Последняя Цитадель

Джорджи привёл Стэна к миленькому двухэтажному домику на Роджерс-авеню, на окраине Элликотт-Сити. С другой стороны дороги, за наполовину осыпавшимися октябрьскими деревьями проглядывались очертания большого заросшего кладбища. Солнце медленно закатывалось за горизонт, дул прохладный ветер, который только отгонял привычную для Мэриленда вечернюю духоту и приятно скользил по грязной коже. Через пару дней начнёт падать температура, и Стэн начинал подумывать, что следовало заняться поиском убежища на зиму с горячей водой и электричеством. Стэн заметил, как на втором этаже дёрнулась занавеска. Кем бы ни были друзья и брат Джорджи, Стэн едва успел ухватить за хвост юркую мысль, что, возможно, именно сейчас он и познакомится со всеми, хочет он того или нет. Белая входная дверь резко распахнулась, оглушительно ударившись о каменную перегородку, и из дома выскочил парень приблизительно одного со Стэном возраста. Волосы его растрепались, будто кто-то слишком сильно перебирал пальцами пряди, в слегка покрасневших глазах плескалась любопытная смесь облегчения и настороженности. — Джорджи!.. — воскликнул этот парень и, не успев пробежать и пяти метров, остановился, напряжённо всматриваясь в Стэна. Стэн, в свою очередь, поднял пустые руки в знак благих намерений, и хоть он увидел, что парень хотел что-то спросить, Джорджи врезался со всей скорости, которая у него была, в брата и с силой обхватил его поперёк пояса. Тот сел на корточки и обнял его. — Я же говорил тебе остаться здесь и ждать нас. Ты п-п-представляешь, как я испугался, когда вернулся, а тебя н-н-н-нет? Ты не ранен? — Ты опять заикаешься, — пробурчал Джорджи куда-то в шею брату. — Со мной всё хорошо. Мне Стэн помог. Парень перевёл полный подозрения взгляд на Стэна и медленно поднялся на ноги. В тот момент он был похож на хищника, готовящегося к смертоносному прыжку. Стэну не понравился наклон головы, внушающий опасность, не понравилась медленная, чуть ли не вкрадчивая походка, словно парень вышагивал по настоящему минному полю, наизусть зная карту. — Как это произошло? — спросил он, и Стэн испытал навязчивое желание отступить на шаг, потому что пронзительный взгляд светло-зелёных глаз вызывал едва уловимые следы ноющей боли в правом боку, там, куда попала пуля два с половиной месяца назад. Этот взгляд досконально прошёлся по кровавой полосе на лбу, по грязным волосам и одежде, по омытым в крови рукам и обкусанным губам. Этот взгляд задержался на шее, где висел мамин кулон со звездой Давида, который Стэн, плача и вытирая рукавом куртки рвоту с уголка губ, снял с гниющего тела. Этот взгляд остановился на его глазах. — Я почти весь день шёл из Балтимора, — заговорил Стэн, ни за что не собираясь первым отводить взгляд. — В Элликотт-Сити заметил пятеро мертвецов, пытающихся пробиться через двери книжного магазина, но когда я услышал плач Джорджи, то решил помочь. Слушай, я понимаю, как это звучит, но спроси Джорджи, и он ответит тебе то же самое. Парень обернулся с младшему брату, и тот активно закивал, вытянув обе руки с журналом про Человека-Паука. — Билл, — протянул руку парень, и Стэн, стараясь сдержать усмешку, пожал чистую ладонь своей, окровавленной и липкой. — Стэн. — И куда ты направляешься, Стэн? — спросил Билл, ненавязчиво проведя только что протянутой рукой по нижнему краю своей футболки. Стэн хоть и заметил это движение, всё же предпочёл ничего не говорить. Джорджи, заскучав, умчался в дом. Сразу после хлопка входной двери до слуха Стэна донеслась неразборчивая женская брань. Стэн пожал плечами. — Надо переждать где-то зиму, — сказал он. — Желательно там, где есть отопление и горячая вода. — Умно, — кивнул Билл. Стэн заметил, что речь его была медленной, размеренной и мелодичной. Наверное, Билл специально так говорит, чтобы не заикаться. Стэн был почти уверен, что Билл мысленно проговаривал собственные фразы, прежде чем сказать что-либо. В этой мысли скрывалось некое очарование. Занавеска на втором этаже вновь задёрнулась, когда Стэн поднял голову. Он подозревал, что за ним следят, и был почти уверен, что, дёрнись он лишний раз, и в его голову влетит пуля. По крайней мере, на их месте Стэн поступил бы так же, несмотря на то, что спас одного члена их команды. Билл молчал, на пару мгновений опустив взгляд во влажную землю. Солнце почти скрылось за горизонтом, пока тянулся этот странный разговор, который, впрочем, Стэн сворачивать не хотел. Странное желание, которое вполне логично объяснялось тем, что в темноте искать себе ночлег будет гораздо труднее, чем в свете дня. — Слушай, ты спас Джорджи, — начал Билл, — так что меньшее, что я могу для тебя сделать сейчас — пригласить остаться у нас хотя бы на ночь. Ты выглядишь ужасно, честно говоря, а у нас тут есть горячая вода. В довесок своим словам Билл слегка качнул головой и указал большим пальцем себе за плечо, в сторону аккуратного дома, из которого уже давно не доносились женские возгласы, а занавеска на втором этаже не колыхалась. Стэн последовал за Биллом, машинально похлопав себя по боку, там, где висел нож, покрытый ошмётками… как там Джорджи сказал?.. Ходячих? — Я бы душу продал за горячий душ, — пожал плечами Стэн, легко улыбнувшись. Он этого не знал, потому что шёл позади, но Билл отзеркалил его улыбку. Когда Стэн закрыл за собой входную дверь и обернулся, то сразу же столкнулся взглядом с крайне настороженным темнокожим парнем. За ухом у него торчал карандашный огрызок, на плече висело полотенце. — Стэн, это Майк, — представил их Билл. — Майк — наш мозговой центр; планирует вылазки в город. Если Джорджи — моя правая рука, то Майк определённо левая. — Рад знакомству, — протянул руку Стэн, но, наткнувшись на холодный взгляд тёмных глаз, неловко опустил её. — Ладно, я, эм… И впрямь не отказался бы от душа. Билл отвлёкся от немого диалога с Майком, разорвал зрительный контакт, мельком взглянул на Стэна и махнул рукой в сторону лестницы на второй этаж. — Вторая дверь налево. Я попрошу Бев принести тебе полотенце, если найдётся. За зеркалом найдёшь мыло, шампуни, гели для душа и всё такое. — Спасибо, — слабо кивнул Стэн, всё ещё находясь под впечатлением как от недружелюбности Майка, так и от внезапного перевоплощения Билла из насторожившегося зверя в, похоже, самого дружелюбного человека в этом доме. Стэн, конечно, познакомился только с тремя его обитателями, но определённые выводы уже напрашивались на ум. Уже собираясь двинуться к лестнице, Стэн вытащил из сумки всю имеющуюся еду и передал несколько удивлённым Биллу и Майку. — Знаю, это совсем немного, но я должен как-то оплатить своё пребывание здесь. — Ты спас Джорджи, — ещё медленнее проговорил Билл, но принял несколько банок тушёнки. — Не обязательно было делать что-то ещё. — Всё в порядке, я настаиваю, — заверил его Стэн и умчал на второй этаж, едва сдерживая себя в руках, чтобы не дать неудержимому желанию принять душ захватить его тело. Куда там, вторая дверь налево? Ванная не отличалась ничем особенным, чего не было в любой другой ванной обычного человека: душ с ванной, до кучи рулонов туалетной бумаги, несколько зубных щёток в прозрачном стакане, шкафчик за запятнанным зеркалом, где скрывались тюбики с кремами, непонятные баночки, бутылочки с шампунем и гелем для душа, цветастые коробочки, ватные диски и упаковка тампонов. Стэн стянул грязную футболку и с нескрываемым удовольствием умыл лицо с мылом. Вода в раковине окрасилась в мутно-красный и скрылась в сливе, а лицо в зеркальном отражении более-менее обрело обычное состояние. Если бы не мешки и общая худоба с бледностью, Стэн бы подумал, что последние три месяца ему приснились, а сам он всё ещё проклинает свою работу в кофейне и жизнь с Бетти Рипсом. Стэн сбросил кроссовки и снял носки, которые с удовольствием сжёг бы, но всё равно не станет. Под ванной он обнаружил кислотно-зелёный тазик, куда сбросил футболку с джинсами, чтобы постирать их позже, и залез под горячую, едва ли не обжигающую воду в душе. Он был готов простоять так часами, но кто-то по имени Бев должен был занести ему полотенце, так что Стэн наскоро смыл с волос засохшую кровь чуть ли не литром пахнущего ментолом шампуня и протёр тело лимонным гелем для душа. Едва он выключил воду, как в дверь ванной постучались, и Стэн, прикрывшись шторкой с рисунком дельфинов и нетвёрдо опустив ногу на мягкий белый коврик, отпер дверь. На пороге стояла рыжая девушка с короткой стрижкой, которая, заметив наготу Стэна, постаралась как можно быстрее отвести взгляд на зеркало над раковиной и протянула полотенце, с которого белоснежно улыбалась какая-то диснеевская принцесса. Кажется, это была Золушка. Стэн не успел забрать полотенце, когда чётко осознал, что Бев застыла. — Всё нормально? — спросил он и нервно усмехнулся. — Странное знакомство какое-то… — Всё круто, — сказала Бев, с трудом оторвав взгляд от зеркала, всучила полотенце и спешно покинула ванную комнату. Стэн услышал громкий топот в коридоре и крик «Эдди, дуй сюда, мы в дерьме!» Стэн слабо сжимал пальцами полотенце, глядя пустым взглядом в белую дверь и пытаясь понять, что это только что произошло. Он обернулся к зеркалу в попытке разузнать, что Бев там увидела, и заметил несколько глубоких царапин на правой щиколотке в отражении. Стэн знал, что это был не укус, но понятия не имел, как действует царапина. Он наскоро обтёрся полотенцем и натянул чистый комплект одежды, который таскал с собой в спортивной сумке. Когда он почистил зубы и вышел из ванной, в коридоре его уже поджидали Бев, Билл и незнакомый парень, в глазах которого пылал нездоровый интерес. — Тебя укусили? — в лоб задал вопрос Билл, и Стэн заметил, как он нервно скрестил руки на груди, будто разрывался то ли догадками, то ли будущими решениями. — Просто царапина, — ответил Стэн, переводя взгляд с Бев на Билла и на незнакомого парня, который склонил голову и сощурил глаза. — Правда, ничего особенного. — Как это произошло? — спросил Билл. — Была потасовка у магазина комиксов, и пока я расправлялся с одним мертвецом, другой вцепился мне в ногу и повалил на землю. Это не укус, поверьте. Бев потопталась с ноги на ногу и резко повернула голову к Биллу. — Мы не знаем, говорит ли он правду, — сказала она, — и не знаем, какие могут быть последствия, если он не солгал. Стэн на мгновение забыл, как дышать. На самом деле, Бев сказала то же самое, о чём думал Стэн в ванной, но слышать это было почему-то более тревожно. В особенности тревожно было наблюдать за Биллом, который нахмурился, глубоко задумавшись, пытаясь принять окончательное решение. Стэн хоть и понимал, что, на месте Билла, скорее всего, выкинул бы оцарапанного/укушенного из лагеря или потратил лишнюю пулю, но хотелось верить в чужой альтруизм. Стэн мог уйти из их дома, он не напрашивался на ночлег, но, опять же, в одиночку выйти на улицу, туда, где нет электричества, без фонаря, было самоубийственно глупо. Он с замиранием сердца дожидался решения, теперь уже без всякого сомнения, лидера их группы. Наконец, Билл перевёл взгляд на Стэна. — Мы всё равно не знаем, как долго продлится эта… ситуация, — неопределённо махнул кистью он. — Если мы не будем знать последствия царапины, то не сможем разобраться с ними, если такое произойдёт с кем-то из нас. Бев не нашлась с ответом и кивнула, с извиняющим взглядом посмотрев на заметно расслабившегося Стэна. Похоже, она хотела что-то сказать, но тут в разговор вступил молчавший до этого момента парень, взгляд которого приобрёл едва заметные нотки сумасшедшего учёного, получившего в своё пользование новую лабораторную мышь. Стэну отчего-то поплохело. — Пойдём на первый этаж, я обработаю твою рану, — сказал парень. — Меня зовут Эдди, кстати. Я здесь что-то вроде медика. — Стэн. Он прочистил горло и кивнул новому знакомому. Дорога до одной конкретной двери на первом этаже, за которой скрывалась обычная спальня с одноместной кроватью, прошла молча. В спальне письменный стол был заставлен баночками с таблетками и пузырьками с самыми разными жидкостями, начиная с микстуры от кашля и заканчивая спиртом. Эдди пододвинул стул к кровати и кивком головы попросил Стэна лечь поудобнее. Уже смочив кусочек ваты перекисью водорода и наполовину промыв рану, Эдди решился на разговор. — Ты прости их, — сказал он. — Беверли с Биллом. У Бев серьёзные проблемы с доверием, а Билл слишком печётся о безопасности других. — Могу их понять, — прошипел Стэн, когда перекись попала на открытую рану и разошлась пузырьками по всей царапине. — На их месте я бы себя вышвырнул. Эдди кинул на него странный взгляд, но Стэн ничего не заметил. — Проблемы с доверием? — Не совсем, — покачал головой Стэн, наблюдая, как Эдди накладывает повязку. Хорошо, что царапина оказалась не глубокой, и зашивать её не пришлось. — Скорее, проблемы с потерями. За три месяца произошло… много всего. — Не то слово, — шумно выдохнул Эдди и добротно завязал узел на щиколотке. — Иногда жалеешь, что не пустил себе пулю в рот, когда всё только началось. Стэн кивнул и сел в кровати, тем не менее, не собираясь пока подниматься. Он обхватил руками колени и чуть сгорбил спину. — Хуже всего, когда действительно жалеешь, что не застрелился, когда всё началось, но также и не можешь сделать это сейчас, потому что дал обещание, — едва слышно пробурчал Стэн, но Эдди его услышал и кивнул. — Понимаю… Они замолчали, не желая раскрывать душу перед едва знакомым человеком. Эдди прочистил горло и поднялся со стула. — Тебе принести ужин или поешь со всеми? — спросил он более-менее будничным тоном. Стэн покачал головой с грустной улыбкой на губах. — Было бы здорово поужинать здесь, — сказал он. — Всё равно, скорее всего, я уйду, как только царапина заживёт и станет ясно, что от заражения крови я не помру. — Зря ты так, — пожал плечами Эдди. — Ребята всегда к чужим так подозрительно относятся. Мы тоже через тонну дерьма прошли, пока не осели здесь. Они бы тебе понравились, узнай вы друг друга получше… но ладно, принесу тебе ужин сюда. — Спасибо, — улыбнулся одними уголками губ Стэн, дождался, пока Эдди принесёт ему тарелку макарон с тушёнкой, и спокойно поужинал, ногтем левой руки постукивая по кулону на шее. Стэн пытался подсчитать, сколько дней он проведёт здесь, прежде чем двинуться дальше куда глаза глядят. Вообще, он хотел добраться до Кливленда, чтобы узнать, что случилось с друзьями его семьи, живы ли они, всё ли с ними хорошо. Однако, что-то подсказывало Стэну, что в Кливленде он наткнётся на ту же самую картину, что и в Балтиморе. В таком случае Стэн не был бы уверен, что не пустит себе пулю в голову вопреки просьбе Бетти. Шумно и резко выдохнув, Стэн поднялся с кровати и тихо открыл дверь спальни. Он хотел всего лишь помыть за собой тарелку на кухне, чтобы не напрягать остальных дополнительной работой. Стэн и без этого доставил ребятам достаточно хлопот, уж помыть тарелку он в состоянии. Он не успел подойти к кухне, как услышал своё имя и замер у самой двери. — …не доверяю я ему, — произнёс, кажется, Майк. Стэн ни разу не слышал до этого момента его голос, но иногда проскальзывающий в словах акцент выдавал его с головой. — Появляется из ниоткуда, словно добрый самаритянин, отдаёт все свои припасы, да ещё и скрывает укус. — Это не укус, — устало повторил Билл, казалось, раз в тысячный; настолько изнеможённым звучал его голос. — Эдди подтвердил, что это просто царапина. Пройдёт через денёк-другой, и следа не останется. Послышался звук смятой плотной бумаги. — Я тебя не понимаю, Билл, разве за три месяца нельзя было убедиться, что новые люди приносят с собой одни лишь беды? Тебе напомнить, что произошло с Майрой? Билл громко шикнул и снизил голос так, что Стэну пришлось прислушаться. Страха, что его застукают в таком виде, не было от слова совсем, но любопытство он побороть не мог, да и не особо хотел, когда тут рядом, за стеночкой, решается, позволят ли Стэну хотя бы зализать раны перед уходом или нет. — Не говори о Майре, понятно? — прошептал Билл. Стэн, кажется, понял, почему именно Билл исполнял роль лидера: мало того, что медленный и мелодичный голос заставлял вслушиваться каждой клеточкой тела, так ещё и не то чтобы и скрываемая угроза в шёпоте вызывало чувство вины. — Не ты ли говорил, что чем больше людей, тем проще выжить? — Я изменил своё мнение после случая с Майрой, — пропустил угрозу мимо ушей Майк. — Не будь у нас так слажена команда, я бы уже давно предложил всем пойти своей дорогой. Шансы на выживание больше, когда нас меньше… — Хватит, — оборвал его Билл. — Даже не заводи эту шарманку. — Знаешь, что мне Бев передала? Еды у нас осталось с ни хера. Ещё пару дней, и нам придётся варить ремни от штанов. В городе еду найти всё сложнее. У Эдди заканчиваются антибиотики, экседрин и тайленол. Пастилки «Сукретс» и Формула-44 закончились ещё две недели назад, когда Джорджи подхватил простуду и беспрерывно кашлял. Представь, что будет, если у нас в команде будет ещё больше людей. Рано или поздно мы втроём перестанем вывозить эти вылазки в город. Где-то на втором этаже скрипнула половица. Стэн резко обернулся и вслушался в шаги наверху, вгляделся в лестницу, но так никто и не спустился. Он снова вернулся к разговору, но понял, что прослушал добрую половину. — …значит, возьмём его с собой завтра. Проявит себя. Разговор окончен, нам всем нужно выспаться перед завтрашним днём, — сказал Билл, и Стэн услышал, как отодвинулся со скрипом расшатанный стул. Стэн быстрым, но тихим шагом приблизился к двери в комнату Эдди, нарочито громко хлопнул ею и спокойно вернулся к дверному проёму в кухню. Он буднично кивнул Майку, легко улыбнулся одним уголком губ Биллу и помыл за собой несчастную тарелку. Он не обратил внимания ни на подозрительный взгляд Майка, ни на усталый вздох Билла, потому что что-то упорно било его в висок, что-то упорно утверждало, что завтрашний день будет тянуться очень и очень долго.