Хладные воды Европы

      На протяжении нескольких дней на Герейде сохранялась напряженная обстановка. Замерзающая ненависть, острые взгляды, но никто из экипажа не покинул борт Горбуна. К своему сожалению, артиллерист не смог не согласиться с врачом: не найти ему новую работу настолько быстро, насколько хотелось. И если у доктора еще имелся шанс где-то обосноваться — все-таки такие люди на вес золота — то умеющих стрелять пруд пруди. Фокнер прекрасно представлял перспективы, сойди он на «берег», особенно со своим характером. Его ужасно раздражала подобная безвыходность.       Между тем Циан нашел в Гансе собеседника. По крайней мере второй разделял его позицию: произошедшее — ошибка от разыгравшейся паранойи капитана. Все чаще они собирались вдвоем.       — Не стоило их расстреливать…       — Конечно, не стоило! — раздраженно сказал Циан. Он метался из стороны в сторону по лазарету.       — Но в этом вся Коалиция, — Ганс вздохнул, потерев ладонями лицо. — В этом вся она. Ведь знаешь, у меня так брата обработали. Сказали, что он выращивает паразитов для Церкви, и расстреляли едва ли не на месте. Я тогда ничего не понимал, а сейчас думаю, что он просто перешел кому-то дорогу. Да так, что взялись эСБэшники.       — Коалиция, Коалиция, Коалиция, — повторял артиллерист. — Всего лишь ширма для оправдания насилия. А знаешь, что я думаю? Нет никакой Коалиции Европы. Нет никаких организаций настолько больших, что объединяет всех нас. А есть кучка людей, которая заставила всех поверить в чье-то существование. Возможно, Коалиция когда-то и существовала, — Циан махнул рукой. — Во времена, когда человек только прибыл на Европу, но сейчас мы одни. Совсем одни, — мужчина взял фляжку с чудо-напитком Паульса и отпил прямо с горла. Фокнер уже не морщился от горечи, алкоголь он чувствовал, как воду. — Главнюки договорились меж собой и сидят, отдыхают, — встретившись взглядом с врачом, артиллерист добавил. — Иначе, как объяснить, что на каждой станции свои законы? Нет, мы точно остались одни. Нет никакой Коалиции. Только мы.       — Знаешь, приятель, ты звучишь, как сепар.       Циан, присев, нахмурился.       — Сепар? О-о, нет, Ганс. Я звучу, как человек, который говорит то, что видит. Видимо, это в человеческой природе, наличие крепкого кулака, или самим быть этим крепким кулаком и помыкать остальными. Но кто давал сборищу людей, так называемой Коалиции, право ставить человеческую жизнь ни во что? — Циан отпил еще. Отложил флягу и причмокнул. — Что нам, мало всех невзгод?       — Сторонники говорят, что только такой крепкой рукой можно руководить в этом водном мире и только железный контроль не позволит человечеству окончательно сгинуть во мраке океана, — Ганс придвинулся ближе. — Так уж случилось, что нами правят такие люди. Досталась ли им власть от землян или же захватили её иначе — она есть. Тут ничего не попишешь.       — Ага, — Фокнер кивнул в сторону. — И поэтому они могут расстреливать людей просто потому что. Супер!       — Знаешь, я, — Паульс заговори совсем тихо, — тоже не сторонник Коалиции Европы. Но их оппоненты тоже те ещё жулики. Пираты, террористы — эти парни говорят языком оружия, а не слов. Видел ли ты когда-нибудь пропаганду Юпитерианский Сепаратистов, м?       — Ну, видел листовки. Рисунки на стенах.       Ганс заговорил уже громче.       — А в листовках, полагаю, план-капкан, как пожертвовать собой, чтобы сделать будущее счастливее. Вот и получается: мы между двух огней.       — Между двух слоев говна, — оскалился Циан.       О недовольствах Кай и Алекс прекрасно догадывались, поэтому не разжигали эту тему. Время, считали двое, сотрет мерзкие воспоминания.       Двое собрались на капитанском мостике, разложив карту на панели управления.       — Мы должны отправиться вперед. Дальше заплывем — серьезней работа — больше оплата. В Европейском Кряже сменимся на Тифон. Наймем моряков. И отправимся дальше. Я уже подготовил запрос об исследовании дальних рубежей. Будут еще нам приплачивать за то, что исследуем. Что думаешь?       — Кай, послушай, это чудесно. Я даже восхищен, как просто ты это произносишь. Я бы только голосовал за Косатку-2, а не Тифон. Но чего тебе не сидится? Посмотри правде в глаза. Если мы отправимся дальше, то обязательно погибнем. Если будем заниматься тем же, что и раньше, то…       — То проживем недолгим больше, Алекс, пойми, — Кай развел руками, — мы должны отправиться дальше.       Алекс прищурился.       — Ох и насосемся же мы. Дальние рубежи… Это не будет того стоить.       — Подумай в другом ключе. Это может изменить наши жизни! Чем мы глубже погружаемся, тем теплее воды. Значит, там протекают гидротермальные активности. Значит, — капитан принялся загибать пальцы, — мы сможем пробить идею о станции, где энергия будет генерироваться за счет природного тепла.       — Ого, да ты тут не шутки решил шутить, я погляжу. А я уж было подумал, что ты из секты верующих в Око Европы.       Повисла тишина.       Группу верующих, что мифический сигнал из глубин Европы к чему-то должен привести, вряд ли можно назвать сектой в привычном его понимании. Это люди, уверенные, что там — глубоко-глубоко — находятся супер-технологии бывшей цивилизации. Возможно, и её жители.       — Это не секта. Там точно что-то есть. И это что-то настолько могучее, что способно изменять гравитацию!       — Ага, — протянул собеседник. — Если она сразу такой не была. Ты в курсе, что это всё — байки? — он выдержал паузу. По лицу виднелось, что Алекс придумывал план как остановить своего друга от безумной идеи. — Ну, ладно. Я настроен скептически. Мы — моряки, а не деловые люди. Ты думаешь, что Коалиция Европы назначит тебя руководителем нового аванпоста?       — Или оставит нас в её истории, — кивнул Кай.       — Да чтоб тебя…       — Согласись, нормальная же идея. Обоснуемся там. Получим надбавки за тяжесть работы. Это лучше, чем возиться здесь.       — Ничем это не лучше, — отмахнулся первый помощник. — Если плывешь, то плыви. Тебе Коалиция корабль вверила. А мы люди подневольные, да еще и с корабля просто так не уходят. Сам посуди: сойду на «берег» — вопросики появятся ко мне. Будут думать, что я какой-нибудь кривой и больной. На работу не примут. Побираться начну. Это не для меня! — Алекс фыркнул. — Так что у меня нет выбора.       — Ну, послушай, я не хочу, чтобы это выглядело, как принуждение.       — Оно так и есть — засмеялся Алекс.       Первый помощник указал на карту и капитан немедля приблизился к ней. Их путь хотя бы до переходного пункта из Европейского Кряжа в Темное Плато выглядел не близким, а это ведь еще только по бумагам. На деле придется плыть не одну декаду, порой, дни без остановок. Они нуждались в субмарине получше. Чтобы её получить требовалось разрешение Коалиции Европы. Особые полномочия, которые позволяют капитану действовать свободнее, но в интересах фракции. Если капитану Герейда откажут в запросе, то о дальнем плавании можно забыть.       Когда же планирование подошло к концу, Кай спросил:       — Будешь скучать по дому?       — Буду. Но на борту нет места чувствам.       Герейд отправился в путь, как только грузчики доставили припасы. Разграбленный ранее Дюгонь помог неплохо сэкономить денег, которых хватило на заказ новой магнитной пушки. Циан этому порадовался, хотя всячески старался не подавать виду.       Несмотря на все невзгоды, экипаж привык к плаванию. Больше не создавалась напряженная ситуация каждый раз, когда очередная стая чудовищ бросалась в их сторону. Бывало, что внутрь проберется изворотливый краулер, тогда Иван с Рагнаром попросту перехватывали его своими топорами. Оружие уже имелось у всех. Официально ни моряки, ни граждане Коалиции не имели права пользоваться им без разрешения. На деле же, хотя бы у подводников, где-то рядом, в нычке, имелся если не абордажный топор, так нож или вовсе перекупленный револьвер. Нередки бывали случаи, когда с затонувшей лодки прикарманивали что-то себе.       Однако однажды на борт прорвался гость серьезнее. Проклевав нижний воздушный шлюз, огромный раптор пробивал себе путь прямиком к мастерской. Создалась опасная ситуация, ведь чудище отрезало путь от драгоценный водолазных костюмов. Всем пришлось натянуть дыхательные маски — это хоть как-то спасло бы от затопления.       — Фокнер, берите оружие и отправляйтесь на встречу. Мидий, подменяй за пушками.       Артиллерист буркнул в микрофон и выхватил из-под стола дробовик. Наскоро он натянул бронежилет, а затем помчался на выручку к механику. К нему по дороге присоединился Дедич, а внизу Рагнар, сжимая топор, готовился действовать согласно плану. Плану, которого никогда не было.       — Открывай по моей команде. Пусть ворвет…       О шлюзовую дверь ударили. Вмятина неглубокая, проблем с открытием не возникнет.       — Пусть ворвется и сразу закрывай. Слышишь? Сразу! Держитесь крепко! Потоки воды сметут нас в мгновение ока, если не удержимся. А там нам таких пиздюлей отвесят, вовек не забудем! Готов?       — Вот повеселимся, — сказал Тар. В одной руке он держал гарпун, в другой — топор.       — Ага. В могилу. Готов, еб твою мать, — ответил Хельгиссон.       Мужчины постарались уцепиться за выступы, а затем Циан крикнул. Когда дверь открылась, ожидаемо, вода ворвалась бурным потоком. А вместе с ним, рыча, с разинутой пастью, мчался раптор. Он крепко стоял на своих двух ногах, совершенно не чувствуя течения, в то время как людям пришлось не сладко. Рагнар едва не пропустил момент закрытия, а Фокнер случайно выстрелил, когда вода ударилась о него. Дробь отбила из чудища куски панциря, но не замедлило его ни на йоту.       Раптор клюнул прямиком в грудь артиллериста, из того сразу вырвался стон боли. Рагнар нападал со спины, в то время как Иван бросился к ногам, которые по большей части не имели защиты. Инженера едва не растоптало, но отбросило в сторону. Раптор лягнул мужчину так, что тот отлетел к дверям, а сам побежал вперед, желая добить Циана. Удары Рагнара не отвлекали существо, оно вообще не реагировало на то, как топорище раз за разом проникало в панцирь, будто сконцентрировалось на убийстве одного человека.       Очередной выстрел попал ровно в пасть. Раптора замотало из стороны в сторону, и он, словно ослепленный, принялся клевать и топтать все вокруг. Рагнар едва успел подставить руку, чтобы его голова не оказалась пробита. Со страшной раной он откатился промеж фабрикаторов.       Еще выстрел, уже по ногам, заставил чудище завалиться. Как только выпал случай, Иван обезглавил раптора окончательно.       Немного позже в мастерскую, на победные крики, спустился капитан.       — Поздравляю, джентльмены, с очередной победой, — с радостью заявил он.       Опасность миновала. Теперь врач занимался своей прямой обязанностью.       — Как рука? Нормально будет? — Рагнар кривился от боли. Чудо, что ему не переломало кости.       — Нормально. До свадьбы, как говорится, доживет.       — Может быть, заживет?       — Может.       Итак, раптор. Грязевые рапторы — стайные чудища Европы, имеющие две пары мощных ног, рудиментарные лапы, балансирующий хвост и острый клюв. Именно с помощью последнего они проклевывали себе путь внутрь подводной лодки, а затем проникали внутрь. Как сейчас произошло на Герейде. Существо несколько выше человека и укрытое под слоями панциря. Серьезный противник как в воде, так и на суше.       — Мне будет любопытно с ним покопаться, — сказал Ганс.       — Да брось, доктор, дай хоть пожрать нормально!       — Траванешься. Они ж по пещерам плавают, напитываются ядовитыми газами. Я думал, ты знаешь об этом.       — Я знаю об этом, — сказал Рагнар, затем посмотрел на обработанную руку. Ганс затужил бинты и похлопал механика по плечу. — Просто порой забываю. Жрать хочу, не могу.       В разговор встрял капитан:       — Неужели никак нельзя этот яд вывести? — капитан встретился с Цианом взглядом. Тот, сверля командира в ответ, молчаливо удалился. Кай посмотрел на Ганса.       — Гипотетически, можно. Но стоит ли тратить на это время? Легче заплыть на ферму и купить там рыбу.       — Или брикеты.       — Или брикеты, — кивнул доктор.       — Что ж, помимо мысли о провизии, мысль моя еще о том, что у нас пробит шлюз. А все скафандры… По ту сторону этой двери. У меня припасен один на крайний случай.       — У меня тоже припасен, — сказал Дедич, подходя ближе. — Что там, займусь? Рагнар все равно без одной руки.       Капитан окинул инженера взглядом, оценивая его здоровье, и кивнул.       Им пришлось приводниться на одну из льдин, чтобы в тишине заделать пробоины. Пока тянулось время ремонта, все нервно всматривались в перископы. Даже капитан, не желая бездельничать, присоединился к наблюдению за окружением. А там, как и всегда, не было ничего, кроме темноты. Непроглядная, могучая и беспощадная. Вот-вот казалось кто-то покажется. Разыгравшееся воображение рисовала массивную пасть, способную не то раскусить, не то заглотить Горбун целиком.       В отсеке висела напряженная тишина. Ни Циан, ни Алекс, ни тем более Кай не нарушал её. Даже когда Тар сообщил об окончании работ, никто не проронил ни слова.       Путь до аванпоста Баст затянулся. Герейд опоздал от графика на час и тридцать шесть минут. Пребывая по координатам, уже направляясь к стыковочному шлюзу, капитан нахмурился.       — Алекс, мы верно рассчитали цифры?       — Что за вопросы? Конечно верно. Это обычно я должен спрашивать такие вещи… Так в чем дело? — первый помощник приблизился к экрану. Он растер осоловевшие глаза, потому как экипажу пришлось плыть к Басту без перерыва.       — Здесь должна быть станция. Но я не её вижу. Да здесь вообще ничего нет.       — А ну, — Мидий внимательно осмотрелся. — Фокнер, что по видимости? Наблюдаешь аванпост?       — Не. Пустота.       — Быть такого не может, — прошептал капитан. Он направил лодку выше, намереваясь пройтись вдоль потолка этой пещеры.       — Ой бля-ять, — донеслось от Фокнера. В протянутых словах сперва послышалась будничность, а затем нарастающий ужас.       — Что? В чем дело?! — капитан переглянулся с первым помощником.       — Вы должны посмотреть на это сами, — Циан восстановил дыхание. — А затем убираться отсюда.       Не понимая услышанного, Кай с Алексом последовали совету артиллериста. А затем, когда выглянули наружу, то душа ушла в пятки. Они прибыли к Басту. Да только его самого уже не существовало. Нечто уничтожило аванпост. Стерло из вод. В нарастающей панике никто не мог определить, что произошло. Существо ли Бездны выбралось наружу, чтобы полакомиться, или непоправимая поломка привела к катастрофе — Форроу направил Герейд дальше настолько быстро, насколько позволял двигатель. Людям требовался отдых, а до следующей станции плыть не меньше четырех часов.       Возможно, им следовало обыскать дно, но кто в здравом уме, обнаружив исчезнувшую станцию, решится что-то искать? Если это дело рук гиганта, то ничего не осталось. Если случился подрыв реактора, значит, множество хищных стай рыскают среди обломков в поисках пропитания.       — Надо сделать перерыв, — сказал Кай, а затем осекся. — Хотя нет. Здесь отдыхать — смерти подобно.       — Помни о смерти, — задумчиво протянул первый помощник, заняв место рулевого.       — Что?       — Фраза такая. Но ты прав, нам нужно отдохнуть. У меня перед глазами уже плыть начинает.       Только первый помощник собрался отходить, как вдруг заметил кое-что лишнее на сонаре.       — Большой объект на час! Всем боевая готовность! — Алекс посмотрел на капитана, который стоял уже рядом. — Корабль. Не могу по сигнатурам определить чей.       — Дай-ка мне попробовать наладить связь, — Кай снял свои наушники и схватился за подключенные к терминалу. — Прием! Прием! Это Кай Форроу, капитан «Герейда» типа Горбун. Меня слышно? Прием! — в ответ помехи. Кажется, кто-то попытался ответить, но сказанных слов совсем не разобрать. — Прием! Повторяю, это Кай Форроу, Коалиция Европы.       Как и всегда, ожидание потянулось слишком медленно. Закусив палец, капитан смотрел, как на сонаре мимо проплывала другая субмарина.       — У меня визуальный контакт. Шмаляю? — послышался Циан.       — Отставить, — отрезал Алекс, выжидающе глядя на капитана.       — О, зато теперь шмалят по нам! — как бы между прочим сказал артиллерист.       На сонаре Форроу увидел те самые росчерки от стрельбы.       — Ответный огонь! Полный вперед!       Обменявшись снарядами, одна лодка помчалась прочь, а другая начала брать разворот в погоню.       — Энергию на максимум, Дедич. Ни в коем случае не давай реактору остановить работу! Все батареи на максимум!       — Лады, кэп. Принял управление вручную!       Пираты — экипаж решил называть их так — принялись отставать, но затем меткое попадание в мотор замедлило ход Герейда.       — От суки же, а! Чиню, — отозвался Рагнар.       Капитан с первым помощником на ходу принялись думать план отступления. Возможно, им стоило принимать бой, но уставшие, перепуганные и совершенно не умеющие сражаться с другими подводными лодками, они приняли решение уходить. Спасение обнаружилось во входе в ледяную пещеру. Находилась она под наклоном, поэтому Алекс сперва воспротивился — этот путь мог вести прямиком в Бездну или тупик. Но Кай настоял на своем.       — Есть попадания! Нос им раскурочил, — с нотами радости сказал Фокнер.       Побег не мог длиться вечно. А в данном случае обязательно кто-то станет чьей-то добычей.       Впереди на сонаре показалась глыба льда, которой можно было попытаться перегородить путь. Единственное, что пришло Каю в голову — это воспользоваться таким случаем.       — Циан, по моей команде стрельба по основанию льдины сверху.       — О, нихера себе, это нам так поможет!       — Завали ебало! — прорычал Форроу. — И исполняй приказы.       Новые попадания кромсали обшивку. Терпимо, но один Рагнар не справлялся. Алекс вызвался помочь на первом ярусе, где вот-вот собирались пробить корпус генераторной. Циан огрызнулся, а затем, по команде, принялся выстреливать в основание айсберга. Ледяная глыба с грохотом сорвалась с потолка и принялась погружаться. Но перед этим пираты успели попасть несколько раз по Герейду.       — Затопление! Всем надеть скафандры!       Заливало моторный отсек и многострадальный генераторный отсек. Лодка бессильно упала на дно. Если пираты настигнут их, то они — мертвецы.       Кай бросился в особую комнату. Местную нычку, находившуюся рядом с балластным отсеком. Там он спрятал свои малые пожитки и где на креплениях стоял скафандр. Опытные моряки управлялись с обмундированием за короткое время, но достаточно большое, чтобы стать уязвимыми. Затопление продолжалось, но новых пробитий не появлялось.       — Латаем. Я по сонару… Да, чисто! Отличная работа. Перегородили льдиной проход.       — Нам крупно повезло, — сказал Иван.       — Или нет, — добавил Циан. — Мы не знаем, что дальше.       — Все живы хоть?       Каждый ответил положительно, кроме одного.       — Алекс? Алекс! Алекс, прием, как слышно? — Кай обеспокоенно глянул на экран. Генераторная полностью затоплена. В верхнем воздушном шлюзе сухо, значит преграда работает.       Кай бросился наверх, но никого не увидел.       — Алекс! — снова кричал капитан. — Рагнар, мне нужна помощь в генераторной.       — Моторку пока оставляем?       — Да оставляем, конечно. Водой остудим реактор, — не то с сарказмом, не то нет сказал Тар.       Когда прибыл механик, то капитан незамедлительно нажал на кнопку открытия двери. Поток воды снес людей с ног, а затем вода полностью залила отсек. Перебирая конечностями, Форроу поплыл вперед и с ужасом увидел тело друга.       Будучи разорванный пополам, Алекс Мидий не мучался перед смертью. Возможно, скафандр бы смог спасти, но, зачем себя обманывать? Разрыв снаряда вряд ли можно пережить.       Смерть первого помощника ударила молотом по голове капитана. Как будто в прострации, Кай глядел на Алекса, а тот безмятежно завис посреди воды.       Говорят, что у европейских людей нет слез, чтобы плакать. Вода выедает их, оставляя ни с чем. Так и сейчас, сдавленный горем, капитан мог только смотреть. Смотреть и помнить о смерти.