Пергамент нашей жизни (Свиток второй)

Первой его мыслью было: «Что-то случилось с Поттером!» Ещё одним рывком Северус притянул несопротивляющегося Уизли к себе и зашипел: – Что?! Что с ним произошло? Говори! Уизли, который теперь был виден до пояса, осоловело моргнул, смахивая с ресниц кровь, и проговорил: – Ого! Это вы сейчас круто, – он сделал неопределённый жест, окончательно сбрасывая с себя мантию-невидимку. «У него, что, сотрясение мозга? Только этого ещё не хватало». – Мистер Уизли, – Северус постарался, чтобы его голос прозвучал максимально грозно, – что вы здесь делаете? Тон, заслышав который, большинство студентов обычно впадали в панику и смятение, на этот раз подействовал лишь отчасти. Лицо Уизли приобрело более осмысленное выражение, однако, сам вопрос Северуса был проигнорирован. Уизли просто неловко отступил на шаг и, присев на корточки, вновь стал натягивать на себя упавшую на пол мантию. – Вам бы лучше не это, не прикасаться ко мне, профессор, – пробормотал он, безуспешно пытаясь завернуться в серебристую ткань с головой. Северус сжал губы в тонкую линию. Либо он был мальчишке настолько противен, либо... Нет, предпочтительнее всё же, именно этот вариант. Откуда-то издалека вдруг послышались стенания и завывания, и Северус в очередной раз проклял Пивза. А заодно, и Кровавого Барона, которого сам же и призвал в эту часть замка для охоты на надоедливого полтергейста. – Гоменум ревелио, – произнёс Северус, направив палочку прямо перед собой. Мантия-невидимка, в которую так старательно закутывался Уизли, вновь распахнулась, и Северус сухо кивнул в сторону входной двери в свои покои: – Живо, следуйте за мной. Едва они переступили порог гостиной, Северус незаметно огляделся: кошка могла проснуться, могла быть тут, могла быть опасна... Но дверь в спальню по-прежнему была заперта, и оттуда не доносилось не звука. Что ж, значит, одна из его проблем пока могла подождать. Северус повернулся к Уизли, который вновь отказывался вести себя как подобало взрослому человеку, и сейчас занимался тем, что медленно сползал по стене вниз. М-да, некоторые из проблем Северуса требовали немедленного решения. – Мистер Уизли, вас что, Конфундусом оглушило? – спросил он, и нетерпеливо щёлкнул пальцами, призывая из секретера Капли ясного рассудка. – Угу, – вяло отозвался Уизли. Он уже сидел на полу, раскинув в стороны длинные ноги и теперь недоумённым взглядом смотрел на пузырёк с зельем, который левитировал перед его лицом. – Выпейте, – приказал Северус. – Это должно вернуть вам хотя бы некое подобие интеллекта. Северус приготовил Капли ясного рассудка для кошки. Причём, в приступе какого-то, обычно не свойственного ему оптимизма, сварил их столько, что хватило бы на небольшую больницу для душевнобольных. По прямому назначению капли использовать не довелось. Сначала они должны были отстояться, затем Северус не решался активными действиями нарушить едва-едва зарождавшийся баланс в психике кошки, затем... Затем случилась эта история с доспехами, и... Хорошо хоть Уизли зелье пригодилось. Тот его выпил, помотал головой, а затем поднял на Северуса куда более ясный взгляд: – Нам нужна помощь. – Это я уже понял, – откликнулся Северус, наблюдая за тем, как Уизли поднимается с пола. – Переходите к разговору по существу. По крайней мере, Уизли не хватал Северуса за рукав и не рвался покинуть замок немедленно. Это означало, вероятно, что Поттеру и Грейнджер, во что бы они снова там не вляпались, не грозила немедленная гибель. Северус немного успокоился. Приняв Капли и перестав выглядеть, как человек, стукнутый Конфундусом (трижды ха-ха), Уизли больше не производил впечатления существа, нуждавшегося в срочном спасении. Вообще, если не считать... Северус нахмурился. – Мистер Уизли, – перебил он едва начавшийся рассказ парня «по существу», – вы волшебник, или нет? Заклинаниям, с помощью которых можно остановить кровь, учат на первом курсе. Полагаю, даже вы не можете быть настолько непроходимо тупы, чтобы забыть их все. Уизли вновь утёрся рукавом и чуть пожал плечами: – Конечно, я их помню, только вот колдовать мне сейчас совсем не хочется. Особенно, применять магию к себе. Высказав эту глубокую мысль, Уизли замолк, будто к чему-то прислушиваясь. У Северуса заломило в висках. Захотелось закрыть глаза и прижать пальцы к переносице, чтобы хоть немного унять начинавшуюся мигрень. Вместо этого он ещё раз внимательно всмотрелся в лицо Уизли и, поняв, что у того кровила ссадина над бровью, одним скупым пассом палочки залечил ранку. Следующим заклинанием он вновь сделал кожу подростка чистой. Уизли с потрясённым видом приложил ко лбу ладонь и вперил в Северуса полный немого вопроса взгляд. – Вы пачкаете мой ковёр, – сообщил тот сухо. – Не стоит заставлять эльфов делать лишнюю работу. Уизли с некоторым сомнением посмотрел на пол, и Северус всё же едва не поддался слабости прикрыть глаза хоть на секунду. Но вместо этого, пока Уизли не успел сказать какую-нибудь глупость, или, например, начать благодарить, он убрал палочку и, скрестив руки на груди, напомнил: – О деле, мистер Уизли, о деле. Тот вздохнул и вновь начал, тщательно подбирая слова: – Мы занимались... кое-чем важным, чтобы... добиться кое-чего важного, понимаете, сэр? «Вы искали хоркруксы, чтобы уничтожить их», – перевёл Северус и задумчиво кивнул. – Сначала всё шло неплохо, и мы смогли закончить то, что Гарри начал летом. «Вам удалось заполучить один из них, скорее всего, чашу Хельги Хаффлпафф». – А потом у нас не получилось сразу... Мы не знали, как... В общем, мы напали на след другого... И отправились в... – Не продолжайте, мистер Уизли, – Северус прервал его властным жестом, – я всё понял. «Вы не смогли уничтожить украденный хоркрукс, что неудивительно, если учесть, чего это стоило даже Дамблдору. Вы отправились на поиски следующего, а куда – мне лучше не знать». Уизли переступил с ноги на ногу. – Мы не сразу поняли, что с этим... предметом что-то не так. А потом началась вся эта ерунда с магией. И похоже, заклятие передаётся через прикосновение. Сначала мы пытались справиться своими силами, но потом Гермиона сказала... – Очевидно, что, как вы выразились, «предмет», был проклят, и это негативно повлияло на вашу возможность колдовать. И когда я говорю «вашу», я имею в виду всех вас троих. – С каждым произнесённым словом голова Северуса болела всё сильнее, поэтому тон его голоса делался всё более желчным. – И вместо того, чтобы сразу обратиться за помощью к старшим, из-за ослиного упрямства Поттера вы тянули с этим до тех пор, пока эффект проклятия не принял угрожающие формы. Тогда Грейнджер, как наиболее здравомыслящая из вашей компании, приняла единственно верное решение: отправила вас в Хогвартс. Не так ли, мистер Уизли? – Мы были уверены, что сможем всё исправить! Северус приподнял бровь: на него посмели повысить голос. И кто, Уизли? Видимо, дела у Мальчика-Который-Выжил шли из рук вон плохо. – И ведь всё должно оставаться в тайне, – произнёс Уизли уже тише. – Мы не хотели никого впутывать. Особенно ненавистного учителя и Пожирателя Смерти в одном флаконе. Северус невесело усмехнулся про себя. Будто бы он сам только и мечтал о том, чтобы постоянно спасать поттеровского щенка и решать его проблемы. Уизли было невдомёк, но он, Северус, впутался в это всё уже очень давно: с той злосчастной ночи, когда подслушал Пророчество безумной Трелони. – И всё же вы здесь, – Северус отвернулся и вновь начал призывать из секретера зелья. Поймал себя на мысли, что его словах прозвучала невольная горечь и обругал сам себя. – Это была не моя идея, – пробормотал Уизли. Северус отправил в карман мантии очередной пузырёк с универсальным антидотом и с притворным сочувствием спросил: – Кто же из драгоценных друзей послал в вас Конфундус: Грейнджер или Поттер? Уизли хмыкнул: – Конфундус в меня прилетел, когда я шёл по вашим подземельям, профессор. Северус резко повернул к нему голову. – Вас кто-то видел? Какого тролля нужно было заворачиваться в мантию-невидимку, если ты всё равно не в состоянии... – Нет, – Уизли помотал головой, – никто меня не видел. Северус сузил глаза. – Это вышло случайно, – Уизли вздохнул, – я проходил мимо Вэйси, когда он... По-моему, он тренировался. Тренировался в создании Конфундуса? Северус отметил про себя, что для мести хаффлпаффкам Вэйси выбрал не самый сложный путь. Впрочем, если что, доказать его причастность будет не просто, а не это ли главное? Другое дело, что Вэйси вряд ли практиковался в людном или даже на хоть сколько-нибудь открытом месте, а значит, чтобы попасть под его заклинание, Уизли потребовалась бы фантастическая неудача. И это наводило на неприятные мысли. Уизли, видимо, воспринял повисшую паузу как обвинение в свой адрес, потому что торопливо продолжил: – Я уверен, что он меня не видел, в том коридоре было темно. – Вы рассекли бровь уже после того, как попали под действие умопомрачающего проклятья? – Северус шагнул вплотную к Уизли. Зрачки его глаз тут же сделались огромными, почти полностью пожрав ярко-голубую радужку, а длинные рыжие ресницы сомкнулись над ними, будто стремясь защитить своего хозяина от вражеского вторжения. Не размыкая губ, Северус задумчиво провёл языком по верхним зубам: интересно, весьма интересно. – Мистер Уизли, надеюсь, вы в курсе, что от легиллемента нельзя укрыться, просто зажмурившись? Уизли приоткрыл один глаз и с вызовом посмотрел на Северуса. – А вы хотели залезть ко мне в голову? – Я бы хотел получить ответ на свой предпоследний вопрос. Уизли насупился и нехотя признался: – Нет, об ступеньки я приложился ещё до того. Когда Северус никак не прокомментировал эту реплику, Уизли счёл своим долгом пуститься в объяснения: – Всё началось из-за Колина, зуб даю. Я пробирался себе тихонько через холл, когда этот ненормальный решил сфоткать кошку Булстроуд, которая сидела на перилах главной лестницы. У Колина уже давно этот бзик, говорит, что анималистика – это его настоящее призвание. Нет, мне, конечно, без разницы, да и Гарри смог дышать свободнее, но... Северус дернул уголком рта: – Можете не продолжать, мистер Уизли, мне всё ясно. – Да? – Уизли взъерошил ладонью свои и без того растрепанные волосы. – А вот у меня до сих пор в голове не укладывается, почему из-за кошки, которая прыгнула на Гойла и чуть не разбила камеру Колину, пострадал, в итоге, я. – Неудачное стечение обстоятельств, – отрезал Северус, вновь поворачиваясь к секретеру. Так, что ещё ему могло понадобиться? – Ага, вот Гермиона точно также сказала сегодня утром про пожар в палатке, – Уизли снова вздохнул, – а ещё она сказала, что если кто и сможет нам помочь, то это вы, профессор. Северус ничего не ответил: было ещё рано делить шкуру не убитого дракона. Бережно отправив в карман мантии последний из флаконов с зельями, он подумал, что они все ему вряд ли понадобятся и захлопнул крышку секретера. Во что бы там ни ввязался Поттер, простыми антидотами никто не отделается. Он, не отделается, Северус. Так что, тянуть не стоило. – Мы отправляемся немедленно, мистер Уизли. Тот кивнул. Северус вновь посмотрел в сторону спальни. Там в шкафу висел его тёплый плащ, но ещё там находилась кошка, и поэтому... Он не замёрзнет. – О-хо-хо, это такая мука: идти на полусогнутых, – пожаловался Уизли, накидывая на себя мантию-невидимку, – вы бы знали! – Конечно, вы не могли и помыслить о том, чтобы заставить самого его Величество Поттера прийти, – проговорил Северус с сарказмом («потому что для врага Лорда номер один путешествия куда бы то ни было в одиночку, это большой риск»), – но уж Грейнджер-то под мантией было бы куда комфортнее, чем вам. – Да это ясно, – Уизли одёрнул волшебную ткань, безуспешно пытаясь прикрыть ею свои щиколотки, – но из нас троих только я бы смог пробраться в замок: на меня эта непонятная зараза повлияла пока меньше всего. С этими до невозможности ободряющими словами он вышел в коридор через заботливо открытую перед ним Северусом дверь. Заклинание видимости ещё не потеряло свою силу, и под полупрозрачными складками мантии передвигавшийся в полуприседе Уизли выглядел очень нелепо. Перед тем как запереть дверь, Северус, пользуясь тем, что Уизли не мог этого заметить, всё же успел на мгновение сжать пальцами виски и зажмуриться. «О, Мерлин...»

***

Учитывая обстоятельства, Северус решил, что им следует выйти из замка через потайной ход. Уизли, даже после снятия с него Конфундуса, был не в том состоянии, чтобы умудриться проскользнуть незамеченным через главные ворота. И то, что он попытался бы сделать это, передвигаясь словно артритический тролль, не волновало Северуса совершенно. Но вот если бы его раскрыли... Если бы их раскрыли, а вероятность подобного исхода оценивалась Северусом как почти стопроцентная, всё стало бы очень и очень плохо. Не то, чтобы сейчас было уж очень хорошо. Северус вёл Уизли по одному из «своих» секретных ходов, которым частенько пользовался. Он был длиннее многих других, но зато заканчивался возле самой границы Антиаппарационного барьера. Переход никогда не казался Северусу трудным: нигде не нужно было протискиваться и даже пригибаться особо не приходилось. Но даром что вели его чуть ли не под руку, Уизли всё равно умудрялся сворачивать не в тот коридор. Когда это случилось во второй раз Северус пригрозил применить Акцио. После чего усилил огонёк Люмоса на конце своей палочки и велел парню идти впереди. Это сильно замедляло их передвижение, но, по крайней мере, не давало Уизли шанса потеряться в лабиринте древних туннелей. Хотя и не спасло его от того, чтобы споткнуться на ровном месте и вляпаться обеими руками в крысиный помёт. Причём, свежий. Если Уизли считал себя «наименее пострадавшим» от неведомого проклятия, то состояние Грейнджер и Поттера должно было быть поистине жалким. И мысль о беспомощном Поттере Северуса совсем не радовала. Наверно, потому, что причиной этой беспомощности был не он, а чья-то чужая злая воля. «Что же, ещё посмотрим, кто кого». Они вышли наружу через неприметный пролом в скалах недалеко от опушки Запретного леса. После мрака подземного хода, укрытый снегом клочок вересковой пустоши показался Северусу нестерпимо ярким, даже в этот предвечерний час. Бросив осторожный взгляд по сторонам, он спрятал палочку и начал пробираться через валуны к деревьям, не обращая внимания на сопение Уизли за спиной. У любого возможного наблюдателя не должно было возникнуть и тени сомнения в том, что он находился здесь один. Антиаппарационный барьер мягко схлопнул свой невидимый магический занавес за Северусом и, сделав ещё с дюжину шагов, он отступил под прикрытие могучего дуба, спускавшего кривые заснеженные ветви почти до самой земли. – Мне придётся аппарировать нас двоих, профессор, – сообщил Уизли, голова которого вдруг появилась в воздухе прямо перед Северусом. – Вы же не знаете, куда мы направляемся. – И не имею ни малейшего желания знать, – огрызнулся Северус. Он ненавидел совместную аппарацию, если находился в роли ведомого. Слишком часто такие перемещения происходили помимо его воли, а дела, для которых он прибывал в пункт назначения не несли никакой радости. Как, например, в тот летний день в лондонском маггловском пабе. Садистский хохот МакНейра, который тогда просто разорвал на части девчонку-барменшу заклятием Вариари Виргис, явно указывал на то, что ему развлечение пришлось по нраву, но среди тех чувств, которые при нападении на беззащитных магглов испытывал Северус, никогда не фигурировали вожделение или довольство. И пусть Уизли, конечно, не собирался аппарировать Северуса туда, где от него требовались бы навыки убийцы, но мускульная память, всё его тело сопротивлялись. Только координаты для аппарации ему лучше было не знать, он и так увидит и узнает сегодня слишком много. Перед следующей встречей с Лордом придётся изрядно исказить воспоминания. Впрочем, не впервой. – Ну, что, идём, сэр? – спросил Уизли тихо. Украдкой прислушиваясь к окружающим лесным шорохам, Северус вперил в него взгляд, полный презрительного недоверия. – А вы уверены в том, что в состоянии аппарировать, не расщепив нас обоих? У меня имеются серьёзные сомнения на этот счёт, учитывая вашу вновь приобретённую тягу к экскрементам синантропных грызунов. Уизли вспыхнул. С его цветом волос это смотрелось феерично. Северус поздравил бы себя с победой, если бы был менее спортивным человеком: вывести из равновесия Уизли было чуть ли не проще, чем Поттера. – Я же смог добраться сюда! Значит, смогу и обратно! – теперь Уизли говорил сердитым шёпотом. – Посмотрим, – протянул Северус. Он достал свою палочку и, не обращая на негодующего Уизли более никакого внимания, провёл её кончиком по ладони и произнёс самое сильное заклинание Отрицания, на которое был способен. Затем повторил этот манёвр поменяв руки и, наконец, спрятав палочку, поднял голову и поставил точку в очередной тираде Уизли всего двумя словами: – Оно прогрессирует. Не дожидаясь реакции на своё заявление, ухватил собеседника за бицепс и, прикрыв глаза, процедил сквозь зубы: – Вперёд! И только попробуйте меня расщепить. Секунду ничего не происходило, а затем между ними на миг возникло некое неловкое шевеление, будто Уизли не знал, куда деть свои руки. Северус глаз не открыл, но чуть нахмурился. Точнее, чуть сильнее, чем хмурился до того. Уизли шумно сглотнул, и в следующий момент земля ушла у Северуса из под ног.