Визирь

      На входе в тюремную башню, где был организован полноценный пропускной пункт с досмотром, Грим задержался на десяток минут: прибывший капитан узнал его, но до тех пор пока подчинённые не забрали оружие и артефакты, а затем и использовали магические устройства, должные распознать подмену, стоял за установленной поперёк прохода решёткой и молча ждал. Но вот процедуры завершились, щёлкнули запоры и дверь открылась, позволяя пройти за следующий рубеж обороны.       - Командующий Грим, рад вас видеть, - расплылся в услужливой улыбке салатовый земнопони в чёрной форме. - Прошу простить за неудобства: приказ императора.       - Понимаю, - "меченый" только кивнул на это, взглядом скользнув по паре охранников, которые остались по ту сторону решётки, а затем по кобыле и двум жеребцам, сопровождающим своего капитана как личная свита. - Рад, что вы столь серьёзно и оперативно взялись за исполнение указаний. Тем более - сейчас.       - Когда же, если не сейчас? - развёл руками собеседник, буквально лучащийся удовольствием от похвалы. - Тем более, работы у нас не много, так что и свободных рук хватает... Но что это я? Не желаете немного передохнуть и перекусить? Если что, то мой кабинет - в вашем полном распоряжении.       "Издевается? Не похоже. Пускать постороннего в место, где должна храниться секретная информация, даже если этот посторонний... Ну да", - командующий СОКИ мысленно скривился.       - Нет, благодарю, - сохраняя на морде невозмутимость, Грим внимательно посмотрел в глаза собеседнику, слегка надавливая своей магией (пусть это и не было гипнозом, либо же каким-то чрезвычайно сложным навыком, но позволяло навязывать свою точку зрения с куда большей эффективностью, нежели просто словами). - Я здесь по очень важному делу.       - Да-да, конечно, - закивал начальник тюрьмы, опуская глаза и понятливо кивая. - Вы к пленнице, которую недавно доставили? Мы поместили её в камеру удержания опасных существ. Как и было приказано.       "Болтун - находка для шпиона", - вновь мысленно скривился "меченый".       - Вы угадали, капитан, - сохраняя ровный тон, что давалось командующему СОКИ не так уж и легко из-за бушующих в душе эмоций, он приказал: - Мне нужно её осмотреть. Это возможно устроить?       - Разумеется, - салатовый кристалиец повернулся к подчинённым. - Чиз, проводи господина Грима к первой камере седьмого этажа.       - Следуйте за мной, сэр, - подал голос жёлтый земнопони в чёрной униформе, на поясе коего взгляд "меченого" зацепился за небольшой жезл из кристалла, дубинку и артефакт индивидуального щита.       - Я бы выделил вам больше охраны, но правила... - капитан тюрьмы снова повернулся к посетителю, виновато улыбаясь. - Но не волнуйтесь: наверху вас встретят дежурные.       - Благодарю за беспокойство, - командующий СОКИ изобразил на морде дружелюбное выражение. - Я передам императору, насколько успешно вы выполнили его поручения.       - Что вы, - попытался продемонстрировать скромность салатовый земнопони. - Это же мой долг. Для меня честь служить Кристальной Империи!       "Если бы ты не светился от предвкушения, это звучало бы более убедительно", - впрочем, вслух Грим этого, разумеется, не сказал, а лишь молча проследовал к лестничной шахте вслед за жёлтым кристалийцем.       ...       Облако тьмы хлынуло во все стороны, стремясь заполнить собой всё помещение мастерской-лаборатории, но лишь наткнулось на невидимую защиту, создаваемую ритуалом шаманки. Красные глаза, лучившиеся голодом и довольством вспыхнули яростью, после чего по ушам ударил оглушительный визг.       "У меня в голове что-то лопнуло", - пронеслась мысль в разуме Каденс, ушки которой прижались к затылку (пришлось приложить немало волевых усилий, чтобы не зажать их ладонями... так как руки требовалось держать раскрытыми ладонями в сторону беснующихся в ловушке теней).       - Я почти её нашла; не сдавайся - ты сильна! - донёсся до принцессы любви голос Моры, но вот понять того, к кому обращены эти слова нежно-розовая аликорница не смогла.       "Нашла? Кого нашла? Разве мы призывали не Айси?", - вопросы заметались в черепной коробке, которую будто бы раздувало изнутри от очередного визга из центра переплетающихся теней.       - ...Больно... Мне больно... - донеслись до ушей чьи-то всхлипы, а уже спустя секунду, потребовавшуюся тренированной памяти, крылато-рогатая пони ощутила как шёрстка на спине встаёт дыбом.       - Мама? - это слово сорвалось с губ само собой, будто бы тело вовсе не подчинялось своей хозяйке.       - ...Кто...? - всхлипы прервались, а в голосе послышалось удивление, смешанное с непониманием. - Кто здесь? Отзовись!       "Этого не может быть: здесь какой-то обман. Но вдруг?.. Если есть хоть малейшая надежда...", - в горле возник горький ком, в груди защемила глухая боль, а перед внутренним взором стали мелькать образы, которые не сразу удалось отогнать.       Помещение вокруг словно бы перестало существовать, оставив вместо себя небольшой участок пола с непроницаемой тьмой, а впереди вновь и вновь мелькали размытые силуэты, будто бы танцующие под безумную музыку. Но вот два красных глаза вперили свой взор в принцессу любви, а до ушей донёсся голос, куда более громкий и узнаваемый чем прежде.       - Кто ты? Ты пришла за мной?       Прижав к спине крылья, нежно-розовая аликорница закусила нижнюю губу, чувствуя как начинают дрожать руки и коленки. Она понимала, что этого не может быть, но в тени перед собой видела...       - Каденс... это ты? Это правда ты?       "Ты не мама; ты не мама; ты не мама...", - раз за разом повторяла себе крылато-рогатая пони.       - Как же ты выросла... Ты пришла за мной? - в голосе звучали радость и надежда, которые тысячей острых клинков вонзались в грудь, пробуждая давно и надёжно оставленные в прошлом эмоции. - Каденс, Сомбра хорошо с тобой обращался? Ответь же мне, дочка...       "Да, мама... Сомбра хорошо обо мне заботился... И... Я люблю его, а потому... Прости", - слёзы заструились из уголков глаз, расчерчивая мордочку влажными дорожками, но не было возможности их стереть, как и не хватало сил воли сдержаться.       - Почему ты плачешь, дорогая? - голос тени был встревоженным, а взгляд красных глаз заглядывал в самую душу. - Только не говори, что он обижал тебя...       "Нет, мама, всё хорошо", - дыхание принцессы любви сбилось, но она продолжала стоять неподвижно.       - Помоги мне, дочка... мне больно... - в голос вернулись всхлипывающие нотки. - Помоги... Ты же пришла за мной?       Каденс хотела бы заткнуть уши, зажмурить глаза, а ещё лучше - свернуться клубком и укутаться крыльями, но вместо этого продолжала стоять и смотреть, через боль впитывая каждый образ и каждый звук.       - Почему ты молчишь? Или... ты больше не любишь меня? - на этот раз слова тени полнились болью и страхом, а образ протянутой навстречу руки дрогнул. - Ты пришла не спасти... Ты пришла, чтобы поиздеваться надо мной? Какая же ты...       "Нет, мама... Я люблю тебя. Но... ты - не она", - шумно выдохнув, нежно-розовая аликорница собралась с мыслями, начав забивать свою голову обрывками мыслей на самые разные темы.       Вновь раздался оглушительный визг, но на этот раз в нём ощущалась бессильная ярость, а образ из детства вновь стал бесформенным облаком. Лаборатория рывком вернула свои обычные размеры, ну а глаза резанула боль, вызванная яркой вспышкой.       - Тьма с души её сошла; тень опять подчинена, - устало выдохнула полосатая кобыла, развеивая чары.       Силуэт, состоящий из чёрного дыма, лежал на том месте, где недавно находилось тело Айси. Под взглядами участвовавших в ритуале кобыл, призванная постепенно побелела, одновременно с этим будто бы становясь плотной, затем открыла глаза и спросила:       - Где я? Что случилось?       - У нас получилось? - на всякий случай уточнила нежно-розовая аликорница, опуская руки и чувствуя, насколько же её измотало произошедшее.       - Если бы в полной силе я была, справилась бы и сама, - отозвалась Мора, на шёрстке коей поблёскивали капельки влаги. - Всё закончилось, сестра: я тобой впечатлена.       - Мне кто-нибудь объяснит, что здесь, вообще, происходит? - сверкая алыми глазами без разделения на зрачок, радужку и белок, белая пегаска приняла сидячее положение, плотнее прижав к себе крылья и обхватив торс руками. - Каденс?.. Я помню как мы сражались с... А потом огонь, боль и...       - Айси, - позвала принцесса любви, привлекая внимание подруги к себе. - Я рада, что ты вернулась к нам.       Нежно-розовая аликорница вымученно улыбнулась, поймав разрешающий кивок шаманки, пересекла незримую черту, а затем обняла белую крылатую пони. Это было похоже на ощущение от прикосновения к шарику, прохладному и упругому...       - Каденс? - душа "меченой" ощущала приятное тепло и силу, вливающуюся в неё через прикосновение, но тренировки под контролем Сомбры не прошли даром и она не впала в ступор, вместо этого постаралась отодвинуть от себя принцессу, почти испуганно посмотрев ей в глаза. - Н-не делай так. И скажи... Я... умерла?       Крылато-рогатая пони молча кивнула, послушно отступая обратно.       - Блеск, - летунья зарылась пальцами рук в гриву, одновременно с тем стараясь сжаться. - И что теперь делать?       Взгляд Айси переместился с понурившейся Каденс на Мору, и тут шаманка снова заговорила:       - Сестра, тебе стоит отдохнуть - ты прошла не лёгкий путь. Я сама всё объясню: будь спокойна - я смогу.       - Айси?.. - неуверенно спросила принцесса любви.       - Я в порядке... Насколько это может быть, - "меченая" неуверенно улыбнулась, прикрыв глаза. - Тебе действительно нужно отдохнуть: выглядишь ты ужасно. А когда тебе такое заявляет призрак - это что-то да значит.       Улыбнувшись в ответ, крылато-рогатая пони благодарно кивнула зебре, после чего посмотрела на Твайлайт, продолжающую стоять на своей части рисунка, но уже прервавшую поток магии. Кивнув и ей, принцесса взглядом указала туда, где продолжала сидеть Тала.       Четвероногая кобылка вопросительно взглянула на Мору, а получив от неё разрешающий жест, торопливо поцокала к лани, уже почти восстановившейся после применения собственных сил.       ...       На седьмом этаже тюремной башни царили тишина и полумрак. Четверо стражников, двое из которых стояли у камеры единственной заключённой, а остальные сидели на скамье у стены, поспешили вытянуться по стойке "смирно" перед прибывшими. Получив разрешение от сопровождающего Грима, они открыли дверь и проводили "меченого" в тёмное помещение, где единственным источником света был переносной фонарь в руках одного из жеребцов.       - Сэр, вот она, - объявил очевидную вещь работник тюрьмы, указывая на чёрную крылато-рогатую кобылу, руки и ноги которой были надёжно скованы, а сама она лежала на полу, на тонком матрасе. - В сознание так и не приходила.       - Понятно, - кивнул командир СОКИ. - Оставьте нас.       Стражники переглянулись и один из них произнёс:       - Простите, сэр, но - не положено. Инструкции...       - Чиз останется со мной, - нетерпеливо отмахнулся Грим. - У меня своё задание и лишние свидетели моих действий не нужны. Я понятно выражаюсь?       На этот раз никто спорить не стал: четверо воинов, пусть и не слишком охотно, всё же вышли за дверь, закрыв её за собой. Щёлкнул замок...       В свете тусклого фонаря, лежащая на полу аликорница уже не выглядела столь уж страшной и грозной, что, впрочем, могло быть следствием работы блокирующих магию кандалов. Она казалась худой, почти истощённой, но даже так тело, будто бы впитывающее в себя свет, оставалось красивым...       - Сэр, могу я узнать, что вы собираетесь делать? - нарушил затянувшуюся тишину жёлтый кристалиец.       - Для начала - изнасилую её, - потерев подбородок, заявил "меченый". - Что? А... Хочешь быть первым.       - Н-нет, сэр, - испуганно отозвался стражник, отшатываясь на шаг и поднимая руки в останавливающем жесте. - Правила...       - Шучу я, - дёрнув плечом, хмуро произнёс командующий СОКИ. - Ты за кого меня, вообще, принял?       Секунду воин стоял, пытаясь собраться с мыслями, затем опустил руки и ответил:       - Простите, сэр. Я... удивился.       "На то и расчёт", - мысленно хмыкнул Грим.       - Скажи, Чиз, у тебя есть семья, любимая? - присев на корточки перед аликорницей, "меченый" всмотрелся в её мордочку, выражающую полную безмятежность. - А ведь красивая... тварь. И кого-то она мне напоминает. Ну?       - А? - жёлтый земнопони почесал шею правой рукой. - Да, сэр. Я женился... во время перехода.       - Поздравляю, - улыбнулся командующий СОКИ, кончиками пальцев прикоснувшись к мерно вздымающейся груди чёрной кобылы на уровне сердца. - Поднеси-ка фонарь к её морде... Ближе...       - Так? - воин наклонился над телом пленницы, полностью сконцентрировавшись на ней, а потому не заметил текучего движения "меченого", который нанёс всего один удар.       - Нужно всегда носить шлем, боец, - подхватив оседающее тело, Грим уложил его на пол, а затем снял с пояса артефактный жезл. - Ты бы меня понял, оказавшись на моём месте.       Обмотка с рукояти была снята быстро, после чего командующий СОКИ удовлетворённо хмыкнул: конец, за который предполагалось держаться, оказался острым. Только вот улыбка тут же сошла с его морды, стоило опустить взгляд обратно на чёрную аликорницу, чтобы в свете упавшего на пол фонаря, встретиться взглядом с её открытыми глазами...