Моё твоё наказание

— Почему? — удивляется Ынха, скрещивая руки на груди. Её явно не устраивает новость о том, что после свадьбы придётся на время покинуть поместье и пожить в отдалении, пока Тэхён не уладит дела здесь. — Раз я сказал, то надо просто сделать, — апатично отмечает Тэхён. Он жутко устал, последние двое суток ему почти не приходилось спать. Его ещё жалил гнев, ядом растекающийся по сознанию — он не уберег их. Стал главой, но так скоро понёс потери. Он только час назад вернулся из похоронного бюро, где обговорил все нюансы церемонии, и Ынха пришла сообщить ему, что приходила Доён. Раздражение душило, но он всё равно старался пересилить себя и не сорваться на волнующейся за него девушке. — Что-то не ясно?       Ынха бледнеет и сжимается у его стола от неожиданной грубости, которой ей нечего противопоставить. Тэхён впервые ощущает перед кем-то вину за то, что вышел из себя. Он устало трет переносицу, а после поднимается со своего места и подходит к Ынха. Она по инерции пытается уклониться, но всё равно оказывается пойманной за талию и плотно прижатой к столу. Он сжимает её в своих руках и тяжело выдыхает, подбирая правильные слова. — Я всё поняла. Извини, - опережает его Ынха, поднимая на него взгляд. В её глазах было столько доверия и больного понимания, что парень ощущал себя совершенно обезоруженным и потерянным. Он верил, что ещё может её контролировать, но кажется уже упустил этот момент, когда его стало беспокоить её чувства.       Тэхён стоит близко, вдыхая слабый запах её духов. Её присутствие успокаивает его. Рядом с ней ему некогда думать о проблемах. Как Ынха начала у него работать, он дал ей карту на личные расходы, требуя, чтобы девушка выглядела как представительный работник, но она всё равно осталась такой же нежной, нося пышные блузки, свободные строгие брюки, высокие каблуки и лёгкий естественный макияж. И от неё всегда безумно приятно пахло. Она была слишком идеальной и хорошей для него. Ынха делает маленький шаг вперёд и сразу прижимается к нему, кладя ладошки ему на плечи. Тэхён горячо выдыхает и ведёт носом по изгибу шеи, чувствуя как растворяется вся злость и остаётся лишь усталость и сонливость. — Сделаем всё, как скажешь, но пока тебе стоит отдохнуть, — Тэхён отрицательно мотает головой, хотя сопротивляться уже не хочется. Ынха аккуратно обхватывает его лицо, заставляет поднять голову и посмотреть себе в глаза. Девушка печально вздыхает, заметив в них всю усталость, сомнения и боль. — Тэхён, ты сделал сейчас всё, что мог. Твоей вины здесь нет. Нельзя истязать себя, хотя бы потому что ты сейчас руководишь всем. Твоя роль здесь окончена ровно до момента, пока не скажут, что нашли убийц. Поспи хотя бы пару часов. Дай голове отдохнуть. — После свадьбы будете зажиматься по углам, а пока сосредоточьтесь, — недовольно и по-детски ворчит Чонгук, залетая в комнату друга без стука. Они столько лет провели вдвоем без всяких условностей и обязательств, что новые статусы никак не могли обязать их отменить фамильярность. — Тебе лучше привыкнуть сразу, — следом за братом заходит Хосок, не обращая на пару никакого внимания. Его совет воспринимается усмешкой. — Может хоть так вы научитесь стучать, — вздыхает Тэхён, не хотя выпуская девушку. — Не научатся, — уверенно заявляет Сокджин, входящий последним. Он занимает почётное место в кресле и по привычке пробегается взглядом по разбросанным документам. На мгновение в нём появляется приятное удовлетворение от мысли, что не ему с ними возиться.       Ынха смущенно улыбается и быстро уходит, отмечая что собрались почти все доверенные лица семьи и скорее всего они снова будут что-то долго обсуждать, а значит Тэхён ещё не скоро сможет отдохнуть. На мгновение её останавливает Чонгук. Остальные продолжают что-то обсуждать, поэтому парень чуть отводит её в сторону и тихо спрашивает о Ёнсоль. — Я не знаю. Она пошла за тобой, и так не вернулась назад, — отвечает также тихо Ынха, пожимая плечами. Чонгук быстро кивает и открывает перед девушкой дверь, но она успевает заметить озадаченный и взволнованный взгляд парня.       Ынха недолго размышляет обо всём и, поймав единственную оставшуюся в доме горничную, просит принести в комнату напитки и перекус.       Парни располагаются готовые выслушать Тэхёна и доложить последние новости. За сутки с момента покушения дело не сильно сдвинулось, но они уже вышли на след убийц, так что оставалось дело за малым. Охотой вызвались заняться братья Чоны, так что всё должно было пройти гладко. В клане не было никого лучше, чем Хосок и Чонгук. — Что будем делать с Доён?  — вдруг спрашивает Хосок, оглядывая всех присутствующих. — Меня очень беспокоит, что мы до сих пор не знаем что она задумала. Завтра пройдёт погребальная церемония господина Пака, так что стоит кого-то отправить туда. Теперь она единственный претендент на пост по крови. Скорее всего из-за неё и, объявившегося на место Минхёка, Мин Юнги будет новое заседание Совета. Наше дело могут отложить, — недовольно хмурится парень, потирая шею. Он приехал прямо с больницы по звонку Тэхёна. Чимин почти всё время спал и навещал дочь лишь единожды, но после пришлось вновь вводить успокоительные и насильно заставлять его пить снотворное. Хосок страдал просто наблюдая за разбитым другом и хотел поскорее вернуть всё на свои места. Но горе горем, а дела не терпели отлагательств и его люди продолжали докладывать о важных изменениях. — Нам нужно быть готовыми к любому удару. Все пять семей будут стараться уладить дело мирно, давить на нахождение компромисса, но погружать их в дело не стоит. Нам не нужна кровавая резня, но и спускать с рук мы им всё не будем, — Джин подпирает голову рукой и наблюдает за остальными, размышляя над всей ситуацией.       В комнату входит горничная с подносом, но никто не обращает на неё внимание. — Вообще-то не уверен, что все семьи поддержат мирное решение. По крайней мере клан Кан уже на нашей стороне, — напоминает Тэхён. — Одна присяга не заставит их слушать тебя, — ехидно подмечает Чонгук и передает чашку с ароматным кофе старшему брату и Сокджину. Он удивленно замечает на подносе чай и усмехается, протягивая кружку Тэхёну. Взгляды друзей пересекаются, обмениваясь безмолвными комментариями. — Я думал об этом, — признается Тэхён, делая глоток горячего чая. Он так давно не ел и не пил ничего, что даже сводит желудок. — Но ведь брак может. Я уже пустил слух о скорой свадьбе на наследнице семьи Кан. — Надеюсь, ты понимаешь всю важность брака для клана. Ынха станет не последним лицом в семье, — напоминает ему Хосок. Он был доволен девушкой, но не стоило забывать, что часть своей жизни девушка служила в борделе. Консервативная часть семьи могла не принять этого, из-за чего внутри мог вспухнуть конфликт. — Ей можно доверять. Она станет своего рода миротворцем. Жены наших людей тоже ищут у кого-то утешений, а кому кроме них знать чем недовольны мужья, - подмечает Сокджин, показывая что одобряет решение брата. — Сплошные проблемы, — морщится Хосок, почти залпом опустошая кофейную чашку. — Девушки иногда слишком всё драматизируют.       Парни переглядываются между собой, а Сокджин тихо смеётся: — Вот так девчонки получают власть и возможность помыкать нами. А теперь вернёмся к главному вопросу. Кланы официально переживут слияние, если вы заключите брак, но тебе нужно доверенное лицо там. — Ким Намджун, — незамедлительно отвечает Тэхён, замечая замешательство на лицах остальных. — Я слышал, что сейчас семья Кан занимается ювелирным делом, и этот парень хороший мастер. Только благодаря ему клан остался на плаву и смог столько лет проворачивать все свои дела без ведома Совета. Пусть будет моим голосом внутри клана. Люди явно ему доверяют. — Люди может быть, но доверяешь ли ему ты настолько, что дать столько власти. Напомню, что ты шантажировал его и Кан Гоын жизнью Ынха, — усмехается Чонгук. Он выглядывает в окно и замечает подъехавшую машину, из которой как раз выходит объект их разговоров. Ким Намджун стремительно преодолевает двор и исчезает за козырьком крыльца. Парень закатывает глаза. Тэхён не советовался. н ставил перед фактом. — Ненавидеть клан Пак у него гораздо больше причин, так что обсудим всё прямо сейчас, — довольно улыбается Тэхён.       В этот момент раздается стук в дверь.

***

      Ынха возится на кухне, пытаясь успокоить нервы. В доме куча охраны, но мужчины словно тени прячутся по углам, никак не являя себя. Поначалу она беспокоилось, что ей нечем заняться, но обнаружила на кухне кучу пакетов из продуктового. Горничная, чья смена подошла к концу, уточнила, что всё это привезли парни и предложила свою помощь, но девушка предпочла самостоятельно разобраться с ужином. Ынха оборачивается на хлопок входной двери в надежде, что это Ёнсоль вернулась домой, выпустив пар во время прогулки, но сталкивается взглядами с Намджуном. Парень внимательно оглядывает девушку, не скрывая своего разочарования и обиды. Он демонстративно усмехается и отворачивается. — Вверх по лестнице и сразу налево, — кидает ему вслед Ынха. Её голос звучит достаточно холодно и сдержано, чтобы показать ему, что её ничуть не задело его отношение.       У неё самой эта ситуация не вызывает сильного восторга, но для себя Ынха уже всё решила. Так правильнее. Так лучше. Она больше не вернется в бордель или в семью, где от неё избавились. Она построит нечто новое и научиться беречь это. Теперь ей предстоит доказать многим, что она заслуживает быть во главе. Девушка накрывает на стол, ловя себя на мысли, что раньше ей не для кого было делать подобное. Они с Соль обычно кушали в своей спальне, и лишь когда подруга попадала под очередное наказание, Ынха присоединялась ко всем за общий стол. В борделе была отдельная кухня с персоналом, готовящим для работниц, куда в свободное время Ынха приходила и училась готовить. Девушка заканчивает сервировать стол, когда на лестнице слышатся голоса парней. Чонгук первый заглядывает в столовую и заметно удивляется. — Время ужина. Вы много работаете, — улыбается девушка, приглашая всех за стол. Она не замечает Тэхёна и Намджуна, поэтому решает подняться и проверить всё ли в порядке.       Но у самых дверей она не решается постучать, поэтому уходит в спальню, переодеться. Когда девушка выходит из комнаты, то сталкивается с Намджуном. На мгновение ей кажется, что он специально ждал её. Ынха едва хмурится, но отгоняет все сомнения и страхи. В борделе он всегда по возможности помогал, выслушивал и давал часто дельные советы, служа необходимой поддержкой. Они не враги, пусть он и обманул её. Даже здесь на втором этаже слышно смех Сокджина из столовой и громкие возмущения Чонгука, отчего в доме впервые за долгое время домашняя атмосфера. Ынха больше не одна и ей не нужно бояться за свою жизнь. — Ты теперь его помощник? — прямо спрашивает девушка. Намджун мешкает, а после молча уходит. Ынха нагоняет его на лестнице. Она останавливается на несколько ступенек выше, сверля взглядом его затылок. - Будешь игнорировать меня? - Парень не оборачивается и тяжело вздыхает. Он чувствует братскую привязанность к Ынха, но при этом его не отпускает чувство предательства. Она согласилась на брак с этим человеком. — Будешь ли ты ему предан? — девушка не жалеет, что задала этот вопрос. — Волнуешься за своего мужа? — пренебрежительно бросает Джун, наконец оборачиваясь и смотря ей в глаза. Ынха прикусывает губу и хмурится. Внутри что-то сжимается от его взгляда. Всегда терпеливый и приветливый ко всем, сейчас же он был таким холодным и жестоким. — Я не хочу, чтобы он мучался. — А мучения твоего клана и матери? Почему тебя не волнует это? — злится парень. — Тут ты им столы накрываешь… — Может потому что нет ни клана, ни матери, — ей приходиться сделать глубокий вдох, чтобы сдержать гнев и оставаться сдержанной. - Хватит винить меня и попрекать тем, как я живу. Я потеряла всё ещё в тот день. — Всё осталось на своих местах. Твоя обида не даёт тебе открыть глаза и увидеть правду. Твоя мать сделала всё, что могла, но не решилась лишь продать то, ради чего умер твой отец — нашу семью. Клан существовал скрыто, тихо и без внимания. Мы всё ещё семья, с которой считаются и которая получает своё письмо с приглашением на Собрание. — Обида? Из меня сделали шлюху, Ким Намджун. Вместо того, чтобы появляться на этих Собраниях, как наследница клана, я приходила туда унижаться и развлекать тех, с кем по статусу равная. Семья? Клан? Даже мой отец бежал с этого тонущего корабля, — спокойно говорит девушка.. — Как же ты предан им… — У тебя осталась мама, которая также любит тебя. И в отличии от Ким Тэхёна ей не важно что у тебя есть, а чего нет. Он не тот, за кого стоит заступаться. Если думаешь, что брак что-то изменит, то ошибаешься. Ты обычная содержанка в его доме. Недалеко ушла от своей прошлой работы. Будешь пресмыкаться перед ним и падать ниц ради денег.       Он озвучивал те мысли, которые уже много дней мучили Ынха. С того момента, как она получила предложение. Тэхён не испытывает к ней чувств. Она была новой забавной игрушкой в его коллекции. Раненным котенком, которого он приручил и мог оставить в любое мгновение. Он молодой красивый и привлекательный парень, вокруг которого постоянно вьются девушки, и многие из них лучше неё в тысячи раз, хотя бы потому что не торговали своим телом. Сердце болезненно сжимается, но внутри ещё живёт какая-то глухая вера, что всё будет иначе. Она сможет справиться со всем и получить то, чего хочет. В Тэхёне было что-то, что убеждало её довериться и дать ему волю поступать по своему желанию. — Я его люблю, и мне не важно, что будут говорить и думать другие. Он спас мне жизнь, дал крышу над головой и работу. Я ни в чем не нуждаюсь. Он своеобразен, но это не значит, что не может быть честным и искренним. Есть что-то сказанное им сегодня, что тебя поразило и зацепило, — Ынха покачала головой, не оценивая аргументов друга. Она не поддастся провокации. Её сердце отныне крепость. — Я тоже потерял всё, — вдруг признается Джун. Впервые за этот вечер он говорит с ней искренне. — И я надеялся, что ты сможешь спасти нас, но как и свой отец ты продала всех. Ынха на мгновение ощущает вину. Она привыкла думать о себе в первую очередь, иначе шанс потерять свою жизнь был слишком высок. — Намджун, он наше спасение, — девушка спускается на пару ступенек вниз, чтобы их лица были на одном уровне. Она пытается всё ещё его убедить, но Джун непроницаем. — Твоё. Только твоё, — поправляет её Намджун, горько усмехнувшись. — Я дал ему присягу. Своему слову я верен, так что можешь не беспокоиться. Сам не пойду против и своим людям не дам этого сделать. Мы поддержим вас, когда будет необходимо.       Ынха кивает и тяжело вздыхает, чувствуя облегчение. Он это замечает и лишь качает головой. Она изменилась. Стала другой. Больше не было доброй и мягкой девочки. — Как Ёнсоль? Я слышал, что случилось с семьей доктора Пака. Он же лечил её…       Девушка лишь пожимает плечами. Она не показывает, что удивлена его вопросом. — Ей тяжело, - вздыхает Ынха. - Присоединяйся к ужину. Заодно подождёшь её. Тебе же нравилось как я готовлю.       Намджун кивает и грустно улыбается. Ынха тяжело выдыхает и обнимает себя за плечи, наконец принимая новые перемены. Как прежде не будет никогда. — Я бы хотел с ней увидеться и поговорить, но… Спокойной ночи, Ким Ынха.       Он резко разворачивается и направляется к дверям, но она всё же успевает его поправить: — Я Кан Ынха.       Входная дверь глухо хлопает, скрывая широкоплечую фигуру, и девушка сразу присаживается на ступеньку, упираясь уставшим взглядом в вышитую крестиком картину. Один разговор как-то быстро выкачал все моральные силы, и Ынха хотелось, чтобы все стало чуть проще и понятнее. Тэхён слышал лишь часть из разговора и был доволен тем, как она сдержала все выпады. В будущем ей предстоит ещё не раз терпеть подобное, но самое сложное уже позади: она услышала всё это от близкого человека, которым считала Ким Намджуна, так что легко вытерпит и отобьется от остальных. — Я чувствую себя так мерзко, потому что всё понимаю, но не могу ничего изменить, — она знает, что он позади, поэтому признаётся во всём как есть. — Ты сама дала своё согласия, я не заставлял, — Тэхён спускается и присаживается на корточки, так чтобы заглянуть ей в лицо. Ынха переоделась к ужину в светлое платье, а на её губах лежала тёмно-вишневая помада. Парень едва касаясь проводит по её нижней губе, ощущая кожей теплое дыхание. — Ты сомневаешься во мне? — он усмехается, выглядя слишком самоуверенно и высокомерно. Он возвышается над ней, но Ынха не ощущает желания отбиться или сопротивляться. Она поддаётся чуть ближе, смотря ему прямо в глаза. — Пообещай, что даже если я тебе надоем и буду не нужна, ты не вернёшь меня в бордель, — абсолютно серьезно и честно шепчет девушка, пытаясь в его глазах разглядеть хоть что-то, что могло бы убедить её в правильности своего решения. — Это твой худший кошмар? — он заинтересовывается и даже поддается чуть вперёд, касаясь своим лбом её. — Тогда я вновь буду чувствовать себя ненужной, одинокой и чужой. Просто скажи мне уйти, и я это сделаю. Я сама решу куда, только укажи когда.       Тэхён в ответ лишь молчит. Он не задумывался о чём-то столь далеком, но предпочёл запомнить и обдумать её слова. Они не вызвали в нем жалости или сострадания, и уж тем более нигде не появилось чувство вины. Просто в очередной раз убедился, что она слишком близко к сердцу приняла тот поступок родителя, и теперь невольно была уверена, что любой может поступить также. Если им суждено будет разойтись, то она останется при работе, жилье и полной поддержке клана, но пока его всё устраивало и Ынха казалась абсолютно сносной и идеальной партией. К тому же Тэхён не желал менять девушек, ведясь на необдуманный порыв чувств или милое личико. Ему не нужны подстилки, бесхребетные или высокомерные леди. Ему нужна сильная опора и спокойная гавань. А Ынха обладала всем желанным. К тому же ему льстило, что даже в мыслях девушка не допускала возможность, что она сама захочет от него уйти. Она будет преданной, а в их мире не было качества более ценного, чем это. — Идём ужинать, иначе ничего не останется, — Тэхён поднимается и протягивает ей руку, дожидаясь пока Ынха вложит свою ладонь в его. Её рука маленькая, кожа мягкая, а на безымянном пальце подаренное им кольцо. Кажется впервые Тэхён увидел красоту бриллианта.