It's just acting, don't worry.

Тэхён открывает глаза от звука громко звенящего будильника. Глаза ослепляет солнце, коварно пробравшееся сквозь кремовые шторы. Альфа тяжело вздыхает и отключает будильник, вырвавший его из волшебных снов. Направляясь к ванне, его начинает настигать чувство непредвиденной опасности. Это чувство ходит по пятам за каждым в этом городе, но сегодня как-то слишком назойливо. Звонок в дверь. Ожидаемо. — Ким Тэхён, проснись и пой! — Тэ слышит веселый голос Хосока через дверь и мысленно шлет куда подальше, потому что меньше всего с утра хочется видеть его надоедливо-счастливо-пафосную морду. Тем более, когда после пробуждения у него есть некоторые проблемки. — Назови мне хоть одну весомую причину открыть тебе дверь, — с вызовом говорит блондинистый альфа, подходя ближе к двери и смотря в глазок. — Я к тебе просто так никогда не приду, даже не надейся, — усмехается второй альфа по ту сторону двери. Тэхён приоткрывает дверь и впускает альфу. Блондин сейчас в одних боксерах и его утренние проблемы все ещё остались не устранены. Хо смущенно отводит взгляд, — будь я омегой, — с пошлой ухмылкой на лице начинает Хосок, — я бы оседлал тебя. — Ты мерзкий, — смеется Тэ, пытаясь скрыться от альфы, который скользит по нему взглядом. Ну и друзья у него, конечно. — Так, я пришёл не твои принадлежности рассматривать, а по делу, — Тэ поворачивает голову, делая вид, будто не знает, что ему сейчас скажет друг. — Убийство в театре. В центральном театре, — на одном дыхании выпаливает Хосок, наблюдая за реакцией друга. Но тот даже бровью не повёл. — Когда? — Несколько минут назад, — смотря на такого серьезного, сосредоточенного и в то же время растрепанного Тэ становится очень смешно. — Тогда чего мы медлим? — бросает блондин, закрывая за собой дверь в ванну. Спустя несколько минут недолгих сборов Тэхёна, альфы садятся в машину и направляются к месту преступления. Останавливаясь у главного театра, в Тэ начинает пробуждаться внутренний эстет. Огромное здание, выполненное в стиле барокко. Обилие пышных декоративных украшений, асимметрия, подчеркнутая театральность в совокупности дают сногсшибательный результат. Ему хочется оказаться здесь вечером, держа за руку какую-нибудь нежную омегу, а не идти на расследование очередного убийства. Но, увы, суровые реалии таковы. Времени любоваться зданием, к сожалению, нет, поэтому альфы проникают внутрь и начинают кашлять. Им приносят противогазы и они поднимаются наверх. Успел. Картина, раскинувшаяся перед альфами не вызывает восторга ни у кого. На верках, предназначенных для страховки артистов висят конечности какой-то омеги. Кровь искусно распрыскана по сцене. Напоминает какой-то незамысловатый рисунок. В нижней части тела обнаружена дымовая шашка, из которой всё ещё тихонько идёт дым, не дающий вздохнуть ни одному из альф. Конечности омеги переплетены между собой красной атласной лентой. В этом Тэ видит еще один незамысловатый рисунок. Такое сделал бы только поистине творческий человек. Намджун стоит посреди всего этого и уже что-то записывает себе в блокнот. — Не самое лучшее место для встреч, но я рад тебя видеть, — выдает Джун, отрываясь от своих записей. — Взаимно. Это моя правая рука — Чон Хосок, — отвечая на немой вопрос Джуна, проговаривает Тэ, указывая на друга. — Буду рад иметь с вами дело, — говорит Хо, получая в ответ одобрительный кивок. Всех трёх альф отвлекает шум в районе дверей. Замечая двух омег, альфы мгновенно напрягаются, потому что зрелище явно не для их глаз. Джин сразу же выбегает, заставляя Намджуна тоже вылететь из здания. Чонгук стоит и осматривает сцену. Взгляд его невозможно счесть. Лишь только блеск в глазах предательски выдает его. «Как такое могло произойти?» — Я думаю, что это не лучшее зрелище для омег, — уверенно говорит Хосок, замечая потерянность во взгляде парня. — Я думаю, что тебе лучше заткнуться, пока на его месте не оказался ты, — отвечает Чонгук, даже не глянув в сторону наглого альфы и подходит ближе к жертве, кратко кивая Тэхёну в знак приветствия. Хосок открывает рот, чтобы возразить упрямой омеге, но Тэхён пихает его вбок, давая понять, что спорить с ним бессмысленно. Картина действительно не самая приятная. «Бывало и хуже» — пролетает в голове омеги. Он подходит к так называемой шее, которая уже является обычным куском мяса с кожей. BB. Интересно. — Опять твой клан, Тэхён, — проговаривает Чонгук и ему в нос вступает запах альфы. Его альфы во время гона, — какая мерзость, он весь пропах Чимином, — цедит Чонгук и теперь подходит к так называемой голове. Тот самый омега, в которого Чон чуть не пустил пулю пару дней назад. А жаль, что не пустил. Не понимает с первого раза. Значит будет наказан не Чонгуком, а судьбой. Наивный. — Если тебе так противен мой запах, то надень противогаз обратно, — слышит Чонгук позади и в дверях замечает сероволосого альфу. На нем красуется черная кепка, а на носу, поблескивая, находятся очки. Образ бэд боя дополняет черная косуха. Красивый урод. — Прошу без ваших разборок хотя бы на месте преступления, — ругается вошедший Намджун, который буквально тащит на себе Джина, который бледнее любого мертвеца. — Два часа тридцать две минуты, — вступает в диалог Тэхён, привлекший внимание всех находящихся в зале, — это время, прошедшее с полового контакта, — поясняет Тэ. — Можно было и у меня спросить, — не унимается со своим сарказмом Чимин. — Ради христа, заткнись, — не выдерживает Хосок, наблюдавший за альфой с самой первой секунды, как сероволосый зашел. — Сорок четыре минуты, — продолжает Тэ, делая вид, что не обращает внимания на надоевшего уже всем альфу, — это время, прошедшее с момента убийства, — заключает Тэ, убирая руку с лба погибшей омеги. — Где вы были с ним? — спрашивает Намджун, не прекращая писать. — У меня, — говорит Чим, хитро глядя на Чонгука. Но Чонгуку все равно. Он увлечен явно не тем альфой. — Что было после полового акта? Он ушел? Ты его отвез? Важны все подробности, — словно с языка снимает Джин. — Может еще спросите в каких позах мы трахались? — усмехается Чимин, но ловит на себе злобный взгляд Тэ и почему-то успокаивается, — его забрал его дворецкий, насколько я помню. После всего он вел себя как обычно, — Чонгук смотрит на Тэ и не может понять в чем дело. Ему очень интересно, какая у альфы способность. Он так легко читает всё, что происходит. Удивительно. Блондин замечает на себе изучающий взгляд и начинает сверлить в ответ. Он так же не понимает, что в парне смотрящим на него не так. Почему омега так холоден ко всему, что происходит? Почему не поддается? Их зрительный контакт обрывает Хо, проходящий между ними, приближаясь к омеге и окидывая ее оценивающим взглядом. Не легкая работа была проделана с этой омегой явно. — Нам нужна связь с его дворецким, он должен знать и рассказать нам, где был, с кем был и так далее этот омега. Скорее всего у него жилье напичкано камерами, так что можно будет отследить его. Так что, дело, считайте, у нас в кармане, — довольно улыбается Намджун, приобнимая уже немного успокоившегося Джина. — Видите, вам даже на руку моя легкомысленность, — сияя мурлыкает Чимин. Все дружно переводят взгляд на Чонгука, который, кажется, находится в другой вселенной в этот момент. Его мысли ещё со вчерашней ночи не распутались. Но теперь они крутятся в клубок в ускоренном темпе, накручиваясь сильнее. Каждое новое убийство окончательно выбивает весь здравый смысл из омеги. Он поднимает глаза на смотрящих на него людей, вздыхая и попутно закатывая глаза. Похер абсолютно. Для пущей картины он должен был бы закатить истерику, но он обязательно сделает это как-нибудь позже. Сейчас хочется просто оказаться где-нибудь подальше отсюда.