Сумасбродяжие в городе N

Толкают юность с молотка в невзрачных трёх конвертах. Пусть баснословно высока цена чужих секретов – но обесценить так легко стихи и всё живое, когда торгаш дурной рукой бьёт в гонг перед толпою. Жила лишь письмами – и вот на них теряю право: моя любовь – всего лишь лот ценою в пять сентаво. Незваный гость – что в горле кость, до прошлого охочий – пришёл, как вор, оставив злость и безысходность ночи. Так рад, конечно, будет тот, кто на торгу открытом чужие тайны раздаёт зевакам-сибаритам… …Толпа гудит – бесстыдный сброд: «давай!», «ещё!», «дороже!». Моя любовь – скандальный лот: отдать не каждый сможет металл, звенящий в кошельке, за три конверта веры, мольбы, мечтаний налегке и глупостей без меры. А мне, когда всё позади – стоять и не таиться, ведь впору Анхелю «прости» кричать на всю столицу. Святой – ни шагу прочь, пока мою сжимает руку. Удар фатальный молотка – и вот пошла по кругу в конвертах трёх на радость всем бесхитростная юность, не знавшая запретных тем. Обманом обернулась простая правда в паре строк, прозрачная, как слёзы – увы, к доверчивым так строг мир что стихов, что прозы… А где же он, что в тех стихах – и адресат, и автор? В изгнании? В делах? В бегах? Непризнанный новатор в столицу больше ни ногой, а Делия – вдогонку, хоть ей беречь бы свой покой: давно ведь не девчонка… …Пройдёт всего-то года два – и снова по гостиным пойдёт ехидная молва: в романе анонимном любой признает мастерство изгнанника-бродяги, но так запретно и ново то чувство на бумаге, что в полный голос не сказать, имён не обозначить – у двух счастливых на глазах извечно третий плачет. Хоть разрешает этикет в салонах дамам шляпки – но пред тобой сниму берет, чертовка-косолапка. Пришла смела, нагла, бела в «Поэме капитанской» и правду вслух произнесла – так, прозой, по-испански. Злорадство – грех, а я смеюсь раскатисто и звонко. Упрёки, осужденья – пусть, сама уж не девчонка. Больна и зла, держусь, пока с лихвою не ответят толкнувший юность с молотка и тот, кто не заметил. почти реальная история всё той же Альбертины Роса. "почти" – за перенос событий на 20 лет назад относительно истины 18.01.-20.04.24.