Пергамент нашей жизни (Свиток второй)

Время никогда не шло здесь в обычном понимании этого слова, но Северусу казалось, что уже прошли часы. Он исходил бесконечную серую равнину в разные стороны, на сколько хватало терпения, и всё прислушивался к себе, своим ощущениям. Всё было тщетно: не мелькнуло и тени мысли, которая не являлась бы его собственной. Наконец, в изнеможении Северус уселся по-турецки, по пояс погрузившись в серый туман, и постарался беспристрастно оценить ситуацию. Эта память казалась пустой, мало того, - совершенно мёртвой. Но мисс Филбрайт таковой не была! За те два месяца, что она прожила у Северуса, он в полной мере ощутил это. И в какие-то моменты кошка проявляла чудеса смышлёности, а значит, легиллеменция должна сработать. И просто так он не сдастся! «Ты просто не хочешь признать, что она оказалась безмозглой. Страшишься этого». – Грязнокровка! От волос Лили пахло печеньем. Она резко отвернулась, и длинные пряди лизнули его грудь, словно языки огня. Ты жалок, Снейп, просто жалок. Как я могла дружить с тобой? Джеймс всегда говорил, что змеи не способны... И кожа его покрывалась холодными чешуйками. Он ведь и был им - ползучим гадом, не умеющим отличать добро от зла, любить людей, любить Лили?.. Неудачник, ничего в жизни не сделавший верно. Северус тряхнул головой, отгоняя запахи сырости и осуждения. В этот раз он не ошибся, не мог ошибиться! Нужно взять себя в руки и думать логически. Северус сделал глубокий вдох и медленно выдохнул через нос – в белёсое небо ушли две струйки едкого дыма. В мысли кошки можно было проникнуть, просто он пока не знал, как подобрать ключ. Что так сбило его с толку – отсутствие запахов? Но ведь это не было правдой: пахло овечьей шерстью, и этот образ родился не в его голове. Да, потом воспоминания были его собственными, но в тот, первый момент? Северус задумчиво посмотрел на серый туман, поднял руки, слепил из него комок. Это не было похоже на одеяло, но тогда он лежал, уткнувшись в него лицом... Могла в этом крыться разгадка? В радостно-нервном предвкушении за плечами Северуса взвились два неясных, полупрозрачных крыла, но он уже их не увидел. Торопливо поднявшись на колени, он нырнул в туман с головой. И ушёл в глубину, оглушившую его какофонией запахов. Словно вода, они затопили его нос, уши, горло; добрались до лёгких и взорвали перед глазами сотни ярких вспышек. Северус взмахнул руками, слепо ища опору, ударился всем телом о какую-то преграду... ... а затем, хватая ртом воздух и отплёвываясь, вынырнул, почти выпал из камина в своей гостиной. Точнее, это было похоже на его гостиную. Всё вокруг казалось блёклым, выцветшим, но самые странные пертурбации претерпела перспектива. Мебель вокруг словно вытянулась вверх и в стороны, почти потеряв привычные очертания. Как будто лежишь на полу... Северус поднялся на ноги. Ракурс нисколько не изменился. Ах, ну что же, кошка, в конце концов, была не сравнима по размерам с человеком. Но хотя бы пахло тут привычно. Северус затруднялся дать определение этим запахам, но в кои-то веки они не казались раздражающими или чужими. Затем рядом появилась кошка. А может, и нет. Куда бы он ни направил взор, она, казалось, только что была тут, но уже снова исчезла. Сложно было даже с уверенностью сказать, как она выглядела. Этот факт разочаровывал, ведь из самоосознаного образа Северус надеялся получить информацию о том, кем именно воспринимает себя кошка: видит ли себя человеком или, напротив, зверем. Он твердил себе, что готов к любому исходу, но то, что мисс Филбрайт не явилась ни в одной из ипостасей, не давало никакого инсайта. Возможно потому, что она сама не знала. Но по крайней мере, кошка оказалась способна на высшую нервную деятельность. Доказательства этого кружили вокруг Северуса невнятным хороводом мыслей и эмоций, в котором шуршали обёртки от марципановых шокошаров, а в красном дереве когти оставляли глубокие борозды. Он не должен был рассматривать их ближе. Даже если где-то среди них прятались те, которые называли его, Северуса, привлекательным. А ещё там было немало тех, что корчились в агонии под Круцио и умоляли спасти. И очень может быть вторые навсегда отравили первые, если те вообще когда-нибудь были признаны. Не в открытую, конечно, нет, но хотя бы для самой себя. Северус прекрасно знал, что такое – ненавидеть и презирать себя за свои желания. Пол мягко качнулся под ногами, где-то в вышине что-то задвигалось, а потом в поле зрения возникли огромные руки. От них пахло очень знакомо, и Северус отвернулся: он видел достаточно. Любопытство, как известно, кошку сгубило. Но не эту – он сделает всё возможное, чтобы не эту. Северус закрыл глаза. Правому боку, тому, что находился ближе к огню, было нестерпимо жарко, и одежда неприятно липла к коже. Левая же сторона тела, особенно плечо, ныло от пронизывающего холода подземелий. Северус открыл глаза, сел и нашёл взглядом кошку. Она уже уходила прочь, и хвост её нервно дёргался из стороны в сторону. Тот, кто не умеет говорить, не может и сыпать обвинениями с проклятиями. Северус стал растирать затёкшие конечности. Возможное негодование кошки было малой ценой за те сведения, что теперь имелись в его распоряжении. Мисс Филбрайт не потеряла своего «я», каким бы оно ей не виделось. Более того, Северус точно знал теперь, где в её сознании проходила грань между психическим здоровьем и болью травмы. То, каким плотным был серый туман, позволяло надеяться, что граница эта и впрямь была чёткой и прочной. А значит, в таких условиях можно было работать. Губы Северуса тронула усмешка. Он найдёт путь во что бы то ни стало.

***

– Но он же только что дёрнулся, профессор! – лицо Миллены Уилкинсон перекосило от отвращения. Северус посмотрел вниз. – Они все время от времени так делают, это нормально. - Но он такой большой, – Уилкинсон сглотнула, - и противный. И у него на головке какая-то слизь. - Для облегчения проникновения, только и всего. В природе нет ничего безобразного. – Северус начал терять терпение. - А если он меня укусит? Я боюсь. – Лучше бы вы так же боялись не сдать мне вовремя эссе по основным ингредиентам простейших зелий. – Северус отвернулся от рабочего стола и расползавшихся по нему во все стороны флобберчервей. – И он не может никого укусить, гораздо больше ему сейчас хочется зарыться куда-нибудь в землю подальше от вас. – Но, сэр... – Для гриффиндорки вы слишком много ноете, мисс Уилкинсон, - заметил Северус скучающим тоном. В отполированном боку медного котла ему было видно как отражение Уилкинсон насупилось и потянулось за ножом. Что и требовалось. Теперь нужно было лишь немного мотивировать. – На вашем месте я бы поторопился, мисс Уилкинсон. – Северус призвал из кабинета перо с пергаментом и приготовился проверять дневную норму того, что студенты самонадеянно считали отлично сваренными зельями. - Чем быстрее вы закончите измельчать флобберчервей, тем быстрее сможете приступать ко второй части своего наказания. – Второй части?! Северус критически оглядел первый пузырёк с зельем и с неохотой признал его годным. После «исчезновения» из школы Грейнджер, пожалуй, только мисс Турпин могла составить конкуренцию Малфою в его классе. В практических занятиях – так уж точно. Северус отметил про себя не забыть выделить для этих двоих пару часов перед экзаменационной неделей сверх обычных консультаций. Возможно, это даже не станет напрасным. Он взял следующий пузырёк и, решив, что уже выдержал достаточно зловещую паузу, ответил Уилкинсон. – Вы будете исправлять свой долг по домашнему заданию, конечно. И не уйдёте спать пока не напишите внятное эссе на свитке хотя бы в два фута длиной.

***

Пока Уилкинсон трудилась, Северус успел выставить оценки за зелья, подготовить всё необходимое для завтрашнего первого урока и даже прочитать таинственным образом появившуюся на его столе анонимную (от Уоррингтона) жалобу на «некоторых студентов его факультета» (Монтегю). Сама по себе записка не стала неожиданностью: слизеринцы ябедничали друг на друга декану не меньше чем студенты любых других факультетов, просто предпочитали открытой конфронтации более безопасный эпистолярный жанр. Но вот содержание кляузы заставило Северуса нахмурится. Точнее, ему было всё равно, что именно не поделили Уоррингтон и Монтегю, просто это означало распад их многообещающего альянса. Ещё раньше отличница-Боул на время отложила интриги, дабы как можно лучше закончить учебный год, а посему кандидатов на смещение Малфоя с метафорического Олимпа не оставалось. И это было чревато. Из раздумий его вывела Уилкинсон, которая робко сообщила, что закончила эссе. Северус взял протянутый пергамент и просмотрел его. Он оценил все недостатки и сильные стороны работы почти сразу же, но продержал девчонку в напряжении почти целую минуту. Та грызла кончик пера и следила за ним во все глаза. Наконец он признал эссе «удовлетворительным» и отправил Уилкинсон восвояси. Когда она на миг нерешительно застыла в чёрном проёме двери, ведущей в коридор, Северус взглянул на часы, стрелки на которых подбирались к полуночи, и вспомнил, что он сегодня дежурит. Проводить первокурсницу до гриффиндорской башни было логичным решением. Это позволяло совершить первый обход и наведаться в ту часть замка, где обычно замышлялись всяческие проделки. К тому же почти бежать за грозным профессором зельеварения, чтобы успевать за его широким шагом, по пустым тёмным коридорам для Уилкинсон, наверняка, было достаточно неприятным опытом, чтобы захотеть повторить его в будущем. На обратном пути в подземелья его нашёл домовой эльф. Этот стал одним из самых старых, которых Северусу доводилось когда-либо видеть в школе. Герб Хогвартса у него не был вышит на одежде, а вытатуирован на лбу. – Профессор О’Рейли сэр велел напомнить вам, профессор Снейп, что вас ждут завтра на уроке Защиты от Тёмных Искусств. Перед ланчем, на Южном дворе, сэр. Северус раздражённо вскинул бровь и проговорил: – Передай мистеру О’Рейли, что я не страдаю провалами в памяти и прекрасно помню то, что он сказал мне вчера за ужином в Большом зале. Тем более сделал он это достаточно громко. Эльф поклонился, но не исчез. Северус посмотрел на лысую макушку, покрытую дряблой зеленоватой кожей, и понял, что от него так просто не избавиться. Похоже, он видел хозяев и пострашнее. Поэтому пришлось добавить: – Я буду завтра на дуэли как того просит мистер О’Рейли. На этот раз его оставили в покое, и Северус смог продолжить путь. В самом деле, кое-кому просто нечем было больше заняться. Лучше бы озаботился тем фактом, что одна из его студенток не считает нужным вовремя сдавать домашние задания.

***

Дождь начался ещё ночью – несильный, но настырный, он и не думал прекращаться. Студенты, которые и так к концу зимы не отличались рвением в учёбе, нынче и вовсе впали в полусонное состояние. Количество ошибок в процессе приготовления Дыбоволосного зелья достигло двузначного числа и продолжало расти. Атмосфера в классе была напряжённой. Северус то и дело использовал Темпус, чтобы узнать, который час, и, видя это, второкурсники Рэйвенкло, казалось, нервничали ещё больше. За полчаса до конца урока он без предупреждения несколькими заклинаниями очистил все котлы и, глядя в испуганные детские лица, объявил все их сегодняшние старания совершенно жалкими. И задал двойное домашнее задание: приготовить таки приемлемое по качеству Дыбоволосное зелье самостоятельно; и дополнительно, описать не менее трёх, в которых также использовались крысиные хвосты. После чего велел убираться. Студенты не замедлили повиноваться, а сам Северус направился в Южный двор, где под защитой крытой галереи уже ждал его О’Рейли и выпускной курс. Весь выпускной курс: тут топтались и галдели не только Гриффиндор и Слизерин, у которых урок ЗоТИ был по расписанию, но и Рэйвенкло с Хаффлпаффом, которым, по идее, следовало находиться где-то ещё. Северус хмыкнул. Надутый болван мечтал об аншлаге на своём представлении? Он ему устроит «аншлаг». Из толпы выдвинулся сам смотритель балагана. Выглядел он, как обычно, напыщенно и франтовато. - Профессор Снейп! - О’Рейли картинно обрадовался Северусу будто родному, - наконец-то! Мы уж с ребятами думали - вы испугались дождя и не придёте. Северус окинул мрачным взглядом враз притихших студентов и заметил: - Очевидно, были приложены усилия, чтобы собрать их здесь. Полагаю, урок нужно преподать, - он посмотрел на О’Рейли, - всем без исключения. О’Рейли на миг прищурился, но ответил так же радостно: - Конечно! Ведь детей нужно готовить к жизни, в которой им могут встретиться не очень хорошие волшебники, возможно, даже тёмные. После чего, не дожидаясь реакции Северуса, повернулся к студентам. - Итак, сейчас я и мой ассистент – профессор Снейп – продемонстрируем вам некоторые заклинания и контрзаклинания из седьмого курса ЗоТИ. Конечно, мы будем бить в полсилы и не использовать ничего... Северус его перебил: - Смею надеяться, что как ассистент, способен буду на нечто большее. Почему бы нам не устроить дуэль, максимально приближенную к боевой? О’Рейли развернулся к нему всем корпусом, глаза его сверкнули. Не отрывая от Северуса пронзительного взгляда, он вновь громко обратился к студентам. - Как мы и надеялись, профессор Снейп любезно согласился помочь мне показать вам нечто стоящее! Мы будем биться в полную силу и использовать самые разные заклинания. Этот болван диктовал условия. Северус сложил руки на груди и со скучающим видом уставился прямо перед собой. О’Рейли продолжал вещать. - Вам стоит отойти подальше и ни в коем случае не вмешиваться в нашу дуэль. Даже если вам в какой-то момент захочется помочь профессору Снейпу. Так же напоминаю, что травмы при подобных демонстрационных битвах весьма вероятны и часто неизбежны. Вы должны быть к этому готовы. Северус возвёл очи горе. Интересно, его в самом деле попытаются убить, чтобы потом свалить всё на несчастный случай? У гриффиндорцев это уже становилось традицией. - Мы с вами обсуждали «рельеф местности», на которой будет вестись дуэль, - О’Рейли указал рукой на двор. – Для тех, кто забыл: каменные стены и пол, арки и искусственная преграда по центру – фонтан, - всё это важно для выбора стратегии. Студенты согласно закивали, словно стадо дрессированных нюхлеров. Северус спросил себя, понимают ли они, что такой «рельеф местности» позволял проводить практически любой атакующий манёвр, кроме, разве что, Блэкуса и подобных ему, оставляющих после себя воронки диаметром в тридцать футов. - По желанию вы можете конспектировать ход дуэли и записывать неизвестные вам заклинания, если таковые будут. Все вопросы - позже. - О’Рейли изобразил на лице ещё одну лучезарную улыбку и обратился к Северусу: - Мы можем начинать. Готовы? Тот достал палочку и направил её в дальний конец галереи. Его невербальное заклинание породило тонкий канат, который, развернувшись на всю длину, повис в воздухе на уровне пояса, отгородив студентов от места дуэли. - Каждый, кто сунется во двор до окончания демонстрации, заработает недельную отработку у мистера Филча, - Северус сделал паузу, чтобы успело дойти до всех. – Отработка начнётся сразу же, как вы выйдете из лазарета, в котором непременно окажетесь, попав под рикошет. - Уверен, этого не случится, - успокаивающе проговорил О’Рейли. – У меня твёрдая рука и прекрасная меткость. С этими обнадёживающими словами он вышел под дождь. Северус последовал за ним. Студенты ринулись к канату, стремясь занять лучшие места. Камни двора были скользкими от воды, в трещинах и неровностях скопились лужи. О’Рейли занял позицию у одной из арок, Северус отступил к не работавшему по случаю зимы фонтану. Они отсалютовали друг другу, и дуэль началась. Сперва пытались «прощупать» друг друга. О’Рейли всё больше нападал, а Северус оборонялся. Они почти не сдвигались за пределы своих укрытий, и дуэль пока и впрямь напоминала учебную: заклинание-блок-заклинание. Студенты, сперва подбадривавшие их криками, заскучали, а Импервиус, который наложил на себя Северус, успел дать течь. Всё действо было однообразным, и Северус почти пропустил момент, когда О’Рейли неожиданно пошёл в атаку. - Эрегуло! Слева от Северуса вспыхнул сноп красных искр, но он не позволил себе отвлечься и выпустить О’Рейли из виду. И не зря. - Империум Аква! Стирия Максим! Гласио! Северус выставил над головой щит ещё до того, как О’Рейли закончил первое из серии заклинаний. Дождевые струи, которых вокруг было в избытке, резко сменили направление и, вместо того, чтобы падать на землю, ринулись на Северуса. Второе и третье заклинание заморозили их и превратили в огромные сосульки. Несколько из них пробили щит, а одна, прежде чем разбиться о камни, по касательной задела правое плечо Северуса. Он зашипел от боли и немедленно перебросил палочку в левую руку. Послал в сторону О’Рейли Малый Камнепад и едва успел увернуться от брошенного в ответ Азуро. - Пиертотум Локомотор! Кретин решился оживить фонтан? Северус отпрыгнул в сторону от бортика, который неожиданно выгнулся в его сторону, и отправил в О’Рейли Адское Зеркало. Это займёт его на минуту. В центре фонтана зашевелился мраморный тритон с трезубцем. Северус отступил к дальней глухой стене двора, чтобы оказаться у него за спиной. Статуя, крошась от усилия, оторвала от основания пустой фонтанной чаши свой хвост и, повернувшись, метнула в Северуса трезубец. Со стороны галереи послышались восхищённо-испуганные возгласы. Отведённый в сторону заклинанием Флестит Спатиум, трезубец ударил в стену и раскололся. Почти сразу за ним в Северуса прилетел Иммобилус. Видимо, Адское Зеркало оказалось О’Рейли знакомо и не вывело его из игры надолго. Северус отразил Обездвиживающее заклятие и послал в ответ Анамменос Петра. Арка, за которой расположился О’Рейли схлопнулась, словно закрывшийся занавес. Раздался сначала вскрик, затем негодующий возглас О’Рейли: - Снейп, Морриган тебя побери, что ты творишь?! Северус не снизошёл до ответа. В фонтане всё ещё неуклюже возился тритон, угрожающе потрясая кулаками, поэтому укрытие оставалось одно-единственное. Пока О’Рейли сотрясал воздух, Северус добрался до груды камней, оставшихся от полуразрушенного когда-то устоя одной из арок, и залёг там. Откинул со лба мокрые волосы, прислушиваясь к себе. Саднило кожу на скуле куда попал случайный осколок трезубца, но зато рана на плече, похоже, почти не кровила. Северус направил на себя лечащее заклинание, но высушить одежду уже не успел: почти рядом с ним в камни ударил Вердимилиус. Северус перекатился на другую сторону арки и тут ему в тыл ударило двойное Пиро. О’Рейли был уже где-то совсем близко. Северус с проклятием заставил полу с треском отделиться от остальной мантии и швырнул пылающий кусок ткани в появившегося из-за угла ирландца. Тот увернулся и атаковал Импедиментой. Это затормозило действие левитационного заклинания, применённого Северусом к себе, но оно всё же сработало. Подброшенный на несколько футов, он оказался над аркадой. Приземление на неё не прошло очень мягко, в основном, из-за того, что О’Рейли применил к нему Египетскую Тьму: эффектное заклинание, пусть и не особо эффективное. Северус провёл перед лицом палочкой, отгоняя рой мельтешащих чёрных точек, и, стараясь сохранить равновесие на узком архитраве*, осторожно посмотрел вниз. О’Рейли уже карабкался к нему, частично трансфигурировав пальцы на руках в некое подобие когтей. Палочку он при этом держал в зубах. Задрав головы, студенты на галерее вновь разразились восхищённым гиканьем. Северус попытался столкнуть О’Рейли вниз с помощью Эверто Статум, но угол был совсем неудачен, и заклинание, едва коснувшись цели, ушло куда-то в сторону. В следующее мгновение противник оказался уже рядом. Он бросил в Северуса, по-видимому, заранее заготовленное Секо, и это следовало признать весьма удачным приёмом. От «условно тёмного» режущего заклятия нельзя было защититься Протего, что заставило Северуса отступить, а О’Рейли дало несколько драгоценных секунд на то, чтобы вернуть руки в исходное состояние. И бой продолжился лицом к лицу. Они обменялись Экспеллиармусами, а затем О’Рейли применил некую незнакомую Северусу разновидность Звериного рёва, от которой зазвенело в ушах и сбилось дыхание. Причём эти чары вновь потребовали частичного изменения тела. Инстинктивно выставив перед собой щит, на время оглохший, Северус смотрел, как рот О’Рейли распахнулся в огромную клыкастую пасть, а волосы на голове (уже не так тщательно уложенные как прежде) на миг превратились в красноватую гриву. «Гриффиндорский лев, серьёзно? Мерлин, ему что – шестнадцать?» Мало того, болван снова не упустил возможности покрасоваться. Царственно повернув голову в сторону студентов, О’Рейли испустил ещё один неслышимый рык, и Северус ударил по этой слащаво-уродливой морде Железной Плетью. С такого расстояния невозможно было промахнуться, но О’Рейли спасла хорошая реакция. Он сделал сальто назад, умудрившись при этом не свалиться вниз; лишь мокрое холёное лицо его теперь пересекала кровавая полоска. Яростно крикнув, он бросился в атаку. Северус прочитал по его губам «Эверто Статум» ещё до того как ощутил в грудной клетке давление чужого волшебства. Неожиданно вернулся слух, а вместе с ним – гнев на этого невозможного идиота, которому он не сделал ничего плохого, но который неизменно раз за разом пытался его унизить или сломать. Северус встретил заклинание О’Рейли стеной собственной магии – не обличённой в конкретную форму, просто потоком стихийной энергии, и две воли сошлись в неудержимом столкновении. О’Рейли сдуло с архитрава словно пушинку. Долю мгновения Северус видел его наполненные удивлённым ужасом глаза, а потом и сам потерял равновесие. Перед тем как свалиться на камни двора он всё же успел послать в противника Силлипси. Со стороны галереи в О’Рейли полетели также Смягчающие чары, Мобиликорпус и даже Акцио. Всё это сделало его падение в фонтан не фатальным, а просто весьма неприятным. Тяжело дыша, Северус с трудом принял сидячее положение. При этом из носа закапала кровь, что, конечно, стало следствием перенапряжения. Ещё он, кажется, вывихнул ногу при падении с аркады, но это повреждение нельзя было считать хоть сколь-нибудь значительным. - Профессор Снейп, с вами всё в порядке? Северус поднял взгляд: из-под зелёного зонта на него с тревогой смотрела Дафна Гринграсс. Из-за её плеча испуганно таращились и другие слизеринцы. - Вам велено было не заходить за канат, - стараясь не морщиться от боли во всём теле, Северус попытался подняться на ноги. - Так ведь дуэль кончилась, - откликнулась Гринграсс, - и если позволите, смею утверждать, сэр, что она завершилась безоговорочной вашей победой. - Вы не можете отправить нас на отработку к Филчу, профессор, - это уже сказал Крэбб, видимо, обеспокоившийся за свою судьбу, и решивший напомнить Северусу ране сказанные слова. Некоторых всегда озаряли «гениальнейшие» идеи в самый неподходящий момент. Особенно когда декан был не в лучшем расположении духа. Остальные оказались более смышлёными и тут же зашикали на Крэбба, оттеснив его с глаз Северуса подальше. В ответ тот обиженно запыхтел и протянул: - Не, ну, а чего? Профессор Снейп отделал профессора О’Рейли так, что просто зашибись. Дуэль окончена, Дафна права. Северус, наконец, принял вертикальное положение и, стараясь не прихрамывать, двинулся к фонтану. Там уже столпились все остальные студенты. Они с охами и ахами наперебой предлагали О’Рейли свою помощь, а над их головами возвышался хмурый тритон, которого кто-то вновь успел сделать неподвижным. Протиснувшись сквозь толпу, Северус выяснил, что О’Рейли не только был жив, но и в сознании. В крови, немного помятый и, кажется, пребывавший в лёгком шоке, тем не менее, активно отбивался от протянутых со всех сторон рук. Он встретился с Северусом глазами, и все вокруг смолкли. Пальцы О’Рейли начали вслепую шарить вокруг, и Северус предвосхитил его намерение, призвав палочку противника к себе. После чего, не обращая внимания на его убийственные взгляды, обратился к студентам. - Ваш нынешний учитель по Защите, среди прочего, сегодня продемонстрировал вам то, что называют частичной трансфигурацией. И хотя это не относится напрямую к предмету, однако, имеет свои области применения. Особенно, если приложить немного фантазии. Например... Северус произнёс: «Паво Трансфегио», и на глазах у изумлённых студентов О’Рейли обзавёлся шикарным павлиньим хвостом. Ирландец медленно поднялся на ноги и, ошеломлённо повернув голову, уставился на новый придаток. Хвост, словно пытаясь оказать себя новому хозяину во всей красе, с готовностью развернулся в огромный сине-зелёный веер. - Да я... да это... - О’Рейли явно не хватало слов. Раздался гонг, возвещавший о конце урока и призывавший на ланч. Замершие студенты очнулись и, шмыгая носами от сырости, стали переминаться с ноги на ногу, неуверенно переводя взгляды с Северуса на О’Рейли и обратно. - Демонстрационная дуэль завершена, - подытожил Северус, когда стало понятно, что от О’Рейли толку не будет. Он был слишком занят, ощупывая хвост. – Занятие окончено. С этими словами Северус вручил палочку О’Рейли оказавшемуся ближе всех Томасу и направился прочь. Уже в галерее его догнали полные негодования вопли. - Что?! Как это «не действует Фините»?! Попробуйте ещё раз! Нет, дайте мою палочку, я сам! И секунду спустя, почти истеричное: - Сне-е-е-ейп! Ты что себе позволяешь?! Немедленно вернись и сними с меня свои тёмные чары! Что? Да, я уверен: это что-то из тёмной магии... Сне-е-ейп! Из коридора в галерею стали стягиваться любопытные. Северус прошёл мимо них с каменным лицом. Скоро тут начнётся бедлам, а до прибытия МакГонагалл ему лучше успеть переодеться и залечить все синяки. Но что интересно: с каждым новым воплем О’Рейли нога у Северуса почему-то болела всё меньше. От автора: не умею я описывать баталии, хоть убейте. в очередной раз в этом убедилась. вся сцена такая ме-е-едленно-неторопливая получилась. избегаю эти описания драк как могу. _______________________ * - прямолинейная перекладина, перекрывающая промежуток над колоннами