therapy

      Сразу же после первого свидания Йен назначает второе свидание. Это исключительно его инициатива на этот раз. Он будто заново влюбился в своего же мужа и теперь готов хоть каждый день устраивать свидания, чтобы увидеть Микки невозможно счастливым, расслабленным и открытым. Микки никогда не думал, что ему будут нравиться банальные, романтические встречи. И он невероятно тронут тем, что Йен делает это не потому что Уэнн дала им предписание, а потому что он сам этого хочет. Первое свидание дало ему понять, что Йен действительно дорожит их отношениями и не хочет терять Микки. А поэтому без раздумий соглашается на второе. На этот раз Йен выбирает парк аттракционов, чему Микки даже удивляется. Но Галлагер заверяет, что это будет весело. И оказывается прав — всё проходит на высшем уровне. В очередной раз они убедились, что их чувства не угасли. Под приятным впечатлением от двух эмоциональных вечеров они приходят на очередной сеанс. — Как ваши успехи? Выполняете предписания? — первым делом спрашивает Уэнн, когда они проходят в кабинет и садятся напротив неё на диване. Она с легкой улыбкой подмечает, что в этот раз её пациенты сели ближе друг к другу — их колени соприкасались. И замечает, что их позы более расслабленные по сравнению с первыми сеансами. — Всё замечательно. Да, мы успешно пользуемся рукой, — с доброй ухмылкой говорит Йен, на что Микки издаёт смешок. Оливия оценивает шутку и мягко улыбается. — И на свидании мы были. Уэнн замечает счастливое выражение лица Микки и улавливает нотки гордости в голосе. Она складывает руки на столе и показывает, что готова слушать. — Это был самый банальный ужин при свечах в ресторане. Было потрясающе! Я страшно нервничал перед приходом Микки, но его появление успокоило меня, — начинает Йен свой небольшой монолог. — Поначалу я считал эту идею глупой, но я ошибался. Это было действительно круто. Мы очень хорошо провели время вместе, — делится впечатлениями Микки. — И этот метод правда работает, признаю. Йен кивает в знак согласия и украдкой смотрит на мужа. От Уэнн не ускользает этот влюблённый взгляд. И она тут же видит такой же взгляд Микки на Йена. И это радует её. — Мне настолько понравилось проводить время с Микки вне дома и говорить на отвлеченные темы, что я назначил второе свидание. Сам, — немного самодовольно и гордо говорит Йен. — Это очень хорошо, что ты проявил инициативу, Йен, — хвалит Уэнн, и Галлагер аж светится. — Что насчёт тебя, Микки? — Оливия переводит внимание на Микки. — Я был удивлен этому, я не ожидал, что Йен проявит инициативу. Но мне понравилось, — коротко говорит он. — Вы делаете успехи, и меня это, безусловно, радует, — одобрительно заключает она. Йен и Микки кивают ей чисто машинально. Йен аккуратно скользит рукой по дивану и находит руку Микки, переплетая пальцы. Микки лишь улыбается этому жесту. Оливия замечает, что сегодня её пациенты немного отрешены и разговор идёт сложнее, чем в предыдущие разы. Но причина лежит на поверхности — они полностью увлечены друг другом. Тяжело не заметить их счастливые лица, влюблённые переглядки и легкую смущённость. Оливия видит, что её пациенты возвращают взаимопонимание, и она действительно рада, что им снова комфортно вместе. Но как профессионал, доктор Уэнн знает, что это затишье перед настоящей бурей. Грядет переломный момент в терапии. Мнимое счастье ослепляет, и им кажется, что всё наладилось. Но проблема так и не решена, они всё ещё не умеют говорить о своих чувствах и слушать друг друга. И следующая ссора не за горами. И она закончится грандиозным скандалом. Уэнн уверена в этом, потому что это часть терапии. В очередной раз вскроются обиды, последует разочарование в терапии. Сейчас они убеждены, что несколько сеансов полностью исправили ситуацию. И после у них два пути. Либо они двигаются дальше, чтобы искоренить проблему, либо идут на попятную и оставляют всё, как было. Она знает всё это, но им не говорит ни слова. Это тоже часть терапии. Для них ссора и разочарование должны нагрянуть неожиданно. Это покажет их готовность или неготовность бороться за здоровые отношения. Они даже не заметили, что Уэнн задумчиво смотрела в окно несколько минут. — Вы сегодня в приподнятом, романтическом настроении, как я вижу, — тепло улыбаясь, говорит Оливия, возвращая внимание на себя. — Поэтому поговорим о ваших планах на будущее. Микки постукивает пальцами по коленке, пытаясь вспомнить, а планировали ли они когда-нибудь будущее. Йен задумчиво хмурится. — Если говорить о материальном, то это своя квартира, конечно же, — говорит Микки спустя минуту раздумий. Йен согласно кивает. — А если не материальное… Вернуть взаимопонимание в наших отношениях, — Йен едва подбирает слова. Мыслями он явно не здесь. — Да, это пока что наша единственная главная цель, — соглашается Микки. — Откровенно говоря, больше всего я хочу детей, — признаётся Йен, немного боязливо поглядывая на мужа. — Мы уже думали об этом однажды, помнится. — Чего? Когда это? — удивленно вскидывая брови, спрашивает Микки. Он вопросительно смотрит на Йена. — Помнишь свадьбу Липа? — говорит Галлагер, на что Микки кивает и начинает вспоминать тот день.

***

Спустя год после переезда Микки и Йена из дома Галлагеров в Милуоки уезжает Лип, забирая с собой Тэми и Фреда. В это же время он делает Тэми предложение, и она отвечает согласием. Свадьбу решено провести в Милуоки. Йен узнаёт об этом по телефону. И он бесконечно счастлив, что Лип и Тэми наконец-то наладили отношения и решили остепениться. — Мы планируем провести торжество через полтора месяца, — делится Лип. — Будет что-то помпезное? — Нахуй это. Мы думаем устроить всё на заднем дворе дома в узком кругу. Пригласим священника для официальной части, а потом закатим вечеринку. Вы с Микки в деле? — Конечно, — заверяет Йен, и Лип на том конце провода счастливо выдыхает. За неделю до свадьбы Йену снова звонит Лип, но уже по поводу дресс-кода. Обязательно черный костюм и нежно-голубой галстук. И немного виновато Лип добавляет, что на этом настаивает Тэми. Йен рассказывает про звонок Липа поздно вечером. Раньше не получилось — почти всё это время они не вылезали из постели. Сегодня Микки в очень игривом настроении, и Галлагер не может это игнорировать. Вымотанный за три раунда Микки совершенно расслабленно лежит под боком Йена, а тот, немного возвышаясь над ним, обнимает его за плечи. — Ты хочешь сказать, что ради одного дня я должен купить чёрный костюм? — слегка удивленно спрашивает Микки и приподнимает голову с плеча Йена. — Его можно носить и потом, — возражает Йен. Микки только вздыхает и удобнее устраивается на кровати. Йен протягивает руку к волосам Микки и аккуратно расчесывает их пальцами. Милкович мягко целует каждую веснушку на плече мужа, поднимаясь всё выше. Он проводит губами по свежепоставленным засосам на шее и ухмыляется. Хорошая работа. Йен начинает дышать чаще, пока Микки оставляет пару поцелуев на шее. Микки приподнимается, а Йен наоборот, немного наклоняет голову. Наконец, их губы встречаются. Йен резко переворачивает их и нависает над Микки. Он опирается на руки и медленно опускается, чтобы снова поцеловать мужа. Микки с придыханием подаётся вперед, хватает Йена за затылок и нетерпеливо целует. Не церемонясь, Йен языком раздвигает губы мужа и скользит внутрь, вылизывая. Он негромко стонет в поцелуй, когда Микки перехватывает его язык и слегка посасывает. Милкович одобрительно мычит, когда Йен прикусывает его нижнюю губу. Галлагер загнанно выдыхает и, мягко поцеловав в губы, отстраняется. И всё ещё опираясь на руки, рассматривает припухшие, раскрасневшиеся губы Микки. Он усмехается. Милкович тяжело дышит под ним и его глаза тёмные от возбуждения. Йен оставляет ещё один поцелуй на губах мужа и спускается к шее. Микки дрожит под ним, и он самодовольно улыбается. Микки такой чувствительный. Йен голодным взглядом смотрит на рассыпающегося на части Милковича и продолжает осыпать легкими поцелуями грудь и живот. Он стонет и выгибает спину до хруста. Йен прижимается бедрами к бедрам Микки и чувствует, насколько тот твёрдый. И за секунду его член становится каменным. Микки отчаянно приподнимается, чтобы усилить трение. Йен отстраняется окончательно, но ненадолго. Он быстро соскальзывает с кровати, широко раздвигает ноги Микки и устраивается между ними. — Позволь мне позаботиться об этом, — шепчет Йен, рукой проводя по стволу сквозь ткань боксеров. Микки всхлипывает. Возбуждение такое болезненное. — Блять, не медли, — сипло выдыхает он умоляющим голосом. Йен стягивает с мужа боксеры и берёт в рот. От ощущения влажности и тепла Микки громко стонет и грубо вцепляется в рыжие пряди. Он толкается бедрами, а Галлагер опускается ниже, качая головой вверх-вниз. Когда головка касается задней стенки горла Йена, Микки тяжело выдыхает. Йен немного отстраняется и втягивает щеки. — Господи, блять, — Микки уже хнычет от нарастающего удовольствия. Галлагер выпускает член изо рта ровно на секунду, чтобы отдышаться. Он проводит языком вокруг головки пару раз и заглатывает снова. И стонет, что отдается вибрацией на члене Микки. И ему кажется, что он умирает от желания кончить. Йен думает, что его член скоро взорвется от пиздец болезненного возбуждения. Но пока его больше заботит желание удовлетворить мужа. Йен активно двигает головой, и Микки сжимает пальцами простыни и хрипло стонет. Микки так охуительно звучит, думает Галлагер. — Блять, я так близко, — едва выдыхает он. Йен перемещается к головке и кончиком языка касается сочащейся смазкой щели. Это подвело Микки к краю буквально за секунду. Оргазм накрывает его волной, его трясёт, пока он кончает на простыни. — Пиздец, — загнанно дыша, говорит Микки, когда Йен ложится с ним рядом. — Что насчёт тебя? Мне тоже нужно позаботиться о тебе? — поворачивая голову в сторону мужа, игриво спрашивает он. Йен усмехается и показывает на мокрое пятно на боксерах. — Блять, ты реально кончил, не дотронувшись до себя? — Микки правда удивлён этому настолько, что остатки посторгазменной неги тут же растворились. — Твои стоны творят чудеса, — устало усмехается Йен, и Микки тянется к нему, чтобы мягко поцеловать.

***

На следующий же день они идут за костюмом Микки, и поначалу Йен даже представить не мог, насколько это будет выматывающе. — Микки, он нормально сидит на тебе, — вздыхает Йен. Милкович с обеспокоенным лицом вертится перед зеркалом, рассматривая на себе пиджак. — Ты в глаза ебёшься, да, Галлагер? Он нихуя не нормально сидит, — возмущается Микки, скидывая пиджак с плеч. — Принеси на размер меньше. Йен закатывает глаза, но покорно идёт искать нужный размер. Это уже третий по счёту магазин и восемнадцатый пиджак, он специально считал. Йен уже ненавидит всё — и свадьбу Липа с её дресс-кодом, и Микки, который в этот раз собирается лучше, чем на свою церемонию, и эти дурацкие пиджаки. На его счастье, размер есть, и он устало плетётся обратно к примерочным. Микки надевает пиджак и придирчиво осматривает своё отражение в зеркале. — Вот теперь точно нормально сидит. Берём этот, — говорит он. — Ну наконец-то! — саркастично восклицает Йен. Микки показывает ему фак и резко закрывает шторку.

***

За три дня до свадьбы снова звонит Лип. — У нас проблема. Мы не знаем, с кем оставить Фреда на время хотя бы официальной части. Все подруги Тэми будут заняты, а нашим я не доверяю, — Лип обеспокоен. — Мы присмотрим за ним, — уверенно говорит Йен. — Мы не задействованы в подготовке, поэтому поможем с Фредом. Тем более, я обожаю его, ты знаешь. — Микки не будет против? — Нет, можешь не беспокоиться об этом, — успокаивает Йен брата. Лип облегченно выдыхает на том конце провода. Но на самом деле, Йен уверен, что Милкович будет против. Но он не может отказать Липу в помощи. Микки недоволен, узнав об этом. Он не хочет всю свадьбу носиться с неугомонным годовалым ребенком и уже думает высказать это Йену. Но осекается. Вспоминает, как Лип помог им со свадьбой, и неохотно соглашается присматривать за Фредом. Йен радуется, что тот не разозлился. Они приезжают в Милуоки за сутки до свадьбы. И попадают в настоящий дурдом. Подружки Тэми нервно носятся по дому, что-то расставляют, переставляют и громко спорят о мелочах. Лип и Тэми нервничают не меньше и тоже мечутся из угла в угол, отвлекаясь при этом на Фреда. Йен видит этот балаган и чувствует жалость, глядя на измученных родителей. И вызывается помочь им. Тем более, он так скучал по племяннику. Лип благодарно смотрит на него и коротко объясняет, как разводить смесь, и показывает, где лежат памперсы, присыпки, пелёнки, сменная одежда. Йен внимательно слушает брата и пытается запомнить каждое слово. Микки выглядит незаинтересованным, но вполуха всё-таки слушает, чтобы помогать Йену. Лип передаёт Фреда в руки Йена и смотрит на Микки, пытаясь понять, как тот всё-таки отреагировал на это. Но Тэми быстро уводит его решать вопрос с цветами, и Лип не успевает подумать об этом. Единственное, что он успевает — попросить их покормить Фреда. — Привет, малыш, — мягко говорит Галлагер, аккуратно держа ребёнка. Фред агукает что-то, и Йен не может сдержать улыбки. — Ты проголодался, да? Пойдём, покормим тебя, — воркует он и идёт на кухню. Микки молча идёт за ним. Там невозможная суета, но Йен игнорирует это. Он сажает Фреда на стульчик для кормления и подходит к шкафчикам, задумчиво рассматривая их. — Лип же сказал, что смесь в верхнем ящике над плитой, — на помощь приходит Микки. Йен изумлённо смотрит на него. Микки слушал? Неожиданно. Смесь действительно стоит там, и Галлагер благодарно целует Микки в нос. Тот слегка смущённо фыркает. Шум и огромное количество людей раздражает Микки, и он не участвует в кормлении. Дети пугают его. Он стоит чуть поодаль и смотрит на то, как Йен справляется с ребёнком. После кормления Галлагер приходит в детскую, качает Фреда на руках, о чём-то говорит с ним и выглядит абсолютно счастливым. Микки всё это время безмолвно наблюдает и чувствует странное тепло в груди. Ребёнок засыпает, когда в комнате появляется Лип. — Справляетесь? — спрашивает он, и Йен кивает. — Нам нужно повесить плакат и нужен кто-то высокий. Срочно, — нервно говорит Лип. Йен с готовностью соглашается, но вот незадача — Фред уже почти уснул, а если его положить, то он тут же проснётся и будет хныкать. Он не знает, что делать, а Лип выжидающе смотрит на него. Йен чувствует себя глупо, держа ребенка на вытянутых руках, и растерянно смотрит по сторонам. — Давай его мне, — неожиданно предлагает Микки. Йен поражён такому порыву мужа. Лип выдыхает — одной проблемой меньше. Йен аккуратно передаёт Фреда Микки и не сдерживается от лёгкого поцелуя в щеку. Лип закатывает глаза, а Микки смущается. Галлагеры выходят из комнаты и Милкович остаётся один на один с ребёнком. Ему немного страшно. Он боится причинить вред малышу. Микки удобнее перехватывает хрупкое тельце мальчика и слегка прижимает к себе. И, вспоминая действия Йена, тихонько покачивает Фреда. Он нервничает, ему некомфортно, но ему хочется быть полезным. Микки рассматривает личико ребенка и по-доброму усмехается. — Все Галлагеры такие похожие, — шепчет он в пустоту. Йен слышит это, стоя в дверном проеме. Он тихо заходит в комнату и видит, как Микки немного неумело держит Фреда. Он выглядит обеспокоенно, немного напряжённо, но при этом так мягко, что Йен чувствует бесконечно много нежности. Уставшая Тэми входит в комнату. — Уснул? Отлично. Спасибо, мальчики, — тихо спрашивает она, и Микки осторожно отдаёт ей ребёнка. Йен ничего не говорит по этому поводу Микки, когда они приходят в гостевую комнату, которую им выделили. Но он замечает, что Галлагер не сдерживает счастливой улыбки. И становится так хорошо, что невольно он улыбается тоже.

***

Фред беспокойно ёрзает на руках Йена перед началом церемонии. — Тише, Фред, тише, — нежным голосом говорит он, мягко поглаживая ребёнка по спине. — Вот, посмотри сюда, малыш. Это твой дядя Мик, — показывая мальчику на Микки, продолжает Йен. Фред смотрит на Микки, а Микки чувствует себя неловко, смотря в ответ на ребёнка. Он быстро отводит взгляд и немного нервно переминается с ноги на ногу. — Дядя Мик — лучший в мире дядя, малыш. В первый раз я увидел тебя благодаря ему, представляешь? — мягко продолжает Йен. Фред успокаивается, и Йен аккуратно целует ребёнка в макушку. Микки немного смущён словами мужа. — Прекрати, — тихо говорит он и отводит взгляд снова. Йен озирается по сторонам и видит, что никому нет до них дела: все готовятся к приходу священника. Поэтому он перехватывает Фреда одной рукой, а другой притягивает Микки за галстук — нежно-голубого цвета, как и просила Тэми — и нежно целует в щеку. Микки отчаянно краснеет, а Галлагер довольно улыбается этому. — Я люблю тебя, — говорит Йен на выдохе. Он чувствует к Микки так много и не знает, как это показать ему в полном объеме. — Я тоже люблю тебя, — совсем тихо говорит Милкович. С недавних пор говорить это Йену стало так легко и приятно, что он старался делать это как можно чаще. Священник наконец приходит. Лип нервничает у алтаря. Тэми, счастливо улыбаясь, немного неуверенно идёт по проходу под руку со своим отцом. Йен смахивает слезинки. Это так трогательно и так напоминает день их свадьбы. — Ты такая неженка, — усмехается Микки и забирает Фреда из рук мужа. — Я вижу, что ты устал его держать, — объясняет он. Глаза Йена слезятся сильнее. Микки такой заботливый муж, что он не может справиться с чувствами. Милкович усмехается. Йен такой эмоциональный.

***

Когда официальная часть заканчивается, а торжество перетекает в вечеринку, Тэми собирается забрать Фреда. — Тэми, тебе не о чем волноваться, повеселись. Это же твоя свадьба, — с улыбкой протестует Йен. Фред играет с погремушкой и выглядит вполне себе довольным. — Вы точно не устали? — переспрашивает она обеспокоенно. — Всё хорошо, правда. Он спокойный пацан, — в этот раз отвечает Микки и со вздохом ловит погремушку, которую Фред выбросил. Тэми благодарно улыбается и, расцеловав каждого, уходит к гостям. Йен снова поражён Микки. Весь вечер Лип и Тэми по возможности наблюдают за Йеном и Микки. Йен с легкостью успокаивает Фреда, с энтузиазмом играет с ним и позволяет дергать себя за волосы. Микки уже не так напряжён, периодически он держит Фреда на руках и мягко улыбается, когда ребёнок хватает его за палец. За вечер Йен не выпил ни капли алкоголя. Лип сразу понимает, что это из-за таблеток и потому что у него Фред на руках. Но и у Микки ни разу за вечер не было в руке ни бокала, ни даже бутылки с пивом. — Видимо, он хочет остаться трезвым, чтобы и дальше помогать Йену с Фредом, — предполагает Тэми, нежно улыбаясь. — Они такие милые. Им определённо нужен ребёнок. — Да, но не думаю, что они решатся на это, — говорит Лип. — Слишком много «но». Домой Йен и Микки уезжают раньше всех. Фред их конкретно вымотал. — Я думаю, что хотел бы завести ребёнка, — тихо признаётся Микки, пока Йен ведёт машину. Тот слегка удивлённо поворачивается и видит, как Микки немного нервно кусает губы. И расплывается в улыбке. — Я тоже хотел бы. Но не сейчас, — отвечает ему Йен. — Да, ещё не время.

***

Они коротко рассказывают про свадьбу Липа доктору Уэнн. И благополучно опускают воспоминания о секс-марафонах тех времён. И одновременно с этим тоскливо думают, какое же прекрасное время было, когда не было воздержания. — С того момента мы больше не говорили о детях, — начинает Йен. — Мы были не готовы сначала, а потом наши отношения пошли наперекосяк, какие дети тут могут быть, — объясняет Микки, и Оливия понимающе кивает. — Но сейчас мы готовы, я думаю. — Но мне кажется, что мы боимся стать такими же, как наши родители. Мой отец — безнадёжный пьяница, который не сделал ничего хорошего в этой жизни. А моя мать страдала биполяркой и была наркоманкой, склонной к суициду. Она умерла почти десять лет назад, — Йену сложно подбирать слова. Микки обеспокоенно смотрит на него и успокаивающе кладёт руку на колено мужа. Йен накрывает его руку своей и чувствует себя лучше. Этот жест поддержки не ускользает от внимательной Оливии. — Вы боитесь, да, и это абсолютно нормально. Ваши страхи обоснованы, — мягко начинает она. — Но помните, что вы как семья отличаетесь от своих семей. Вы готовы работать над отношениями. И, построив здоровые отношения, создадите здоровую атмосферу для воспитания ребёнка. Вам есть к чему стремиться. — Да, мы готовы приложить все усилия для этого, — уверенно говорит Микки, и Йен утвердительно кивает. — Я очень рада, что вы поняли, какую цель преследуете и чего ждёте от терапии. И об этом мы поговорим на следующем сеансе, — с улыбкой подытоживает Уэнн. Ободренные и счастливые Йен и Микки покидают её кабинет. Они готовы ко всем трудностям.