Ты у меня на цепи

      О Сану сидел на лестнице, которая вела к двери в его дом. Ворота были открыты, и он смотрел прямо на улицу, ожидая, что Юн Бум вот-вот придет. Однако за все это время, что он тут сидел, мимо никто не прошел. Сану ждал где-то с полчаса и в нетерпении стал набирать Буму на сотовый. Пришлось немного подождать, пока Бум наконец ответил на звонок.       — Сану, прости, задержался, — говорил Бум охрипшим голосом. — Я уже подхожу. О, вижу открытые ворота, я сейчас!       Сану молча повесил трубку и поджав колени, положив на них голову. Снаружи послышались ускоренные, но тихие шаги. В воротах показался Юн Бум, запыхавшийся и уставший. Воротник белой рубашки, которую он надел сегодня под черный строгий пиджак немного смялся. Он не успел его поправить.       — Фух, прости за опоздание! — Бум схватился за грудь и тяжело дыша, пытался восстановить дыхание.       Сану поднялся и, не сказав ни слова, подошел к Буму, встав очень близко к нему. Брюнет вопросительно взглянул на парня, а потом спросил:       — Сану? Что с тобой?       Не сказав все также ни слова, Сану стал поправлять рубашку Юн Бума, выпрямил ворот, поправил плечи на пиджаке. Он запустил пальцы в волосы Бума и пытался таким образом их расчесать. У него получилось.       О Сану чувствовал омерзение, стоило ему только представить, что кто-то мог прикасаться к Юн Буму также как он сейчас. Он был готов убить Пак Юру, задушить собственными руками из-за ревности, которая охватила его в один миг, а потом прикончить Юн Бума за то, что тот врал Сану в открытую. Сану понял, что его не любят, но прогнать его — означало вновь упасть в глазах матери. Парень желал ей показать: он может спокойно идти на контакт и на раз-два познакомить очередного друга с матерью. О Сану понимал, что завести новых друзей — не проблема, сложнее сохранить с ними контакт, когда они уже станут ему надоедать. Взять в расчет ту же самую Мин Джиын, которая была одной из моделей для его эскиза. Она восхваляла творчество О Сану и часто защищала его перед учителями и другими студентами, которым волей-неволей приходилось узреть творения кисти Сану. В отличие от Юн Бао, ее брата Юн Бума, Мин Джиын «горела» при виде работ О Сану. Такие люди не нравились парню.       И как бы сильно он не любил Юн Бума, ревность поедала его изнутри, стоило ему только подумать о прикосновениях Пак Юры к нему.       Опасаясь быть осужденным матерью вновь, он пересилил себя и старался сохранять частично свойственное ему спокойствие.       — Мама готовит ужин, — сказал Сану, пытаясь прогнать то мрачное выражение лица, появившееся в самом начале вечера.       О Сану пошел вперед, Юн Бум остановил его, схватив за запястье. Сану резко с большой силой вырвал руку. Юн Бум в страхе отшатнулся назад.       — Ты чего, Сану? — удивленно спросил Бум, шокированный таким поведением человека, которого любил. — Я что-то сделал не так?       Сану сжал кулаки и еле сдержался, чтобы не ударить Бума. Желание возникло спонтанно и он, быстро обдумав дальнейший расклад событий, решил успокоить себя. Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул.       — Нет, — ответил Сану спокойно. — Пойдемте внутрь.       Юн Бум все еще был напуган. Слова Сану совсем не успокоили его, а наоборот напугали еще больше. Он с осторожностью поднялся по лестнице вслед за Сану. Блондин открыл входную дверь и сначала вошел сам, оставив открытой дверь. Бум прошмыгнул внутрь и закрыл за собой дверь.       Он видел большой просторный коридор. На стенах успокаивающего бежевого цвета обои. Полы были деревянными. Справа была арка вместо двери, ведущая видимо в гостиную, а по левую сторону дверца очень теплого и уютного помещения — кухни. С той стороны доносился запах мяса, который распространился на весь дом.       Из гостиной вышел худощавого телосложения парнишка в домашней белой футболке, поверх которой он наспех накинул мягкую домашнюю кофту. Хлопковые штаны болтались на его тощих ногах.       — Наконец-то пришел, — сказал этот парнишка. — Ого, кто это с тобой?       Незнакомец оказался обычным на вид школьником лет шестнадцати, у которого совсем недавно сломался голос. Он намного младше Сану и намного меньше по комплекции. Мягкие черты лица напоминали больше женские, чем мужские. Светлые русые волосы были аккуратно уложены с помощью лака или мусса.       — Юн Бум, — представился парень с некоторой тревогой в голосе, которая возникла сразу после выходки Сану. — Я друг О Сану.       — Я Хан Джун, — молодой человек улыбнулся и протянул руку Буму.       Юн Бум пожал ее. Руки незнакомца оказались холодными.       О Сану разулся и буркнув Хан Джуну что-то вроде «Привет» прошел на кухню. Юн Бум тоже разулся и прошел в коридор. Он мешкался, стоя совсем близко к этому человеку по имени Хан Джун. Он совсем не был похож на О Сану, да и фамилии у них разные.       — Прости за такой прямой вопрос, — сразу сказал Бум, — но ты ведь не брат Сану?       Хан Джун робко посмеялся, прикрыв своей тонкой ручкой рот и сказал:       — Мы — сводные братья. Наши родители поженились и теперь мы, наверное, родственники. Только Сану все еще не признал этого.       В отличие от О Сану Хан Джун с большой охотой и упоением отвечал на подобного рода вопросы. Он вообще выглядел совсем иначе, как будто был вовсе не от мира сего.       — Признаюсь, я до последнего надеялся, что Сану приведет девушку — сказал Хан Джун, облокотившись на стену и оценивающе осматривая Бума. — Но, кажется, я ошибся совсем чуть-чуть.       Юн Бум покраснел и хотел уже было упрекнуть нового знакомого в том, что он надумывает много лишнего, но не успел. В гостиной, из которой вышел этот худой парнишка зазвонил чей-то сотовый.       — Ой, прости, это мой, — парень вернулся в гостиную, чтобы забрать телефон. Потом он, пройдя мимо Бума, несколько раз играючи приподняв свои четко очерченные светло-коричневым карандашом брови, направился на второй этаж.       Бум остался в коридоре и, прислонившись к стене, задумался. Он достал из пиджака маленькую бархатную коробочку красного цвета и, открыв ее, мельком глянул на содержимое, но тут же закрыл и спрятал в обратно карман, как только заметил, что дверь кухни открывается.       — Маме еще немного осталось, скоро стол будет накрыт, — сказал Сану.       — Может, тогда выйдем наружу?       — Зачем? — спросил Сану.       — Хочу поговорить с тобой, — Юн Бум посмотрел на Сану исподлобья. — Я не понимаю, что с тобой происходит сегодня.       Юн Бум старался говорить тихо.       — Мам, — окликнул Сану мать.       — Чего тебе? — раздался недовольный голос женщины с кухни.       — Вина ведь нет? — спросил Сану.       — Черт… — выругалась женщина. — Хочешь купить?       — Да… — Сану глянул на Бума с неприкрытым отвращением и добавил: — Хочу.       …       Сану и Юн Бум шли по улице, ни разу не коснувшись друг друга даже случайно. Сану не хотел даже смотреть на него. Бум притормозил и пошел чуть позади своего любовника. Блондина это бесило.       — Поторопись! — огрызнулся Сану.       Юн Бум остановился и прямо обратился к Сану:       — Что я сделал не так?!       — Что ты сделал?! — переспросил Сану, переходя сразу на крик. — Я конечно знал, что ты та еще шалава, но ведь не так быстро переключиться с меня на мою знакомую!       — Чего? — остолбенел Бум и попятился назад.       Сану приблизился к нему. Юн Бум снова отошел еще дальше. Глаза его наполнились страхом.       — Забавно было играть со мной, а самому в этот момент завести подружку? — Сану задавал этот вопрос, а сам менялся в лице настолько сильно, что у Юн Бума неожиданно возникло воспоминание о страшном и темном подвале. Теперь он уже не видел в этом человеке своего любимого Сану. Перед Бумом, как ему самому казалось, стоял тот опасный маньяк, который переломал ему ноги, оставил множественные шрамы по всему телу. Парень понимал, это паранойя, но страшные воспоминания окутали мощной волной его мозг.       Когда О Сану был всего в нескольких маленьких шажках от Бума, брюнет сорвался с места. Он отошел еще дальше и, закрыв лицо рукой, прокричал:       — Не приближайся ко мне, больной ублюдок!       Этот его крик резал уши и звоном отозвался в голове. Сану застыл перед ним как вкопанный и не в силах протянуть к нему руку, нахмурился и скривил рот. Он оступился, совершил непоправимую ошибку. О Сану понимал, что это все ревность играет в нем и что возможно он спутал своего Юн Бума с кем-то другим или же он просто попытался защитить Пак Юру от нападок со стороны Яна Сонбэ? В это верилось с большим трудом, на кой черт Яну Сонбэ Пак Юра?       — Хен… — отчаянно проговорил Сану.       — Не смей ко мне приближаться больше!       Юн Бум стал шарить по карманам своего пиджака и, вынув из одного ту самую красную бархатную коробочку, кинул ее прямо в грудь Сану. Парень немного поморщился от мимолетной боли.       Коробочка глухим стуком упала на асфальт прямо под ноги блондина. Сану сел на корточки и поднял ее. Юн Бум развернулся и направился обычной дорогой до своего дома. Не остановить Юн Бума было страшно, остановить — еще страшнее. Сану казалось, что если он нагонит любимого, тот сразу ему ответит плотно засевшей в голове блондина фразой: «Ты мне не нужен».       О Сану держал в руках красную коробочку, которую он ни за что бы не открыл, если бы не это злосчастное любопытство. Внутри, вблизи друг друга, лежали два серебряных кольца с плавными гранями.