Очень плохая удача

Кошмары. Помнится, при жизни я даже любила их — это было очень весело, пусть и достаточно страшно. Но это были те кошмары, которые представляли какой-нибудь фильм ужасов, где ты убегаешь от дяденьки с бензопилой в руках. А тот кошмар, который приснился мне сегодня… это даже не кошмар. Воспоминание. О маме, которая считала меня самым худшим ребёнком на планете. О старшей сестре, которая однажды задала мне вопрос, что я такого делаю, чтобы меня кормили и чтобы мне покупали одежду. О младшей сестре, которая постоянно истерила. Калейдоскоп. Голова болит. И я опять вернулся к женскому роду. Надо прекращать. В итоге просыпаюсь я в три часа ночи — на улице ещё даже не светает. Безумно хочется лечь спать обратно, но я знаю, что только промучаюсь и не засну. Всегда так. Надо что-нибудь сделать, чтобы потом спокойно отрубиться. Например, порыться в своей памяти или просмотреть конспекты. Второе кажется более перспективным, потому что без воспоминаний я хотя бы не в такой глубокой жопе, как без знаний. Тем более, подумать я могу и тогда, когда пролистываю тетрадку за тетрадкой. Кстати, почерк у Саске красивый. Интересно, я буду писать так же? Надо будет попробовать. Включаю лампу и морщусь от яркого света, ударившего в глаза. Больно. Только вчера пустой стол завален тетрадками и свитками — да, я не чистюля. У меня в комнате всегда царствовал бардак, за что я, естественно, получал от мамы. Но это уже в прошлом. Сейчас у меня и родителей-то нет. Даже грустно как-то. Пол, кстати, холодный. Надо будет прикупить какой-нибудь ковёр. Привык я жить в посёлке, у нас там везде лежали ковры. Во всех домах был хотя бы один. Правда, я не уверен, что здесь продаются ковры, но почему бы не посмотреть. Итак, конспекты есть по разным направлениям. Больше всего меня интересует, что естественно, история. Преподается она явно на достойном уровне — все спорные моменты разобраны. Хотя, может быть это уже Саске постарался. Собственно, история учится легче всего. После японского, конечно — японский явно не зависит от моей души, и все правила будто забиты в мою голову. Самым сложным предметом оказалась смесь математики с физикой, которая ориентирована на, например, вычисление траектории кинутого куная. Однако это куда интереснее наших обычных предметов. Собственно, прошлым вечером засел учить всё это я с энтузиазмом. Я люблю учиться, что уж греха таить. Только не всегда могу побороть свою лень, да и большинство материала, даваемого в школе… мягко говоря, неинтересно. А тут… в общем, лёг спать я часов в двенадцать ночи. И в итоге встал в три. Мда. В общем, теперь сижу и читаю историю. Время — три ночи. Надо бы лечь спать, но этот кошмар отбил всё желание ложиться. Может покушать? Ночной дожор, так сказать. Я как раз заинтересованно кошусь на холодильник, когда в окно стучат. Что за дурацкая привычка входить не через дверь, а через окно? Или я чего-то не понимаю в этой жизни? Типа так удобнее? Тяжело вздыхаю и иду к окну. Что Хатаке Какаши забыл здесь, если по канону мы должны познакомиться только тогда, когда я (мамочки, не кто-то, а я) стану генином? Может окно перепутал? А что, я читал такие фанфики. Ладно, нужно открыть окно, а то не вежливо. Хотя страшно, на самом деле. Руки опять вспотели. Тц. И из меня собираются слепить шиноби. Смешно. Но меня можно понять, страшно встречаться с теми, кто сильнее тебя в десять раз и кто может стереть тебя в порошок. Брр. Надо узнать, что Какаши надо. И как мне к нему обращаться вообще? — Не боишься открывать окно незнакомым шиноби? — мужчина спокойно влезает внутрь. Я передёргиваю плечами. Не говорить же ему, что я его знаю? Мне не нужны лишние вопросы. — Вдруг я педофил. Скептически смотрю на него. Ну, по моим ощущениям, скептически. На педофила он объективно не похож. Хотя откуда мне знать, как выглядят педофилы? Но, вообще, вопрос правильный. Пора не открывать так легко людям окна, а то мало ли… тот же Орочимару возьмёт и украдёт. Такая себе перспектива, аж передёргивает. Впрочем, Какаши принимает это за реакцию на свои слова. Ну, это только мне на руку. — Вы не похожи на педофила, — хотя откуда мне знать-то! — Кто вы, — а то я не знаю, да.– И зачем пришли? Вот последний вопрос волнует больше всего. Насколько я помню, с Какаши Саске познакомился после распределения, а тут он пришёл, когда мне и десяти нет, не то, что тринадцати. Неужели я своим попаданием что-то похерил в настройках этого мира и чужих судьбах? Вот это я даю. На самом деле, не так уж это и хорошо. Канон может пойти мимо, а если будет не канон, то… я вообще не знаю, что ожидать от этого мира. Как же страшно-то, а. Верните меня домой. Мне год до переезда оставался, я бы потерпел! — Да вот решил посмотреть, кто тут не спит в три ночи. Интересно стало, — пожимает плечами Какаши, без спроса садясь на кровать. Ну, мне это как-то по боку. Сел и сел. Подумаешь. Куда больше мне хочется пожрать. Да, в три часа ночи. Дожор, ага. Доем рис, завтра сварю новый… надеюсь, не спалю дом. Знал бы — научился готовить. Но я не знал. — Меня зовут Хатаке Какаши. Какой-то Какаши подозрительно живой. В каноне он напоминал флегматичного… кота. Сдерживаюсь, чтобы не прыснуть от смеха, и иду доставать рис. Ну, а что? Кот котом. Моего Рыжего напоминает. Да, у меня был кот по кличке Рыжий, в своё оправдание скажу, что назвал его так мой отчим, а не я. Тот тоже индифферентно относился ко всему и всем. А тут Какаши аж интересно стало. Чудеса. В общем, он сидит, я жую рис прямо из кастрюли. Все молчат. Тишина. Спать даже почти захотелось. И вот зачем он пришёл? Делать нечего? Хотя, если я правильно понимаю (то ли фанон, то ли канон, ага), дом, в котором находится моя квартира, является общежитием. Или нет. В общем, допустим, что это так. Если это так, то Какаши, вполне возможно, живёт где-то по соседству. И, если я правильно понял по его растрёпанной грязной одежде (я бы пострадал, что он сел своей грязной жопой на мои чистые простыни, но мне пофиг), он только что вернулся с миссии. Ну, и увидел свет, решил посмотреть, что да как. Вот это я Шерлок. Сам собой горжусь. Только интересно, это сказались мозги Саске или это я такой умный. Скорее всего, первое. А жаль. — Может, пойдёте домой? — всё-таки спрашиваю, невольно робея. Я никогда не любил начинать разговор первым. Всегда почему-то страшно. Ну, это тупо я, нерешительное чмо. Может тело на меня так влияет, что я немного более смелый, чем был в прошлой жизни. А может я просто осмелел. Не важно. Ставлю пустую кастрюльку в раковину. Завтра помою. А пока дочитаю историю и всё-таки лягу спать. Завтра надо сходить до рынка и, если получится, до квартала Учиха. Интересно, а там остались следы крови? Скорее всего, да. Надо будет посмотреть. Конечно, это звучит нездорово, но мне просто интересно. Кстати, ответа от Какаши я так и не дождался. — Какаши-са… а, ясно. Ожидаемо. А я-то думал, что красивые мужики на твоей кровати только в фанфиках засыпают. Оказывается, что нет. Да, Какаши красивый. Правда, серый какой-то. И я сейчас не про цвет волос. Ну, учитывая, что он явно был на миссии и, раз уж вернулся так поздно, не на простой, то это и понятно. Вот, казалось бы, оставь Какаши спать, потом, возможно, будет благодарен. И, возможно, поможет тебе. Да только грязный же. Я ещё могу стерпеть то, что он сидел на белых простынях, но лежал? Надо либо расталкивать, чтобы валил, либо чтобы помылся. Но жалко же. Переминаюсь с ноги на ногу. А, чёрт с ним. Хотя бы не всю кровать занял. Когда я ещё с красивым мужчиной посплю? Да никогда. Опыт того мира сказывается на моём скептичном отношении к тому, что когда-нибудь кто-нибудь обратит на меня внимание. Нет, в этом мире я явно красавчик, но всё равно… эх. Ладно. Тупые мысли на ночь глядя. Точнее, на утро. Боже. Спать надо, спать. Конспекты никуда не убегут, тем более, я и так много разобрал. Можно и отдохнуть. В общем, надеюсь, что Какаши не толкается и не храпит. Что он здесь забыл вообще, блин. Какого черта канон так явно ломается? Ладно, хрен с ним. Спать. Выключаю свет и ложусь на свободную половину кровати. Конечно, для взрослого человека было бы тесновато, но мне-то восемь. Телу, по-крайней мере. А значит пойдёт. Я и на более узких кроватях спала. Надо просто закрыть глаза и заснуть. Проснулся я, что естественно, уже тогда, когда ярко светило солнце и вторая половина кровати была пуста. Ну, будем надеяться, что Какаши оценил мой благородный порыв его не будить. Простыни вот стоит поменять. После вчерашней пыли, которую принёс Хатаке… ну, страшно на таком спать. Но я сделаю это потом. Очень хочется в туалет. Вчера я, несмотря на свои опасения, вполне нормально сходил по нужде. Значит и сегодня всё будет нормально. Часы показывают одиннадцать утра, когда я заканчиваю все свои утренние процедуры. Кстати, с ванной я тоже разобрался. Правда, сначала чуть не ошпарился, но это дело десятое. Пока отмокал в посудине, составил план действий. Сейчас, для начала, схожу до рынка (его я видел на пути к резиденции, достаточно идти почти по прямой), потом приду обратно домой, покушаю, позависаю с конспектами и чуть позже схожу до клана. Если не случится непредвиденных обстоятельств. А, зная себя, я вполне могу их обнаружить. Блин. Сложно быть попаданцем. Солнце слишком яркое, блин. И жарко. Ненавижу жару. Дома было прохладнее (кстати, из квартиры в этот раз я вышел через дверь, как нормальные люди). Эх, надеюсь, что не сгорю. И не загорю. Загорелый Учиха… наверное, будет выглядеть смешно. В общем, деньги я взял (приличную сумму, на всякий случай), значит можно идти к рынку. Надо купить свежих овощей. И яйца. И хлеб. И молоко, если найду. Могу купить мясо, но я не умею его готовить. А жаль, мясо я люблю. Особенно копчёное или зажаренное на дыму. Ммм. Аж слюнки потекли. На рынке очень шумно и многолюдно. Мне чуть ноги не отдавили, да и в-принципе чуть не задавили. Жизнь моя жестянка… но, по-крайней мере, лавку с овощами я нашёл почти сразу. Купил ещё помидоров и огурцов, взял картошку и морковку. Ну, так как тут же лежали и фрукты, то яблоки захватил — слишком уж красивые. И сочные на вид. Как тут устоять? Вот и я думаю, что никак. Потом нашёл и хлеб, и молоко, и яйца… в общем, в конце всего этого у меня болели ноги, а руки оттягивали пакеты. Ну, теперь можно домой. Можно было бы, если бы я не услышал знакомые крики. Аж бровь дёргается. Но, судя по всему, на этот раз от Наруто не избивали — он просто опять разрисовал лица Хокаге, и за ним гонялась добрая часть разозлённых джонинов. Не удивительно. Хмыкаю и иду дальше, как раз уже приблизился к более спокойному району, где наплыв людей не такой, как на рынке. И именно сейчас надо же было Наруто пробежать мимо! Я чуть не уронил пакеты! А Наруто, тем временем, замаскировался под забор. Бессмертный что ли? — Эй, пацана блондинистого не видел? — ну спасибо, Наруто, я не умею врать. Тяжело вздыхаю. Ладно, невозмутимое лицо, отрицательно мотаю головой. Ну, видимо, поверили. И побежали дальше. Тяжело вздыхаю во второй раз. Когда я смотрел аниме, это выглядело куда забавнее, а теперь только голова болит. Почему я вообще вляпываюсь в истории? Сначала Наруто от избиения спас, потом Какаши приютил, теперь вот это. Я похож на спасателя? Жаль, что наорать ни на кого не могу. А хотелось бы. — Эй, ещё раз спасибо, даттебайо, — невольно смотрю на переставшего маскироваться Наруто. И не знаю, что уж такого было в моём взгляде, но тот поспешно сбежал. Хотя, может быть, потому, что недалеко показались всё те же джонины. Ну и чёрт с ним. Надо уже дойти до дома, пока ещё во что-нибудь не вляпался. Хватит с меня приключений. Всего второй день здесь, а жизнь подозрительно напоминает дурдом. Слава Богу, домой никто за это время не пробрался. Второй раз видеть Какаши не особо хочется. Разгружаю пакеты, запихивая всё купленное в холодильник, и думаю, чем заняться дальше. Вообще, я собирался посидеть с конспектами, но надо бы немного прибраться. Опять же, всего второй день здесь, а уже бардак. Надо только переодеться во что-нибудь, что не жалко и что можно носить дома. Или не переодеваться? Дилемма. Ладно, пока не буду. Уберусь в том, в чём сейчас. И начну с кровати, потому что простынь-то теперь грязная. Жаль, что музыку не на чем включить. Убираться в тишине ужасно скучно. Сильно убираться я, кстати, не стал — просто постелил на кровать другую простынь (которая нашлась в шкафчике в ванной), заправил эту самую кровать, помыл вчерашнюю кастрюльку и все конспекты сложил аккуратно. Всё, теперь осталось приготовить себе покушать и можно приступать к своим планам. Только что приготовить? Ладно, сильно есть я не хочу, так что просто натру себе морковки с сахаром. Помню, любил её в детстве. Да и потом тоже. Тёрка есть, глубокая тарелка есть, морковка с сахаром есть, так почему бы и нет? В общем, сижу, тру морковку. И тут в окно опять стучаться. Дёргаюсь от неожиданности и благополучно сдираю себе о тёрку кожу с пальца. Кажется, у меня начинается нервный тик. Почему нельзя приходить через дверь? Вот почему? Вы знаете, как жутко становится, когда ты спокойно себе сидишь на третьем этаже, и тут в твоё окно такие «тук-тук»? Да обосраться же можно. Тяжело вздыхаю и откладываю всё в сторону. Я не буду материться. Впрочем, Какаши за окном держит какую-то коробочку в руках, и мне становится интересно. Что такого он мне принёс? Это типа благодарность за то, что вчера не выгнал и дал поспать? Интересно. Так что, вместо того, чтобы выгнать его, я открываю окно. Наверное, надо вместо окна поставить дверь. Ну, а что? Всё равно все через него заходят. — Доброе утро, — уже не утро, ну да ладно. Какаши протягивает коробочку, впрочем, не влезая в комнату. Наверное зашёл только отдать. — Это тебе за вчера. Я всё-таки занял твою кровать. — Да ничего страшного, — пожимаю плечами и беру коробочку. Какаши тут же кивает, бросает что-то вроде «пока» и быстро скрывается из виду. Закрываю окно и тут же открываю коробочку. Я, конечно, не уверен, но, кажется, меня угостили онигири. Если я правильно помню название. Всегда хотел попробовать. Но, пожалуй, сначала морковка. Или нет. Вроде бы онигири — несладкое блюдо. Эх, аж в груди теплеет. Меня не особо баловали подарками. Даже такими. Аккуратно кусаю треугольничек. Рис, а внутри мясо. Вкусно, хотя и пресно. Таких треугольничков, кстати, тут шесть штук, считая тот, что я уже съел. Возможно, хорошо, что мы познакомились с Какаши раньше канона. Может быть, отношения у нас будут куда лучше. Тем более, я с прошлой жизни всегда тянулся к мужчинам, которые старше меня. Не в романтическом смысле, а… не хватало мне отца, вот. Поэтому я очень любил, когда мои учителя (мужчины) проявляли ко мне внимание. Эх. Ладно. Надо кушать. Онигири я съедаю все и, подумав, оставляю коробочку себе. Мало ли, пригодится. Морковку я всё-таки дотираю, но, вместо того, чтобы съесть, убираю в холодильник. Потом поем, пока наелся. Кстати, Наруто напомнил мне про аптечку, надо проверить, есть ли она и что там есть. Нахожу её я, что ожидаемо, в ванной, но там есть разве что бинт, йод, антисептик и какие-то таблетки. Кажется, успокоительные. Ну, не удивительно. Ладно, пока что хватит. Вообще, я не знаю, есть ли тут привычные мне таблетки. Скорее всего, нет. Даже не факт, что они в-принципе тут пользуются спросом. Конечно, можно лечиться народными методами, но как-то… не знаю. Хотя таблетки мне нравятся меньше. Эх. Пока не заболел — это не особо важно. И я надеюсь не заболеть. В фаноне часто говорилось, что шиноби и куноичи болеют меньше благодаря чакре. Будем надеяться, что это правда. Болеть я не люблю, хотя, в-принципе, привык к этому — никогда не отличался хорошим иммунитетом. Кстати, мои планы немного меняются, и вместо того, чтобы корпеть над конспектами, я собираюсь в клановый квартал. Почему? Да хотя бы потому, что, зная себя, я буду сидеть с этими тетрадками до ночи, а ночью идти в клан Учиха… я не идиот. Я и при свете дня могу заблудиться, а тут вообще куда-нибудь провалюсь. Поэтому я беру рюкзак, найденный мной в шкафу, и ухожу из дома. Рюкзак мне пригодится, если я найду что-нибудь, что нужно забрать домой. А я наверняка найду. Ладно, не наверняка. Наверное. Не факт. Вот только я вообще не знаю, где мне искать клановый квартал. Тяжело вздыхаю и поправляю лямку рюкзака. Так, ладно, пойду в другую сторону от резиденции Хокаге. Вдруг найду? Вдруг повезёт? Я же попаданец, должно же мне повезти! В общем, по деревне я ходил минут сорок. Не меньше. Думал и ноги, и голова (от жары) отвалятся. А потом таки нашёл! Слава Богу! Хочется станцевать канкан, но неправильно поймут. Вход в квартал Учиха заклеен оградительными лентами, однако… кому это мешает? Точно не мне. Хотя, конечно, становится не по себе. Не люблю нарушать правила. Но мне надо, срочно. Поэтому, глубоко вздохнув, переступаю эти ленты и оказываюсь в квартале. Пусто и грустно. Даже солнце не исправляет ситуацию. На земле почти у самого выхода кровавое пятно. Мда. Становится как-то жутко, но я с упрямством осла иду вперёд. Заглядываю почти в каждый дом. И везде одно и то же — кровь. Много крови. На полах, на стенах. Засохшая, но не менее страшная. Мне становится не только жутко, но и не по себе. Кажется, что сейчас прирежут и меня, подойдя со спины. Конечно, я знаю, что никто так не сделает, но это не мешает мне настороженно озираться по сторонам. В конечном итоге я таки нахожу библиотеку — под неё отдан целый дом. Правда, порог гнилой — доски грозятся проломиться каждую секунду. На стенах огромное количество печатей. Я пугаюсь, когда они одновременно вспыхивают и тут же гаснут. Пропускной пункт? Или типа того? Наверное, поэтому вся библиотека цела и не разграблена. Сомневаюсь, что в ином случае кто-нибудь, да тот же Данзо, не прибрал к рукам секреты клана Учиха. Библиотека огромна. В два раза больше моей квартиры. Много свитков и много книг. Впрочем, книги меня как-то не интересуют, а вот свитки… нахожу кучу техник самых разных стихий. По канону Саске владел катоном и райтоном, значит возьму только их. Интересно, печати дадут их вынести? Надеюсь, что да. Слишком уж давящее место этот квартал, не хочу здесь находиться. Ещё тут есть свитки с описанием того, как лучше обращаться с шаринганом, чтобы не перегрузить глаза и мозг. Берём. О, ещё я нашёл знаменитое теневое клонирование, но… не уверен, что я смогу его повторить. Конечно, судя по всему, у Саске очаг большой и ему по силам создать с десяток клонов, но лучше я потом отдам этот свиток Наруто. Чтобы с иллюзорными сразу не позорился. Кстати, нашёл базовый свиток (с описанием, что такое чакра, как ей управлять, какие печати складывать и так далее) и свиток с гендзюцу. Точно беру! Гендзюцу — лучший способ не вступать в битву. Или свести её к минимуму. Хотя на тех же Итачи, Обито и Мадаре не прокатит, но до встречи с ними ещё дожить надо. А пока необходимо выучиться. И не сесть в лужу. Конечно, я надеюсь, что мне повезёт, но мне не может везти вечно. Тем более, Саске на первой серьёзной миссии конкретно огрёб… вот зачем я об этом подумал. Теперь мне реально страшно. Встретиться с Забузой и Хаку… надеюсь, я не умру. Но больно явно будет. Аж передёргивает. Я лучше на D-миссиях корячиться буду. Всё равно в деревне жила, что мне какие-то сорняки. Так хотя бы не умру. Эх, ну не герой я. Не герой. Какие мне сражения? Я только вчера (позавчера, ну да и ладно) был девчонкой, максимум которой — дать подзатыльник. А тут от меня ждут сражений. Да я же самым первым подохну! Но, несмотря ни на что, я всё равно немного рад, что моя жизнь так круто поменялась. В том мире я… серьёзно жил только потому, что надеялся переехать и забыть обо всём, как о страшном сне. А тут у меня мгновенно появилась куча дел, которые надо решать, и при этом никто меня не дёргает, не обвиняет. Никто на меня не орёт. Так что, возможно, мне стоит сказать спасибо за это попаданчество. Иначе так бы и жила. Конечно, мне очень жаль, что я не смогу увидеть свою семью и своих друзей (смешное слово — друзей, будто они у меня были), но теперь уже ничего не поделаешь. Дел у меня много, плакать некогда. А вот теперь представьте. Сидите вы в библиотеке в заброшенном месте. Тишина. Только вы одни да куча книг и свитков. И тут с улицы доносится шорох и звук чего-то сломанного. Инфаркт? Ну, почти. Но сдержать позорный визг у меня получается кое-как. Чёрт. Кто там ходит? А если кто-то из АНБУ? А если мне нельзя было сюда приходить? А если меня поймает Данзо? Господи Боже. Надо убираться отсюда. Конечно, я мог бы посидеть здесь, потому что печати, если я правильно понял, пропускают сюда только представителей клана Учиха, но если кому-то надо будет выкурить меня отсюда — они это сделают. Придумают что-нибудь. Да банально взорвут этот чёртов дом и скажут, что это маленький Учиха что-то тронул и всё взорвалось! А на улице у меня хотя бы есть возможность убежать. Хотя… от АНБУ? Убежать? Чёрт, и что делать? Судорожно складываю выбранные свитки в рюкзак и, пока складываю, решаю сначала аккуратно выглянуть в окно. Что же, все мои догадки насчёт АНБУ оказались… выдуманными. Вот так. Потому что, как только я приближаюсь к двери, становится слышным чей-то плач и мальчиковый обеспокоенный голос. Ну, а когда я смотрю в окно, то убеждаюсь окончательно — дети. Два ребёнка, девочка и мальчик. Причём девочка явно застряла — гнилой порог решил проломиться именно под ней. Надо помочь, а то мальчик её только больше пугает. Оборачиваюсь и обшариваю комнату на предмет того, что забыл. По-моему, ничего. Если что — приду снова. А пока… — Что такое? — дети вздрагивают и поднимают на меня заплаканные мордашки. Ой, нельзя так на меня смотреть, я сразу таю. Присаживаюсь перед девочкой на корточки и улыбаюсь ей. — Застряла? — девочка кивает, и слёзы снова начинают катиться по белым щекам. Какая же она худенькая. Впрочем, судя по состоянию её одежды, это не удивительно. В любом месте есть такие дети. Сироты ли, дети алкашей, дети бедных людей, которые перебиваются кое-как. Сердце заболело. Мне так жалко всех их. Но теперь я хотя бы могу помочь… хоть чем-нибудь. — Давай помогу. Ногу девочки я всё-таки смог извлечь, хотя руки немного дрожали — страшно было поранить больше, чем есть. Помню, когда-то давно, когда мне было лет тринадцать-четырнадцать, у нас на кухне провалилась балка под линолиумом — так, что и не видно. Мама об этом знала, а вот мне сказать забыла. В какой-то день я с младшей сестрой на руках пошёл на кухню и провалился по колено. Кое-как не уронил её. Зато потом моя нога в области колена напоминала одну сплошную гематому. Ещё и с царапинами. До сих пор помню, как пробило на нервный смех, когда мама промывала мне коленку перекисью. Брр. Впрочем, у девочки обнаружились разве что длинные царапины. Жаль, что я не взял с собой антисептик. — Спасибо, — искренне благодарят меня дети и смущённо замирают. Я, занятый вытиранием чужого мокрого лица собственной же футболкой, вопросительно приподнимаю брови. Наверное, они забрались сюда, чтобы найти что-нибудь съестное или, если повезёт, драгоценное. Что ж, пришли поздно — всё, что могли растащить, уже растащили. Сердце снова ёкает, и я тяжело вздыхаю, снимая рюкзак с плеч и зарываясь туда. Хорошо, что я взял кошелёк с деньгами — на всякий случай. Я особо и не замечу отсутствия этой суммы, а вот эти дети хотя бы немного поедят. — Держите, — протягиваю им все деньги, что были в кошельке. Брал я немного, поэтому сумма не слишком большая, но должно хватить на самые основные продукты, если я правильно рассчитал. Мальчик сначала недоверчиво посмотрел на меня, а потом одним рывком забрал всё, что я им протягивал, и сжал в грязном кулачке. Блин, как мне жалко их, всё-таки. А я не могу их себе забрать? Точно? Очень жаль. — Только не тратьте сразу всё. Мальчик порывисто кивает и, взяв смотрящую на меня с какой-то голодной благодарностью девочку, убегает. Интересно, сколько им лет? Учитывая то, что они явно недоедают, их внешний вид ни о чём мне не говорит. Четыре-пять лет. Моя сестра в свои три и то взрослее них выглядела. И куда здоровее. Блин, ну не могу я относиться к этому хладнокровно и спокойно. Мне всегда ужасно жаль детей и животных. Кстати, надо будет найти себе кота. Хочу кота. Правда, учитывая мои будущие миссии… ну, буду оставлять ему или ей еды и воды с запасом. Без животного жить скучно. Оглядываюсь на библиотеку. Я бы мог зайти туда ещё раз и поискать ещё что-нибудь интересное, но пока что мне хватит. В следующий раз. Поэтому, недолго думая, я убрался из недружелюбного квартала. Жуткое место. Теперь понятно, почему, несмотря на то, что это его дом, Саске решил оттуда уехать подальше. Хотя я бы тоже не смог остаться в месте, где умерло столько людей. В том числе — твоя семья. Так, ладно, не будем об этом думать. Сейчас лучше думать, куда мне идти дальше. Домой или пойти прогуляться? Наверное, стоит прогуляться, чтобы немного осмотреть деревню. Конспекты никуда не убегут, свитки — тем более, так что… погуляю, рассмотрю всё. Но сначала дойду до дома, а потом от дома пойду дальше, чтобы было меньше шансов потеряться. Ну, что сказать? Сказано — сделано. Коноха, несмотря на то, что носит название «деревни», большая. Много домов, много магазинов, огромный рынок. Ичираку, кстати, я всё-таки нашёл, даже увидел знакомую светлую макушку, но заходить, что естественно для отсутствия у меня денег, не стал. В следующий раз. Нашёл магазинчик Яманака. Нашёл детскую площадку, и вот там уже стало интереснее. Сакуру дразнили. Причём, дразнили незаслуженно, каким бы большим не был её лоб. Стоит сказать, что в прошлом мире я ненавидел, когда кто-то обсуждал чужую внешность и смеялся над ней. К тому же, Сакура оказалась очаровательным ребёнком. Да, для меня ребёнком — моей душе не восемь, а шестнадцать. Посетовав на свою судьбу спасателя обиженных и униженных, я быстро спугнул мальчишек. Репутация Учиха сыграла свою роль — те явно решили, что я дам им люлей, и свалили в закат. Ну, а то, что я как бы ничего не умею, второстепенно. И они этого не знают. — Ты в порядке? — Сакура кивает и краснеет щеками. Сейчас я наживу себе фанатку, если раньше не нажил, но, наверное, я смогу это пережить. Конечно, я не собираюсь, как канонный Саске, жениться на ней когда-нибудь, однако подруга из неё хорошая. Получится. Когда-нибудь. Да, я уважаю Сакуру, и что вы мне сделаете? — Не обращай на них внимания. Может быть, у тебя большой лоб, — не правда, нормальный лоб, просто высокий. — Зато таких красивых волос ни у кого больше нет. — С-спасибо, Саске-кун, — ой, кажется, я сейчас очень сильно смутил девочку. Ой. Ну, в своё оправдание, я сделал это не специально. И мне действительно нравятся её волосы. Сакура помялась с ноги на ногу, чмокнула меня в щёку и, до того, как я всё осознал, убежала. Ну, теперь смутился уже я. Знаете, сколько меня целовали хотя бы в щёку в прошлой жизни? Ну, цифра ноль о многом говорит. Приятно, кстати. Однако, вроде бы, в каноне такой встречи не было. Да и вообще ВСЕХ встреч, которые произошли за эти два дня. Если ломать канон, так полностью, да? Но, кстати, плохо, если канон сломается. Может произойти то, о чём я даже не слышал в своём мире. Я не смотрел второй сезон, разве что некоторые серии — последнее, что я смотрел, была битва Сакуры и Сасори. Всё остальное по второму сезону я знаю исключительно из… мемов в тик токе и фанфиков. Зашибись. А ещё я не собираюсь уходить с Орочимару, неа. Нет. Даже если под предлогом «не доламывать канон». Нечего мне там делать. Не хочу, не буду, не заставите. Конечно, Орочимару, как персонаж, мне нравится, но… как говорится, нравится, пока не встретишь. Брр. Нет, спасибо. Хотя призыв змей… я люблю змей… нет, всё равно. Не хочу. Страшно. Да, я трус, и что вы мне сделаете. Не хочу я быть нукенином. И людям делать больно не хочу. И вообще не нужна мне сила. С такими мыслями топаю домой. Или почти домой, потому что ноги меня несут на автомате и не туда, куда я хочу. Вот, например, абсолютно на автомате повернул в переулок и только тогда отвлёкся от мыслей, поняв, что зашёл не туда. И я бы развернулся и пошёл обратно, если бы не заметил… Кровь. И два явно детских тела, которые не увидишь, пока именно не зайдёшь сюда. Сердце колотится, как сумасшедшее, а тело становится невероятно слабым. Боже мой. Боже… мне явно поплохело. Тянет блевать. Но вместо того, чтобы выпустить наружу весь мой завтрак, на непослушных ногах подхожу ближе. Девочка и мальчик. Потрёпанная одежда, царапины на открытой девичьей ноге — там, где она провалилась на пороге, кровь. Много крови… Опираюсь о стену рукой и всё-таки выблёвываю свой завтрак. Как… чёрт, как?! Я видел их всего час-полтора назад! Как… у кого рука поднялась… как можно было убить двух маленьких детей? Виски холоднеют от мысли, что это я виноват. Я дал им деньги. Они ведь их даже не спрятали. Бедных людей в Конохе наверняка навалом. Многие сильнее двух замученных ребятишек. И… вот так… желудок полностью пустой, но меня продолжает потряхивать. Господи… надо позвать кого-нибудь… надо. Не смотря больше на… я даже произносить про себя это не буду, я вышел из переулка. Люди от меня явно шарахнулись. Наверное, выгляжу я страшно. Кого позвать… гражданских — смысла нет, а шиноби… как назло, ни одного не вижу. Ни одного… шарю наверняка ошалелым взглядом по улице. Чёрт. Чёрт. Чёрт! Нашёл! — Какаши-сан, стойте! Стойте, пожалуйста! — на ватных ногах бежать то ещё удовольствие, но я добегаю и повисаю на чужой руке. Видок, наверняка, тот ещё. Какаши послушно останавливается и смотрит на меня удивлённым взглядом. Как и его… друг? Кто это вообще? Не важно. — Там… там… — сглатываю и с трудом подавляю новые рвотные позывы. Тупая память! — Что такое, малец? — незнакомый мужчина, который и шёл с Какаши, подходит ко мне с другой стороны и кладёт руки на дрожащие плечи. — Какаши, ты его знаешь? — Хатаке кивает. Я сбрасываю чужие руки (не до вас мне, чёрт возьми!) и тяну мужчину за собой. Собственно, незнакомец следует в комплекте. — Матерь божья… Какаши, уведи ребёнка, — я не ребёнок! сказал бы я, если бы мне не было настолько хреново. — Я доложу Хокаге и разберусь здесь. Просто уведи. Ну, а меня всё-таки рвёт желчью. Хорошо, что хоть успел отлепиться от Какаши, а то было бы неловко. Как только всё внутри окончательно становится пустым, Хатаке кладёт руку на мою шею и прежде, чем я успеваю что-нибудь возразить или вообще ответить, меня мягко и незатейливо вырубают. Последнее, что я успеваю подумать — это то, что мироздание меня ненавидит.