Единственное, в чем я когда-либо нуждалась.

Я сидела на кухне и пила зеленый чай, параллельно переписываясь с Финном и не переставая, прятала улыбку в кружке. Было утро и на удивление, оно было свободным не только для меня, но и для родителей. Со время переезда сюда, они работали без передышки, зарабатывая деньги на то, чтобы закрыть ипотечную плату и кредит за машину. Я никогда не росла в роскоши, не получала дорогих подарков, вроде новомодных телефонов, как у моих сверстниц, не ходила в модной и дорогой одежде. Я всегда этого хотела, не спорю, и даже завидовала тем, у кого это всё было, но знала, что мои родители просто не могли себе этого позволить. Нас нельзя назвать бедными, нет, но мы не были обладателями роскоши. С детства я научилась копить деньги и правильно относиться к ним, зная им цену. В четырнадцать лет я устроилась на свою первую работу, я выгуливала собак по пять часов в день и получала за это всего лишь каких-то пять долларов, что было жутко мало, но из-за того, что я была несовершеннолетняя, я не могла больше нигде работать. В шестнадцать лет я не совсем легально устроилась работать в забегаловку на вечернюю смену, где платили уже больше, но все равно мало. Я всегда старалась помочь родителям материально, в силу своего возраста и они это безумно ценили. Я сама отказывалась от новых телефонов, потому что понимала, что если мне его купят, папа может не выплатить кредит и его уволят. Поэтому, меня точно нельзя назвать избалованной и падкой до денег. В копилке в моей комнате хранилась немалая сумма денег, которую я начинала копить с тех ничтожных пяти долларов за выгул собак. Хранила я её до окончания колледжа, чтобы потом снять себе квартиру и съехать от родителей, на этот момент мне должно быть уже двадцать два года. Мне уже не терпелось попробовать эту взрослую жизни, как и любому подростку. Я мечтала стать успешной в своей сфере деятельности, заработать большие деньги и отдать их родителям. Вы можете сказать, что я поставила себе слишком высокую планку, но я вам скажу так, мы достойны того, чего мы по-настоящему хотим и над чем мы готовы трудиться не покладая рук, а ради родителей и себя, я готова работать столько, сколько потребуется. Я допила чай и поставила чашку в раковину, договариваясь с Финном сегодня сходить погулять. Была середина июня и погода была просто потрясающая, солнце палило с самого утра. Я не очень любила жару, мне по душе был больше холод и дождь, но сидеть дома сегодня было бы просто преступлением. — Джейн? — позвала меня мама, выйдя ко мне из гостиной, со странным выражением лица. — Да? — отстраненно спросила я, не отрываясь от телефона. — Надо поговорить, — тихо сказала она, заставив меня нахмуриться. Неужели она узнала про прогулы? Или ещё что похуже… — Пойдем, сядем на диван. — Ладно, только за мной зайдут через час, мне собраться надо, — выключив телефон и садясь на диван, сказала я. — Я не знала, как тебе это сказать, — мама посмотрела на потолок, словно стараясь сдержать слёзы, а я заметно напряглась. — Твой дедушка… Он скончался неделю назад в больнице. Воспаление лёгких и сигареты оказались сильнее… Я посмотрела на маму, как на какую-то сумасшедшую, пытаясь понять, в чем заключается шутка. Но увидев, как она заикается и как из глаз потекли слезы, до мозга начало немного доходить, что это не шутка. В груди образовалась непонятная тяжесть, которая резко и с болью, обрушилась вниз, потянув меня с собой. Дыхание сбилось, и я пыталась его восстановить, но становилось только хуже. Острая боль пронзила мои виски и затылок, заставляя меня немного пошатнуться на диване. Я неосознанно сжала ладони в кулаки, слыша хруст костяшек. Перед глазами начали всплывать воспоминания, словно это было совсем недавно, а не когда мне было пять лет и я беззаботно плескалась с дедушкой в озере. Этого просто не могло произойти, просто не могло. Не может быть, чтобы один из самых родных мне людей, с которым я провела все детство, мог просто исчезнуть. Один из самых позитивных и веселых людей, которого я знала. Он никогда не позволял мне плакать, в буквальном смысле никогда. Ни при падении с велосипеда, когда я разодрала себе коленку, ни когда я влюбилась в мальчика и когда была им отвергнута, ни когда ссорилась с родителями. Никогда. Сейчас я ничего не чувствовала, совсем ничего. Это все казалось нереальным или каким-то плохим сном. Да, конечно же, это просто дурной сон, и я сейчас проснусь на счет три. Раз… Два… Три… Ничего. Такая же пустота и медленно подкрадывающаяся боль. Не могу поверить, что я больше никогда не услышу его смех, его дурацкие шутки. Не почувствую его объятия… Больше ничего. Просто ничего. Я пребывала в состоянии шока где-то десять минут, хотя всё это для меня было тремя секундами. Невероятно болезненными секундами. — Дженни, ты как? — осторожно спросила мама, дотрагиваясь до моего плеча. Я пустыми глазами посмотрела на неё и скинула её руку. — Как я? — дрожащим голосом тихо ответила я, стараясь не плакать, но горячие слёзы уже текли из глаз. — А как я должна себя чувствовать? Как я должна реагировать на то, что мне говорят о смерти любимого человека только спустя неделю?! Вы вообще нормальные? — Джейн, мы не хотели тебя расстраивать, чтобы ты не отвлекалась от учебы, пытаясь оправдаться, ответила она. — Учеба? Серьезно?! — выкрикнула я, заметив, что моё тело начало трясти. — Разве это так важно по сравнению с тем, что из жизни ушёл дедушка? — мои же слова причиняли мне боль, доказывая, что происходящее не сон. — Это же твоё будущее, детка, — мама погладила меня по плечу, но её прикосновение вызвало только злость у меня, и я вскочила с дивана. — Вот именно, мам, моё! Мне решать каким оно будет, никому больше, только мне! — Но мы с папой знаем, как лучше, — ответила мама, стараясь сохранять спокойствие. — Нихрена вы не знаете! — выкрикнула я и громкими шагам вышла из гостиной, но мама встала и больно схватила меня за запястье. — Следи за языком! Ты с матерью разговариваешь вообще-то! — по её голосу было понятно, что моё поведение её разозлило. — Ведешь себя, как неуравновешенная! — Я?! — вырвав руку, я вытаращилась на маму. — Да это вы неадекватные, а это сумасшедший дом! — Ты просто неблагодарная девчонка, которая ничего не понимает, — поджав губы и прищурив взгляд, сказала мама. — Если бы мы рассказали тебе всё сразу, ты бы завалила сессию из-за стресса! Дедушка бы постыдился тебя. — Да что ты говоришь, — улыбнулась я, потеряв всякий контроль. Моя улыбка на фоне опухшего лица и красных заплаканных глаз, выглядело жутковато. — Не смей так говорить о дедушке. Ты просто, блять, не имеешь право так говорить. — я уже не фильтровала речь, давая волю гневу, — И раз так, знай что сессию я итак не сдала! И я на лекциях не была больше недели, потому что проводила время с друзьями! Довольна? — я развела руками в стороны. В глубине я понимала, что сейчас сдала саму себя и сделала хуже только себе, но разум перестал контролировать меня. Пытаясь выровнять дыхание, я разрыдалась с новой силой. — Ты просто глупая, безответственная и вообще психованная, — сказала мама, со злостью оглядывая меня, — Я не удивлюсь, что вместо лекций ты гуляла со своим дружком. — Да, ты права, именно с ним. Потому что он, в отличие от всех вас, может понять меня и поддержать, заставить чувствовать себя нужной! А от вас я получаю сплошные оскорбления! — Конечно, мы ведь такие плохие родители, — с сарказмом сказала мама, — А ты у нас, человек из чистого золота! Как ты не понимаешь, он же просто играет с тобой. Или уже забыла, как ты прибежала домой с выпускного и рыдала у меня на плече? Он сделает тебе больно и сломит тебя. — Ничего ты не понимаешь, — рыкнула я. — Он любит меня. — Любит? — с насмешкой спросила мама, — Да что вы можете знать о любви, тебе чуждо это понятие! — Значит, ты меня совсем не знаешь, мама, — ответила я и поднялась к себе в комнату, громко хлопнув дверью и зарыдав с новой силой, уже не сдерживая крик, полный боли и отчаяния. Позвонив Финну, я попыталась унять дрожь в голосе. — Я не выйду сегодня, плохо чувствую себя, — тихо сказала я в трубку, стараясь не хлюпать носом. — Джейн, всё нормально? У тебя голос словно не свой, — послышался настороженный голос парня в трубке. Судя по звукам на заднем фоне, он был на улице и скорее всего шел ко мне, ведь мы договорились что он зайдет за мной. — Финн… — из-за слёз немного хрипло сказала я, глядя в потолок и закрыв глаза, — Мне так плохо. Я готова сорваться в пропасть… — Я у твоего дома, буду через минуту, — коротко ответил он. — Мне через дверь или окно? — Окно, — тихо сказала я и положила трубку, отбросив телефон в сторону. Я плакала и капли слез летели на пол. Колени, плечи и запястья дрожали. Вспомнив дедушку, мне стало ещё хуже, и я ударила кулаком об пол. Почему? Почему он? Человек может привыкнуть к чему угодно, смириться с чем угодно, но только не со смертью любимых людей. Такая пустота образовывается внутри, что становится даже страшно. А я ведь даже не попрощалась с ним… — Джейн? — я подняла голову с колен и увидела перед собой обеспокоенный взгляд парня, который присел на корточки, — Боже, что случилось? Он сел на пол, и я обессиленно упала на него, разразившись новой порцией слез и всхлипов на его плече. Финн крепко обнял меня, гладя по волосам и внимательно слушая меня, не смея перебить. Я рассказала ему все, с самого начала. Каким дедушка был при жизни, как он любил меня, а его, как он заболел, но даже заранее зная летальный исход оставался жизнерадостным и как он умер. От слез и истерики уже болела голова, а тело подрагивало, словно в конвульсиях. Закончив свой долгий рассказ на ссоре с мамой, я ещё сильнее прижалась к нему, словно пытаясь раствориться в нём. Где-то минуту мы просто сидели молча, а он гладил меня по плечам и волосам, обдумывая всё сказанное мной. — Джейн, я не думаю, что твой дедушка хотел бы, чтобы ты так изводила себя и так плакала, — парень посмотрел на меня и немного улыбнулся, — Я ведь прав? — я кивнула, — Он был замечательным человеком, и останется им навсегда. Я уверен, его жизнь имела смысл, и он прожил её хорошо. Я понимаю, это, наверное, ужасно больно и невыносимо, осознавать то, что человека больше нет. Но ты должна найти силы принять эту утрату и научиться жить с ней. — Финн с трудом подбирал нужные слова, потому что в данной ситуации, любые слова покажутся бредом, — Джейн, я обещаю, что тебя всё будет хорошо. А слова о том, что дедушка постыдился бы тебя, полный бред. Я уверен, ты — всегда была его главной гордостью. — Правда? — я подняла голову и немного устало посмотрела на парня, вытирая слёзы. — Правда, — утвердительно кивнул он, — Со временем боль утихнет и превратится в светлую печаль. А пока этого не случится, я не отойду от тебя ни на шаг, поняла? — Да, — ответила, сдерживая новые слёзы, которые уже были готовы хлынуть из глаз. — Я люблю тебя, — внезапно сказал брюнет, крепко сжав мою ладонь и не отводя глаз. Вот и оно, «Первое я тебя люблю», которого я сейчас никак не ожидала. Эта фраза настолько серьёзна и важна, что мне поначалу показалось, что мне послышалось. Но нет, все происходило наяву, на полу в моей комнате. Эти слова так важны для нас обоих. Особенно для меня сейчас, ведь сейчас жизнь кажется просто издевательством и тленом. Столько раз я хотела сама это ему сказать, но почему-то боялась. Есть огромная разница между «Он мне нравится» и «Я его люблю». Второе — это намного серьёзнее и глубже. Такими словами не разбрасываются направо и налево, их берегут в сердце для особенных людей. К сожалению, сейчас эти слова для большинства людей не имеют большого значения, многие говорят их совершенно не искренне. Но это не касалось нас. — Я знаю, — печально улыбнулась я, потому что на другую улыбку из-за сегодняшних событий я не была способна. Всё ещё думая про дедушку, я чувствовала себя умирающей. Но у меня было преимущество — взаимная любовь. Звучит сопливо и банально, не правда ли? Но это так. Я в ответ сжала его руку и почувствовала, как сердце начинают пронизывать нити теплоты. — Я тоже люблю тебя. Безумно.