Разные будни

Со смертью мафиозного босса в Йокогаме не стало спокойнее. То количество власти и группировок, которое держал под контролем умерший босс, не поддавалось разумному объяснению. Словно все, в один заход, решили опробовать свои силы, разрывая Йокогаму на куски. Конечно, были разговоры о возвращении предыдущего босса, но они были слухами. С того самого дня Акутагава никогда не видел Ацуши и не видел свою сестру, хотя Рампо и остальные старались помочь. Работы в офисе не становилось меньше, полиции по-прежнему требовалась помощь в расследованиях, люди приходили за помощью, и это были очень разные люди. Сегодняшней клиенткой была худая и высокая блондинка, с нежным макияжем и едва заметным намеком на затаенное ожидание в чайных глазах. - Я пришла просить… наверное, вернее будет сказать, о помощи, - начало её рассказа было скомканное, как подол летнего платья, которое она начала теребить между пальцами. Акутагава прослушал почти весь её рассказ, потому что лимоны, которыми было украшено платье, напоминали ему о лимонаде, который он пил недавно с семпаем. Они тогда только раскрыли очередное дело, состоявшее в подлоге с целью получения страховки за, якобы, ограбленный магазин, и в маленькой уличной лавочке его угостили вкусным лимонадом. Сладким. - Вы сможете мне помочь? – внезапно вклинился её голос в его блуждающие мысли. Рюноске вдруг понял, что совершенно прослушал её просьбу. - Я думаю, да, мы сможем, но, простите, я попрошу вас повторить начало, я его пропустил, - мягко и очень сдержанно обратился к девушке Ода. Акутагава совершенно упустил момент его появления, полностью потерявшись в мыслях о лимонах. В этот раз он заставил себя слушать и не смотреть на платье. - Да, конечно. Я работаю секретарем на полставки, а в свободное время я работаю тьютором для одной девочки, учу её английскому, и вот…вчера мы пошли заниматься в кафе, потому что парк, в котором обычно мы занимаемся, был переполнен людьми… - А, простите, что перебиваю, почему вы занимаетесь в парке, а не, допустим, в библиотеке? - Такого было желание её опекуна. Как только мы закончили урок, девочка поднялась, зашла за кафе и исчезла. А когда, полчаса спустя, я принялась звонить её опекуну, после того как всё обыскала, он невозмутимо сказал, что она уже дома. Но она не могла быть дома. И так почти каждый раз. - Вы боитесь, что её опекун не относится к ней, как к ребенку? - Я не знаю, что и думать, - прерывисто вздохнула девушка и, потерев нос, добавила, - я хотела бы сегодня снова позаниматься в кафе, а вы можете проследить, куда исчезает девочка? - Да, хоть это и не совсем наш профиль, думаю, мы сможем помочь, - широко улыбается клиентке Сакуноске, а у Рюноске бегут неприятные мурашки страха. В кафе, которое выбрала Хигучи, они заняли один из столиков у окна, оставляя для занимающихся угловой столик. В указанное время Хигучи приходит с маленькой девочкой, не старше лет десяти, и Рюноске со стороны думает, что они могли бы сойти за разновозрастных сестер: обе милые, обе блондинки, вот только у девочки пронзительно голубые глаза, в отличие от орехового оттенка её тьютора. Все полтора часа девочка исправно выполняла задания, хорошо справляясь с произношением, а по истечении времени она поднялась, отдала тетрадь Хигучи и вышла из кафе, свернула за угол. Десятком секунд позже туда же пошел Акутагава, пока оставил Оду в кафе, вместе с клиенткой. Но свернув за угол он не нашел ни следа девочки. Она словно растворилась. И, предчувствуя что-то нехорошее, он резко дернулся назад, в кафе. В кафе Хигучи стояла очень близко к Оде, они держали ладони друг друга и Рюноске видел в их взглядах страсть, обжигающую, невероятную, силу чувств, несравнимую ни с чем. Чего Рюноске не видел, был короткий кинжал, который Хигучи пыталась протолкнуть дальше в грудь Оды. Акутагава тихо вышел, дыша воздухом и прикидывая шансы, при которых его семпай мог влюбиться с первого взгляда в эту девушку. - Так девочка для отвода глаз, - хрипит Ода. – Ты из мафии, не так ли? - Меня не интересует, что ты там себе думаешь, это абсолютно приличное кафе, попытайся ударить меня, и я тебя засужу. - Один вопрос – зачем здесь и зачем сейчас? - Потому что у него личные счеты с тобой. Считай, смерть предыдущего босса на твоих руках. - Это было самоубийство. Хигучи жестко смотрит ему в глаза, а затем резко отпускает кинжал, почти оставляя его в руках Оды, и влепляет ему пощечину. - Ты ничего не понимаешь. Он заботился о городе, - кричит Ичиё и разворачивается, пытаясь уйти, но, схваченная за запястье Одой, останавливается. – Новый босс не ставит тебя целью, но если ещё раз вмешаешься в наши дела – я тебя убью. - Не сможешь, - холодно отвечает ей Сакуноске. Хигучи, внезапно, улыбается очень нежно, тепло и действительно обезоруживающе. - Иногда месть бывает не такой, как ты представляешь.