Тесные русла вен

POV Джейкоб Блэк

Я прекрасно понимал, что моя идея притащить Уну сюда была не лучшим вариантом. Становилось всё холоднее, и даже я один не смогу обходиться без еды и минимального комфорта в лесу. Не сегодня — завтра пойдут дожди, и сидеть здесь без света будет уныло и скучно. Я поймал себя на мысли, что ничего не знаю о том, как она жила до своего загадочного появления в Форксе. Что вообще ничего не знаю о девчонке, которую мне не хочется выпускать из рук… Не то, чтобы открытие было неприятным: удивительно, но она знает обо мне почти всё, в то время как я не уверен даже в том, что она назвала мне своё настоящее имя. Таким образом, со всех сторон перспектива вытанцовывалась не радужная: либо судорожно придумывать, где взять денег, чтобы заставить старенький генератор работать — и заняться им прямо сейчас, либо расспросить Уну. Впрочем, если я не решу что-то с электричеством, у меня будет целая толпа одинаково долгих промозглых вечеров для подобных разговоров. Покуда я осматривал системы жизнеобеспечения моего жилища, Рыжик убрала посуду, собрала нашу импровизированную постель… Я застал её за рассматриванием её же собственного рисунка, который нашёлся вчера в кармане моей куртки. Её пальцы водили вдоль жёстких карандашных линий, явно тоскуя по процессу. — Любишь рисовать? — я прекрасно понимал, что она вполне может опасаться меня теперь, когда знает… У меня был чистый носовой платок, но не было даже записной книжки, чтобы исправить эту маленькую трагедию. — Иногда это помогает убить время, — отозвалась Уна. — Неплохо у меня получается, правда? — Правда, — согласился я. У неё действительно хорошо получалось. Отложив рисунок, она повернулась ко мне. Страха в её глазах не было, зато был интерес. Неподдельный. Ей-богу, если она попросит меня сейчас превратиться в волка из чистого любопытства, я не удивлюсь. — Тебе не кажется, что как-то тут… пустовато? — И темновато. Не кажется — так и есть. Но беда в том, что у меня почти нет денег, я и так привык обходиться подручными материалами. Немного разбираюсь в двигателях, могу на местных свалках отыскать пару-тройку рабочих шестерёнок. Иногда имею с этого какую-никакую прибыль. — Дорого берёшь? — она вздёрнула бровь придирчиво, будто бы у неё была для меня работа. Вздохнув, я признался. — Двадцатку. Иногда — полсотни. Мне семнадцать, и своей мастерской у меня пока что нет. — А ты хотел бы? — Что? — Ну, свою собственную автомастерскую. И заниматься этим всю жизнь? — Тебе действительно интересно? Уна взяла меня за руку. — Разве я бы спрашивала, если нет? Наверное, впервые я задумался над тем, чего я хочу. О своём будущем, которого никогда не планировал. Что могло быть там, за пределами старшей школы, за границей этого леса? Что мир вне нашей общины мог дать мне, а я — ему? — Не знаю. Правда. Иногда кажется, что это — единственное, чем я могу заниматься здесь. Идея жить на пособие мне не особенно нравится. — Университет? — она спрашивала всерьёз, и я сдержался, чтобы не фыркнуть. — Разве что, по спортивной стипендии. И то не доберу с десяток кредитов по общеобразовательной программе. Я не очень прилежный ученик, если честно. — Я завалила свои экзамены в Браун в этом году. Так что я прекрасно понимаю, о чём ты говоришь… — наверное, она считала моё удивление, потому что сразу же добавила: — я приехала издалека. Штат Род-Айленд. Я бы присвистнул, но у меня был рот приоткрыт от удивления. Это же восточное побережье, Большое Яблоко в трёх скачках! Что могло привести её сюда? — Ты здорово проехалась. Когда домой? — вопрос вырвался сам собой, я даже осознать его толком не успел. Моя рыжая находка отвернулась к окну. — Эй… Она коснулась носа тонкими пальцами, будто унимая бесшумный всхлип. Чёрт, ну какого чёрта я полез спрашивать? Я не мог не обнять эти грустные острые плечи, не зарыться лицом в её пахнущие дождём волосы. И Уна тут же накрыла мои руки своими, удерживая меня рядом. — У меня больше нет дома, Джейкоб Блэк… — ответила она шёпотом. И что я мог поделать с этим? — Есть, — парировал я, прижимаясь губами к её рыжей макушке. Её ногти чувствительно впились в мою кожу, но эта лёгкая щекотка не заставила меня ослабить хватку. — Есть, Уна. Там, где я — твой дом, если хочешь. — Хочу… — так же тихонько прошептала она. Не спрашивая меня, зачем мне это нужно, и что я хотел бы взамен. Лично мне было с головой достаточно притяжения, которое заставляло меня крутиться возле неё. Мне нравилось, что она позволяет мне заботиться о себе. Нравилось, как она смотрит на меня. Нравилось чувствовать, что я действительно нужен… А ещё… Мне нравилось то, что я чувствовал к ней. Этот мягкий комок в горле, этот стук сердца, когда я не могу понять, что со мной. Эта странная тяжесть в груди, из-за которой голос становится глухим и низким, будто и не моим вовсе. Эта тёплая дрожь в поджилках, когда мне кажется, что я ещё немного — и стану диковинным зверем с лохматой холкой, которого ей нужно бояться… Эта сила в моих руках, которую я хотел бы отдать ей. За что, почему? Не знаю сам. С тех пор, как я нашёл её в лесу, присвоил себе, спрятал ото всех, я почти не думал о Белле Свон. Мой персональный кошмар с саможалением, с растравливанием ран закончился. Или отошёл на второй план, перестав занимать мои мысли хотя бы теперь, когда каждое: «Джейкоб…», сказанное вскользь, взводит мои курки. Генератор. Думай, Джейк. Думай! Я прикинул, что полторы сотни у меня со скрипом имеются. Если шустро сгонять в Порт-Анджелес, может, попадётся что-то подходящее прямо сегодня. — О чём ты задумался? — откинувшись назад, Уна прижалась ко мне затылком. Запах её волос не давал мне сосредоточиться, потому пришлось улыбнуться. — Да так… Пытаюсь придумать, как бы вымудрить сюда электричество. — И как? — Не очень. Но если метнусь в соседний город, то попробовать можно. Отпустишь меня? — Возьми меня с собой… — А если тебя узнают? — Не узнают, если я буду в шлеме. Заодно заедем в одно место. — Это куда? — она попыталась освободиться, и я понял, что пора бы и отпустить её. Повернувшись ко мне лицом, Уна улыбнулась. — Честно сказать, я не знаю… Точнее, не помню. Но ты вполне можешь помочь мне в этом. Пойдёт? Заодно составлю тебе компанию. — Расскажешь? — я привычно нахмурил лоб, но она тут же расправила его пальцами. Это снова меня рассмешило. — Рыж… — Я плохо помню то место, где ты нашёл меня. Сможешь свозить меня туда? — Его теперь только слепой не найдёт, там всё жёлтыми лентами затянуто, — она закусила губу, и я поспешил согласиться. — Но не проблема, можно съездить. Прикинув, сколько мне понадобится денег на бензин, я несколько сник. Останется негусто… Но если впритык, и если побегать по скобяным лавкам, то должно хватить. Уна улыбалась мне загадочной улыбкой. Усевшись напротив, она взяла меня за руки. — Проблем не будет, даже не думай. Но я думал. В первую очередь о том, кто же мы двое друг другу. Теперь… Чтобы проверить свои догадки, я просто подался вперёд, касаясь кончиком носа её щеки, ловя губами её дыхание и останавливаясь за секунду до поцелуя. Реагирует. Целует в уголок рта… Чёрт! Осознаёт ли она в полной мере, кого целует сейчас? Понимает ли, что это — не прикол, не тотемные заморочки и не суеверия? Шутки ради, я тихонечко зарычал. Надеясь, что она хотя бы немного испугается. Надеясь, что она отпустит меня на расстояние вежливости. Но нет, нет и нет… — Эй, Рыж… Ты совсем-совсем не боишься меня? — А что, должна? — Ну, хотя бы ради приличия. — Приличные девушки не ведут себя так, как я с тобой. Или я ничего не знаю о ваших здешних приличиях… — А как ты ведёшь себе со мной, Уна? — поинтересовался я после серии коротких поцелуев, отдалявших меня от намерения куда-то поехать с каждым разом всё больше. — Как шлюшка. Или как влюблённая идиотка. Тут уж, что тебе больше нравится. — Офигенный у меня выбор… — А меня не стесняет. Ты нравишься мне, и я ничего не могу с этим поделать, Джейк. — И не надо… — Слышал бы ты, как это звучит, Блэк… — И как же? — перехватив её запястья, я обезопасил себя на некоторое время, хотя тут же пожалел о том, что отлучил себя от её прикосновений: везде, где эти сладкие губки касались меня, моя кожа буквально горела. — Как музыка… — коротко сказала она. И тут же добила меня чуть хрипловатым: — Ты невероятный, Волк… Она сказала, что я невероятный. Чёрт… Она должна быть моей, даже если я сам никогда и никому не смогу принадлежать полностью! Чтобы пойти и пригнать мотоцикл, мне понадобилось мощное волевое усилие. Но моё удивление стало ещё больше, когда Уна вспомнила узкую тропу, которая сворачивала с шоссе. «Подождёшь меня здесь?» — попросила она. Я не спорил, хотя мне было немного не по себе при мысли, что она пойдёт одна туда, где на неё напал зверь. Но в её взгляде было что-то такое, что заставило меня не озвучивать возражения. Этот взгляд был похож на узкое лезвие. Да… Тайн у моей девочки всё ещё много. — Если ты не вернёшься через четверть часа, я… — Вернусь, — быстро ответила она. И никакого страха в её голосе я не услышал. И она вернулась. Подошла ко мне, снова прикладывая ладони к моим пылающим щекам. — Спасибо тебе. — Да что мне стоило? — Просто за помощь… Только обняв её за талию, я заметил, что теперь на её плече висит небольшая дамская сумочка, которая не слишком-то вязалась с потёртыми туфлями Рэйчел. Порыв моего вполне естественного любопытства был подавлен незнакомым мне чувством… Стыда? Почувствовав какое-то движение в районе внутреннего кармана моей куртки, я инстинктивно среагировал. И поймал её за руку. Эти руки, которые то и дело касаются моего лица… Они такие тонкие и белые, как лепестки водяных лилий… — Что это? — только и оставалось спросить мне, когда я увидел, что Уна пытается положить в мой карман тугую пачку баксов, перевязанную зелёной шерстяной ниткой. Кто ты, Уна? Кем ты была там, на Восточном побережье? — Это деньги. Твои. Даже по виду я понимал, что подобную сумму даже в руках не держал. — Не припомню, чтобы у меня хоть когда-нибудь столько было. И даже если я пробегусь по всей резервации, собирая всё, что есть у каждого… Вряд ли наберу столько. Не наличными — точно. Объяснишь? Она закрыла глаза, и я впервые увидел, как слегка покраснели её щёки. Совсем чуть-чуть, будто кто-то невидимый ущипнул её прямо у меня перед носом. Несмотря на абсурдность ситуации, мне стало смешно. В который раз уж. Знал бы отец — снова начал бы считать меня дурносмехом, как в мои тринадцать. Вместо объяснений Уна молча вынула из сумочки сперва водительские права на своё имя, а потом и кредитку. Я нахмурился. — Так понятнее? — и, хотя мне было нихрена не понятнее, я кивнул. — Понятно, что деньги это твои. Убери, пожалуйста. — Гордый? — поинтересовалась она беззлобно, хотя я прекрасно понимал, что задел её. — Очень. Не представляешь себе, насколько. Нищий, но адово гордый. У меня нет ничего, кроме гордости этой. — Джейк… — Если ты хочешь платить за кров — у нас в Форксе есть какой-никакой отельчик. Не выше трёх звёзд, само собой. Что-то мне подсказывает, что ты к другому привыкла… — Джейк, перестань, пожалуйста. Ты ничего обо мне не знаешь. — И это плохо! — Я расскажу тебе всё, о чём спросишь. Но я не хочу, чтобы ты рисковал просто так. — А я всегда делаю только то, чего хочу я! Это было жёстко, но я действительно не мог взять её деньги. Да, я альфа. Но моя корона воображаемая. Титул вожака не даёт никаких привилегий — только ответственность за себе подобных, за братьев и за те земли, которые мы по праву считаем своими… Убрав деньги назад, в сумочку, Уна развернулась и уверенно зашагала обратно по шоссе, явно направляясь в Форкс. Ветер трепал её тёмно-рыжие волосы, она чуть поёживалась от холода. И я почувствовал, как внутри всё сжимается при мысли, что она уйдёт — вот так просто, не прощаясь. А что? В сущности, все её вещи на данный момент при ней. — Ты же хотела съездить со мной! — сказал я достаточно громко, надеясь, что она услышит. Она махнула рукой, даже не оборачиваясь. — Забей! Я прекрасно знаю, чего тебе это будет стоить. Вот так, да? Второй раз за сегодня мне стало так стыдно, будто я последний нищеброд этого города. И мои полторы сотни прямо сейчас невероятно жгли мне бедро. Бросив мотоцикл на обочину, я пошёл следом. Догнать невысокую девушку большого труда не составляло, но то, что я наговорил в сердцах… Не знаю, на что я надеялся. — И куда ты собралась? — Обратно, в Форкс. — Уна… — Что? — Постой. Она послушно остановилась, глядя на меня снизу вверх. Я попытался взять её за подбородок, но она уклонилась от моей руки. — Куда ты пойдёшь? — я говорил совсем не о том, о чём мне хотелось бы. — В больницу или в полицию, пока ещё не решила. Тебе не всё ли равно? Когда до меня дошёл смысл сказанного, мне захотелось выругаться. Грязно и вслух. Но я сдержался, чувствуя, как белый обруч той самой ярости медленно сдавливает мне грудь. Спокойно, Джейкоб… Спокойно. Наделаешь дел… — Каллены живут вниз по шоссе. Туда быстрее. Но они тоже не возьмут твоих денег, им свои девать некуда. У них есть всё, чтобы ты не чувствовала себя благодетельницей. Подбросить? Мне хотелось, да. Эгоистично хотелось, чтобы она влепила мне затрещину. Я смотрел на неё во все глаза, ожидая, что это случится — вот-вот… Пусть потом скажет, что я дурак, что она боится идти в дом к упырям. Всё, что угодно, после чего я попрошу прощения и придумаю, как быть дальше. Может быть, и правда — чёрт с ними, с деньгами… Она же вполне искренне хотела помочь мне. В том, что Белла сломала бы руку о мою челюсть, я даже не сомневался. А Уна… Уна МакСуинни просто моргнула несколько раз, будто ей в глаз соринка попала. И только потом я увидел слёзы на её щеках. Они катились медленно–медленно, как на крупном плане какого-нибудь старого фильма с Джеймсом Дином… Ни сказав мне ни слова, она сняла туфли моей сестры и с силой ткнула их в мои руки. И, будь я проклят… Развернувшись, она босиком пошла вниз. Вниз по шоссе. Я гордый, да. Потому я не пошёл за ней. Сев на мотоцикл, я направился в Порт-Анджелес. Когда навстречу мне пронесся серебристо-мерцающий вольво Эдварда, я даже не удивился. Чёртов упырь всегда оказывается в нужное время и в нужном месте. Не бойся, Уна. Он на диете. *** Генератор я перебрал в тот же день. Это стоило мне ровно половину моих сбережений, да и радости не принесло никакой. Отец подкинул мне работёнку, поэтому я покрыл свои расходы в три дня. За это время мне недосуг было ни выбраться в город, ни съездить в школу. Несколько раз звонил Чарли Свон, подолгу разговаривая с моим стариком. И всякий раз меня прямо-таки подмывало спросить, не случилось ли чего в этом стоячем болоте, которое Форкс. Но я не позволял себе даже думать об этом. Видимо, Билли Блэк неплохо знает своего сына, потому как в один из дней он сам завёл разговор на интересующую меня тему. — Помнишь, переполох из-за той девочки, которую ты спас в лесу? С места да в карьер, узнаю фамильную манеру общения. — Угу, — привычно отозвался я, невозмутимо ковыряясь в очередном двигателе. — Она нашлась, — короткое заявление, предполагающее мои расспросы. — Да? И где была? — минимум эмоций, хотя внутри будто водородная бомба взорвалась. — Понятия не имею. Но сейчас живёт у Калленов. Выглянув из-под навеса, я прикрыл глаза ладонью, чтобы солнце не слепило. Но выражения лица моего отца разглядеть не смог. — Видимо, мозгами повредилась… — Чарли говорит, что Белла о тебе справлялась. — Белла и без меня неплохо справляется, отец. — Вы с ней дружили, Джейк. Что-то случилось? Чарли говорит, ты давно не заходил к ним, она скучает… — Дружили и раздружились. У неё сейчас… ммм… немного другие интересы. Она замуж собралась, Чарли не говорит? Новости были вполне ожидаемые, но приятными они от этого не становились. А чего я хотел? Чтобы она позвонила? Или чтобы вернулась? Несмотря на то, что мне было больно, обидно и в изрядной степени одиноко, я по-прежнему считал, что поступил честно. Но больше всего меня бесило то, что я не мог обижаться на Уну. Хотел, но не мог. Ты невероятный, Волк… Поцелуй теперь свою гордость, Джейкоб Блэк.