Девушка и волк

По дороге домой она сознательно гнала мысли о Белле прочь, чтобы их не увидели другие волки. На этот раз волчица стеснялась не своих фантазий. Дело было совсем не в них. У нее и раньше возникали сомнения, и пока что ей не хотелось выставлять их на всеобщее обозрение. Для начала она думала обмозговать свою проблему в одиночестве, взвесить все «за» и «против», не отвлекаясь на непрошеные телепатические советы. Дело в том, что только сейчас, в одиночку выстояв против вампира, Леа полностью осознала очень важную вещь. А именно: она обладает огромной силой и не умеет полностью ее контролировать. Белле небезопасно находится рядом с оборотнем. С ней легко может произойти то же самое, что и с Эмили, стоит волчице выйти из себя и потерять контроль. Так размышляла Леа, сидя в уютной кухне Сэма и Эмили. Облокотившись на столешницу и подперев щеку рукой, она наблюдала, как хозяйка дома накрывала на стол. Сэм и ребята были решительно настроены, они непременно хотели отпраздновать победу над кровососом. Эмили, увидев их на пороге, всплеснула руками и бросилась на кухню, откуда вскоре начали распространяться вкуснейшие запахи. Пол, смущенно улыбаясь и воровато пряча глаза, куда-то исчез и вернулся с бутылкой самопальной водки. Парни суетились: под руководством «мамы стаи» накрывали на стол. Только Леа молча сидела в уголке. Тяжелые мысли о Белле будто вдавили ее в стул. Ни вставать, ни помогать кузине совсем не хотелось. Запоздало к волчице пришел страх. Воображение рисовало ей страшные картины смерти Беллы от клыков кровососа. «А если бы он все-таки укусил меня?», — неожиданно подумала она. Странно, но пока волчица боролась, этот вопрос не приходил к ней в голову. А сейчас, когда Леа осознала, как сильно рисковала, ее охватил самый настоящий ужас. — Леа, чего такая смурная? — присел рядом с ней обеспокоенный Джейкоб. — Ты же типа герой дня! — Мне только сейчас стало ясно, во что я ввязалась там, на поляне. — Леа сцепила трясущиеся пальцы в замок. — Один укус, капля яда — и все, меня нет. А представь, если бы я не продержалась? Что бы эта пиявка тогда сделала с Беллой? Так страшно… ты не представляешь… Несмотря на все усилия, руки дрожали. — Все позади. И ты продержалась, — Джейк пододвинулся поближе и обнял Лею за плечи. — Ты спасла ее. — Это еще не все. Я легко выхожу из себя, тебе ли не знать… — Не то слово. — Вдруг… когда-нибудь… Если рассержусь из-за какой-нибудь глупости и наврежу ей? Я же не прощу себе такое! — Не думай об этом. На столе перед Леей появилась полная стопка. Клирвотер даже не заметила, откуда Джейк ее взял и как наполнил. Девушка сдерживала слезы, но очертания предметов плыли перед ней — будто она смотрела сквозь пелену дождя. — Ты справишься. Опыт приходит со временем. Я так вообще научился обращаться в прыжке. — Ты у нас природный талант. — Или Сэм, он тоже классно научился себя контролировать. Он само спокойствие! — не сдавался Джейкоб. — Сэм — плохой пример, — вполголоса возразила Леа и указала взглядом на Эмили, которая как раз вышла из кухни. На лбу молодой женщины блестели бисеринки пота, она раскраснелась от кухонного жара, на подносе в ее руках громоздились тарелки. Усталое лицо озарилось счастливой улыбкой, когда Сэм подбежал к ней и чуть ли не силком отобрал тяжелую ношу. Шрамы, изуродовавшие лицо Эмили, уже давным-давно никто не замечал. — Н-да, — Джейк сконфуженно замолчал. — Давайте за Лею, — Сэм, сам того не зная, прервал неловкую ситуацию. — За Лею! — зашумели парни, чокаясь. Это был только первый тост. Стопки пустели и наполнялись снова: за любовь, счастье, «самую лучшую маму стаи», удачную охоту. Ко второму тосту прибежали Эмбри и Сет, в маленьком домике стало шумно и весело. Леа вяло поддерживала общий разговор да присматривала, чтобы никто не вздумал наливать Сету ничего, кроме пива. На душе было муторно. Братья подкалывали ее, пытались расшевелить, но скоро оставили эту затею. Эмили сидела рядом с Сэмом, от Леи ее отделял только Джейкоб. То и дело, волчица ловила на себе ее застенчивый взгляд. С тех пор, как они поссорились, Леа так и не заговорила с кузиной. Сегодня Клирвотер ловко избегала общения с ней, не обращаясь напрямую. Лее было так стыдно, что они до сих пор не помирились! Но как начать этот разговор? — Ты выглядишь усталой. Хочешь прилечь? — осторожное прикосновение к плечу заставило ее обернуться. Вне себя от удивления, Леа встретилась глазами с Эмили. «Неужели она решила сделать первый шаг? После всего, что я ей наговорила?». — Да, — настороженно кивнула она. — Я постелю тебе в гостиной на диване, если ты не возражаешь? — Диван — это здорово. Отсалютовав последней стопкой, Леа позволила кузине увести себя. Ее очень порадовала возможность смыться с вечеринки. Не то, чтобы она не любила веселиться, но сегодня это не доставляло ей радости. — Оставьте ее в покое, — донесся Лее вслед голос Сэма, перекрывающий общий разочарованный галдеж. — Пусть отдохнет, у нее был тяжелый день. В крохотной гостиной горел мягким светом ночник; шум из кухни свободно проникал сквозь тонкие стены. Леа безучастно наблюдала, как Эмили стелет постель. Диван был старым и стоял здесь еще в те времена, когда Сэм и Леа учились в школе. Если бы он умел говорить, то мог бы рассказать немало интересного. Но воспоминания о первом поцелуе и о многом другом не были печальными. Да, Леа и Сэм тискались здесь вместо того, чтобы делать уроки, пока его матери не было дома, целовались, и невинность свою Леа тоже потеряла именно тут. Ну и что? Было хорошо, но теперь эта часть жизни позади. Она не чувствовала ни горечи, ни разочарования, и ни малейшего желания повернуть время вспять. — Надеюсь, тебе будет удобно, — Эмили закончила взбивать подушку и вопросительно посмотрела на Лею. Казалось, она ищет любой предлог, чтобы задержаться и поговорить, но не знает, с чего начать. Темные глаза Эмили Янг были полны вопросов и надежды вернуть то время, когда кузины были самыми близкими друзьями. — Конечно. Спасибо тебе, — Леа присела на диван. — Эмили? — Да? — Та резко отдернула руку от дверной ручки и обернулась. — Прости, что наорала на тебя тогда, — Клирвотер смотрела в пол. — Я будто не в себе была из-за этих дел с Сэмом. Я бы очень хотела, чтобы мы снова стали подругами. Мне тебя не хватает… «Сестра, » — вертелось на языке и никак не выговаривалось. Вместо ответа Эмили повисла у нее на шее: — Давай все забудем, сестренка. Эти слова словно прорвали стену молчания, прошлых обид и непонимания, которую Леа выстроила и никак не могла преодолеть. Было так здорово забраться под одно одеяло, как в детстве, и говорить обо всем на свете! У них накопилось столько всего, о чем хотелось рассказать! Снова обрести близкого человека, с которым можешь поделиться самым сокровенным — это было как вернуться домой после долгого путешествия. Эмили знала от Сэма о Белле, но, даже если ее это и шокировало, не подала вида. — Значит, примем ее в стаю, — смеясь, заявила она. — Боже мой, как же я рада, что ты снова смогла полюбить! Мне было так плохо, когда я познакомилась с Сэмом. Я понимала, что влюбляюсь в него, и готова была убить себя за это. Ведь своей любовью я предавала тебя. — Теперь все позади, забудь. — А знаешь, может, это и к лучшему. Если бы «мамой стаи» стала ты, волчата бы отощали на полуфабрикатах. Ты же совершенно не умеешь готовить! Девушки расхохотались, откинувшись на подушки. Дружный смех прервал тихий стук в дверь. — Эмили, родная, мы тебя потеряли, — в гостиную заглянул Сэм. Судя по тому, как нарочито прямо он держался, и по серьезному выражению лица, выпить вожак успел больше, чем следовало бы. — Тут такое дело. Сет обратился, а обратно не может… и домой идти тоже не может… Еще он случайно сломал стол, но ты не волнуйся, я завтра же починю… — Вы все-таки его напоили?! Он же еще ребенок! — Леа рванулась к альфе, тот аж отшатнулся: — Совсем чуть-чуть, только попробовать дали, честное слово! — Не ссорьтесь, — Эмили мягко усадила подругу обратно на диван и обратилась к мужу: — Будь добр, милый, отведи Сета в гараж. Я принесу старые одеяла, и мы его устроим. Для волка в гараже достаточно тепло, и места хватит. — Что бы без тебя делал! Сэм исчез выполнять поручение, Эмили чмокнула Лею на прощание и упорхнула за ним. Леа дернулась было лично проверить, все ли с братом в порядке, но тело будто налилось свинцовой тяжестью. Едва ее голова коснулась подушки, как квилетка отключилась.

***

Проснувшись утром в гостиной Сэма, первое, что Леа услышала, был шум воды и приглушенные им голоса. Эмили мыла посуду на кухне и болтала с кем-то. Гремели тарелки, скворчали блины на сковороде. Зашипела вода — несколько капель брызнуло на горячую плиту; варился кофе. От аппетитных запахов у Леи свело живот. С грехом пополам натянув одежду, мимоходом заглянув в ванную и плеснув на лицо холодной водой, квилетка отправилась на кухню. Каково было ее удивление, когда она увидела Беллу Свон! Перед ней стояла тарелка с горой блинов, политых клубничным вареньем, и чашка с дымящимся горячим кофе. Она с аппетитом уплетала блинчик, уголки рта измазались красным. Леа сглотнула и отогнала от себя мысль, что совсем не против, слизать сладкое варенье с манящих губ. — А вот и Леа! Мы тебя заждались, соня! — Сияющая и свежая, как майское утро, Эмили повернулась к ней, вытирая мокрые руки о фартук. — Садись, сейчас будем завтракать. — Ты что здесь делаешь?! — проигнорировав ее, спросила Леа у Беллы. — Меня Джейкоб привез. Я его расспросила про оборотней и теперь все знаю. Все в порядке, правда, — девушка спокойно продолжала есть. — Очень вкусно, Эмили, спасибо. — Хочешь добавки? — будущая миссис Адли просияла улыбкой и поставила на стол еще одну тарелку. — Леа, ну что же ты, присаживайся. — Сестренка, а тебе не надо выйти во двор, кур покормить? — Леа села напротив Беллы. — У нас же нет кур… — глаза Эмили округлились от внезапного понимания, и она торопливо защебетала: — Ой, конечно! Я совсем забыла! Надо насыпать курам корм, и белье развесить, и грядки прополоть! Не скучайте без меня, и приятного аппетита! Молодая женщина почти бегом выскочила за дверь. Леа глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Ночью ее мучили кошмарные сны. Она бежала по лесу, обращалась, услышав вдали шорох травы под оленьими копытами, преследовала добычу. А когда зубы волка пронзали трепещущее горло, олениха превращалась в Беллу. Леа кричала, просыпалась, но стоило ей задремать, как сон повторялся заново, со всеми ужасными подробностями. За те краткие минуты, что Клирвотер бодрствовала между кошмарами, она в который раз обдумала свои опасения. И пришла к выводу, что они не беспочвенны. Ей нельзя быть с Беллой. Даже просто дружить. Слишком большой риск. И лучше объяснить ей это как можно скорее. — Ну, рассказывай, что тебя сюда привело, — Леа присела за стол и пододвинулась поближе к Белле. — Мне требуется особое разрешение, чтобы навестить подругу? — улыбнулась та. — Белла, не придуривайся. После того, что ты видела вчера, ты должна меня бояться. Если ты не захочешь больше со мной разговаривать, я пойму. — Вообще-то ты мне жизнь спасла. Леа встрепенулась от прикосновения и, как завороженная, уставилась на их руки: темная и белая ладонь на фоне скатерти в синюю клетку. — Так что не говори ерунды. Джейкоб рассказал мне, что такое быть волком. Ты меня нисколько не пугаешь. А вот я так перепугалась за тебя вчера! — Белла, — Леа старалась говорить как можно мягче, как с ребенком. — Я превращаюсь в зверя. Я не человек. Общение со мной может плохо для тебя кончиться. — Да ладно. Я доверяю тебе и уверена, что ты не причинишь мне вреда. — Ах да? Тебе уже рассказали, откуда у Эмили шрамы? Белла заморгала и уставилась в свою тарелку. Между тонких бровей залегла морщинка, а глаза стали такими несчастными, что хоть плачь. «Я поступаю с ней как тот кровосос», — пришло Лее в голову. — «Сначала приветила, а теперь бросаю. Но что я могу сделать?! Так будет лучше для нее». — Сэм тоже не хотел делать Эмили больно. Просто так получилось, он оказался слишком близко. Я не прощу себе, если такое случится с тобой. Поэтому нам лучше расстаться. Мы не можем больше быть друзьями. У Беллы задрожали губы, огромные карие глаза с мольбой смотрели на Лею. — Но… ты не можешь так со мной поступить! Ты вытащила меня из депрессии. Я смотрела на тебя и думала — ей пришлось намного тяжелее, чем мне, но Леа не сдается! Я снова захотела жить, потому что ты была рядом! Ты нужна мне, без тебя я не справлюсь! Леа, пожалуйста… — Прости, Белла. Это для твоего же блага. — А если я скажу, что люблю тебя? Леа запнулась на полуслове. — Я же женщина, — с трудом выговорила она. — А еще ты волк. Что из этого более странно? Белла придвинула свой стул еще ближе, теперь девушки сидели бок о бок. Легкая полуулыбка на ее губах — манящая, влекущая, совсем как в фантазиях Леи. «Бред! Мне просто хотелось бы, чтобы это было так», — подумала она, но оторвать взгляд от губ Беллы не могла. — Я еще ни с кем не была так близка, как с тобой. С Эдвардом все было совсем иначе. Он бы таким… совершенным, прекрасным, как ангел. Я казалась себе недостойной его, некрасивой и неуклюжей. Думала, что ничем не заслужила такое счастье. А ты совсем другая. — Чересчур обычная? — горько усмехнулась Леа. — Нет! — пальцы Беллы сжали ее руку. — Ты замечательная! Такая… земная и настоящая. Ты и меня вернула на землю, когда убеждала, что от любви не умирают. А Эдвард… сейчас мне кажется, что он был немного нереальным. Всегда идеально-красивый, прическа, как только что из парикмахерской, одежда с иголочки, дорогая машина, внешность без единого изъяна… Даже на брюках ни складочки, ни пятнышка. Как манекен в витрине. А ты — человек. У тебя куча недостатков, но они мне не мешают. И с тобой я чувствую, что чего-то стою, раз ты со мной дружишь. Свон перевела дыхание и продолжила, уже не горячо, а робко: — Я надеялась, что мы сможем быть не только подругами. — Еще совсем недавно я была бы счастлива, услышать это от тебя, — Леа с грустью отметила радостный огонек в карих глазах подруги. — Но об этом не может быть и речи. Подумай об опасности, которой ты подвергаешься. — Не в первый раз. Эдвард постоянно боролся с желанием меня укусить, — Белла легкомысленно пожала плечами. — Мой запах был для него особенным. — Ты знала о Калленах?! — Ну да, а что?.. — Рассказывай все, с самого начала! Белла смущалась, запиналась, порывалась уйти от разговора, но Леа не оставила ее в покое, пока не услышала всю историю целиком. Рассказ подруги походил на сценарий фантастического фильма. Леа то недоверчиво качала головой, услышав о способностях Эдварда, Элис и Джаспера Калленов, то вздрагивала, узнав о Джеймсе и Виктории. Надо же, так вот что тянет эту вампиршу в Форкс! Как же Лее хотелось крепко-крепко обнять Беллу, прижать ее себе, пообещать, что ей ничего не грозит, и все будет хорошо! Но если она это сделает, вряд ли сможет расстаться с Беллой снова. Квилетка решила, что приложит еще больше усилий, чтобы поймать и уничтожить рыжую дьяволицу. Она костьми ляжет, но не даст вампирше добраться до Беллы, как это удалось ее дружку. Выслушав подругу, Леа подумала, что стала немного больше понимать Эдварда, но тут же заставила себя об этом не думать. Ведь она собиралась поступить так же, как вампир, и из тех же соображений. У нее оказалось что-то общее с кровососом, и признать это было неприятно. — Мне не привыкать находиться в опасности, — упорно возражала Белла. — Нет. Извини, я не могу так! В маленькой кухне воцарилась тишина. Белла пристально смотрела на Лею, заломив руки; с ее лица вмиг пропала вся жизнь, оно застыло, как маска. — Ты отказываешься от меня? — наконец, еле слышно прошептала она. — Я недостаточно хороша для сверх-сильного, быстрого и вечно молодого оборотня?! — Бог мой, Белла, дело не в тебе! Даже не думай, что ты в чем-то виновата. Ты молодая, красивая, неглупая девчонка. Просто я тебе не подхожу. Любой парень из Форкса был бы рад встречаться с тобой… — Но мне не нужен любой парень, мне нужна ты! — Никаких «но»! Я не хочу тебя покалечить, понимаешь ты или нет?! — Джейк сказал, ты намного лучше контролируешь превращение, чем раньше! — Я сказала, нет! Леа вскочила, сжимая кулаки. Дыхание стало тяжелым и прерывистым, стало жарко, будто вместо крови по венам побежала лава, кожа пылала, кости скручивало болью. Еще немного, и огромный волк поднялся бы на дыбы и вспорол когтями-кинжалами линолеум пола. Белла продолжала в упор смотреть на нее, упрямо задрав подбородок. В ее глазах не было и тени страха. — Я провожу тебя домой, и закончим на этом, — не допускающим возражений тоном заявила Леа, едва немного успокоилась. Конечно, не обошлось без споров и пререканий: Белла не была бы Беллой, если бы до последнего не пыталась настоять на своем. Когда Лее надоело с ней спорить, она просто подхватила ее на руки и вынесла из дома. Должно быть, это было то еще зрелище: Эмили, поливающая свои грядки из тяжелой проржавевшей лейки, так и осталась стоять с открытым ртом, пока вся вода не вылилась мимо, на межу. Пока девушки добирались до Форкса, Леа не произнесла ни слова. Голос Беллы — упреки, уверения, слезы, — ушел на второй план. Волчица перестала прислушиваться к нему. Что бы Белла не сказала, она не изменит железобетонных фактов: Леа оборотень, неуравновешенный и опасный. Нести Беллу на руках было приятно, но квилетка отгоняла эти мысли. Она проклинала свои чересчур сильные руки, неутомимые мускулы, тонкое чутье, безошибочно указывающее ей дорогу к дому подруги. Все это делало Лею ненормальной и разлучало ее с той, которую она успела полюбить намного сильнее, чем когда-то Сэма. «Ничего. Главное, чтобы с ней все было в порядке. Я как-нибудь проживу одна, если буду знать, что Белла счастлива».

***

«Пусти, больно! Леа, стоп! Да сдаюсь я, сдаюсь!» «Прости! Ох, что я наделала!» Небольшая серая волчица, поскуливая, быстро отступила от поверженного бурого волка. «Прости, Джейк». Джаред и Квил тихо переругивались из-за проигранной Квилом десятки: тот спорил, что Джейк уложит Лею на лопатки. Джейкоб зализывал рану на лапе: она затягивалась на глазах. Сэм построил всех, как солдат на плацу, и начал строго отчитывать ее. Волчица вполуха прислушивалась к вожаку, опустив морду к земле. Сегодня — да и не только сегодня — все шло не так. На Джейкоба набросилась, с ребятами поругалась, даже Эмили она нагрубила. Леа поступила правильно. Другого выхода у нее просто не было. Но почему, черт возьми, ей так плохо?! Почему сердце ноет от боли, не хочется ни есть, ни спать, ни обращаться? «Леа, не отвлекайся. Ты меня совсем не слушаешь!», — одернул ее Сэм. — «Думаю, на сегодня достаточно. Следующая тренировка завтра вечером». «О’кей, как скажешь», — хмуро отозвалась Леа, и вернулась в человеческое обличье. Парни, скорее по привычке, чем от стыда, прятались от нее за высокими кустами и, со смехом и шутками, приводили себя в порядок. Леа влезла в свободный пляжный сарафан — ни талии, ни застежек и молний, будто мешок веселого желтого цвета на тонких бретельках, — и отправилась домой, не дожидаясь их. В человеческом облике ей была доступна невиданная для волка роскошь: подумать в одиночестве. Как раз то, чего она так страстно желала сейчас. «Может, к Эмили заглянуть? У нее наверняка готов пирог или кексы. И вкусный кофе», — рассеянно размышляла Леа. Она остановилась на перекрестке двух узких лесных тропинок: налево — в Ла Пуш, направо — к скалам на побережье. «Нет», — девушка-оборотень сделала шаг направо. — «У Эмили соберется вся стая, опять начнут наседать на меня». Да и не очень хотелось говорить сейчас с сестрой. Эмили, после их примирения, считала своим долгом позаботиться о счастье Леи. И поэтому, после того, как состоялся тот самый разговор с Беллой, Янг пришла в ужас и начала активно уговаривать сестру передумать. — Ну зачем ты так?! — носясь по кухне и делая одновременно тысячу дел, возмущенно восклицала она. — Ты же любишь ее! Не возражай, ты сама мне сказала, а Сэм подтвердил! И Белле хорошо рядом с тобой, она успокоилась и забыла свою боль! Она изменилась после того, как вы подружились! Если ты думаешь, что она не может ответить на твои чувства, потому что ты девушка… — Дело не в этом, — Леа с тоской посмотрела на дверь: обстановка в кухне накалялась, и ей очень хотелось сбежать. — Боже, да в чем же тогда?! — Эмили, я оборотень. Я опасна. Без меня ей будет лучше. Спасибо за кофе. Она со стуком поставила пустую чашку на стол и ушла, буквально отодвинув сестру с дороги. Эмили периодически возвращалась к этому разговору. Что самое ужасное, вся стая перешла на сторону «мамы» и раз за разом пыталась переубедить Лею. Невыносимее этих бесед была только тоска по Белле. «Я поступила правильно. Я. Поступила. Правильно. Блядь, да я не могла поступить иначе!» — твердила она про себя, пробираясь через заросли. Ветки больно хлестали по лицу, кажется, даже оставили пару царапин — Леа не обратила внимания. Заживет, как на собаке, делов-то. Раны, которые оставил в ее душе разрыв с Беллой, болели намного сильнее. Ее решение было правильным. Белла не будет больше каждую минуту, пока они вместе, подвергаться опасности. Постепенно она забудет о Лее, встретит кого-нибудь — нормального человека, не чудовище. Все правильно. Так было нужно. И Леа сможет справиться с одиночеством, если будет знать, что у Беллы все хорошо. Может, если повторять эти слова достаточно часто, в них и правда можно поверить? Привычные лесные звуки и запахи не принесли покоя. Перед глазами стояло лицо Беллы, бледное и заплаканное, в ушах звучал ее голос. «Не уходи, пожалуйста!». — Так будет лучше… — раз за разом шептала Леа. Силы оставили волчицу, и она присела на землю, прямо посреди колючих зарослей. Ее душили слезы. Сколько квилетка ни убеждала себя, что поступила правильно, она все равно была противна сама себе. Девушка обхватила себя руками, словно пытаясь согреться. Лесной полумрак, знакомые тропинки, мрачные величавые деревья, вид которых обычно действовал на Лею успокаивающе, теперь все это напоминало о Белле. Они не были здесь вместе, но Леа собиралась когда-нибудь показать ей свои любимые места… Теперь уже не покажет. «Надо немного посидеть и успокоиться», — девушка скорчилась на земле, уткнувшись лицом в колени. — «Ребятам не стоит видеть такие мысли». Ее эмоциональный настрой и так сильно отвлекал других волков от поисков рыжей вампирши. Это нужно было прекратить. Леа должна взять себя в руки, ведь хладная, как лисица, наглела день за днем. Каждый раз она подходила все ближе к Ла Пуш, и всегда этой сучке, как по волшебству, удавалось ускользнуть. Лее уже довелось преследовать ее; пару раз волчице казалось, что еще один шаг, и она схватит ненавистного кровососа. Но та словно издевалась над ними, раз за разом ускользая. Глядя на рыжую, Леа никогда бы не предположила в ее, на первый взгляд, хрупком теле, настолько большую силу и скорость. Вампирша, со своей белой, как бумага, кожей и огненно-рыжими волосами, тонкая и грациозная, напоминала оборотню фарфоровую куклу. Это была такая же чужая, холодная красота, как и в у Калленов. И единственное желание, которое это «прекрасное» создание вызывало у Леи — разорвать ее на куски. Парни пытались было, чтобы разрядить обстановку во время долгого патрулирования, подшучивать над ней: дескать, Клирвотер в патруль не возьмем, она перед такой красоткой не устоит. Несколько не опасных, но болезненных укусов убедили их, что «трупы» Лею не интересуют. Как вообще можно было относится к рыжей, как к женщине из плоти и крови? Хотя бы на секунду забыть, что красота нужна «холодным», чтобы заманивать свои жертвы, а очарование вампиров всего лишь оружие, которое они с удовольствием используют против людей, было ужасно глупо. Ну, что взять с мальчишек. Увидели хорошенькую мордашку и длинные ножки, вот и растаяли. Смешно даже. Все равно, что посчитать каменную статую красивее живого человека. Рыжая может неплохо выглядеть, но она мертвая. Вот Белла — совсем другое дело. У нее румянец на щеках, маленькие теплые руки и самая красивая улыбка на свете. Пусть Белла немного неуклюжая, но от этого она еще милее: ее хочется поддержать, защитить от всех опасностей… Что-то она сейчас делает? Чарли Свон, когда квилетка случайно встретила его в городе, посмотрел на нее с осуждением и сказал, что его дочь словно перенеслась на машине времени обратно, в осень: сидит дома, ничего не делает и грустит. Но осуждение Чарли не поколебало решимость Леи. Она избегала встреч и телефонных звонков, чтобы расставание прошло для Беллы безболезненно. «Это пройдет. Если я не буду ее тревожить, все пройдет. Просто нужно время…». Ход невеселых мыслей прервало карканье вспугнутых ворон, затем хруст сломанных веток под ногами. Леа вдохнула и нахмурилась: через заросли малины и папоротника к ней ломился Сет. Что-то случилось? — Вот ты где! Брат выпутался из цепких колючих ветвей и, тяжело дыша, наклонился вперед, опираясь руками на колени. — Срочно превращайся! Слишком долго объяснять, быстрее! Рыжая здесь! Легкий сарафан разлетелся на куски вслед за джинсовыми шортами. Серая волчица и песочно-желтый волк, не теряя времени, понеслись к морю. Сет аж подвывал от нетерпения, так ему хотелось быстрее вступить в сражение. «Ну ты глупый, прямо как маленький щенок. Это не игра!», — Леа старалась не показывать брату своего страха за него, но у нее не очень хорошо получалось. Волчонок обрушил на нее целую Ниагару мысленных картинок, захлебываясь восторгом: в его понимании, преследование и убийство вампира было чем-то героическим. Острые ядовитые зубы «хладных», о которых упоминалось в легендах, Сет совершенно упустил из вида. Пока они добирались до моря, Леа не раз порадовалась тому, что может видеть мысли брата, как свои собственные. Оборотням не нужно было тратить драгоценное время на объяснения. Одно мгновение, и волчица уже поняла, что к чему. Рыжую демоницу видели на побережье, как раз там, где квилеты любили прыгать со скал. Пол, первым заметивший ее, сейчас же передал сигнал тревоги дальше, и через четверть часа вся стая была поднята на ноги. Кроме Леи, которой как раз захотелось побыть одной.