Дивный новый мир

Почему Мать Драконов не начала отсюда, тоскливо размышлял Сандор, лежа на охапке подгнившей соломы. Сгорели башни и дома, сгорела богороща, сад сгорел, а темницам хоть бы хны. Он сел и обхватил себя руками, пытаясь согреться: когда их привели сюда и обыскали перед тем, как рассадить по камерам, он успел сунуть свой плащ Эдмунду, и теперь изрядно продрог. – …и до сих пор болит, и зуб один вроде шатается, – продолжал тем временем Тормунд, который не затыкался еще ни на мгновение с тех пор, как оказался в камере, несмотря на всю брань, крики и угрозы Сандора. – Ну точно, шатается! Ах, какая баба, Клиган!.. не баба, а праздник какой-то!.. Хоть и не вышло, а я рад, что мы попытались!.. Сандор, который испробовал уже все способы заткнуть ему пасть, промолчал. Пусть болтает. Завтра, когда их головы окажутся на пиках, он наконец узнает, каково там, в пекле. Там должна подобраться интересная компания. Интересно, у них там разрешены поединки? Он бы не отказался еще раз вызвать своего братца. Да и Ланнистером можно было бы сразиться, и с Эртуром Дейном, зря он, что ли, с его племянником дружит… дружил... – Уймешься ты? – устало проговорил он, когда Тормунд что-то завопил особенно громко. – Не видишь, что ли, что малой уснул? – Я не уснул, – донесся сонный голос из камеры Эдмунда. – Не вижу, конечно! Ты напротив сидишь, а я в углу! Слушай, Клиган? – А? – Как думаешь, уже утро? – Хрен его знает. – А пожрать дадут? – Понятия не имею. В который раз он оказался в клетке? Он уже не помнил. Его ловило Братство во главе с Бериком, потом они все вместе сидели в темницах Ночного Дозора... А вот в Красном замке он сидит впервые. Вполне мог бы и обойтись без этого. Они услышали, как по лестнице кто-то спускается. Несколько человек. Ну всё, подумал Сандор, истекают последние часы моей жизни. Надо же, он тогда был так уверен, что его казнят! Не прошло и полугода, а его опять ждут в Малом совете, и теперь-то уж сомнений никаких! Ему на мгновение стало смешно. Жаль только Эдмунда, молодой совсем, и натерпелся. А ему самому, наверно, уже и впрямь пора. Эдрик Дейн, непривычно торжественный и суровый, шел вслед за тюремщиком, и за ним шла Королевская Гвардия почти в полном составе – их было шестеро, все, кроме Бриенны Тарт, одетые в свои белые плащи и сияющие доспехи. Интересно, знает ли Эдрик, что я когда-то тоже носил такой плащ? – подумал вдруг Сандор. Не то чтобы я гордился этим – из всех мерзких тварей, встреченных за всю жизнь, Джоффри был чуть ли не самой мерзкой... – Прошу вас следовать за мной, – твердо сказал Эдрик, когда тюремщик открыл двери камер. Сандор, с трудом поднявшись с грязного пола – нога болела не переставая, и он еле смог устроиться поудобнее, – постарался выпрямиться и взглянуть ему в глаза, но Эдрик отвел взгляд. Сандор ожидал, что их закуют в цепи, но их просто повели каким-то кружным путем, по наиболее безлюдным местам замка, и привели в Твердыню Мейгора, где проходили заседания Малого совета. Сандор был уверен, что там полно народу, и удивился, когда увидел, что там всего несколько человек: король, один из старых хрычей, членов Совета, Давос с Бронном, сама Бриенна Тарт, Подрик Пейн, растреклятый карлик и – он чуть не застонал вслух – Королева Севера. Он посмотрел на Бриенну Тарт, и впервые в нем шевельнулась жалость к ней: ее покрасневшие, опухшие глаза без слов кричали о ночи, полной отчаяния и слез. Сандору стало стыдно. Он как-то ни разу даже не подумал о том, что ей это похищение может совсем не понравиться, и теперь, видя ее распухший, и так не блиставший красотой нос, ощутил нечто похожее на сочувствие. Бриенна сидела за столом, за которым они всегда собирались, слева вплотную сидел Давос и держал ее руку, а Бронн стоял за ее спиной, положив одну руку ей на плечо, а вторую – на рукоять меча. Подрик Пейн с совершенно несчастным видом сидел по правую руку от Бриенны. Санса и Тирион тоже сидели рядом с ними и смотрели на вошедших во все глаза. Когда Дейн ввел их и поставил перед судьями, король начал говорить своим ничего не выражающим голосом: – Сир Сандор Клиган, Тормунд Великанья Смерть и Эдмунд Крейн. Вы обвиняетесь в незаконном проникновении на территорию Башни Белого Меча и попытке изнасилования и убийства Лорда-Командующего Королевской Гвардии, сира Бриенны Тарт, находящейся при исполнении своих служебных обязанностей. – Совершенной группой лиц по предварительному сговору, – проскрипел старый хрыч. – Да, благодарю, лорд Морриген. Совершенной группой лиц по предварительному сговору. Что вы можете сказать в свое оправдание? – Да какое изнаси… какое убийство?! – завопил Тормунд, оскорбленный в лучших чувствах. – И в мыслях не было! Похитить хотели, вот и всё! – Заткнись! – прошипел Сандор. – Попытка похищения, совершенная группой лиц по предварительному сговору, – уточнил Морриген. – Чем мы могли ее убить?! Мы безоружные пришли, без доспехов! – продолжал восклицать Тормунд. – Да мы и не собирались даже! Вы за кого нас держите?! – При обыске у вас было изъято в общей сложности шесть кинжалов на троих, – все тем же неживым голосом сказал король. – Не знал, что это называется «безоружные». – Это ножички-то эти, что ли? – презрительно скривился Тормунд. – Да мы без них даже посра… э-э-э… даже спать не ложимся! – Итак, вы не отрицаете факт незаконного проникновения на территорию Башни Белого Меча? – А что там было проникать?! Двери нараспашку! Даже стражи никакой! У меня за Стеной такого и представить себе нельзя! Король помолчал, глядя на них и размышляя о чем-то. Бриенна, отвернувшись, пыталась сдержать слезы. Бронн успокаивающе сжал ее плечо и посмотрел на Клигана и Тормунда таким взглядом, что им обоим стало не по себе. – С какой целью вы планировали осуществить похищение? – Жениться! – с готовностью ответил Тормунд. – У нас так принято, у одичалых! – Бриенна презрительно глянула на него и снова отвела глаза. – Ну, виноваты, виноваты, не по-вашему сделали! – У вас принято только так, и никак иначе? – спросил Тирион Ланнистер. – А какие-то более цивилизованные способы рассматриваются? – Конечно! Я предлагал, как положено! Она отказалась! Я в отчаянии был! Я люблю ее! – с болью выкрикнул Тормунд. – Бриенна! Прости нас! Бриенна хотела вскочить, но Давос и Бронн мягко удержали ее. – Ваше величество, к Тормунду Великаньей смерти у меня вопросов нет, – заметил Тирион. – У меня вопрос к сиру Сандору Клигану. Сир Сандор, не подскажете ли нам, в каком именно месте клятвы рыцарей говорится о том, что можно похищать невинных девушек из их покоев по ночам? Сандор угрюмо глянул не него и промолчал. – К Эдмунду Крейну у меня также вопросов нет – очевидно, что он выполнял приказы. – Уникальный случай, – проквакал вдруг мерзкий старый хрыч. Наверно, он у них мастер над законом, запоздало понял Сандор. – Беспрецедентный. Я могу навскидку припомнить не менее полусотни примеров, когда совершалось похищение с целью выкупа, но похищение из-за так называемой любви встречается, кажется, впервые. Хотя я должен свериться с книгами… – В этом нет необходимости, – остановил его король. – Нам нужно решить, что делать с этими людьми. Тормунд Великанья Смерть, сир Сандор Клиган и Эдмунд Крейн. Вы поставили меня и всех нас в крайне неудобное положение. Завтра моя свадьба. Я не нищий. Я хочу пировать в этот знаменательный день. Мы готовились много месяцев, столы уже расставлены, всё готово к венчанию и пиру. Если я сейчас прикажу казнить вас, – Тормунд издал сдавленный стон, и Сандор с мрачным наслаждением пребольно ткнул его под ребра, – то это испортит праздник моей невесте и гостям. – Не так быстро, Брандон, – раздался вдруг чистый и холодный голос Сансы, которая до этого сидела совершенно молча и неподвижно, почти так же неподвижно, как ее брат. – Я хочу напомнить тебе, что Тормунд Великанья Смерть является королем одичалых. У меня с одичалыми заключен Вечный Мир. Я не позволю, чтобы началась новая война. Сир Сандор Клиган – мой знаменосец и находится под моей защитой. Ты не можешь казнить его без моего на то позволения. – Он не твой знаменосец. Он еще не принес тебе клятву, – возразил ее брат. – Нет, принес. Три дня назад. В присутствии лорда Мандерли и лорда Локка. Ты мне не веришь? И потом, разве ты уже забыл, что говорил отец? Тот, кто выносит приговор, сам заносит меч! Или ты больше не Старк из Винтерфелла? Сандор внимательно посмотрел на Сансу. Она обманывает брата! Ради него! Зачем?! Не может быть, чтобы он был ей нужен… Бран повернул голову, пытливо взглянул на Сансу, и между ними произошел некий молчаливый спор. – Не смей, – грозно предупредила Санса, и брат с сестрой гневно уставились друг на друга. Их борьба продолжалась пару мгновений, и победила в ней Санса: Бран отвел глаза. – Как скажешь, – устало ответил он. – В таком случае, как же нам быть? – Суд поединком, – яростно бросил Бронн. – Сир Бриенна, окажите мне честь быть вашим защитником! Клянусь, я разделаю их обоих, как свиные туши! – Ну, попробуй, – усмехнулся Тормунд. Бронн сузил глаза и пристально взглянул на него. – Нет, – твердо сказал король. – Только не сейчас. Завтра свадьба. Придется оставить их в темнице. И я не хочу потерять мастера над монетой и Лорда-Хранителя Простора, лорд Бронн! – Прошу прощения, сир Бриенна, – сказала Санса. – Я понимаю ваши чувства, но, на мой взгляд, казнь – это слишком суровое наказание. В конце концов, они повинны только в том, что зашли ночью к вам в комнату без разрешения. Сир Сандор, – она посмотрела на Сандора, и тот невольно обрадовался – какое это наслаждение, слышать, как она называет его по имени, пусть и прибавляет к этому дурацкое «сир»!.. – Вы. Наверное. Были. Очень. Сильно. Пьяны, – раздельно и четко сказала она, и в нем затеплилась безумная надежда. Пташка, милая умненькая пташка, она пытается спасти их! – Нет, конечно! – возмутился безмозглый придурок Тормунд, не дав Сандору возможности схватиться за эту спасительную ниточку, которую она им бросила. – Не положено на такое важное дело пьяными идти! Ни капли не выпили! Ладно, если надо, казните меня! Но отпустите Эдмунда! Он не виноват! И Сандор не виноват! Это я их уговорил! Они не хотели идти! Они отговаривали меня! – Он повернулся к Бриенне и вдруг упал на колени, протягивая к ней руки. – Прости меня! Я люблю тебя с тех пор, как увидел! А ты сказала: никогда этого не будет… Что мне было делать?! Мы просто хотели перенести тебя в свою комнату и положить на кровать! Я бы и пальцем тебя не тронул, клянусь всеми богами! Жизнью своей клянусь! – он стоял на коленях, но это выглядело величественно, а не жалко. Члены Малого совета явно были в растерянности. Бриенна, отвернувшись, глотала слезы. – Такая многолетняя преданность заслуживает не наказания, а награды, – медленно сказал Тирион Ланнистер и посмотрел на Сансу. Та ответила ему очень серьезным взглядом. – Ваше величество, ваша сестра права. Сир Бриенна! Может быть, вы согласитесь простить этих людей? – Нет! – с болью выкрикнула Бриенна. – Они опозорили меня! Они опозорили Королевскую Гвардию! – Давос взял ее за руку, но она вырвала ее и вскочила на ноги. – Как я смогу теперь быть Лордом-командующим?! – и она зарыдала, громко и некрасиво. Члены Малого совета повскакивали с мест, а Королевская Гвардия приблизилась к столу заседаний во главе с решительным и бледным Эдриком. Тормунд тоже вскочил, не смея подойти к ней, и смотрел на ее слезы с такой болью, что Сандор отвернулся, боясь, как бы его лицо не выдало его собственных чувств. Санса быстро встала со своего места и обняла Бриенну, что-то шепча ей на ухо. Сандор бросил взгляд на короля, и почувствовал, что сердце ухнуло куда-то в пятки: глаза Брана Старка пугающе закатились, и видны были только белки. Что с ним? – удивленно подумал Сандор, и тут Бран открыл глаза и тяжело вздохнул. – Тормунд Великанья Смерть говорит правду, – объявил он. Все головы повернулись к нему. – Сир Сандор действительно не хотел в этом участвовать. Никакого изнасилования и тем более убийства не предполагалось. Они и вправду хотели лишь положить сира Бриенну на кровать – на самую лучшую кровать, какая только есть в их покоях. Даже я думаю, что этого недостаточно для того, чтобы вынести им смертный приговор, сир Бриенна. Бриенна Тарт выпрямилась и впервые посмотрела Тормунду в глаза. Он стоял молча, глядя на нее, и Сандор увидел в нем то, чего не замечал раньше. Он и впрямь любит ее. Это не простая похоть и не желание доказать всем, что он удалец, каких мало. Всё это время он говорил правду: эта уродина Тарт нужна ему, он готов был пойти на казнь из-за нее. Кажется, Тарт тоже что-то почувствовала, потому что ее лицо немного смягчилось, а в глазах появилось сомнение. – Так это правда? – так тихо спросила она, что Сандор с трудом услышал ее голос. – Не для того, чтобы посмеяться? – Конечно, нет, – так же тихо ответил Тормунд. – Это правда. Навсегда. Никто, кроме тебя. В зале заседаний повисла такая тишина, что Сандору казалось, что всем слышно, как колотится его сердце. Все смотрели на происходящее по-разному: Подрик Пейн тоскливо, Давос задумчиво, Бронн начал широко улыбаться, а Тирион Ланнистер мрачно уставился в стол. Морриген прикрыл глаза, видимо, перебирая в памяти прецеденты. Члены Королевской Гвардии застыли так же неподвижно, как король, лицо которого, по обыкновению, было словно высечено из камня. Сандор украдкой посмотрел на Сансу. На ее лице было такое печальное и вместе с тем мечтательное выражение, что он чуть было не решился крикнуть на весь зал: а я люблю тебя! Разве ты не видишь этого? Разве не помнишь, как я пытался защищать тебя, как я всегда был рядом с тобой? Как стремился к тебе и старался объяснить, что мир жесток? Как спас тебя от верной гибели, как хотел научить быть сильной? Ты сама научилась всему, и это разбило мне сердце… Кто-то легонько тронул его за руку. Эдмунд, про которого он чуть не забыл. – Милорд, что же с нами будет? – прошептал он. – Не знаю. Молчи! Тирион Ланнистер тут же поднял голову и посмотрел на членов Малого совета и короля, застывшего в своем кресле. – Меня тоже интересует этот вопрос, – сказал он. – Как нам быть? – Думаю, в свете последних событий, все согласятся с тем, что все участники этого прискорбного инцидента должны принести сиру Бриенне свои извинения и торжественно поклясться больше никогда не участвовать ни в чем подобном, а история эта не выйдет за пределы зала, – ответил король. – Сир Бриенна! Бриенна Тарт, которая так и смотрела на Тормунда, не отрывая глаз, повернулась к королю. – Да, ваше величество? – Вы согласны с таким решением? Бриенна задумалась. Тормунд стоял, не шевелясь, но на его лице играли желваки. – Да, – после долгого молчания ответила Бриенна, еще раз взглянув на Тормунда. Сандор потихоньку перевел дух. Не может быть! Кажется, он все-таки родился в рубашке! С чего бы ему так везет? – В таком случае, Тормунд Великанья Смерть, сир Сандор Клиган и Эдмунд Крейн, мы ждем ваших извинений. – Я прошу прощения, – выдавил Сандор и глянул на проклятую бабу. Она опустила глаза. – Клянусь, что больше никогда не буду ни в чем таком участвовать! – Я тоже. Простите нас, пожалуйста, – жалобно сказал Эдмунд и удостоился быстрой улыбки Бриенны и Сансы. – Я тоже клянусь в свете Семерых! – Я не верю в Семерых, но клянусь, что не хотел обидеть тебя, – проговорил Тормунд и ударил себя в грудь. – Клянусь больше никогда не делать такого… по эту сторону от Стены, – он хитро улыбнулся, и вот чудо – на заплаканном лице Бриенны Тарт тоже появилась слабая, еле заметная тень улыбки. Ну всё, скоро увидим, как женятся одичалые, раздраженно подумал Сандор. Все присутствующие вздохнули с облегчением. – Ваше величество! Я предлагаю разделить эту лютую троицу, – проворчал Давос. – Страшно представить, до чего еще они могут додуматься, если останутся все вместе. И на свадьбе пусть сидят в разных углах. Кстати, у них там где-то болтается еще и Джон Сноу, он-то почему не здесь? – Сноу в этом не участвовал, – буркнул Сандор. – Он тут вообще ни при чем. – Куда мы их денем? – вскричал Тирион. – Нет уж! Несколько дней поживут так, как сейчас! – А нам можно, что ли, на свадьбу пойти? – заискивающим тоном спросил Тормунд. – Я никогда в вашей септе не был, тем более на свадьбе… пока, – и он сверкнул глазами на Бриенну. Бриенна отвела глаза, но немного порозовела. Тьфу, проклятый одичалый, добился-таки своего, не мытьем, так катаньем, скотина! – подумал Сандор. – Ну естественно, – сказал король, и впервые в его голосе прорезалось какое-то подобие чувства. А он ведь совсем мальчишка, чуть старше Эдрика, он ведь, кажется, младший брат Сансы – ну точно, младший, старшим был Молодой Волк, подумал Сандор. Хоть и король, и какой-то там ворон, а все равно мальчишка. Тяжко ему, поди. – Каким образом я смогу объяснить ваше отсутствие? Разумеется, вы идете… Лорд Давос, проследите, пожалуйста, чтобы они сели как можно дальше друг от друга… впрочем, сира Сандора и его оруженосца, думаю, можно оставить вместе. – Да, ваше величество, – поклонился Давос. – Нам что, идти можно? – недоверчиво спросил Сандор и повернулся к королю. – Мы еще не определились, какое наказание вам назначить, – строго сказал Бран Старк. Сандор опустил голову. А он-то думал, удастся уйти. Если ему отрубят правую руку, то у него не останется ни одной!.. – У меня есть предложение, – сказала Санса. – Сир Сандор, моим девочкам, дочерям северных лордов, необходимо сопровождение во время завтрашней свадьбы, потому что не все их лорды-отцы едут и в лес, и в септу. Вы будете сопровождать их. – Ничего себе наказание! – возмутился Бронн. – Да это награда, а не наказание! – Для вас – да, лорд Бронн, но сиру Сандору это покажется более страшным, чем бой с мертвецами. Посмотрите на его лицо, – Санса взглянула на Сандора, и на губах ее заиграла издевательская улыбочка. Сандор и впрямь опешил и стоял с открытым ртом и выпученными не хуже, чем у Тормунда, глазами. Сопровождать этих безмозглых хихикающих куриц! Ни почесаться, ни выругаться, ни пернуть! Они провинились, конечно, но не до такой степени!.. Бронн, увидев выражение его лица, тоже ехидно заухмылялся. – А вы коварны, ваше величество, – заметил Ланнистер и так же противно заулыбался, – браво! – Я помню, как наказывал нас отец, лорд Тирион, – повернулась к нему Санса. – Если виновата была моя сестра, то она должна была вышивать до тех пор, пока результат не удовлетворит нашу строгую септу, а ей не всегда могла угодить даже я. Если же виновата была я, то мне приходилось учить все Великие и малые дома Вестероса и отвечать перед нашим мейстером, а он был не менее строг. Наказание должно соответствовать не только проступку, но и наказываемому, – она лукаво взглянула на Сандора и Эдмунда. – Наказанием для короля одичалых будет… хм… будет то, что сразу после свадьбы он уедет из Королевской Гавани и не вернется сюда до тех пор, пока сир Бриенна сама не позволит ему вернуться. Все согласны? – члены Малого совета и гвардейцы закивали, одобряя ее решение. Бриенна после недолгого размышления тоже кивнула. – Это жестоко! – завопил Тормунд. – Это правильно, – жестко ответила Санса. – К тому же, Тормунд, ты и сам говорил, что виноват во всем ты один. Справедливо будет, если ты будешь наказан сильнее всех. Тормунд понуро опустил голову. – Брандон! Считай, что я беру их всех троих на поруки! – сказала Санса. – Я прослежу, чтобы никто из них до отъезда больше не сделал ничего предосудительного. – Хорошо, – безжизненно сказал король. – Под твою ответственность. – Разумеется, – холодно ответила Санса и встала с места. Бронн, Тирион и Подрик тоже поднялись. – Думаю, мы все можем идти, ведь до свадьбы остаются считанные часы. Сир Сандор, Тормунд и… – она нерешительно посмотрела на Эдмунда, видимо, забыв его имя. – Эдмунд Крейн, моя королева, – сказал Эдмунд и поклонился. Сандор невольно фыркнул. Да Эдмунда прямо не узнать! Где же пять летящих клином золотых журавлей на каком-то там фоне?.. – И Эдмунд Крейн. Идемте, – и Санса величественно пошла к дверям. Сандор, кивнув Эдмунду, пошел за ней, и за ними поплелся Тормунд, непрерывно оглядывавшийся на Бриенну Тарт. Та стояла, окруженная своими гвардейцами, и смотрела им вслед.