Dress to kill, babe

      Я вернулся к позиции, откуда мог видеть все тела, и помаялся там, стараясь игнорировать сочные чавкающие звуки. Наконец я стянул насквозь пропитанные кровью шёлковые перчатки и озвучил оформившуюся мысль:       — Вэл… А всё должно быть по умным книжкам, или мы можем замутить собственный ритуал?       Он отвлёкся и, скособочившись, обернулся ко мне, явно оберегая плечо:       — Я хорошо планирую, ты волшебно импровизируешь. Чего ты хочешь, детка?       — Ну, если ты нормально себя чувствуешь…       Он небрежно отмахнулся в ответ.       — …Я тут завалил собственного барса… — Протянул я задумчиво. Уперев палец в бедро, я провёл им до края разреза и подцепил платье. Ткань с тихим треском начала расходиться под когтем, всё выше и выше, пока наряд бесполезной тряпкой не соскользнул на пол. Я остался в одном тщательно подобранном белье и с малюсенькой кобурой, хитро запрятанной подмышкой. Все эти приколы с выхватыванием автоматов из ниоткуда хороши, спору нет, но на разборках физическое присутствие оружия грело меня гораздо сильнее. Я подбоченился, с вызовом разглядывая его фигуру, чернеющую на фоне камина.       — Хм… — Включился в игру Валентино. Пробуждающийся интерес заплескался в его глазах, как в моих — отблески огня. Я выждал и продолжил, понижая голос:       — Мех весь пропитан кровью, хоть отжимай… Тут и его, и моя, он расцарапал меня везде… Всё тело саднит. — Погрузив пальцы в шёрстку, я сжал её вместе с опухшей грудью. Кровь обильно заструилась вниз по животу.       Вэл распрямился и осклабился, жадно принюхиваясь. По телу прокатилась волна тепла. Вот оно! Это моё!       — В доме больше никого. У нас есть немного времени? — Промурлыкал я, оглаживая себя.       Валентино медленно двинулся вперёд. Демоническое обличье плавно сходило на нет, окровавленные шипы втянулись в тело, спина перестала бугриться, а пасть, переполненная клыками, смогла со щелчком закрыться. Зачем-то он подхватил с пола свою шляпу, слетевшую в самом начале потасовки, и водрузил на голову под залихватским углом.       Подойдя, он тяжело опустился на колени, равняясь со мной ростом, согнулся ниже и закопался лицом в мех, жадно слизывая кровь, дразня языком глубокие царапины. Я тоже облизнул окровавленную ладонь, и теперь это было вкусно.       Под моими ласковыми прикосновениями пальто послушно стекло с него назад, обвиснув плащом за спиной. На нём был строгий черный костюм, ткань на руках и ногах распорота боевыми шпорами. Я кинул быстрый взгляд на его плечо. Весь правый бок был заскорузлым от крови, но она явно больше не текла. Задрав рукав, я переключил внимание на его другую пострадавшую руку. Там всё ниже локтя было измочалено и вспухло.       Когда Вэл одним движением срезал вандербра, я с наслаждением вдохнул полной грудью. Кружевные трусики постигла та же участь, и я был окончательно обнажен.       Язык, будто бы вбирая яд, прошелся по моим бёдрам, располосованным просто на ленточки. Я застонал одновременно от боли и удовольствия. Что-то внутри напряглось, и горячий всплеск окатил меня сверху донизу. Валентино настороженно вздёрнулся и замер, прислушиваясь к ощущениям. Глядя в его завораживающие глаза, я снова повторил это, уже увереннее и смелее, убеждаясь, что он захвачен этой магией не меньше меня. Волна жара прокатилась от макушки и до кончиков когтей на ногах. Вокруг нас коротко вспыхнули маленькие искорки электрических разрядов. Вэл расслабился и вернулся к моей коже, пока я потихоньку наращивал мощь этого горячего прилива. Я приласкал его антенны, провел подушечками пальцев по лицу и шее, и, вцепившись в ворот костюма, разорвал его, добираясь до спины.       Бледное розоватое свечение начало окутывать нас, я управлял волнами, будто напрягал и расслаблял собственные мышцы в такт пульсу. Искорок в воздухе стало больше, оставшаяся сухой шерсть наэлектризовалась и встала дыбом. Крылья Валентино тоже расправились, показав свой смазанный рисунок.       Закончив с ранами, он запустил свой бесконечный язык мне между ног, жадно обшаривая все закоулки, и наконец обвил его вокруг члена. В ответ я запустил огромную волну, сгорая от жара и чувствуя, как он буквально плавится в нём. Крылья вспыхнули всеми цветами радуги, щупальца, извиваясь, явили себя и, изогнув кончики, распрямились за его спиной, словно хвост диковинной птицы. После сытного перекуса они выглядели огромными, толстыми и сонными. Я потянулся погладить одно, желая ощутить нежную, чуть шершавую податливую кожицу и упругую, сжатую пружиной силу, таящуюся под ней. Щупальце шевельнулось в ответ, легло на плечи, обвилось вокруг шеи и лениво скользнуло по лицу.       Моему рассеявшемуся, но не дремлющему сознанию примерещилось какое-то мелкое движение со стороны кота, и я, плавно выхватив пистолет, ещё раз выстрелил ему в голову. Не раздумывая, добавил пулю в скорпиона. Просто на всякий случай.       Валентино бросил свое занятие, возвращая к себе моё внимание, быстрым взглядом удостоверился, что всё в порядке, поднялся на ноги и решительно зашёл мне за спину. Подхватив под руки, он вздёрнул меня в воздух, щупальце на шее напряглось, крепко прижав мои лопатки к его груди. Выгнув спину и потираясь об него, я игриво лизнул кончик щупальца, и оно, слепо тычась в щеки и губы, полезло в рот.       Запрокинул голову, я призывно застонал, когда он прижал меня крепче верхними руками, нижними оглаживая и раздвигая ягодицы. Я обвил ногами его ноги, страстно подставившись, и нетерпеливо обдал нас обжигающим водопадом. Вэл коротко рявкнул, насаживая меня на себя и впился когтистыми пальцами в грудь и бедра.       Пока он двигался, я отчаянно старался разорвать внимание одновременно на всё происходящее. Щупальца хаотично обвивались вокруг нас, Валентино глухо рычал мне в ухо. Крышу снесло окончательно, пульс зашкаливал, волны жара накатывали одна за другой всё быстрее, грозя слиться в один сплошной поток. Вэл сзади ускорял темп в безумной погоне, вцепляясь в меня всё сильнее. В ушах нарастал гул, переходящий в оглушительный рев.       Когда цунами обрушилось, омыв нас раскалённой лавой, я, ослеплённый разгоревшимся вокруг сиянием и почти придушенный сжимавшим шею щупальцем, смог только коротко тявкнуть.       Сила отступила так внезапно, что нас швырнуло на колени. Вокруг снова сгустился успокоительный полумрак. Я забарахтался, пытаясь верхними руками оторвать от себя сведённое последними спазмами щупальце. Валентино ёмко выдохнул мне в макушку:       — Блядь!       — Блядь! — Согласно отозвался я, продолжая отчаянно выдираться из капкана его объятий и пытаясь встать на ноги. Сознание считало, что угрозы нет, но я должен был убедиться собственными глазами. Вэл, пошатываясь, поднимался вслед за мной.       Скорпион лежал всё в той же позе, зияя раззявленной грудной клеткой, и я развернулся к коту, будто бы иссохшему, покрытому поблекшей, вылезающей клочьями шерстью. Тела остальных тоже казались скукоженными и сморщенными. Я торопливо сунулся обратно к главарю, но босс уже стоял возле него, жестом приказав держаться на расстоянии.       — Что за хуйню ты творишь? — С любопытством поинтересовался он.       — Неведомую. — Развёл я руками. — Тебе понравилось?       Я указал на его руку, и Вэл с удивлением задрал рукав, разглядывая полностью зажившее предплечье. Потом он свободно шевельнул лопаткой и поврежденным плечом. Там рука, конечно, не отросла, но ему явно стало лучше, и боль больше не беспокоила. На мне все раны закрылись, как не было, чувствовал я себя восхитительно.