Уроки от сенсея

Июнь в этом году на удивление выдался не таким уж и влажным, пропуская мимо себя мелкие дожди. Зато жара подступала огромными шагами днём и резко, будто убегая, отступала ближе к вечеру — как минимум, без кофты на улицу не выйдешь точно. Наруто поёжился, укутываясь в лёгкую куртку, выйдя из кофейни. Уж лучше бы дождь шёл, чем этот пронизывающий до костей ледяной ветер. Пока Наруто ходил до дома забросить школьные вещи, Саске написал, чтобы Наруто зашёл в квартиру сразу — он дверь открытой оставил. Наруто обратно дошёл быстро, поднялся на нужный этаж и зашёл в тёплую квартиру. В прихожей его никто не встречал. Саске нашёлся на кухне с кипой бумаг и его рабочих тетрадей, которые он обычно раскладывал у себя на столе в школе, когда хотел составить очередной тест. Наруто осёкся, осторожно садясь напротив Саске. — Только не говори мне… — он пробежался глазами по листочкам и чётко прочитал несколько важных фраз, которые чёрным по белому гласили: «Решить. Для Наруто». — Ага, — не отрываясь от писанины промычал Саске, манерно откладывая те самые листы с заданиями в сторону. — Можешь заварить себе чай и приступать к работе. — Ты издеваешься, да? — Наруто недовольно скорчился, но листы из рук Саске принял, взявшись за ручку. Саске кивнул. Чёрные глаза на секунду поднялись на белобрысое чудо и опустились обратно, убедившись, что Наруто взялся за предложенные тесты. — Ты действительно думал, что я просто трахну тебя? — Саске пытается говорить будничным голосом, но затрагивание этой щепетильной и такой будоражащей нутро темы отдаётся мелкими разрядами тока прямо в пах. «Конечно, — думает Саске, смотря на то, как Наруто прикусил кончик ручки, — но только позже». — Это и предполагалось в «наказании», нет? Саске усмехается, откидываясь на спинку стула. Он складывает руки на голой груди и смотрит, как Наруто кривит губы, передразнивая уж слишком счастливого Учиху. — Нет, — повторяет он. — Скоро начнётся экзаменационная неделя. И уж поверь, я не дам тебе испортить и себе, и мне каникулы. — Как будто я не сдам, — Наруто закатывает глаза и откидывает ручку в сторону. — Физкультуру ты точно не закроешь. Как и твой всегда занятый дружок. История, Английский, Экономика… даже вспоминать не хочу, сколько там пропусков. — Сдам, — упрямо. И тут уже дело принципа — убедить Учиху в своей правоте. Кажется, его неверие оскорбляет чувственную натуру Наруто. Вот ведь. Сдать школьные предметы — боже, только особо тупой идиот с этим не справится. — Ты слишком самоуверенный. — Я знаю свои способности, — Наруто вскидывает бровь и уже явно показывает скривлёнными губами всю суть задетого честного ума. — И правда, самоуверенность? Быть умным и не самоуверенным — значит не быть гением. — Слишком размытое понятие гениальности для ученика последнего года старшей школы. — Слишком громко сказано для того, кто этого гениального ученика последнего года старшей школы трахает. И между прочим, — Наруто из вредности сбивает стопку тетрадей лёгким движением локтя, — пренебрегает этой привилегией. — Сомневаешься в моих способностях? — Саске хмыкает. — Слишком самоуверенно. Наруто победно улыбается и снова берётся за тесты. — Ладно, — Саске сдаётся, признав, что словесную битву он у Узумаки никогда не выиграет. — Возьмём в расчёт мой предмет. Я тебя просто к нему не допущу. — Это ещё почему? — Наруто калякает ответы наугад и принимается за следующий тест. — Пропуски, которые ты не отработал. Наруто крутит пальцем у виска и непонятливо моргает на манер стереотипной блондинки. — Серьёзно? — А ты думал, что у тебя какие-то привилегии? — А разве нет? — Нет. — А за отсос? — Заманчиво, — Саске улыбается, — но нет. Глаза Наруто хитро блеснули. — Ну ладно. Наруто ловко снял с себя футболку, потом стянул джинсы и остался в одних боксерах. Откинув одежду в сторону, Наруто удобно устроился за стол, подогнув под себя ногу, и нагнулся чуть вперёд, облизывая вмиг пересохшие губы. Саске вскинул бровь и исподлобья взглянул на спектакль Наруто — спектакль, который определённо не мог оставить его, Саске, равнодушным зрителем. — Жарко что-то, — отвечает Наруто на вопрос, который тяжким грузом повис в воздухе. В горле пересохло. Определённо, стало очень жарко. — Неужели? — Саске всё ещё недоверчиво глядел на раздетого Наруто, и мысли плавно утекали в совсем неправильном направлении. Но кто их мог остановить? — просто невозможно. — Ага, — цепкий взгляд голубых глаз обжигал, специально задерживаясь на тонких учиховских губах дольше. Спустя пару минут усердного пыхтения над злосчастным нескончаемым тестом, Наруто одним незамысловатым движением скинул ручку на пол и полез под стол, тут же захватывая крепкие ноги Саске руками. — И что ты делаешь? — Саске сглотнул, чувствуя, как чужие влажные ладони легли на бёдра в считанных миллиметрах от полувставшего члена. По телу прошёлся еле ощутимый разряд. Саске неосознанно, скорее, от неожиданности, смял листы какой-то тетради и судорожно вдохнул, закатывая глаза. Господи, он сейчас задохнётся. Наруто ухмыльнулся, почувствовал движение в серых спортивках Учихи. «И тебе привет», — мысленно проговаривает Наруто, скалясь. — Не понимаю, о чём речь, — Наруто вёл всё теми же влажными холодными ладонями по голому торсу стушевавшегося Учихи, легко царапая ногтями низ вздымающегося от сбившегося дыхания живота. — Наруто, — вздохнул Саске, чувствуя через два слоя ткани тёплый юркий язык. Он инстинктивно приподнял бёдра, чем Наруто и воспользовался, стягивая с него спортивки и трусы. — Наруто. Прекрати. Резким движением Наруто до предела задвинул стул Саске вместе с ним же за стол, загораживая весь вид для Учихи. Если Саске не собирается его сегодня трахать, то он, Наруто, просто не оставит ему выбора. Кто Учиха такой, чтобы сопротивляться обаянию самого Наруто Узумаки? Полувставший член дёрнулся, привлекая к себе недостающее ему внимание. Наруто облизнулся и аккуратно взял его в правую руку, проводя от основания до головки языком, задевая серёжкой все выступающие венки. Сверху раздался судорожный выдох. — На… Наруто, прекрати, — Саске облизнул губы, откидываясь на спинку стула, и в голосе проскользнули нотки смирения, — нет, продолжай. Он пытался сопротивляться Наруто, честно. Пытался… Блять, это чертовски его заводило ещё с самого начала нарутовского прихода в квартиру. Наруто прекращать не собирался, прекрасно зная все особо чувствительные местечки Учихи. Обильно смочив губы собственной слюной, он вобрал член наполовину, несильно сжимая ладонь у основания. Саске дёрнулся, пытаясь отодвинуться от стола, но Наруто ему не позволил, другой рукой схватившись за ножку стула. Сидеть на месте, Учиха. Наруто не брал в рот полностью, заглатывая только головку, дразня. Он был безжалостен в своей ласке, натягивая нервы брюнета до предела. У Саске с каждым скользящим движением горячих губ по стволу сердце в пятках отбивалось, а в голове звоном билось только одно — имя чёртового искусителя. Саске поджимал на ногах пальцы, нервно кусая губы и протяжно выдыхая, борясь с желанием тут же кончить, как мальчишка в пубертатный период. Он и забыл, как хорошо Наруто владеет своим ртом и, сука — язык с пирсингом, чтоб его. Не переставая дразнить извивающегося Учиху, который, не особо задумываясь, пытался протолкнуться глубже, Наруто нащупал в его штанах маленький тюбик смазки. Однако, предусмотрительно. Щелчок крышки, и Наруто, не жалея, выдавил смазку себе на ладонь, сразу же заводя руку назад. Это было непросто — растягивать себя и одновременно поддерживать темп, который Учиха упорно старался сбить своими внезапными толкающими бесконтрольными движениями, — но вполне выполнимо. Секса не было давно, поэтому для растяжки пришлось хорошенько постараться и не вскрикивать от того, как он, Наруто, неаккуратно отросшими ногтями задевал чувствительную кожу сзади. Нужно было ковать железо, пока горячо, ведь кто знает, что Учиха выкинет в следующую минуту — возьмёт и уйдёт, ссылаясь на его, Наруто, наказание. Хотя тут можно поспорить — заведи Учиху и знай, как знали, точно не отвертишься. Вспоминая их прошлый марафон… о, да. Наруто остановился на трёх пальцах, наконец, пытаясь полностью заглотить немаленький член Саске. Губы горели от частого, довольно быстрого скольжения; горло стягивало: дышать становилось всё тяжелее. Вскоре пальцы понемногу перестали приносить дискомфорт, поэтому Наруто полностью сосредоточился на Саске и его члене, создавая голосом вокруг него вибрации. — Наруто, блять… — Саске вскинул бёдра и соскочил со стула, резко отодвигая его в сторону. Наруто он вытащил сразу же, нагибая его над столом. На Узумаки уже не было боксеров — лишь излишняя смазка стекала по ногам, что конкретно так заставило Учиху переосмыслить смысл своего существования. Это же, блять, насколько нужно быть сексуальным, чтобы крышу сносило от одного только вида обнажённого тела… О, Саске знал. Саске перевёл дыхание и прижался к чужой спине, отводя руку Наруто назад, чтобы он выгнулся. До безумия хотелось тут же вставить. Взять. Разложить на ебаном столе. Трахать до потери пульса. Саске ввёл два пальца сразу, следом добавил третий, в благодарность услышав хриплый протяжный стон. Наруто хорошо постарался, но для него всё равно мало. — Блять, ты будешь трахать меня или мне отойти подрочить? — проворчал Наруто, шипя от грубых движений у себя в заднице. Возбуждение стало болезненным, скручивая все внутренности, а Саске вовсе не торопился вставить. — Или это сделать мне? — Презервативы? — хрипло. Саске сглотнул. Чёрт, даже голос от томительного напряжения сел. Наруто застонал. Блять, кто бы знал, как он хотел, чтобы его трахнули. Да боже, какие презервативы! — Я чистый, — выплёвывает Наруто и сильнее прижимается к Саске, пытаясь поймать как можно больше точек соприкосновения. Блятьблятьблять. Саске снова пришлось перевести дыхание. Он сейчас здесь ебнется. Он сейчас кончит от одного только осознания, если не возьмёт себя в руки. — Я тоже. У Наруто спирает дыхание так же, как и у Саске. Оба молчат, но внутри разрывает неопределённым, но приятным чувством разгорячённое сердце. — Тогда, блять, вставь в меня свой ебаный член… — на выдохе шепчет Наруто, прижимаясь к Саске. — Или я клянусь, ты пожалеешь. Саске усмехнулся, подбирая стекающую смазку с ног Наруто, обмазывая остатками свой член. Неторопливо вставив только головку, он готов был взвыть — слишком узко. Да чтоб его. — Расслабься, — властно. Настала очередь Наруто дрожать. Он прикусил губу, опираясь о края стола руками. От каждого миллиметра, что погружалось в него, он приподнимался на носочки всё выше и выше, напрягаясь. Боль не отступала так же, как и чёртово возбуждение. Саске старался быть предельно аккуратным, но от того, что он осторожничал, неприятный зуд только нарастал. — Саске… давай уже. — Так я тебя порву. — Похер. — Нет. — Саске… — протянул Наруто, чувствуя, как сзади тепло чужого тела исчезает. — Похер. Пожалуйста. Вперекор умоляющему Наруто, Саске наклонился и забрал тюбик оставшейся смазки из-под стола, с трудом пытаясь не заострять внимание на манящих ягодицах. Наруто недовольно промычал, пока Саске снова начал его растягивать мучительно долго и по-садистски слишком умело, зная, куда стоит надавить. — Слишком нетерпеливый. — Иди… ха… иди-ка ты… — Наруто не мог перевести дыхание, чувствуя, как член снова дёргается в колком, в каком-то болючем возбуждении. — Конечно, — Саске улыбнулся, попутно выцеловывая нарутовскую шею, защипывая зубами кожу в укромных местах. От нетерпения в горле пересохло. Когда в Наруто стало легче вводить четыре пальца, Саске остановился. Хотелось всего сразу: и грубо, схватив Узумаки за волосы, и нежно, шепча всякие разные ласковые слова на чувствительные уши, и медленно, растягивая блаженное удовольствие, и быстро, вбиваясь рванными агрессивными движениями. — Обопрись о стол и выгнись. Наруто согласно промычал и послушно встал, расставив ноги. Саске усмехнулся, не лишая себя удовольствия шлёпнуть по мягким ягодицам ладонью, в благодарность слыша вырвавшийся от удивления сладкий вскрик. Наруто что-то пробубнил, но Саске уже не слышал, снова пристраиваясь сзади. Войдя наполовину, Саске уже не мог сдержать довольный хриплый грудной вздох, придерживая Наруто за талию сильной хваткой. Наруто же стонать тихо не умел, сразу же показывая звонкий голос — как бы соседей не смутил. Кайф сжирал изнутри в районе паха, разливая по телу волны непередаваемого экстаза. Из головы вылетели все мысли разом, оставляя на искусанных губах только имя своего партнёра. Саске. Наруто качнулся следом за плавным движением бёдер брюнета, натягиваясь, словно струна, готовая вот-вот лопнуть под умелыми пальцами. Наруто. Саске находился будто под воздействием какого-то наркотика, обескуражено пытаясь захватить податливое горячее тело руками. Саске. Наруто перехватывал угольные волосы пятерней, позволяя Учихе творить с его чувствительной шеей головокружащие вещи. Наруто. Саске жадно вцепился в чужие бедра, оставляя за собой следы на красивой загорелой коже. — Саске… — сбитое дыхание обжигало и так разгорячённую кожу. — Расслабься, — снова повторил Саске, поглаживая плоский впалый живот, попутно захватывая мочку красного ушка зубами. — Секунду… — Наруто перевёл дыхание, и Саске стало легче двигаться. Он, Саске, никогда не пробовал секс без презервативов — и зря. Ощущения острее, кожа к коже — безумно затягивало до искр в глазах. Какой же ты для меня идеальный, Наруто Узумаки. Длинные пальцы вытанцовывали на татуированной коже дикий танец, задевая все потайные струны. Наруто дёргался от прикосновений к рёбрам, бросаясь грудью вперёд. Наруто задыхался от каждого толчка, отдаваясь назад — прямиком к учиховскому обрыву. Балансировал где-то на краю вулкана. Сзади обжигало трение кожи о голую плоть Учихи. Спереди холодком бегали пытливые мурашки. Чтоб тебя, Саске Учиха. Наруто совсем не контролировал свой голос, откидывая голову Саске на плечо, не смыкая опухшие истерзанные губы. Он сжимал черные взмокшие волосы в ладони, закатывая глаза, и прижимал Саске всё ближе грубой хваткой, не давая ему отступить ни на миллиметр. Ему это так нравилось — чувствовать Саске каждым участком тела, находясь вот так, впритык. Учиха резко вышел и так же резко вошёл, заставляя Наруто звонко вскрикнуть, выбивая из него все те мелкие объёмы оставшегося воздуха. И только через пару секунд до безумия приятных ощущений, которые его ни на миг не отпускали, он, Саске, увидел на рабочей тетради белёсые капли спермы. — Я… ахааа… не специально, — Наруто размяк в его руках, снова облокачиваясь о стол. Ноги дрожали, переставая поддерживать равновесие. Саске же это затуманивало разум конкретно. Он повернул Наруто лицом к себе, смёл со стола чёртовы тетради и усадил его туда, задирая нарутовскую ногу, снова и снова входя в желанное и любимое тело рваными толчками. Губы нашли чужие почти сразу же, накрывая в диком приступе кусачего поцелуя. Наруто, который обладал особой чувствительностью после резкого оргазма, завёлся с пол-оборота, прижимая свободной от захвата Саске ногой к себе ближе. Шлепок яиц о голую влажную кожу ягодиц был смущающе громким. Наруто пришлось оторваться от поцелуя и перенести вес на руки, выгибаясь, чтобы хоть как-то поддерживать себя в не очень удобной позе… боже. У Учихи темп менялся так же резко, как и периодичность нарутовских вскриков. Чувствуя, что готов вот-вот кончить, Саске снова переворачивает Наруто на живот и с особым садистским удовольствием почти полностью выходит и снова резко входит, зная, что Наруто от этого разве что не плавится. — Са… Саске… — Наруто хотел притронуться к себе, но Учиха этого не позволил сделать, схватив его за руки, приподнимая. С последним движением Саске еле как успевает вытащить член, кончив на покрытую татуировками нарутовскую спину с протяжным хриплым стоном. Наруто, потеряв равновесие, заваливается вперёд и скользит на пол, но Саске его подхватывает и переносит на диван, раздвигая дрожащие ноги. Член у Наруто мелко дёргается. Саске садится между раздвинутых ног и берёт в рот, заставляя Наруто выгнуться. Он, Узумаки, хватается за чёрные волосы Саске и ведёт Учиху сам, сжимая их на затылке. — О, господи, — срывается с его губ и он успевает убрать Учиху от себя, когда кончает, но всё-таки попадает ему на лицо, замазав гладкую щеку. Саске усмехается, убирая со щеки сперму, вытерев салфеткой, что лежала на журнальном столике рядом. Он взял ещё одну и перевернул Наруто набок, вытирая свою с его спины, хотя Наруто уже обо что только не обтёрся. Саске заползает на диван и пристраивается между ног у блондина, положив голову на плоский вздымающийся живот. Наруто тут же пускает руку в чёрные волосы и начинает нежно их перебирать, устало закручивая длинные локоны на палец. — Я люблю тебя, — буднично проговаривает Наруто и ерошит волосы на затылке. Эти важные слова даются на удивление легко, больше не вызывая внутри какого-либо страха — только умиротворение. Бездонные глаза устремляются в бушевавшее море внутри голубых — и их хозяин безбожно тонет, растворяясь в них. Саске смотрит-смотрит-смотрит, а беспощадное море всё так же тянет его на дно своего мира. Я люблю тебя. Я так люблю тебя. Только тебя. Саске спрятал алеющее лицо, прижавшись щекой к нарутовскому животу. Руки сразу же стали блуждать по загорелому телу, невесомо ведя пальцами по линии талии и бёдер; прошлись по проколотым соскам и добрались до пупка. От переизбытка нахлынувших чувств Саске прикусил кожу внизу живота Узумаки. — Саске, больно, — Наруто схватил его за волосы и рывком подтянул к себе, лицо к лицу. Наруто улыбается, проведя ладонью по учиховской щеке. А Саске, словно кот, ласково подставляется под тёплые руки, прикрывая глаза. — Повторим? Саске хмыкает. — Будто бы я могу тебе отказать. — Говоришь так, будто бы я тебя заставляю. Саске прижался уже вставшим членом к его ягодицам и повёл бровью, опровергая его слова. Заставить? Наруто стоит только появиться на горизонте, как у Саске в голове всё переворачивается. — Уж поверь, но тебя я не перестану хотеть ещё очень и очень долго. — Надеюсь, что в сорок ты скажешь так же. Саске закатывает глаза, усаживая Наруто к себе на колени. Раздвинув половинки ягодиц, он медленно сажает Наруто на член, задерживая дыхание. Боже, как хорошо. — Скажу, — неоспоримо. Наруто протяжно стонет, прикрывая глаза. Руками он обвивает плечи Саске и прижимает его максимально близко. «Говори, — думает Наруто, — говори всегда, пожалуйста, говори».       

х

Закончилось всё в ванне. Саске медленно массажировал кожу головы Наруто, который лежал у него на груди спиной и иногда, не сдерживая свои порывы, мазал губами по светлой макушке, перебирая мокрые пряди меж пальцев. Наруто устало зевнул и устроился удобнее, почти полностью погружаясь в тёплую воду. Его разморило. Саске ведёт тонкими пальцами по веснушчатому плечу медленно, еле касаясь, будто, если надавит сильнее — и он, Наруто, сломается. А Наруто ломался, вновь и вновь пытаясь держать себя в сознании от одних только жалящих прикосновений. «У Саске пальцы волшебные», — думает он, покрываясь мурашками. Пальцы волшебные? А может, Наруто уже настолько затраханный, что — раз, — и поплыл. Плывёт. Растекается. Начинает задыхаться. А Саске пальцами по коже вырисовывает слово. Люблю. И так несколько раз. Молча. Люблю и всё. Эти же волшебные пальцы нашли чужие — два, — Наруто откидывает голову назад, наблюдая, как припухшие розовые губы с особым трепетом выцеловывают каждую выступающую косточку. «У Саске волшебные губы», — продолжал Наруто, заглушая внутренним голосом разбушевавшееся сердце. Чёрные ресницы чуть уловимо дрожат. Саске кладёт переплетённые пальцы на нарутовскую грудь и тянется к сомкнутым губам. В такой позе не разойдёшься — целовать пришлось рвано, и не только губы. «У Саске глаза — ебаная бездна», — заключает Наруто, находясь в полусознательном состоянии. Три — нежность съедает, ломая железные барьеры его израненной души. И снова одно слово. Любовь. — Тебе… — хрипло начинает Саске, — всё равно нужно решить те тесты. — Даже половину не уберёшь? Саске хмыкнул. — Может пару-тройку… — Я стою пару-тройку тестов? — Наруто театрально вздохнул, складывая руки на груди. — Как дёшево. — Ты бесценен. Наруто уже было хотел притянуть Учиху к себе, но зазвонил телефон, прерывая интимный момент. Наруто неохотно перекатился, вытер одну руку и ответил, включая громкую связь, хотя очень хотелось просто отключить вызов. Он вернулся на грудь Саске и недовольно пробубнил «слушаю». Вот как знал, что ему кто-то да позвонит, таща телефон за собой, пока Саске подталкивал его к ванной звонкими шлепками по ягодицам.

— Надрываешь задницу, милый? — проговорил Киба.

— Чего тебе? — устало вздохнул Наруто, подставляя шею под лёгкие незамысловатые поцелуи размякшего удовлетворённого Саске.

— Как скоро у тебя вывалится геморрой? Нет, правда, вся эта ваша радужная тема немного… опасна.

Саске усмехнулся, переходя к чувствительному ушку. Наруто тихо промычал, переплетая их пальцы на бортике ванной. Боже, он сейчас растает. — Хочешь, проверим на тебе? — Наруто чувствует, как волна возбуждения окутывает его тело и пытается немного отстраниться, но тут же ощущает, как сильные руки Учихи не дают этого сделать.

— Да ни за что. Эта дырка чтобы срать.

Наруто смеётся и накрывает припухшие от частых укусов губы Саске, медленно ведя языком по контуру. Отрываться от Саске не хотелось вообще. Оторваться вообще — кажется, это уже невыполнимая миссия. Саске — ебаный наркотик, вызывающий сильнейшую зависимость. И Наруто с удовольствием подсел на учиховскую иглу.

— Эй, Наруто! Я слышу что-то неприличное.

— Ну так, я надрываю задницу, — Наруто снова подплывает к краю ванной ближе к телефону и кладёт голову на руку Саске. — Чего хочешь-то?

— Ты домой сегодня не придёшь? — как-то взволнованно говорит друг.

Наруто смотрит на Саске, который одним только взглядом говорит, что никуда его не отпустит. Да и сам Наруто не очень-то хотел уходить. Но вот… Киба бы не спросил, если бы у него что-то не случилось. — Не планировал. А что?

— Ну, тут такое дело… — Киба замолкает на секунду, выходит на балкон и всё равно шепчет: — Тут твоя подружка пришла. Вся в слезах… и пьяная.

У Наруто тут же спадает игривое настроение, и он хмурится, убирая руки Саске от себя. — Что? Что случилось? — обеспокоенно.

— Блять, я не спрашивал! Она пришла, спросила, дома ли ты, а когда я сказал, что нет, то разревелась. Я вот в душе не ебу, что делать с плачущими бабами! Их же не успокоишь! Ну, я пытался, конечно, думал, сам справлюсь, но она всё требует тебя, — Киба откровенно истерит, и через балконную дверь отчётливо слышно, как громко Ино начала завывать. — На самом деле, я не очень хотел тебе звонить, потому что… ну… это…

Наруто чувствует, как Кибе неловко поднимать тему его стабильности, поэтому перебивает его: — Я понял, — Наруто вздыхает. — Она хоть что-то тебе сказала? Намекнула?

— Слушай, я не ты, чтобы суметь разговорить пьяную плачущую бабу. Кто её знает? Может из-за того, что было и в прошлые разы?..

— Ясно, — Наруто разочарованно поджимает губы и вылезает из ванны, обтираясь полотенцем. — Скоро буду.

— Поторопись, пожалуйста, я и так на работу опаздываю.

— Хорошо. Попытайся её успокоить и не дай ей выпивать ещё. Киба молчит, а потом громко проговаривает чёткое «блять».

— Ну, она добралась до пива. Короче, жду тебя.

Наруто отключился и только сейчас увидел недовольный взгляд Саске, прожигающий в нём огромную дыру. Он скрестил руки на груди и смотрел исподлобья, манерно приподнимая бровь. — Прости, — виновато. Саске молчит, поджав губы. Наруто обматывает полотенце вокруг бёдер и садится на край ванны, откидывая чёрные мокрые пряди назад. — Не могу её оставить. — Знаю, — Саске хмыкает. — Но я не думаю, что ты сейчас можешь погружаться в чужие проблемы. Не пойми меня неправильно, но… мне это не нравится. — И я всё равно не могу её оставить. — Ну ещё бы, — прозвучало слишком язвительно. Саске тоже вылезает из ванны, взяв с полки чистое полотенце. Движения дёрганные, взгляд тяжёлый — Саске, кажется, еле сдерживает себя от злости. Сдерживает себя от того, чтобы не запереть Наруто дома, не давая ему выйти. Было бы хорошо. — Я тебя довезу. — Не нужно. Саске смотрит ему в глаза и ещё раз приказным тоном произносит: — Я. Тебя. Довезу, — раздражённо. — Что непонятного? Саске бесился. Во-первых, их вечер с Наруто испорчен какой-то девчонкой, во-вторых, Наруто снова окунётся в депрессивные мысли, и ему может стать хуже, и в-третьих, ревность… просто съедала. Саске понимал, что у Наруто с ней ничего не будет, но… но. Что он может сделать, если ревность просто не поддаётся контролю? Что он может сделать, чтобы Наруто сейчас остался с ним? Наруто наспех высушил волосы феном и ушёл одеваться, рыская в поисках одежды по кухне. Расстроенный Саске вышел следом, натягивая на себя спортивки и худи. Он положил ключи от машины в карман и стал ждать, пока Наруто соберёт свои вещи. — Ничего не забыл? — голос Саске выдавал его с потрохами. Наруто помотал головой и надел кроссовки. Машина завелась только с третьего раза, будто чувствовала, как хозяин никуда не хотел ехать. И она была права. — Прости, — ещё раз извиняется Наруто, смотря на поджатые припухшие губы Саске. Он выглядел… очень расстроенным. От того Саске, который безумно влюблённо смотрел на него в ванной, не осталось и следа. — Позвони мне, как успокоишь её. — Наверное, это будет поздно. — Позвони, — приказ. — Ладно, — Наруто жмёт плечами. — Главное не забыть. Саске ведёт резко, пытаясь ехать самыми длинными путями извивающейся дороги. Саске заезжает в тупики, где машина дальше просто не пролезет, разворачивается, затрачивая на это большое количество времени. Делает это специально. Знает же, как ехать. Знает. Конечно, знает. Он выучил эту дорогу ещё после их первого раза. Она снилась ему. Снилась чётко — в самом расширенном качестве. Кажется, Саске может проехать до квартиры Наруто с закрытыми глазами. Может. — Ты же знаешь, что ревновать в этой ситуации глупо. — И? — Саске ведёт бровью. Он и без Наруто знает, что это глупо. Ревность — вообще глупое чувство, но куда там. Саске на волоске от бешенства. — Саске. — Что? Я что с этим сделаю, если мне не нравится? Ты будешь с ней, пьяной, один, а насколько я знаю, она не так уж и ровно дышит к тебе. И вообще, у неё что, подруг нет? — Учиху прорывает. Он крепче хватается за руль. — Почему ты? — Саске. — Просто прекрасно. Ты что, свободные уши? Тебе будто своих проблем не хватает. Конечно, давайте тебя ещё больше загрузим, куда там. Что за верх эгоизма? Саске уже откровенно психует, паркуясь у многоквартирного дома. Он отпускает руль и откидывается на спинку, стараясь не смотреть на Наруто. Посмотрит и запрёт его в машине. Посмотрит — и снова пропал. — Саске. — Ну да что? Скажи мне ещё, что я неправ? Наруто мотает головой и кладёт руку на руку Саске, пытаясь его хоть как-то успокоить. — Я люблю тебя. Успокойся, со мной всё будет в порядке. Саске жмётся и поворачивает голову к Наруто, который так тепло улыбается, смотря на него. Узумаки смотрит прямо и уверенно, почти принуждая Саске перенять его спокойствие. И как прикажете после этого его вообще куда-то отпускать? — Я люблю тебя, — снова повторяет Наруто. — И я позвоню тебе, обещаю. Пропал. Посмотрел. Сердце жжёт, ревность всё так же не отпускает. «Я люблю тебя». В голове только это. Сейчас только Наруто. В будущем, наверное, так и останется. Ебаный Наруто, что же ты делаешь? — И я тебя. Наруто коротко целует Саске и выходит из машины, не оборачиваясь. С каждым разом отпускать Наруто домой становится тяжелее. Каждый раз уезжать без него — какая-то пытка. И пытка эта страшная, мучительная. Саске поднимает глаза на окно нарутовской квартиры и видит включённый свет в его, Наруто, комнате. Прорывает. И злость, и ревность, и страх. Да блять.       

х

Завывание пьяной девушки скрипом отталкиваются от стен лестничной площадки. Наруто морщится от писклявого голоса и заходит в квартиру, помедлив у двери несколько секунд. Где-то в закромах мозга проскользнула мысль «а может, оставить как есть?». Наруто не обязан ей помогать. Наруто устал. Наруто может себе позволить эгоистично поступать. Может? Ты, Наруто? Нет. Нет, не можешь. Не может и поэтому сначала находит Кибу. Киба сидит в ванной в наушниках и откликается только тогда, когда Наруто появился у него перед носом. Киба смотрит внимательно, оценивая. Ставит вердикт: выглядит вполне адекватно. — Долго, — ворчит он, снимая наушники. — Как смог, извини. Киба окидывает его недовольным взглядом и отворачивается, идя к его, Наруто, комнате, где Ино с определённой периодичностью завывала. — Нару-у-у-у-то, — воет Ино, одетая в его футболку и длинные шорты. — Нару-у-у-то. — Она облевала свою рубашку, — как бы между делом бубнит Киба. — Пришлось переодеть. Завывала отчаянно — голос сорвала. А между делом слезами захлёбывалась, подтирая сопли. Ино лежала поперёк кровати лицом к спинке и истерично из раза в раз повторяла только одно — его имя. Наруто. — Хорошо. Можешь идти, я разберусь. «Я разберусь» от Наруто звучит откровенно лицемерно, а оттого и противно. Разберётся — знаем, плавали. Киба ведёт плечом и недоверчиво сканирует его взглядом, — в который раз. И то, что он видит, ему совсем не нравится. У Наруто глаза полны ебаного понимания. Волнами хлестает внутри сострадание, разбиваясь о скалы из скопившейся боли. Ему бы, Наруто, не лезть пока в чужие головы — свою бы остудил. Но кто его остановит? Наруто садится рядом с Ино, бережно проведя по подрагивающим плечам. — Ну и чего ты ревёшь? — Наруто собирает непослушные длинные волосы в тугую шишку и пытается убрать с лица потёкшую тушь. — Смотри, всю косметику слезами смыла. Ино в полусознательном состоянии смотрит на него, как на божество. И снова содрогается в рыдании. Она хватается за его руки как утопающая, нашедшая спасательный круг, и всё так же смотрит — отчаянно, с надеждой. — Ты пришёл, — тихо произносит она. — Что случилось? — звучит мягко. Наруто обхватывает Ино крепче и тянет на себя. Ино долго не отвечала, пристроившись у него на коленях, и ревела, не переставая, вытирая сопли воротником растянутой футболки. Что-то внутри скребёт и раскрывает только недавно зажившие раны — у неё истерика. Наруто в этом профессионал. Слёзы боли и слезы истерики отличаются лишь в одном — истерика, чтоб её, перекрывает все пути выхода железобетонной стеной. Наруто поглаживал её по спине, давая выплакаться. Ему ли не знать, как хочется в такие моменты просто орать, надрывая горло. Хочется разносить всё на своём пути. Хочется лечь и заглушить внутренние страдания — хоть чем-нибудь, пожалуйста, хоть что-то. Алкоголь, сигареты, секс… вскрыть вены… — Не ответишь? Ну ладно, — Наруто переплёл их пальцы и улыбнулся, убирая выпавшие из пучка локоны взмокших волос. Он качал её на руках, как маленького ребёнка, которого пытаются уложить спать, и шептал банальное «всё будет хорошо». Ино начала успокаиваться только через минут тридцать, исчерпав в себе все силы. Футболка была пропитана соплями так же, как и футболка Узумаки. — Пошли, умоем тебя. Ино слабо кивнула. Наруто пришлось взять её на руки, потому что как только её ноги коснулись пола, она тут же начала падать, теряя равновесие. В ванной Наруто усадил её на стиральную машинку, облокотив о стену. — Вот так, — он взял полотенце и намочил его, протирая лицо от оставшейся косметики. — Всё будет хорошо. Сейчас умоемся, ты выпьешь чай и ляжешь спать, хорошо? Ино неуверенно кивнула, шмыгая носом. Наруто был очень аккуратен, когда смывал с её лица косметику. Он заботливо говорил ей закрыть глаза, когда смывал с ресничек остатки теней и комки туши, расчесал непослушные волосы гребешком и после неумело заплёл слабую косичку. Наруто пытался не замочить её тело, подставляя ладошку к мокрому полотенцу, а напоследок поцеловал в макушку, здорово её, Ино, удивив. — Почему только ты такой идеальный?.. — начала девушка, смотря на старания Наруто. Наруто усмехнулся, пожимая плечами. Кажется, он понял, к чему вся истерика. Так начинался каждый их трип по квартирам пьющих подростков. Наруто убивался из-за Нагато, входя в головокружительный кураж, а Ино каждый раз натыкалась на опытного ссателя в уши, отдавая всю себя. Так и жили, убиваясь в алкогольном экстазе. — Таким родился. — Почему все не могут такими рождаться? — по-детски наивно прозвучал вопрос. — Потому, — Наруто стёр последние остатки чёрных полос от туши и щёлкнул её по носу. — Мир был бы скучным без мудаков. — Ненавижу всех мужиков, — Ино воинственно задрала голову и расставила руки в стороны, изображая «насколько». — Кроме тебя, конечно же. — Ха! Из-за одного мудака всех под одну гребёнку? Не думаешь, что ты слишком драматизируешь? — Ненавижу-у-у! — тянет она. — Так ненавижу-у-у! Вот всех! Все мудаки! Все-все! Рождаются — сразу мудаки, а потом оп!.. Вырастают мразями… а ты потом страдай. Все женщины — страдайте!.. Ино понесло в дебри прошлого. Она упомянула всех своих бывших, бывших своих подруг, бывших подруг мамы и разошлась до Истории. Закончилось всё тем, что она захотела быть лесбиянкой. — … я за равенство! Пусть женщины тоже будут мудаками! Мудачки?.. — Ага. Их называют стервами, — Наруто кивнул, кидая полотенце в стирку. — Давай-ка сменим тебе футболку. Ино кивнула, тут же от неё избавляясь. Она уже было потянулась к лифчику, но Наруто её остановил, натягивая чистую футболку. — Лифчик мы оставим на тебе. Ино замотала головой. — Нет! Неудобно! Наруто тяжело вздохнул. Да что же это такое. — Хочешь посветить своими сиськами? — Будто ты их не видел… — она ловким движением рук расстегнула его сзади и вытащила через рукав. Наруто сначала даже не понял, как это произошло. — Женщины… Наруто поднял девушку и потащил на кухню, где посадил её за стол и пошёл заваривать чай. Чай был готов через пару минут. Он поставил чашку перед Ино и сел рядом, вслушиваясь в неразборчивый бубнеж. — Горячий. Подуй. Наруто отказывать ей не стал, подчинившись. Дул он на этот чай долго, потому что Ино всё время было горячо — так язык обжечь на раз-два можно, Наруто. Хотя думается ему, что девушка просто решила покапризничать. — Теперь нет. Пей. — Спасибо. — Так… что случилось? — Наруто подставил руку под голову и облокотился о стол. Он уже знал ответ, на самом-то деле, это было очевидно. У Ино обычно было насущные три проблемы: нужно похудеть, родители и парни, которые пользуются её влюбчивостью. Она не была наивной девчонкой, нет, но что-то из раза в раз заставляло её верить всем и воспринимать всё на свой счёт. — Мудак со мной случился! Все они одинаковые… изменщики, — односложно ответила она. — А напиться когда успела? — Вытащила у отца мартини. — Думаешь, он не заметит? Ино придвинулась ближе и, чуть пошатываясь, весело проговорила: — По-о-о-о-хуй. Вот совсем. Наруто усмехнулся. — Какая плохая девочка. — Могу быть такой… ии-к. Что-то плохо мне… Наруто со скоростью света принёс тазик, куда Ино благополучно выблевала всё содержимое желудка. Ванную пришлось посетить ещё раз. Ино держалась за ободок унитаза. Голова кружилась. Кажется, от чая её только ещё больше развезло. А сколько она успела выпить?.. — Хочу в душ. Наруто эта идея пришла ой как не по душе. В голове всплыли картинки из прошлого — тогда это закончилось их необдуманным перепихом. — Завтра примешь. — Сейчас хочу! — заупрямилась она, пиная Наруто в ногу. — Перехоти. — Нару-у-у-то! Я воня-я-я-ю, — и в слёзы. Узумаки уже готов на себе волосы рвать. Когда они были пьяными вдвоём, было намного проще контролировать ситуацию. Точнее, было плевать. А сейчас он устал, хочет спать и выносить чужие истерики и хотелки просто не в состоянии. — Сменим футболку. Перестанешь вонять. — Тогда смени! Было как-то неловко переодевать девушку, но делать было нечего — иначе точно мыться полезет. Ино отключилась ещё тогда, когда он снял с неё футболку и с закрытыми глазами пытался напялить чистую. Справившись с переодеванием, он уложил её к себе на кровать, укрывая одеялом. Время было уже около двух. Саске звонить не хотелось, ведь наверняка он уже спал. Хотя, видя то, как он вёл себя в машине… — Не спишь? — Наруто вышел на балкон и закурил.

— Нет. Всё в порядке?

Голос у Саске всё такой же нервный. Можно было понять, что он очень хотел спать, но не делал этого, ожидая звонка от Наруто. Потому что взял после первого гудка. — Поздно уже. Ложись спать, — Наруто встряхнул пепел и сел на старый стул.

— Что там случилось? Она успокоилась? — проигнорировав Наруто, спросил он.

— Я не очень понял, но очередной парень, на которого она повелась, наверное, — Наруто затянулся и выдохнул. — Успокоилась. Спит.

— Мм-м, — протянул Саске. — Где? У тебя в кровати?

Наруто закатил глаза и встряхну пепел в старую баночку. — Да. Но я буду спать на диване.

— Хн, — недовольно.

— Прекращай. Ложись спать.

— Я надеялся, что мы уснём вместе. В одной кровати.

— Я тоже, — Наруто снова затянулся, запрокидывая голову. Он бы сейчас всё отдал, чтобы очутиться у Саске в квартире. — Но у нас ещё будет много времени, чтобы восполнить этот момент.

— Конечно. Куда ты денешься.

Наруто отключился первым. Терзаться, что он сейчас здесь, а не с Учихой, тоже не хотелось… боже, как он встрял-то.       

х

Утро у Ино началось очень весело. Она просто умирала с похмелья и пыталась найти хоть какое-то заземление, шаря рукой по полу, оставаясь в горизонтальном положении на новом мягком диване. Заземление, к большому сожалению, помогало мало, потому что заземлиться не получалось совсем. Ино чувствовала, как её вертолёты бесцеремонно вторгаются в её атмосферу и рушат облака под скромным названием «трезвость». — Может, не пойдёшь? — спрашивает Наруто, ставя перед девушкой кофе на ветхий старый столик у дивана. — Ну, уж нет. Я и так дома не ночевала, а если мама узнает, что я прогуляла школу, то оторвёт мне голову. — Мы и так уже первый урок пропустили. Что ты потеряешь, если пропустишь остальные? — Наруто садится посередине дивана около Ино, закинув ногу на ногу. — Голову? — истерично. — Очевидно же. — Ладно, как скажешь. Ино наспех приняла душ и только после осознала, что из чистых вещей только юбка и обувь. — Проблема, — она брезгливо окинула рубашку взглядом и кинула её обратно к грязному белью. — Возьми что-то из моего. — Видно будет, что на мне мужская рубашка. — И кого это ебёт? Ино вздёрнула бровь. — Всех? Нужно было быть слепоглухонемым, чтобы не знать, что их так называемую пару не обсуждали. В последнее время так точно. И то, что Ино придёт в очевидно мужской рубашке, только подтвердит доводы всех сплетников. — Да пофиг. Закатай рукава и будет более-менее правдоподобно, — Наруто вытаскивает из шкафа белую рубашку с маленькой нашивкой их школы и кидает Ино. — Плечи широкие, — Ино прикидывает её поверх домашней футболки и крутится у зеркала. — Мода такая, — Наруто жмёт плечами и не удосуживается даже отвернуться, когда Ино, не стесняясь, переодевается. У Ино прекрасная фигура, о которой мечтает каждая вторая девушка: в меру пышная грудь, выраженная талия, широкие бёдра, гладкая без прыщей кожа — мечта. Конечно, за этим крылось усердные тренировки в зале и правильное питание (которое прерывалось распитием алкоголя), но она и без того была красивой. Ино скептически окинула себя взглядом, аккуратно закатывая рукава до локтя. Смотрелось неплохо. — Ну да. Мода. Когда они вместе зашли в школу, снова пронеслась волна слухов. И уж тем более все говорили о помятости этих двоих и странных красных следах сзади на шее Наруто. Все сделали очевидные выводы — они точно спят. Косые взгляды сопровождали их до каждого кабинета. Особо смелые одноклассники спрашивали напрямую, бестактно толкая то Ино, то Наруто в бок, приговаривая, мол, чего вы вообще скрываетесь, расскажите уже, что вместе. Наруто игнорировал такие выпады в свою сторону. Ино, изнеможённая от похмелья, вообще не отрывалась от парты, засыпая на каждой перемене. Только Сакура, её подруга, гневно прожигала Наруто взглядом, но объясниться не просила — понимала, что чушь это всё. Наруто подсел к Ино на обеде под цепкие взгляды учеников старшей школы, давая им новую пищу для слухов. Но Узумаки было на это откровенно плевать. — Как себя чувствуешь? — Как будто в одного выпила мартини, — Ино поковырялась в салате и боязливо взглянула на этикетку. Сколько там калорий-то? — Хуево? — А то, — Ино отодвинула купленный салат к Наруто. — Боже, сейчас урок у Учихи-сенсея. Кажется, я не вывезу. Наруто засмеялся. — Сяду рядом, вместе отдуваться будем. — Ну конечно. Говорят, он сегодня особенно злой. Он и так не сахар — валит меня всё время, так тут… я что, в аду? Наруто криво улыбнулся. Ну да, с чего бы Учихе быть спокойным, когда про его парня в школе только парты не говорят. — И вообще, мне кажется, у него того… — у Ино щёки порозовели, — ну, секса ему не хватает. Колечка-то на пальце нет, наверное, и девушки не имеется. С таким характером, это, конечно, неудивительно. Если Ино ведёт разговоры о сексе — она всё ещё пьяна. Она смущалась этой темы и уж тем более не разговаривала об этом с Наруто. Зато пьяная может камасутру пересказать — и не покраснеет. — Заёбы от недоёба? — Наруто ведёт бровью. Знала бы она, что в этом плане у Учихи проблем нет — он просто сам по себе такой серьёзный. — Именно. Когда прозвенел звонок, и они уже точно безбожно опаздывали, несясь на второй этаж, написал Шикамару, что Учиха, кажется, сейчас будет убивать по-особенному жестоко. — Извините, — проговорил Наруто, пряча за себя Ино. Саске окинул его самым холодным взглядом и кивком указал на место. И чёрт бы его побрал посмотреть на то, как Ино от страха схватилась за край его, Наруто, рубашки, хвостиком тащась сзади. — Хотелось бы узнать причину опоздания, — проговорил Учиха, надевая очки. — А… эм… — начала Ино, смотря то на сенсея, то на Наруто. — Директор задержал, — Наруто натянул улыбку. На Саске эта улыбка не действовала. Он облокотился задницей о стол и скрестил руки на груди, манерно приподнимая бровь. Он что, должен сейчас поверить в эту чушь? Наруто его за идиота держит? — Ага, точно зажимались где-нибудь… — послышалось от кого-то. Учиха медленно провёл по классу взглядом. Стояла гробовая тишина — никто не мог даже лишнего движения сделать. — Ещё хоть слово кто-то произнесёт без разрешения, — Саске сел за стол, заостряя взгляд на Яманака. — И я обещаю, что на экзамене вам попадётся самый тяжёлый тест. Весь урок проходил в напряжении. Даже обычно всё время дремлющий Шикамару не смел ни на минутку прикрыть глаза, кидая непонимающие взгляды на Наруто. Наруто в ответ кивал на Ино. Шикамару покрутил пальцем у виска. Ино, которая не совсем отошла от мартини, прижалась к парте и одними губами проговорила: «Недоёб». Наруто пытался сдержать смешок. Как бы ни так. Когда прозвенел спасательный звонок, все попытались как можно быстрее уйти с глаз Учихи — в том числе и Наруто. — Узумаки, стоять, — проговорил Саске, не поднимая взгляд от бумаг на столе. Наруто сглотнул, замирая на месте. — Я тебя подожду… — Ино опасливо покосилась на сенсея, хватая Наруто за рубашку. Саске, кажется, сломал карандаш. Шикамару подхватил девушку под руку. — Нет-нет, пойдём. — Да… не ждите меня, — Наруто криво улыбнулся, боясь повернуться к Саске лицом. Когда захлопнулась дверь за последним учеником, Наруто всё-таки решил подойти к Саске, осторожно присев около него на край стола. Учиха выдохнул, откидываясь на спинку стула. Кажется, от напряжения у него задёргался глаз и пар из ушей валит. — Глупо верить всяким слухам… Саске поднял на него глаза. — Глупо. — Но ты ревнуешь. — Ревную? — Саске рывком снял очки и откинул их к бумагам. — О, Наруто, меня пиздец как разрывает от ревности. Ты просто не представляешь. — Саске… — Она, блять, пришла в твоей рубашке. Она ночевала у тебя в квартире, в твоей кровати, — Саске сложил руки на груди. — Ну, я даже не знаю. С чего бы вообще ревновать? Наруто аккуратно взял чужую ладонь в свою и приложил к щеке, прикрывая глаза. Хотелось избавить Саске от сомнений. Хотелось доказать, что он только с ним. Хотелось показать, как и насколько он, Наруто, его любит. Хотелось поцеловать, расцепив холодно сомкнутые губы. Хотелось, чтобы Саске посмотрел на него как раньше — влюблённо, как мальчишка. — Я доверяю тебе, определённо, но я не знаю, как это контролировать. Я не могу, — признается Саске, немного успокаиваясь. Он погладил большим пальцем щетинистую щеку и невесомо провёл им по губам. — Я просто не могу. — Чувство собственничества тебе не занимать. Встав из-за стола, Учиха пристраивается между нарутовских ног и приближается, еле касаясь губами чужих — таких желанных и родных. — Знаю. И это проблема. Наруто отвечал на агрессивный поцелуй Саске с большой охотой, цепляясь за плечи, хватаясь за волосы. Встретились два совершенства: один с проблемами в голове, другой с проблемой собственничества. — Успокойся, сенсей, ты учеников пугаешь, — в перерывах шепчет Наруто. — Плевать. Пусть боятся. Наруто улыбнулся, поправляя растрепавшиеся чёрные волосы назад. Саске не отстранялся, пытаясь как можно дольше чувствовать Наруто рядом. Ему это просто необходимо. — Встретимся сегодня? — Ближе к ночи. — Почему? — недоуменно. — Нам ехать к моим родителям, ты же помнишь? Ты пока соберёшь вещи… Наруто передёрнуло. Точно. Как он мог забыть? — В эти выходные? — Да. — Тогда я ночую у тебя? — Да, и это не обсуждается. — Хорошо, — Наруто ещё раз мазнул губами по гладковыбритой щеке Саске. — Мне пора. Саске недовольно цокнул, отстраняясь. — Ну иди.       

х

— А ты где вчера был? — Ино заинтересованно стрельнула глазами и заострила внимание на красных еле виднеющиеся из-за воротника рубашки кровоподтёках, больше похожие за засосы. — Работал, — ложь. — Так поздно? Наруто жмёт плечами, пропуская Ино в квартиру первой. Прищур девушки выдавал, что она слабо верит в это оправдание. Но и заставить Наруто выложить правду — нужно совершить подвиг. — Деньги с неба не падают, знаешь ли. Скинув с себя школьную рубашку и брюки на стул, Наруто порыскал в поисках более-менее нормальной одежды для завтрашней поездки к родителям Саске. Нормальной одежды в понимании Наруто было мало — она либо такая заношенная, что только дома носить, либо такая развратная, что только на трассу к проституткам. И когда он вообще такое покупал?.. Это что, сеточка?.. — Больно? — Ино указывает на тату пальцем, царапнув кожу ногтем. На мелких царапинах и засосах на участках кожи, которые не были покрыты тату, она не стала заострять внимание. — Терпимо, — Наруто жмёт плечами и снова перебирает стопку вещей. — Хочешь что-то набить? — Если родители об этом узнают, то убьют меня. Может быть, годам к двадцати пяти… — Поверь, потом эта идея покажется тебе сумасшедшей. Не набьёшь. — Наверное. Ино откинулась на кровать и вздохнула, раскинув руки по сторонам. Взгляд снова вцепился в Наруто. Наруто — он такой закрытый, не прорвёшься. Но он понимающий и такой добрый. Он тёплый. Как солнышко… как солнышко. Можешь смотреть на него, греться под лучами, радоваться каждому появлению, но попытаешься подобраться ближе — сгоришь. Ино каждый раз горела, когда пыталась заглянуть в Наруто глубже. Это больно. Наруто только отдавал, но взамен ничего не брал. Это несправедливо. Ино его любит. По-настоящему, искренне любит. Во всех смыслах: как человека, как друга, как родного, как парня. Любит и всегда беспокоится. Любит и видит, как ему иногда приходится очень тяжело. Каждый раз пытается пробраться к Солнцу ближе — каждый чёртов раз обжигает любящее сердце. А в ответ Наруто молчит, улыбается, грубо затыкает и всё также только отдаёт. — Странно, что тебе родители не звонят. Ино отвела взгляд, сглотнув. Немудрено, что Наруто затронет эту тему. Странно, что не сделал этого раньше. — Ага. Странно. — Ничего рассказать не хочешь? Наруто справедливо решил отложить выбор одежды на вечер и сел рядом, смотря на девушку сверху вниз. Ино поджала губы и потупила взгляд в сторону. — Я тут увидела… — вздох, — увидела, как папа с помощницей… целуются. Не буду утверждать, что было что-то большее, но… мама определённо этого не знает. И я… боже, я… — И ты сбежала. — И я сбежала, прихватив мартини, — Ино повернулась лицом к Наруто. — Стало так противно. И обидно. За маму. — В любом случае, это их дело. — Думаешь, не стоит рассказывать маме? — Знаешь, женщины чувствуют измену. К тому же, они не первый год вместе. Думаю, она об этом знает. Ино вздохнула. Эта мысль никак не укладывалась в голове. Её семья далеко не идеальна, но чтобы опускаться до измены… — Закрывает на это глаза?.. — Большинство взрослых к изменам относятся проще, — Наруто жмёт плечами. — Они сохраняют видимость семьи и не хотят прерывать привычный быт… люди боятся рушить то, что строилось годами. — Я бы не смогла простить измену. — Ты судишь субъективно. Смотри на ситуацию шире. — Я не сужу субъективно. Это просто такое наплевательство на свою пару. Измена — это предательство. — Для тебя измена — предательство. Для других — способ отвлечься, к примеру. Ты относишься к этому слишком резко. — Не понимаю, — Ино нахмурила брови. Разве она неправа? — Люди готовы прощать многое. Измена — лишь малая часть. Ты думаешь, да, предательство, но с другой-то стороны, захочешь ли ты просто взять и отпустить человека, к которому так сильно привязан. На чашу весов ставят несоизмеримые, но тяжёлые вещи. Любовь и гордость, — Наруто тянет улыбку. — Ты простила бы, если бы для тебя человек — чёртова Вселенная? — Нет. Если для тебя этот человек — Вселенная, то ты для него пустое место. Разве не так? Наруто хмыкает. — Ну а ты бы смог, если бы очень сильно любил кого-то? — Не знаю. — Вот видишь. — Твои родители переживают кризис. Пережить кризис одному — сложно. Твоя мать, наверное, тоже не знает. С одной стороны, её чувства и ты, с другой гордость и самоуважение. Не угадаешь. — Меня бесит, как ты судишь. — Не люблю судить только одну сторону. Ино толкнула его рукой. — Нужна конкретика. — И зачем? — Нет, с тобой невозможно разговаривать трезвой. Наруто рассмеялся и завалился рядом. — Что делаешь вечером? — У меня планы на все выходные. Так что ты отправляешься домой. Ну, или можешь остаться с Кибой. — Тот сложный парень? — спрашивает она, не надеясь на ответ. — Тот сложный парень, — подтверждает Наруто. — Покажешь? — Обойдёшься. Ино раскрыла рот в удивлении. Вот же гад! Наруто встал с кровати и надел рабочую рубашку. — Мне на работу надо. Тебя проводить? — Нет, — Ино села, невольно заостряя взгляд на татуированной спине. — Сама дойду.       

х

Закончил Наруто поздно, выходя из кофейни вместе с Темари, придерживая служебную дверь. Смена была нелёгкой, учитывая, что он взял больше часов для работы, чтобы наверстать пропущенные дни и рассчитаться за отработанные за него часы с Темари, которая последние недели за него впахивала. — Ты разве не домой? — спрашивает Темари, замечая, что Наруто движется с ней в одну сторону — к выходу на главную улицу. — Нет. Темари поиграла тонкими бровями, усмехаясь. — Ну поня-ятно. — Да-да, — отмахнулся Наруто, по-дружески приобнимая её за плечи, — я смотрю, ты тоже домой не спешишь. Взгляд голубых глаз прошёлся с головы до пят, подмечая, что сегодня на Темари чёрный сарафан на тонких бретельках поверх полупрозрачной белой рубашки; обычно заплетённые в хвосты волосы распущены и уложены назад красивыми крупными волнами… да и лёгкий макияж на лице, который она обычно противилась делать. Темари скинула его руку и накинула куртку на плечи. — Хорошо провести время с Шикамару. Темари показала средний палец и быстро зашагала подальше от Наруто. И всё-таки она спешила на долгожданное свидание. Наруто поднялся на нужный этаж. И только он хотел постучать, как ему открыл довольный Итачи, щурясь, словно вот-вот сотворит какую-нибудь пакость. — Привет, — весёлые нотки проскальзывали в голосе серьёзного на вид мужчины. Наруто передёрнуло от этого что-то предвещающего «привет». — Привет, — осторожно. Саске вывернул из ванны, вытирая волосы полотенцем. Он услышал, как хлопнула входная дверь, и поспешил разрушить единение Наруто с Итачи — а то мало ли. Саске скорее по привычке, чем осознанно, мазнул губами по нарутовской щеке и прошёл дальше, подгоняя Итачи с прихожей тычком в бок. — Поужинаешь? — Не хочу. Я бы спать лёг. — Ну да, ты же не выспался, — Саске хмыкнул и ушёл в комнату. Наруто на пару секунд замер. Ревность Учихи — ужасная штука. Кажется, ему ещё долго будут припоминать этот случай. Слава богам, что Саске не может влезть к нему в голову и увидеть полную картинку всего произошедшего вчера. Скрывать, конечно, было нечего, но… но. Итачи сел перед телевизором, снова смотря какую-то странную политическую программу, периодически записывая что-то в телефоне. — Можно вопрос? Итачи махнул рукой, мол, задавай. — Это так интересно. Смотреть… такое? По телевизору показывали теракт во всей его «красе». — Издержки моей профессии, — односложно ответил Итачи, прерываясь от просмотра. — И кем ты работаешь? — Бизнес. — Это связано? — Конечно. Одно слово медийного человека может как разрушить, так и поднять любую сферу, включая бизнес. Ситуация в мире не исключение. Всё связано. — Не знал. Наруто оставил Итачи наедине с его странными программами и вошёл в комнату Саске. Учиха лежал на кровати, уткнувшись в какую-то книгу. — Я возьму у тебя футболку? — Конечно, бери, — с секунду он молчит и поднимает взгляд поверх очков, — мой шкаф открыт для тебя так же, как и твой для той девчонки. Наруто вздыхает и шаркает ногами по полу. И сколько это будет продолжаться? — Как любезно с твоей стороны. — Ага. С твоей тоже, — Саске перелистывает страницу и показушно вздыхает. — Такой джентльмен. Наруто нашёл в шкафу футболку и шорты, которые надевал в прошлый раз. Свою одежду он аккуратно сложил на стул. Зевнув, Наруто потёр глаза и залез на кровать, устраиваясь между ног Саске. Учиха тут же отложил книгу и снял очки. — Никогда не дам тебе поводов для ревности, — хмыкает Наруто, привстав на локтях. — Постарайся, — хмыкает Саске и наклоняется, принимая фирменный, — господи, сколько можно-то, — кусачий поцелуй от Узумаки. Саске подтянул Наруто выше. Он вытащил из-под него одеяло и накрыл обоих. Наруто удобнее устроился у него на груди, закидывая ногу на бедро и тут же засопел, причмокивая губами.       

х

Утром Наруто проснулся первым, умирая от жары. Саске крепко спал, обнимая его за талию и, казалось, что удушающей жары он не чувствовал. Наруто аккуратно убрал его руку и встал, выйдя из комнаты. Итачи уже сидел на кухне за столом и что-то печатал в ноутбуке. — Доброе утро, — не отрываясь от работы, проговорил он. — Доброе, — Наруто прошёл к кухне, замечая кофе-машину. Казалось бы, кофейня в шаговой доступности. — Кофе? — Было бы отлично. Наруто поставил чашку и нашёл капсулы около кофе-машины. Пока делался кофе, он успел сходить в ванную почистить зубы и сделать все свои житейские дела. Итачи всё время сидел почти бездвижно, изредка поправляя очки, сползающие с носа. Наруто поставил кофе перед Итачи и сел напротив. Итачи и Саске похожи и не похожи одновременно. Это удивляло. Наверное, у Итачи черты лица более мягкие, да и волосы гораздо длиннее — у Саске они короткие и после сна вообще топорщатся в разные стороны, да и скулы выраженные, острые. И у Саске взгляд мягче, что ли, не такой пронзающий, как у Итачи. Итачи мало выражал свои эмоции искренне. Он улыбался, но улыбку эту Наруто не чувствовал. Итачи выглядит заинтересованным в разговоре, в его личности, но когда смотрит телевизор, выглядит более вовлечённым и сосредоточенным. Саске же в противовес Итачи был как открытая книга. Наруто его легко читал: злость, ревность, радость, желание, любовь. Саске выражал это открыто, особо не заморачиваясь над контролем. Если злится, то бойтесь все. А если любит, то готов прирасти к человеку. Готов его не отпускать. Наруто не думает, что Итачи является таким. Скорее нет, чем да… Хотя, он, Наруто, знает его всего ничего, может, сейчас ошибается. — Сравниваешь? Наруто проморгался, скрывая смущение за чашкой. — Может быть. — Лучше не надо. Саске от этого бесится. — Но вы братья. Это обычное явление. — Вот именно. Все это делают. Наруто замолкает на время, но потом все же спрашивает: — Как ваши родители относятся к ориентации Саске? — Маме все равно, отец — нейтрально, — Итачи отвлекается от ноутбука и отпивает кофе. — Не могу сказать точно, Саске никого не приводил домой, чтобы знать реакцию наверняка. — Понятно. Наруто неуютно ёжится, взлохматив волосы на затылке. — Не бойся, что ты можешь им не понравиться. Бойся, что понравишься. Мама — женщина своеобразная, скажем, уж слишком приставучая и дотошная к тем, кто ей дорог и кто ей нравится. Она легко переступает чужие личные границы — для неё их просто не существует. — И как мне стоит себя вести? — Как обычно. Думаю, даже нет смысла пытаться как-то ей угодить. — Я так понимаю, Саске в отца. — Можно и так сказать. — Могу предположить, что ты в мать? Итачи ухмыляется на эту колкость и возвращается к ноутбуку. — Саске только это и твердит. Не думаю, конечно, что это так. Наруто сидит ещё пару минут, но вскоре уходит, возвращаясь в комнату. Саске всё ещё спал, прижав к себе подушку, на которой спал Наруто. Это заставило его, Наруто, улыбнуться. Подойдя к половине кровати Саске, Наруто лёг со спины, обхватив Саске руками. Учиха тут же перевернулся и ухватил Наруто, подминая под себя. — Доброе утро, — прохрипел Саске, сонно ища губами солнечные волосы. — Доброе-доброе. Саске, кажется, снова уснул. Наруто пощекотал его сбоку, но Саске никак не отреагировал, забираясь руками под нарутовскую футболку. С чего-то она помешала ему, поэтому он, вероятно во сне, стянул с Наруто ненужную, лишнюю ткань и отбросил в сторону, вновь прижав Наруто к себе — теперь кожа к коже. — Не собираешься просыпаться? — чувствуя, как чужие губы медленно скользят от плеча до уха, спрашивает Наруто. — Не порти момент. — Но нам нужно собираться. — К обеду же. — Не хочу опоздать. — Не опоздаем. Наруто так лежать было жарко. Он снова вывернулся из рук Саске, собираясь лечь на свободную сторону кровати, но ему этого не позволили, вновь прижав к себе. — Жарко. — Терпи. Наруто возмущённо выдохнул. — Саске. Дай я в душ пойду. Саске недовольно раскрыл руки. — Ну иди. И Наруто пошёл, только вот Саске пошёл следом. — Серьёзно? Наруто скептически обвёл взглядом раздевающегося Саске. — Какие-то проблемы? — между делом спросил Учиха. — Что ты слышал о личном времяпровождении? — Ничего не слышал. Расскажешь? Саске улыбается и залезает в ванную, подставляясь под душ. Наруто складывает руки на груди и залезает следом. Саске сразу же тянется к нему, перехватывая гель для душа в свои руки. — Саске, — Наруто усмехается, когда загребущие руки начинают его тереть. — Я бы и без тебя справился. — Как же. — Ты же помнишь, что за стенкой твой брат? — К сожалению. Саске поднимает одну нарутовскую ногу на бортик ванны и постепенно намыливает, подбираясь к паху. — Даже не думай, — Наруто сгибает другую ногу, прикрываясь. — Не думаю. Саске и правда ничего не делает, продолжая водить руками по нарутовскому телу. После этого он берёт душ в руки и постепенно смывает всю пену, помогая ладонью. Он не отказывает себе в удовольствии притронуться ко всем интимным местам, слушая еле сдерживаемые нарутовские судорожные вздохи. — Волнуешься? — спрашивает Саске и разворачивает Наруто к себе спиной, разминая спину. Наруто с удовольствием подставляется под массаж. — Не меньше, чем ты. — Я волнуюсь. — И я. Саске ведёт пальцами по контурам тату и снова натыкается на дату на рёбрах слева. Как только Учиха подбирается к этой тату ближе, Наруто закрывает её ладошкой и снова поворачивается лицом. — Саске, — Наруто подползает ближе. Учиха целует Наруто нежно, ведя тёплыми ладошками по его, Наруто, рукам и спине — и всё-таки добирается до рёбер, где красивым шрифтом выбита дата, которая не даёт ему покоя каждый раз, когда он её видит. — Саске, — повторяет Наруто и тянется к губам, перехватывая чужие руки. — Мы не должны опоздать. Саске кивает, но руками снова обвивает рёбра, притягивая максимально близко к себе. Целует жадно, целует настойчиво. Целует до нехватки воздуха. Отстраняется — и снова. Вода почти выходит за бортик ванной — так же, как и переполняющие чувства Саске. Сейчас прорвёт к чертям. Сейчас захлебнётся. Утонет. Утонет в этих глазах, что неотрывно смотрят на него. — Саске, — Наруто обхватывает учиховское лицо ладонями и хмурится, — ты так смотришь… — Я люблю тебя, — только и произносит он. Наруто тепло улыбается и шепчет ответное ласково-игривое «я люблю тебя» на ушко. Чёрт бы побрал этого Учиху. — И всё-таки мы опоздаем. Саске кивает. Да. Опоздают. Но у него причина уважительная — он утонул.