрыв голову крылом, Фригга остановилась на пороге сооружения сфинксов, явно борясь с желанием снова нырнуть в тень, но после непродолжительных колебаний всё же зашагала вперёд. — Я ведь почти забыла, насколько тут жарко днём.       «Реакция прямо как у киношного вампира. Хотя — нет. Тут ближе будет Дед Мороз, который хотел посмотреть лето. Или же Снегурочка? Она ведь вообще растаяла, когда через костёр прыгала. Хм… Снекурочка. Хе-хе. Но вслух я этого не скажу: ибо — боязно», — промелькнувшие в моей голове ассоциации вызвали вспышку веселья, что в свою очередь породило любопытство у одних спутниц, а также подозрительность у другой.       — Босс, у меня такое чувство, словно ты подумал обо мне что-то нехорошее, — поделилась своими соображениями грифина, несмотря на жару и её последствия для себя, остающаяся крупной и опасной хищницей.       — С чего ты это взяла? — обернулась на подругу-соперницу Баттерфляй. — Может быть, Жора думал обо мне.       На последних словах перевёртыш игриво подмигнула, что совершенно не впечатлило птицу-тигрицу.       «Выбросить из головы Снекурочку. Фу таким быть! Ещё ляпну ненароком…», — не без усилий, но мне удалось переключиться на более конструктивные мысли, направленные на способ как-то помочь подруге.       — Сансет, у тебя, совершенно случайно, нет в арсенале охлаждающей магии? — слегка повысив голос, ускоряю шаг, чтобы поравняться с янтарной аликорночкой.       — Кое-что есть, — после непродолжительного молчания, призналась принцесса, но прежде чем я успел её о чём-то попросить, уточнила: — Ты уверен, что Фригге гордость позволит принять помощь от пони? Для грифонов, Жора, зависеть от кого-то — очень неприятно.       — Фригга, что скажешь? — повернув голову, скашиваю взгляд на свою защитницу, что высоко подняла голову и постаралась выглядеть невозмутимо, но жара всё же сказывалась и эффект смазывался эмоциями. — Если я прикажу?       — Прикажешь? — переспросила Шиммер, вскинув одно ухо и прижав другое, словно опасалась упустить мой ответ.       — Я же «босс», — пожимаю плечами, обращаясь к крылато-рогатой пони. — Фригга — мой телохранитель. Если жара мешает ей исполнять свои обязанности — я должен принять меры, чтобы это исправить. Ради моей же безопасности.       «Хотя мне и непонятно, почему Снекурочка… Да плоский хлебушек же! Надо ж было об этом подумать», — вспышка досады смешалась с одобрением, удивлением, а затем и чувством вины.       — Ваше высочество, не могли бы вы мне помочь? — спросила грифина, смотря точно на Сансет. — Я была бы крайне признательна за какое-нибудь охлаждающее заклинание.       «А вот, похоже, причина, по которой Фригга не хотела просить. Всё же это для меня принцесса — подруга, а вот для неё — дочь соправительницы Эквестрии… или что-то подобное. Ну и гордость, определённо, играла не последнюю роль», — пока в моей голове всё это укладывалось — наша группа остановилась, и Шиммер развернулась к полыхающей смешанными чувствами птице-тигрице.       — Это не совсем охлаждающее заклинание, скорее уж поглощающее тепло… Но разницы ты почувствовать не должна, — говоря это, янтарная аликорночка наклонила голову, и от её рога к крылатой хищнице протянулась тонкая нить, расползшаяся по шкуре золотистой плёнкой, ставшей совершенно прозрачной спустя пару ударов сердца. — Этим заклинанием я пользовалась давно… когда училась обращаться с огнём. Так что, если почувствуешь дискомфорт — сообщи мне.       «Стоило бы так сделать сразу», — констатировал мой внутренний скептик.       — Я об этом не подумала, — будто бы прочитав мои мысли, ответила Сансет, тут же хмыкнув и добавив: — Нет, я всё ещё не читаю твои мысли.       — Всё-всё-всё… — подняв руки в защитном жесте, с напускным возмущением произношу: — Хватит топтаться по моей самооценке. Никогда не буду играть с пони в покер.       — Покер? — заинтересовалась Сараби. — Это новая игра? Жора, может быть расскажешь об этом подробнее, пока мы идём обратно?       — Хм… Хорошо, — отвечаю старшей барсу, состроившей умильную мордашку. — Если никто не против.       — Ня — за! — вскинула лапку-руку Сабира.       — Мы не возражаем, — приподняв уголки губ, взмахнула ушами Баттерфляй, тогда как Шиммер хмыкнула нечто утвердительное.       …       К моменту нашего возвращения в Муриме царили мир и покой: время от времени по верхним ярусам пробегал кто-то из котжитов (чаще всего — котята), но улицы в большинстве своём пустовали. Впрочем, тут и там виднелись раскрытые занавесы, над коими висели таблички с зелёными смайлами, откуда доносились голоса и распространялись разные ароматы, что разрушало иллюзию запустения.       Сараби уверенно провела нас в заведение, находящееся на первом этаже шестигранной башни фиолетового цвета, на стенах коей красовались яркие рыбки, осьминоги, устрицы. Смайл на входе гостеприимно улыбался, хотя тканевая дверь была задёрнута.       Внутри нас ожидал просторный зал, утопающий в полумраке, пол коего находился на пару ступенек ниже дороги. Здесь не было ковров, а от гладкого камня под ногами ощутимо тянуло прохладой, деревянные прямоугольные столики на коротких ножках выглядели массивными, а вокруг них лежали подушки, похожие на большие разноцветные ватрушки.       Не успели мои глаза полностью приспособиться к освещению — рядом будто бы материализовалась жёлто-красная молодая котжитка, одетая только в плетёную шляпу с огромными полями, украшенную цветами, ракушками, какими-то камушками и жемчугом. Наших проводниц она сразу узнала и явно им обрадовалась, что выражалось как в ощущаемых эмоциях, так и во вставшем трубой пушистом полосатом хвосте, словно мачта возвышающемся над краем головного убора. Впрочем, несмотря на присутствие членов королевской семьи, основное её внимание оказалось захвачено нами, чего кошка даже не пыталась замаскировать.       «Только мне хочется потрепать её по голове и кинуть клубок?», — вспыхнула мысль на краю сознания, а воображение тут же нарисовало шар пряжи размером с футбольный мяч, который большой котёнок гоняет по квартире.       …Достаточно большого стола, чтобы за ним уместилась вся наша компания в ресторане не было, но официантка решила эту проблему просто сдвинув два соседних. Пока мы рассаживались на подушках, оказавшихся мягкими и упругими, а также довольно широкими, из-за чего я смог усесться, скрестив перед собой ноги, жена короля сделала заказ и теперь предвкушающе топорщила вибриссы.       «Хм… А ведь котжитки — девушки, которым идут усы», — постучалась в мою голову неожиданная мысль, вызвавшая вспышку веселья.       — Это место выглядит необычно, — заговорила Сансет, осматривая довольно простую и слишком уж блёклую для Мурима обстановку (всё же за время пребывания здесь, не только у меня сложилось мнение о любви котжитов к пёстрым краскам).       — Лазурная Ракушка — место для гуррманов, — подняв указательный палец правой лапки-руки, старшая барс добавила заговорщическим тоном: — А ещё — это одно из мест, где готовят на собственной кухне.       — Здесь можно снять комнату и заказать другие услуги, — в свою очередь добавила Сабира, изобразив на мордочке мечтательное выражение.       — Не думаю, что нашим гостям это будет интересно, — вновь перехватила инициативу Сараби, при этом явно ожидая уточняющих вопросов, которые не замедлили прозвучать.       — О каких услугах идёт речь? — навострила ушки Баттерфляй, опередив хотевшую было открыть рот Шиммер.       — Местные работники сопровождают гостей города, умеют петь, танцевать, могут составить компанию за настольными играми… — начала перечислять жена Муэрто, замолчав, когда к столу подбежала официантка, принёсшая сразу два подноса с угощениями. — Мр… А вот и наш заказ. Первая его часть.       — Остальное я буду подносить по мере готовности, ваше величество, — изобразила поклон юная котжитка. — Если вам понадобится что-то ещё — позвоните в колокольчик.       Последние слова кошка произнесла, глядя точно на Фриггу, демонстративно дёрнув за свисающий с потолка красный шнурок, оканчивающийся пушистой кисточкой. Однако, прежде чем грифина успела ответить — официантка поспешно ретировалась, вильнув напоследок хвостом.       — Если желаете освежиться — очень рекомендую молочно-ягодный коктейль, — подняв с одного из подносов нечто, одновременно напоминающее мне и кокос, и ананас, в который была вставлена довольно толстая трубочка, старшая барс взвесила его на ладони. — Последний урожай собрали в начале этого месяца, так что вкус особенно насыщенный.       — А ня советую начать вот с этого, — Сабира взяла в левую ладонь деревянную миску, заполненную какими-то шариками из теста, обсыпанными чем-то вроде красного перца. — И лучше всего есть их вместе с этим.       На последних словах младшая котжитка поставила рядом с собой розетку с соусом, затем вооружилась деревянными щипчиками и схватила ими первую «жертву». От того, с каким видом она сперва окунула шарик в соус, а затем отправила его в рот, зажмурившись и начав урчать, помахивая ушами в такт работе челюстей, у меня самого во рту образовалась слюна.       …А потом бывшая посол ещё и облизнула губы, ехидно сверкнув глазами из-под прикрытых век.       «Надеюсь, меня от этого не пронесёт. В конце концов — червячками я уже закусывал», — с этими мыслями переношу поближе к себе анонасококос (нужно будет узнать, как он называется на самом деле), а также миску с розеткой.       — Жора, скажи «А», — попросила Баттерфляй, толкнув меня локтем в бок.       — А… — хотел было спросить я, но едва успел повернуть голову — мне в губы толкнулся сдобный шарик, смоченный в сладком соусе.       Маскирующаяся под пегаску чейнджлинг удерживала щипчики копытцем, примагнитив их так, чтобы они находились параллельно подошве. Её ушки, развёрнутые в мою сторону, стояли торчком, глаза были прищурены, между губ высовывался кончик прикушенного языка.       Не став сопротивляться, ну или же отстраняться, беру зубами угощение и начинаю жевать. В голове промелькнула ехидная мысль, что меня решили использовать как подопытного, сменившаяся образом из какого-то мультфильма, виденного ещё до потери зрения.       «Что-то кисло-сладко-острое снаружи и мясное внутри. Или не мясное? Не пойму», — пока я размышлял, медленно жуя котжитского Колобка, до своих порций добрались и пони с грифиной.       — Очень… интересный вкус, — заметила Сансет, бросив на меня с Баттерфляй быстрый взгляд, определить который я не успел (видимо, поведение подруги ей не понравилось). — Что это?       «Всё же мы представляем Эквестрию… вроде бы. Так что — нужно вести себя менее раскованно», — проглотив пережёванный шарик, многозначительно смотрю на жёлтую пегаску, которая на это ответила совершенно невинным выражением.       — Запечённые улитки, — отозвалась Сараби. — Правда вкусные? Буквально таят на языке.       «Улитки…», — эхом прозвучало у меня в голове, после чего я неспешно взял анонасококос и, обхватив жёсткую трубку губами, сделал большой глоток.       Рот наполнил прохладный напиток, похожий на клубничное молоко: одновременно сладкий и освежающий. Воображение нарисовало картину того, как в этот плод заталкивают ягоды, чтобы затем каким-то образом взболтать-перемешать содержимое.       «Хотя, скорее уж они заливают туда сок», — память подкинула историю о приготовлении арбузной водки, но я от неё отмахнулся, концентрируясь на настоящих событиях.       — Вкусно, — произношу вслух. — А что ещё тут готовят?