Лучше не открывай эту дверь

С того дня прошёл почти месяц. И почти месяц Рей мучалась. С Беном они по-прежнему не общались, и за завтраком и ужином старались вообще друг на друга не смотреть. Так как учились они в разных школах, то почти не пересекались. Перед Беном маячил выпуск, он, похоже, подналёг на учебу. Ему наверняка было всё равно не до неё. На занятиях в школе концентрироваться почти не удавалось, Рей нервничала и думала всё время о том, какая она пропащая и как жить дальше. Роззи (у них часто совпадали уроки) спрашивала пару раз, в чём дело, но Рей отговаривалась тем, что у неё в семье проблемы и, типа, она не хочет об этом говорить. Забавно, что даже врать не приходилось. По ночам Рей подолгу лежала без сна, вспоминала тот день, всё, что они пережили. Перебирала в памяти, как он смотрел, какие слова говорил в момент, когда она мастурбировала прямо у него под носом. Как жадно он пожирал её глазами, когда она кончала. Он сказал, она выглядела «охрененно», но чувствовала она себя при этом даже ещё лучше. И она вновь и вновь текла от воспоминаний. Это было ужасно неправильно и странно. Потом, конечно, она выбежала, а он не стал её догонять. Это было к лучшему, но только доказывало, насколько всё нелепо и противоестественно. Они не близки, о нет. Это была ужасная ошибка. И тогда Рей бесшумно лила слёзы в подушку, пока не засыпала. Как-то Роззи предложила опять встретиться с мальчишками, покурить травку. У неё что-то намечалось с Арми. Рей была не против. Хотелось расслабиться и отвлечься. Тем же вечером она, накрасившись и принарядившись, отпросилась у родителей, и они вчетвером поехали на новой тачке По в лесок неподалёку, где пустили по кругу косяк. Обмывали (или обкуривали?) машину. Роззи и Арми куда-то делись, а Рей с По остались вдвоём. Они несли какую-то хрень про учителей и ржали. — Ты теперь на тачке, круто, — заметила Рей между делом. — Как ощущения? — Неплохо. Но я ещё не был на заднем сидении. — И он распахнул дверцу, сел и поманил её. Она запрыгнула вслед за ним в машину, залезла к нему на колени, и они стали целоваться. Рей запустила пальцы в его чёрные кудри, а он просунул одну руку в вырез её блузки и трогал грудь сквозь лифчик. Вторая рука легла ей на задницу. Рей было хорошо. В темноте легко было представить, что это Бен. Она потянулась к его паху и обхватила стояк сквозь джинсы. По застонал. — Может, подрочишь? — выпалила она. — Чего?? — удивился он и тут же заёрзал. — Да я, вообще-то, таким не занимаюсь. Я только с девчонками люблю, ээмм, как бы... В потёмках было плохо видно выражение его лица, но Рей поняла, что он смутился. Чёрт, она, похоже, ляпнула глупость. Ей стало неловко. Ну конечно, если Бен мастурбирует, это не значит, что все парни кругом — тоже. Она даже толком не понимала, хотела ли этого, или чего-то другого. Наверное, ей просто хотелось ещё раз пережить эти ощущения, но с правильным человеком, попытаться поправить непоправимое. Повисло неловкое молчание. По вышел и сел на сидение водителя, а Рей не знала, куда себя девать от стыда. Вскоре, слава богу, из-за ближайших кустов появилась сладкая парочка Роззи и Арми. Они все ещё немного посидели в тачке, поели сладкое с газировкой и поехали в город. Первой Дэмерон высадил Рей. Она постояла у дороги, глядя вслед удаляющейся машине, вздохнула. Неудобно получилось с По. Уже почти полностью стемнело, ужин давно закончился. Хан и Лея сидели в гостиной, как обычно и смотрели футбол. Бена не было видно, наверняка сидит в комнате, готовится к итоговым тестам. Коротко перебросившись с родителями несколькими фразами, Рей засеменила по лестнице наверх, в свою комнату. Проходя мимо спальни Бена, она притормозила на минуту и встала у двери в нерешительности, без понятия, что собирается делать дальше. Вдруг с той стороны послышался шорох, и дверь приоткрылась. Бен высунулся в проём, посмотрел на оторопевшую Рей секунду, потом приложил палец к своим губам, подавая знак молчать, и затащил к себе в комнату. Он выглядел не очень. Круги под глазами, волосы растрёпанны сильнее обычного, одежда мятая. «Наверное, подготовка к экзаменам сьедает слишком много сил», — подумала Рей. — За чем пожаловала? — спросил Бен тихо, принюхался и поднял бровь. — Что, с тусовки? — Да так, с Роззи гуляла, — ответила она робко и почему-то почувствовала себя виноватой. И тут же разозлилась на себя за это. В конце концов, его какое дело? Они даже не разговаривают. — А тебе-то что? — Да ничего, — равнодушно протянул Бен. — Можешь гулять сколько влезет, мне всё равно. Главное, предохраняться не забывай. Надеюсь, вам в школе проводили урок полового воспитания. — Ой, заткнись, Бенни, я не намного младше тебя, — огрызнулась она, но в лицо бросился жар, и брат ухмыльнулся. — Это да, — согласился он, помолчав с полминуты, и сальным взглядом прошёлся сверху вниз по всей её фигуре. — Так зачем ты здесь, сестрёнка? У Рей заколотилось сердце, низ живота свело от волнения. Слишком хорошо она помнила это его «сестрёнка», когда он дрочил прямо напротив её лица. Зачем она пришла? Она не знала, но, кажется, начала догадываться. Возбуждение вновь поднималось в ней, а Бен стоял близко, нависая над ней, и смотрел так пристально и нагло, что у неё не оставалось сомнений, что они думают об одном и том же. Он не стал дожидаться её ответа и заговорил первым. — Думаешь о нас? Я вот думаю. Постоянно. Нам с тобой давно не было так весело вдвоём. Рей затрясло. — Это ненормально... — начала она, но он перебил. — Вот только не надо этого. Не я к тебе пришёл. Можешь идти к себе, сестра, я не держу. Но если останешься, тогда по-тихому и без нытья. Скоро родители поднимутся. Она зажмурилась на несколько секунд, глубоко вздохнула и кивнула. Дождавшись её согласия, он тут же припёр её своей здоровенной тушей к стенке и принялся задирать юбку. — По-быстрому. Тебе это нужно, я же вижу. Не волнуйся. От него пахло знакомо. Их общим на всю семью стиральным порошком и немного потом. Ничего необычного. Запах успокаивал, заверял, что с ней всё в порядке, что она дома, в безопасности. И это так контрастировало с тем, что происходило здесь и сейчас! Когда он забрался в трусики, она сдавленно ахнула и зажала рот ладонью. Он провёл пальцем по влажным складочкам и шумно задышал ей на ухо. Рей затрепетала от острого, пронизывающего удовольствия. — Уже намокла. Думала обо мне? — нахально спросил он. — Я была с По, — прошипела Рей, чтобы немного сбить с него спесь. Бен снова напрягся, больно схватил за волосы и дёрнул, так что голова запрокинулась назад и с глухим стуком ударилась о стену. — О, да ты та ещё шлюшка, да? Секс, наркотики и симфонический оркестр, — сказал он со смешком. — Ты придурок, — выдохнула она, сама не понимая, почему это так заводило. Его слова были унизительны, тогда почему было так жарко, хорошо, и не хотелось, чтобы это заканчивалось? Он трогал её. Наконец-то её трогали там, и это было непохоже на то, что она чувствовала наедине с собой. Всё ощущалось ярче, и, прижатая его телом к стене, она еле могла вздохнуть. Он водил вверх и вниз, гладил клитор с нажимом и иногда сдавливал, и тогда она вся содрогалась от наслаждения. Он, конечно, помнил все эти нюансы, она ведь ему сама показала. Он наращивал и наращивал темп, и совсем скоро она почувствовала, что вот-вот кончит. — Я сейчас... — выдохнула она, опять вздохнула и напряглась. Бен тихо хохотнул, и только он ускорил движения, увеличил давление на её изнывающий комок нервов, как внезапно... ...Послышались приглушённые голоса и еле различимые шаги за дверью. Родители поднимались. Что будет дальше, невозможно было сказать. Вдруг маме захочется заглянуть к одному из них в комнату? Такое случалось время от времени. Они оба застыли. Она подняла лицо и в ужасе посмотрела в глаза брату. В это же мгновение он снова принялся неистово теребить клитор, а другой рукой зажал ей рот. Её глаза закатились. Удовольствие вернулось молниеносно и нарастало с каждым движением Бена. Ещё несколько секунд, и оно сжалось в сингулярность, а потом вспыхнуло, опаляя светом, заставляя всё тело сотрясаться от сладкого взрыва. В ушах ревела кровь, а сердце, казалось, сейчас грудную клетку раскурочит. Всё это время Бен не давал ей сдвинуться с места. По ту сторону двери всё стихло. Родители, похоже, ушли к себе. Повезло. Когда всё закончилось, он отстранился, оправил на ней трусики, опустил на место юбку и пригладил ей двумя руками волосы. — Не стоит благодарности, Рей. В следующий раз расстараешься ты. И, не сказав больше ни слова, он открыл дверь и вытолкнул её в коридор.