Моё твоё наказание

      Чимин косится на девушку и в очередной раз просит снять платье. Она в очередной раз огрызается и ершится. Хотя это глупо. В отличие от прошлого раза её тело не скрывали бесформенные вещи. Открытое платье демонстрировало часть гематом и ссадин, отчего Соль чувствовала себя уязвлённой и раздражённой одновременно. Раны на лице уже обработали. Чимин сам взялся за неё, отогнав медсестёр. — Может перестанешь уже ломаться? — грозно шипит у входа Чон. — Пошёл к черту! — Ёнсоль совершенно забывается, устало прикрывая глаза. Всё происходящее выбило её из привычной колеи. Она не чувствовала, что контролирует ситуацию и все уходило сквозь пальцы. — Выйдите все и плотно закройте дверь, — отдаёт распоряжение Чимин, не собираясь больше терпеть весь этот бардак. Соль явно сбита с толку, а маячащий позади Чонгук только больше раздражал девушку.       Когда все покидают процедурный кабинет, Чимин поддаётся чуть вперёд, опираясь о колени и с интересом смотрит на девушку. — Теперь я могу осмотреть твои раны?       Ёнсоль на самом деле поражена, что этот парень врач неотложной помощи. Пак выглядел очень молодо и свежо. Высветленные волосы были в небольшом беспорядке. Хорошего тела даже не скрывал простой белый халат. В первую их встречу надо признаться она его проигнорировала, приняв за обычного врача, но позже узнала, что это личный врач семьи Ким. Что-то неуловимое в этом парне вызывало в ней доверие. — Такой проницательный? — Не хами, Соль. Я хочу помочь, несмотря на то, что жутко устал. У твоей подруги периодически случаются истерики и панические атаки, мы ещё не поняли, что является триггером. Она не идёт ни с кем на контакт, так что тут не обойтись без тебя. В том, что ты не хочешь демонстрировать всем побои тоже нет ничего необычного.       Девушка немного ежится, но все же выполняет его указания. Чимин тихо вздыхает, уже знакомый с подобным. Вся спина была покрыта ровными полосками, чьи края кое-где покрылись непрочной коркой, а где-то даже загноились, не смотря на то, что попытки обработать и подлечить были. — Ынха ведь скоро станет лучше? — Она в полном порядке, под охраной и личным контролем Тэхёна. Сейчас думай о себе, — строго отрезает он. — Раны по краям начали гноиться. Почему об этом не позаботились? — Не думаю, что делая это они рассчитывали, что я должна буду выжить. Меня хотели продать, а там шансы прожить хотя бы ночь были маловероятны.       Чимин поднимается и подходит к столу, набирая в лоток всё необходимое. Соль морщится от стука инструментов, понимая, что приятного будет дальше мало. Она делает глубокий вдох, пытаясь зацепиться за какую-нибудь мысль, способную её отвлечь от мучительной процедуры. — Что ты будешь делать дальше? — интересуется он, доставая из шкафа бинты. — Вернусь, — сразу догадывается о чём речь девушка. Она слышала, как Чонгук всё рассказывал ему. — Мне некуда идти, да и бежать смысла нет. За мной числится огромный долг, Шихек мёртв, так что платить за меня его некому. — Будет щипать. Потерпишь? — словно ребёнку растолковывает всё Чимин. Ёнсоль слабо улыбается и кивает. Ей нравится как легко он поменялся. Когда выставил всех за дверь, то казался строгим и грубым, а теперь так аккуратно и заботливо ухаживал за ней.       Ёнсоль стискивает зубы и плотнее сжимает край кушетки, когда вата с перекисью накрывает раны. Чимин даёт ей небольшую передышку время от времени, внимательно отслеживаю её реакцию на каждое его прикосновение. — Как ты спишь? — пытаясь отвлечь её разговорами, спрашивает парень. — У меня уже долгое время бессонница. — Когда ты последний раз спала? — Кажется вчера часа на три я потеряла сознание.       Парень хмурится и недовольно качает головой, но Соль этого не видит. Он заканчивает со спиной и встает перед девушкой, оценивая новое поле работы, но тут уже нет столь плохих и неухоженных ран. Видимо ей некому было помочь. — По голове били? — она не успевает ответить, когда Чимин сам наклоняет её голову, аккуратно перебирая волосы и прощупывая кожу. — По лицу и голове не били, я всё же ещё работала, — морщится Соль. — Сопровождала на празднике очередного петуха. — Почему не попросила ни у кого помощи? — Шихёк навел много шума в борделе. Все были слишком напуганы происходящим, так что мне не хотелось никого беспокоить. — Я слышал, что у него замашки насильника, так что его смерть вполне рациональный исход. Если все же будет уголовное дело, то тебя точно не привлекут. Паки хоть и дали тебя на растерзание, но ты выжила и как только сойдёт краска сможешь работать снова. Ты все ещё их эскорт и у тебя есть круг клиентов, которые приносят им выгоду. Потеряешь в рейтинге немного. — Ты отлично знаешь систему нашего борделя, — хмурится Соль. — Даже про рейтинги. Не все клиенты понимают эту систему. — Ещё студентом я начал там подрабатывать иногда. Бордель место, где у врача всегда есть работа. — Так ты предатель…       Чимин заметно мрачнеет и переводит взгляд на девушку. Атмосфера сразу меняется с дружелюбной на нагнетающую. Соль прищуривается, но не отводит с него взгляда. — Я возможно даже хуже, — криво усмехается парень, заканчивая перевязку. — Я попрошу выписать тебе необходимые мази и лекарства. Также пропишут что-то от бессонницы, — он направляется к рабочему столу, сразу начиная выдвигать ящики в поисках чего-то. — Кстати, если тебе нужно где-то перекантоваться, я могу оформить тебе место в палате и побудешь в больнице. — Спасибо, но не стоит. Мне есть где переждать.       Ёнсоль одевается, понимая что быстро нашла общий язык с Чимином. Он ей понравился. Парень провожает её до палаты, где Соль сразу заваливается в объятиях Ынха, послушно выслушивая её возмущения. Чимин одолжил девушке свой джемпер, так что слои бинтов на теле были скрыты большой для неё кофтой. — Всё нормально? — интересуется у него Чонгук. — Всё хорошо. У неё нет серьёзных повреждений, угрожающих жизни. Просто понадобится время, чтобы всё зажило.       Позже в палату приносят ужин, и время за едой проходит быстро и легко, даже Ынха расслабляется, вступая в разговор с Тэхёном. На самом деле её уже который день не покидает мысль как отблагодарить парня за помощь и все сделанное для неё. Ким терпеливо относился к её настороженности и истерикам, из-за чего девушка иногда чувствовала вину. Лишь мысль, что придется вернуться в бордель всё омрачала. Эгоистично, но она уже готова была даже симулировать боли, лишь бы никогда не оказаться там вновь. Ынха ещё не знала, что с недавнего времени по всем документам она числится уже мёртвой, а Соль не могла найти момента получше, чтобы ей всё рассказать. — Может ты останешься? — умоляет Ынха, не отпуская Соль. Сегодня все разъезжались по домам, и она должны была остаться одна впервые с момента как очнулась. — Мне нужно идти и подготовиться к возвращению. Карин так счастливо провожала меня, как я не испорчу ей настроение. А ты должна поправляться и крепко спать, — она целует подругу в лоб и выходит из палаты последней.       Чонгук даёт краткий инструктаж охране и медсестрам, и заканчивает как раз, когда выходит Ёнсоль. Тэхён сегодня сам за рулём и давно уже уехал домой, поэтому он может спокойно отвезти девушку, хотя она уже отказалась от предложения.       Соль останавливается на крыльце больницы, прикрывая устало глаза. Ночная тишина и спокойствие действуют умиротворяюще и легко. Холодный ветер тут же проникает под пальто и заставляет поёжиться. Девушка понимает как безумно устала и как же хочется оказаться в своей комнате и отдохнуть. Чимин перед уходом передал ей необходимые лекарства за что она была ему безумно благодарна. Она замечает Чонгука на парковке и направляется к парню, чтобы поговорить. — Я не забыла, хоть ещё не начала ничего делать. Надеюсь, скоро появится возможность попасть в архивы, — с ходу начинает она.       Чонгук лишь кивает и оглядывается по сторонам. — Я не сомневаюсь. Дай знать сразу, как что-то найдёшь. Думаю, тебе пора. — И ещё… Спасибо за помощь. Я даже не думала, что всё так получится.       Она направляется в сторону выхода, не дожидаясь его ответа, когда краем глаза замечает знакомую машину. Донук выходит из салона и жестом манит её за собой. Соль напрягается и шипит себе проклятия под нос, не понимая что он тут делает. Она рассчитывала перекантоваться где-то и отдохнуть, но её планам было не суждено сбыться. — Заткнись и садись в машину. Не хочу тебя слышать. — Будто ты мне нужен, — бурчит Соль. Ей даже не хочется думать о причинах, которые заставили его искать её и возвращать в бордель.       Дорога и правда проходит в полной тишине и после девушку сразу отправляют в свою комнату. Ёнсоль сползает по двери на пол и тихо стонет от вновь вернувшейся боли. Лекарства данные Чимином стали терять эффект. Она сразу лезет искать обезболивающее, не собираясь вновь мучить и изводить себя. Она сейчас просто поспит, а потом разберется со всем. Сил даже на душ нет. Девушка быстро переодевается, постоянно оглядываясь на кровать Ынха. Без подруги безумно тоскливо, но мысль, что она уже свободна от гнета и интриг борделя приободряла. Соль уже собирается спать, когда в комнату стучит и входит Луна. У неё на подносе две чашки чая и тарелка с пирожными. Девушка мило улыбается и молча садится на край кровати. — Думаю нам можно себя побаловать. Не переживай, они из кондитерской. — Что-то случилось? — беспокоиться Ёнсоль, скидывая к изголовью одеяло, чтобы Луна могла устроиться поудобнее. — Сегодня ночью мне сказали, что отец умер, — улыбается она, заправляя за уши выкрашенные в лиловый волосы. — Это он убил Шихёка и после покончил с собой. Представляешь, оказывается он ему столько задолжал, и даже продав меня, не смог расплатиться с долгами до конца и решился на убийство. А мне даже не больно и не жаль его.       Ёнсоль обнимает Луну, позволяя девушке расплакаться на своем плече. Это слёзы не предназначены для тирана-отца, они от облегчения, от жалости к самой себе и от долгожданной свободы. Луна больше не обязана отрабатывать здесь долги играющего отца, бывшего военного, который отдал шестнадцатилетнюю дочь на расправу в бордель. Её кредитор умер, как и должник, сбрасывая с хрупкой юной девушки оковы. Три года мучений пришли к концу и теперь её ничего не держит. — Несколько лет назад отсюда ушла девушка, Пак Нара. Она помогает первое время тем, кто выбрался из борделя. Тебе помогут найти работу и научиться жить как все. — Да уж, — улыбается Луна, стирая с лица слёзы. — Теперь больше не существует никакой Луны, и возвращается Ли Юбин.       Соль поражённо смотрит на девушку и вспоминает о конверте Тэхёна. Она бросается к пальто, судорожно пытаясь отыскать тот конверт. — Тут просили передать тебе это. Я даже забыла, что твоё настоящее имя Юбин. Прости. — О чём ты? Почти никто здесь этого даже не знает. Я каждый вечер повторяла его, чтобы не сойти с ума, — честно признаётся девушка, принимая письмо.       Луна сразу вскрывает конверт, и Соль садиться на кровать Ынха, давая ей время прочитать и решить самой стоит ли этим делиться. Девушка начинает ещё сильнее плакать и прижимает к себе письмо. — Отблагодари от меня потом того парня, — сквозь всхлипы шепчет Луна, сжимая в руках семейную фотографию. Соль замечает, что на задней стороне что-то написано, но ни о чём не спрашивает, лишь снова садиться рядом и обнимает. — Запомни его имя, благодари его, но никогда не позволяй себе оказаться рядом с Ким Тэхёном.