Я буду рядом

В руки попалась уже девятая рыба, когда над Цзян Ченом появились гости, которых он заждался. - Вы как-то поздновато, не находите? - было ленно и злиться не было особого желания. - Разбирали бардак, что вы там устроили, - улыбка Вэй Усяня была широкой и слишком какой-то счастливой. Он легко спрыгнул на берег с Биченя. Лань Ванцзи степенно опустился рядом. - Это ты там жахнул так, что все, что было, всплыло вверх брюхом? Цзян Чен хмыкнул формулировке и махнул рукой, зовя за собой. Рыба, оставленная у костра уже должна была приготовиться. Немного уже протоптанная знакомая дорожка привела к маленькой полянке, на которой Лань Хуань сосредоточенно переворачивал рыбу на другой бок, чтобы прожарилась тщательнее. - Цзеу-цзюнь, - Вэй Усянь поднял руку, словно его можно было не заметить после его громкого окрика, - вы живы! Цзян Чен закатил глаза. - А ты хотел бы, чтобы нет? - Ты чего? - пробурчал Вэй Усянь, сделав такие глаза, будто не сам только что ляпнул неуместное замечание. Цзян Чен фыркнул на все это и решил забить. Простые понятные действия и чувства - это был предел того, что он сейчас мог. Энергия ци маленькими каплями наполняла его тело, так что ему хотелось поесть и снова поспать. - Брат. - Ванцзи, - Сичень улыбнулся Ханьгуан-цзюню. - Мастер Вэй. Тот со счастливой улыбкой быстро присел у костра и втянул запах носом. - Вкуснотища. А на нас хватит? - глаза его горели предвкушением. - Готовь себе сам, - отрезал Цзян Чен, кинув в него только что выловленной из воды рыбой. - Конечно, - Лань Хуань ответил практически одновременно с ним и протянул Вэй Усяню ветку, на которую была нанизана рыба. - Вы самый лучший! - ослепительно улыбнулся Вэй Усянь, умудрившийся и поймать рыбу Цзян Чена, и заполучить рыбу Сиченя. На самом деле они уже успели пожарить довольно много. Хватило бы, может быть, и на адептов, которых на самом деле оставили разгребать бардак на воде. У Вэй Усяня каким-то чудом нашлись специи, так что Цзян Чен даже взялся за третью рыбу, абсолютно не чувствуя насыщения из-за остроты. Оба нефрита вежливо отказались от специй и медленно ковыряли собственную рыбу. Цзян Чен подозревал, что они это просто из вежливости. Впрочем, он не помнил, чтобы рыба была запрещенной едой в Облачных глубинах. По словам Вэй Усяня, который умудрялся одновременно есть и говорить, выходило, что вчера он жахнул не по-детски. Цзян Чен даже не отреагировал. Как иначе, если он выложился по-полной? Уж должно было. Какие-то деревенские, которые не спали в ночи, даже видели фиолетовый свет. Цзян Чен терялся в догадках, как Вэй Усянь умудрился собрать эти слухи, если по его словам, Ханьгуан-цзюнь сразу разбудил его с утра, когда обнаружилось, что их нет, и они сразу пустились на поиски по воде. Описывающий все в красках Вэй Усянь вещал, что там, в воде, теперь плавает куча мерзких на вид водорослей, которые пахли еще и соответствующе. Адепты их собирали, чтобы потом сжечь. Ханьгуан-цзюнь местами дополнял его рассказ короткими комментариями. Цзян Чен молча слушал и ел. Рыба была вкусной, но было остро. Долбанный Вэй Усянь, нельзя что ли таскать с собой нормальные специи? - А потом мы нашли вот это, - Вэй Усянь глянул на Ханьгуан-цзюня и тот потянулся к мешочку цянькунь. Через некоторое время на полянке появился меч без ножен. - Меч? - брови Цзян Чена нахмурились. - Он принадлежал Суше, - от короткого ответа Ханьгуан-цзюня яснее не становилось. Зато Вэй Усянь запел соловьем, напоминая, что давным-давно, больше шестнадцати лет назад именно Суше был тем, кто потерял свой меч в воде и его потом пришлось спасать. Дальше он выдвинул предположение, что недавняя смерть хозяина и стала началом буйства меча. Как-никак Суше был не средним заклинателем. Да и насильственная смерть сказалась, как и годы, что меч был заброшен. Все это было прекрасно, и хорошо ложилось на раннее выдвинутую версию Вэй Усяня о гуле. Вот только морок, под которым Цзеу-цзюнь полетел прямо к самой твари, не мог быть вызван гулем. - Ну вот, мы рассказали все, до чего докопались мы. Теперь ваша очередь, - Вэй Усянь выглядел довольным жизнью, и от этого у Цзян Чена начало портиться настроение. - Как вы вышли на место обитования нашего гуля? - Никак, - Цзян Чен нагло врал и смотрел в глаза Вэй Усяня. - Мы наткнулись на него случайно. - Вот как? - такая знакомая бесячая улыбка скользнула на лицо Вэй Усяня. - Но что же вы делали там ночью? По словам местных фиолетовая вспышка была в час быка, то есть глубоко ночью. Над поляной установилась тишина, в которой Цзян Чен и Вэй Усянь прожигали друг друга глазами, будто это могло помочь переубедить другого. - На меня наслали морок и он привел нас к тому месту, - мягко вмешался Цзеу-цзюнь. Цзян Чен едва удержался от того, чтобы цыкнуть. Вот зачем? Теперь всплывет куча разных вопросов. В том числе и то, что видел Цзеу-цзюнь. - Морок? На вас? - Вэй Усянь засмеялся. - Кто бы это ни был, на что он рассчитывал? Или не всплывет? Цзян Чен метнул взгляд на Цзеу-цзюня, буквально крича мысленно, чтобы он больше ничего не говорил. К сожалению, этот взгляд перехватил и Вэй Усянь. Глаза того сузились. - Я чего-то не понимаю или у вас еще остались какие-то секреты от нас? - Дело в том, - Цзеу-цзюнь сделал паузу, - что у меня не вышло выполнить печать и поэтому вашему шиди пришлось эмм... "жахнуть". - Для печати нужно время, а эти отростки все время вылезали, - вмешался Цзян Чен, ни словом не соврав, но и не прибавив, что это самое время, он вполне мог бы ему выиграть, - Печать все равно вышла бы слабой. Снова повисла какая-то тишина, в которой Сичень как-то беспомощно улыбнулся, и кажется Вэй Усянь наконец-то поверил. Или притворился, что поверил. Цзян Чен не знал, он редко врал и не брался судить на что ложь, выданная за правду, должна быть похожа. - Эх, такое представление проспал! - поморщился Вэй Усянь, откидываясь назад. - Особенно то, где Цзеу-цзюнь вылавливает тебя из воды, как ты тех рыб, что всплыли вверх брюхом. - Ты!... Заливистый смех Вэй Усяня разлился над поляной. При этом он успевал уворачиваться от веточек, оставшихся от жаренной рыбы, камешков и всякого другого, что попадалось под руку Цзян Чену. Бегать за ним, чтобы вдарить хорошенько, сил не нашлось. - Но кто наслал морок? - напомнил Ханьгуан-цзюнь, когда маленькая потасовка подошла к концу. - Мне вот тоже интересно, - сразу подключился Вэй Усянь, - Какие мысли? Цзеу-цзюнь отрицательно покачал головой. Удовлетворившись ответом самого честного из них двоих, Вэй Усянь не стал докапываться до Цзян Чена. Тот бы и не ответил, снова соврал.