Сумасбродяжие в городе N

Пропала «моремгла», а с ней до кучи – десятка два абсурднейших поэм, берет, перо, чернила и зачем-то три конверта. Что за странный случай? Ушла, что испарилась без следа – и это в нашем возрасте почтенном! А мне что – объявления по стенам расклеивать, сгорая от стыда? «Кто видел, сообщите – А. Кручага в свои-то годы потерял жену, готов простить любую ей вину, лишь бы живой вернулась, бедолага. Для связи номер красною строкой, звонить всегда, в любое время суток»… Да, право, канул в Лету мой рассудок, а с ним – и сон, и график, и покой. -Алло? -Темуко, Марисоль на связи. Пропажу вашу видела вчера – в гостиной распиналась до утра, мол, журналистов развелось как грязи. Подать грозилась на кого-то в суд. -Вы говорили с ней? -Да не дай боже – кто Марисомбру в гневе потревожит, того и все святые на спасут. -Вас понял. Что ж, спасибо за услугу. -Да что уж там, мы с ней почти родня, из тех стихов десяток – про меня. Вернётся – дайте знать хоть нам с супругом. -Алло? Простите, плохо слышно, я совсем не понимаю по-голландски, переведите на простой испанский, сеньора… -Марука. Простите, от вранья, что множится кругом, забыть недолго родной язык. -Так что же «моремгла»? -А, эта… Знать – не знаю, но нашла статьи обрывок, непонятный толком. Каких-то три письма, аукцион и общий наш знакомый – ну, вы в курсе. -Благодарю. -Не стоит, но на пульсе держите руку, вдруг замешан он? -Алло? -Буэнос-Айрес. -Что? Мураша?! -Но лучше Делия. Что за бардак кругом? Летят и в Аргентину косяком статьи о письмах к Марисомбре вашей! Сочувствую, но вряд ли помогу – наш общий автор уж давно в Часконе. Вы не висели бы на телефоне – бессмысленно. И злейшему врагу не пожелаю быть на вашем месте. -Спасибо за участие, мадам, но своё место знаю я и сам. -Ну что ж, скажите, если будут вести… -Алло? -Часкона… Нет уж, чересчур! Коль был бы молод – уж летел бы в стену со скоростью и силою отменной многострадальный телефонный шнур. Но нет ни сил, ни зла в мои-то годы – лишь сердце расшалилось, вот печаль – поспеет утром «скорая» едва ль в квартал, забытый богом и природой… …Затмение. Забвение. Живой ли? Каким-то чудом, очевидно – да, столпились у кровати господа читатели и смотрят сердобольно. Обрывки памяти, звонки, провалы, плач кругом, смрад от сердечных капель… -Совсем не бережёшься, дурень Анхель, - уже привычно усмехнётся врач. история, которая не случилась, но могла случиться с супругом Альбертины Роса, будь он нашим с вами современником 13.10.24.