Визирь

      "Я не герой, но от чего меня тянет поступать как один из них?", - этот вопрос не прекращал всплывать в голове Джафара всё то время, пока он шёл от лагеря лесных экв к Понивиллю, который после захвата так и не был переименован (олени почему-то вовсе не уделили внимания этому вопросу, словно бы таким образом старались не дать пленникам забыть прошлое, чтобы им тяжелее было жить в настоящем).       Здраво обдумав ситуацию, взвесив несколько различных точек зрения, бывший визирь пришёл к выводу о том, что будет минимум недальновидно упустить возможность обзавестись хотя бы сторонниками. Он, конечно же, мог бы просто забрать то, что считал необходимым для возвращения и уйти, но таким образом вместо благодарных должников получил бы минимум враждебно настроенных разумных, которые при определённом стечении обстоятельств могут нанести ответный визит вежливости.       "Не стоит оставлять за спиной врагов, как и плодить недоброжелателей на пустом месте. А раз с оленями наши интересы так и так расходятся, то почему бы не убить двух зайцев одним ударом?", - чем дольше тёмно-серый единорог обдумывал эту идею, тем сильнее в нём крепло осознание, что быть относительно благородным и условно доблестным в данном случае выгодно (нужно лишь не отказываться от благодарности, как это описывают в героических сказках для малышей).       Тем временем пока Свити Белль и Даймонд Тиара показывали Сомбре путь через лес, ведя его явно не самой короткой дорогой, Эпплблум и Сильверспун успели сбегать к соседнему лагерю, чтобы привести подкрепление. В результате, к опушке Вечнодикого леса они подошли на закате... почти одновременно.       - Хм? - жеребец иронично изогнув брови бросил взгляд на переминающуюся неподалёку от него с ноги на ногу белую единорожку.       - М-мы не спешили... и вы сказали, что мы должны успеть к темноте... - невнятно пролепетала молодая волшебница, сжимая в руках нижний край зелёной куртки, которую надела поверх плотной серой футболки.       Было заметно, что эква боится, но при этом не считает себя виноватой. Впрочем, Джафар и не думал о том, чтобы наказывать её за то, что она нашла лазейку в его приказе. В какой-то степени это даже порадовало, так как демонстрировало наличие не только смазливой мордашки, неплохой фигуры (которую кобылка безуспешно скрывала мешковатой одеждой), но и ума с характером.       - Это и есть ваш "шанс"?.. - прозвучал голос более взрослой эквы со стороны второй прибывшей группы, в которой кроме нескольких знакомых по первому лагерю кобылок, вооружённых луками и копьями, находились десять более воинственных особ.       три единорожки с пеньками вместо рогов, две пегаски с подрезанными крыльями, ну и пять земно... экв? Бывший визирь сомневался, что слово "земноэква" вообще существует, а потому даже мысленно старался называть их более привычным словом "земнопони". Одеты они были в серые, коричневые, зелёные и чёрные рубашки, штаны, куртки, у нескольких имелось некое подобие доспехов, явно не подходящих владелицам по фигуре, и каждая держала в руках какое-либо оружие.       - Как-то он не впечатляет, - с сомнением произнесла зелёная единорожка, крайне недружелюбно глядя на императора, возвышающегося над ней на полторы головы.       "Я очень надеюсь, что эти отряды сопротивления - не всё, что могут противопоставить оленям пони. Видно, что выживать они научились, а сражаться ещё только учатся, но... лесные разбойники из моего мира выглядят более грозной силой. Впрочем, может быть это следствие многих веков мирной жизни?", - как-то отвечать на провокацию тёмно-серый единорог не стал, предпочтя сделать вид, что попросту ничего не услышал.       - Ему вообще можно доверять? - спросила у жёлтой кобылки с красной гривой красная земная эква с зелёными волосами, во всей позе коей читалась откровенная опаска.       - Нужно было дождаться, пока подтянутся эквы из других лагерей, - проворчала ещё одна обладательница зелёной шкуры, но на этот раз с крыльями.       - Я же вам говорила... кто он, - буквально зашипела на соратниц Эпплблум, бросая на Сомбру нервные взгляды. - Он расправился с отрядом загонщиков прежде того, как я успела моргнуть...       Жеребца даже умилило то, насколько рьяно почти незнакомая кобылка бросается на его защиту, так что на миг в душе появилось желание потрепать её по макушке. В то же время Свити Белль, осмелившаяся подойти поближе, тактично попыталась объяснить то, что они просто не видели, на что Джафар способен.       "У моего тёзки настолько хорошая репутация, что даже через тысячу лет после его изгнания пони... эквы считают, что он готов убивать за один факт того, что кто-то усомнился в его силах? Хотел бы я с ним пообщаться: если он не безумец, то мы нашли бы общий язык", - выкинув из головы бессмысленные мысли бывший визирь отметил, что небо заметно потемнело, так что через промежутки между ветвями даже удалось увидеть парочку звёзд.       - Мы всё поняли, - подняла руки в останавливающем жесте красная земнопони... эква. - Может быть прекратишь петь дифирамбы этому молчуну и вы наконец-то расскажете свой план? Предупреждаю, что если он нам не понравится - мы уйдём... и вам в этом самоубийстве участвовать не позволим.       "Неужели я услышал здравую мысль? Браво: но правильнее было бы вместо споров сразу узнать свою роль в операции", - после некоторых размышлений тёмно-серый единорог понял, что старшие кобылы, по всей видимости уже побывавшие в руках оленей, но каким-то образом сумевшие сбежать (если их специально не отпустили для устрашения... или какой-то другой цели), пришли на место сбора исключительно ради того, чтобы не дать молодым подругам совершить какую-нибудь глупость.       - Вы будете ждать здесь, а я пойду туда и всё сделаю, - впервые заговорил с так и не представившимися эквами Сомбра, решивший, что стало достаточно темно.       - Ты себя кем вообразил?.. - вскинулась зелёная пегаска.       - Ждите сигнала, - махнув рукой на спорщиц, император шагнул в сторону Понивилля и применил свою "метку", став невидимым и неслышимым, на что в условиях низкой видимости тратилось заметно меньше сил.       Позади раздались взволнованные возгласы, которые почти перерасли в новый виток спора, в котором одна сторона требовала быстрее бежать отсюда, а вторая утверждала, что нужно остаться и ждать. К счастью для экв, их лидеры сумели навести подобие порядка в рядах своих подчинённых, после чего тишину наступившей ночи уже ничто не нарушало.       "Я не удивлюсь тому если вдруг выяснится, что некоторое количество представительниц порабощённого народа олени специально отпускают, чтобы было на кого охотиться. А ведь раньше мне казалось, что воинственность из пони окончательно не сможет вытравить даже магия", - выскользнув из-под крон крайних деревьев, тёмно-серый единорог замер глядя на представший его взору замок из кристалла, стены коего серебрились в лунном свете, устремляясь к небу похожими на ветви дерева башнями, окружающими основной "ствол".       Вспомнив архитектуру Кристальной Империи, как старой так и новой, Сомбра был вынужден признать, что решив ограничиться башнями они... многое потеряли. Всё же сколько бы углов и какого бы цвета ни была башня, она слишком похожа на десятки подобных ей, что значительно обесценивает индивидуальную красоту.       "Пожалуй, вернувшись домой мне стоит приказать построить несколько дворцов, ну или других зданий с куполами, арками и подобными изысками. Хм... Нашёл когда об этом думать", - досадливо поморщившись, жеребец быстро зашагал к городу, для чего ему пришлось миновать небольшую реку, через которую был перекинут деревянный мост, охраняемый парой оленей в кирасах и с секирами.       Двурогие воины выглядели внушительно: ростом они не уступали императору, а их мускулатуру не могла скрыть даже свободная светло-серая одежда, сшитая из какой-то тонкой ткани. На поясах у них висели дубинки, на которые были надеты тканевые чехлы, длинные рукояти секир же использовались как подпорки, но опытный взгляд всё же позволил определить, что в любой момент расслабленные здоровяки могут изготовиться к бою.       Прислушавшись к негромкому разговору стражников, которые обсуждали то, куда отправятся после смены, Джафар узнал о том, что пропавший отряд загонщиков и не думают искать. Более того: убитым им оленям завидовали, так как считали что те, настигнув свою добычу решили развлечься со "свежим мясом", а потому и не торопятся назад.       - Если повезёт, то они и на огрызающуюся добычу наткнутся, - вздохнул левый из двурогих жеребцов.       - Вряд ли, - не согласился его напарник. - Это при власти пони тут хищники расплодились. Охотники за последнюю пару лет почти всех вывели...       Не став специально задерживаться на мосту, бывший визирь применил "обман" для того, чтобы увидеть краткий путь до ближайшего аликорна, после чего со спокойной совестью вошёл в город. Ему следовало двигаться к замку, который стоял несколько на отшибе, чем ещё раз выделялся из общего фона Понивилля, где домики жались друг к другу, при этом умудряясь оставлять между собой вполне широкие дороги.       Несмотря на то, что уже царила ночь, город не спешил спать: в окнах горел свет, по улицам ходили же... эквины, выглядящие вполне довольными жизнью, а также эквы, одетые в ошейники красного и чёрного цветов, а иногда и сбрую, которая ничего не скрывала, но стесняла движения. Кроме того там и тут были видны олени, большинство из коих являлись вооружёнными воинами, помимо дубинок на поясах носящими с собой мечи, топоры или кинжалы, а меньшинство ходило в богатых одеждах торговцев, либо традиционных нарядах шаманов.       Во дворах домов, у которых имелись небольшие огороженные участки земли, либо перед дверями жилищ, которые подобной роскошью не обладали нередко лежали крупные лохматые псы, очень похожие на убитых тёмно-серым единорогом вместе с охотниками. Животные были явно не дикоративными, судя по всему хорошо брали след, а кроме того могли помочь хозяину в бою, так как обладали внушительными клыками, когтями и мускулатурой.       Несколько раз тёмно-серый единорог видел то, как экв насиловали прямо на улице, для этого затащив в подворотню либо уложив на траву перед домом, при этом олени не стеснялись отнимать живые игрушки у эквинов, которые либо с подобострастными улыбками отступали, либо получали дубинкой по хребту и всё равно уступали. Таким образом очевидным становилось разделение на слои общества, элитой в котором являлись захватчики, эквины играли роль прислуги, ну а эквы... и парочка ланей, считались живыми вещами.       "А ведь у единорогов рога не сломаны, да и у пегасов крылья целые, но они и не думают оказывать сопротивление. Впрочем, среди этих... жеребцов... не видно тех, кто могли бы считаться воинами", - с брезгливостью посмотрев на подростка, активно пыхтящего на кобыле, которая стояла перед ним на коленях и опиралась на локти, Сомбра ощутил мимолётное желание срубить одну рогатую голову, так как прямого родства между этой парочкой было сложно не увидеть, а для сестры эква была слишком зрелой (то, что за этим наблюдали ещё двое пони и трое оленей, подбадривающих "мальца", ситуацию делало только неприятнее).       Справедливости ради следовало заметить, что совокуплением в том или ином виде занимались не более четверти встреченных жителей города, а вот о тех, кто находились в домах Джафар ничего сказать не мог. Многие воины пили, шумно спорили, играли в какие-то игры на столах, вытащенных под открытое небо, боролись или дрались на кулаках, в то время как часть эквинов старалась им услужить. В одном дворе олень дрессировал пса, натаскивая его на поиск прячущейся среди кустов земноэквы...       "Не только на поиск", - констатировал бывший визирь, наконец придя к выводу о том, что видел достаточно.       "Я быстрее звука", - мысленно отдал команду своей метке тёмно-серый единорог, уже в следующую секунду оказываясь за пределами улиц Понивилля...       ...       Вблизи замок оказался ещё больше чем казалось прежде: не резиденция правящей династии в старой Кристальной Империи, но и не Императорская Башня в новом городе. Хотя, если убрать все "ветви", то масштабы были как раз сопоставимы, но...       "Я хочу себе этого кристаллурга, который сумел вырастить подобное сооружение. Если же олени его убили, то жить им придётся долго, но не очень счастливо", - при помощи "метки" миновав закрытые ворота, которые охраняла ещё одна пара стражей, демонстрирующих завидную дисциплинированность, бывший визирь отменил нематериальность уже находясь в просторном холлее, откуда вверх вели сразу четыре лестницы, а в разные коридоры и комнаты - шесть дверей.       Если бы не возможность увидеть путь к ближайшему аликорну при помощи обмана собственных глаз, то бродить по разным переходам тёмно-серый единорог мог долго. К счастью освещение в большинстве помещений было погашено, либо ограничивалось одним-двумя тусклыми светильниками, а слуги и стража предпочитали сидеть по комнатам, занимаясь более интересными делами. Однако же прежде чем продолжать свой путь, император был вынужден задержаться в одной из тёмных ниш, восстанавливая свои силы до приемлемого уровня (как же не хватало Твайлайт с её неистощимым запасом магии).       В одной из комнат на третьем этаже, куда Джафара привела его сила, он застал ожидаемую, но в то же время пробуждающую ярость картину: фиолетовая аликорница, одетая в какую-то сбрую из кожаных ремней, едва касаясь ногами пола висела на крюке, свисающем с потолка, зацепленном за скованные вместе и вывернутые назад руки. Её рог и крылья тоже были обрезаны, что для местных жителей означало гарантированное лишение возможности летать и использовать магию, так как кьютимарки, в отличие от "меток" лишь демонстрировали факт наличия таланта, но не наделяли особыми способностями.       "Бесполезные статусные рисунки", - мысленно констатировал тёмно-серый жеребец, сжимая пальцы правой руки на рукояти каменного ножа.       В следующую секунду олени, ужинающие за столом, который стоял в десятке шагов от пленницы, совершенно не проявляющей недовольства от своего положения, а также дракон с фиолетовой чешуёй, зачем-то одетый в штаны и уже замахивающийся плёткой оказались во тьме, так как все светильники разом погасли...