Твоё сердце накроет волной

— Я понимаю, как это звучит, но давай просто подождём. Расслабимся и не будем делать опрометчивых шагов от отчаяния, — уже в тысячный раз убеждал Гоголя Пушкин, который вальяжно развалился на гамаке на заднем дворе. Николай Васильевич ходил взад вперёд кружась в своих мыслях, догадках, и, кажется, не собирался слушать никого. — Как это — подождать? Вам легко говорить. У вас двоих всё понятно с прошлым, вы знаете: когда родились, что делали месяц назад, и, в конце концов, вы приехали сюда с какой-то целью. А меня занесло волной. Да, замечательно. Будем ждать, — после этой тирады Гоголь демонстративно сел на синий стульчик, скрестил руки на груди и повернул голову в бок и чуть вверх, показывая, что он ждёт чего-то. Александр Сергеевич на это только заглушил смех кулаком. — А знаешь, Коля, этот на вид не очень-то самонадеянный мужчина прав. — сказала из-под большой соломенной шляпки Аня. — Мы не знаем, что делать дальше. То, что смогли найти, — нашли. Но это не дало нам глобальных объяснений. Поэтому надо ждать. Ждать твоих видений и, возможно, подсказок свыше. А так, мы бессильны, — девушка сидела на таком же синем стуле и рассматривала глянцевый журнал. Так получается, что Анна воздействовала на мужчин волшебным образом, после которого все соглашались с тем, что она предложит. Но в случае с Пушкиным и Гоголем было объяснить всё проще. Пушкин говорил точно и чётко. Анна же объясняла эту же мысль с разных сторон и более обширно. Так что Николаю Васильевичу пришлось сдаться под напором этих двоих. — Наверное, я и правда сглупил. Вы и так делаете для меня слишком много и стали для меня очень близкими людьми. Спасибо, — Гоголь принял обычное в меру своего стеснения положение. Александр Сергеевич и Анна как по команде улыбнулись и ничего не ответили. Да, и так всё было понятно без слов. Николай Васильевич уже не представлял другой жизни без этих двоих, хотя до этого она определённо была. И иногда его голову посещала мысль — а может не надо никаких расследований? Здесь и сейчас ему хорошо. Так почему же нужно рушить эту, казалось бы, идеальную для него жизнь? Но ему хотелось заполнить тот пробел, в котором были его старые воспоминания. И он не отступит. — Доброе утро, соседи! Все трое повернулись и увидели Виктора, опирающегося на деревянный заборчик с другой стороны. — Доброе! — Пушкин махнул рукой. — А мы соседи, оказывается? Неожиданно. А почему раньше тебя не видели? — Работа у меня такая. Рано ухожу, прихожу — темно. А в выходные подрабатываю в магазине, но сегодня его закрыли по каким-то причинам, так что я свободен. Вот так вот, — парень приветливо улыбался. — Прекрасно… — пробубнила под нос Анна, отворачиваясь от спонтанно нагрянувшего собеседника. Но Виктор всё же заметил девушку. — Ох, леди, что это вы спрятались, кажется, не от солнца, а от мира всего? — спросил парень, намекая на большую шляпу. — Да, знаете, иногда очень кстати было бы спрятаться. От некоторых, — Аня посмотрела на несуществующие часы на руке. — Ой, какой ужас, я опаздываю. Мальчики, не скучайте, — девушка поспешно удалилась. — А что сейчас я сделал? Она всегда теперь от меня будет сбегать? — усмехнулся Виктор. — Женщины, — всплеснул руками Пушкин. *** Спасаясь от странно пришедшей жары, Гоголь зашёл в комнату, проветриваемую с ночи, в которой был свежий и приятный воздух. Ужасная усталость накатила на него, и он лёг на кровать. Но сон не приходил, как бы Николай Васильевич не пытался его к себе призвать. Все попытки оказалась тщетны, и Гоголь повернулся на бок, а в конечном итоге сел. Осмотревшись вокруг, он не нашёл ничего нового. Каждый раз, засыпая ночью, он рассматривал уголки комнаты, и, кажется, уже знал её вдоль и поперёк. Хотя, погодите. Его внимание привлекла приоткрытая дверь тумбочки, стоящей рядом с кроватью. Он не знал, что скрывается за дверцей и собирался узнать это прямо сейчас. Дверь открылась со скрипом, и там Николай Васильевич обнаружил несколько томиков книг. Рука сама потянулась к ним и вытащила все тринадцать штук разного размера — от пухленьких до совсем малышек. «Вот это сокровища от меня скрывали, надо же,» — подумал Гоголь. Ведь погрузившись в книгу, можно забыться окончательно. Это было только на руку. Так, научная фантастика, парочка детективов… — Так, а это что такое? — уже вслух произнёс Николай Васильевич, останавливая взгляд на очередной книге. А именно, его привлекла надпись на обложке: «Автор — А.С. Пушкин.» — Хм, интересно… — Гоголь открыл первую страницу и погрузился в историю.