Любовь, дружба и другие неприятности

      За последний год Тор так часто слышал, что он мальчишка, глупый юнец, не способный оценивать свои решения и брать за них ответственность, что слова отца об отъезде стали для братьев шоком.       Один и Фригг решили отправиться в путешествие по Норвегии, посмотреть страну предков и, если все будет хорошо, остаться там жить, передав управление фирмой сыновьям, которые, наконец, определились со своими отношениями.       Братьев поставили перед фактом, дав на осознание лишь день. Сейчас, конечно, Один не будет отдавать "Валгаллу" им целиком, лишь после возвращения все документы будут официально оформлены.       —Вы справитесь. — хлопал по плечам сыновей Один, стоя в терминале аэропорта.       —Мы же не на всегда. — целовала обоих Фригг, улыбаясь своей мягкой улыбкой, что вселяла в парней веру в лучшее.       Затягивать прощание не было смысла, и счастливые родители скрылись за стойкой регистрации, помахав сыновьям на прощание.       —Устроим войну за трон? Разделим дом пополам и станем делать друг другу маленькие пакости. — Предложил Локи, выходя с братом из стен аэропорта, идя к машине.       —Есть идея получше. — Развернул его к себе лицом Тор, обнимая за талию, разглядывая лукавые смешинки в глазах Локи. — Будем целый день заниматься любовью, ходить голыми по всему дому и ты будешь отдаваться мне даже на кухне.       Вернувшись из Лондона, они больше не выясняли отношения. Один знал о планах Локи остаться в Англии, а когда младший сын вернулся за руку со старшим, не о чем было и говорить. Родители приняли их выбор, хоть при них парни и старались вести себя культурно и сдерживать порывы, чтобы не смущать и не смущаться.       Локи только улыбнулся, целуя любимого.       Дома их ждал сюрприз. Тор сразу обратил внимание на припаркованный напротив дома мотоцикл, но до последнего не хотел верить.       —Привет, братики. — сидела в гостиной девушка, закинув ноги в ботинках на журнальный столик.       —Хела... — выдохнул Тор, все ещё не в силах поверить.       Их старшая сестра ушла из дома много лет назад, но перед этим случилось ещё много того, из-за чего ее визит не является приятным и желанным.       —Ты не рад меня видеть, братишка? — спросила девушка, окидывая обоих оценивающим взглядом.       Почти десять лет прошло с их последней встречи. Изменились они все, но не только ли так кажется? Есть то, что нельзя изменить.       —Зачем ты явилась? — старался сохранять спокойствие Тор, разглядывая в ответ.       Сестра была верна себе – чёрные длинные волосы, ярко подведённые глаза и черно-зеленый мотоциклетный костюм. Но за всем этим скрывались и странные изменения, которые Тор пока не мог уловить. Шок сменился ступором и не знанием, что делать. Это его родная сестра, которую он надеялся никогда больше не увидеть.       —Услышала, что папа покинул Асгард, и пришла за наследством. — Пожала она плечами. — Я – первенец, а значит, "Валгалла" и Асгард принадлежат мне.       —Асгард не принадлежит Одину, это свободный город. — Сел в кресло Локи, глядя на сестру.       Они всегда не любили друг друга. Глупая насмешка судьбы, что свела их всех вместе. И ещё более жестокая тем, что именно они выглядели как кровные родственники, а Тор отличался от них во всем.       Но нельзя сказать, что в этом нет заслуги Хелы. Их прошлое было достаточно неприятным, но Локи уже так привык подражать ей, что после отъезда сестры забыл, что это попытка привлечь к себе внимание. И в первую очередь внимание Тора.       —Отец является мэром Асгарда так давно, что никто и не посмеет возразить против приемника. У нас тут уже своя локальная монархия. — Не восприняла довод Хела. Она видела, как отец управлял городом раньше и как добивался своей власти, раз за разом переизбираясь на пост, даже не смотря на некоторые пятнышки в семейной истории, коими в своё время являлись Хела и Тор.       —Разве интересно будет разрушать собственный город? — тоже сел Тор, глядя прямо в глаза некогда любимой сестре.       Он пытался понять, что чувствует, глядя на неё сейчас, по-прошествии почти десяти лет, когда он уже не глупый подросток, жаждущий нарушать правила, а взрослый мужчина, собирающийся возглавить крупную компанию своего отца.       Ощущения не хотели складываться в четкую картинку. От затаенной радости к злобе он переходил за долю секунды. Он хорошо помнил тот гнев и обиду, что она причинила ему, и прекрасно помнил боль, что затапливала все тело, пока он валялся в постели, побитый как щенок, а Локи ухаживал за ним, и от вранья младшему становилось ещё больше не по себе.       —Самой же придётся распределять бюджет на страховки пострадавшим.       —Я больше не работаю так мелко, дорогой, — Хела ждала более теплого приёма от любимого брата. Но и обида его была ей понятна.       —Мелко?! — вскочил на ноги Тор. Очень хотелось что-то разбить, желательно об голову сестрицы. — Эни погибла тогда! И это ты называешь мелко?!       Локи только наблюдал за разворачивающейся картиной. Всю жизнь он ненавидел Хелу именно за это – она всегда забирала Тора.       Старшая Одинсон не признавала приемного мальчишку равным. Тор всегда был между ними, и именно ему приходилось хуже всех. С Локи было интереснее играть, но в глазах Хелы он сам себе казался взрослым, а тем более, когда она взяла его к своим друзьям. Тор, как и все дети, хотел быть старше, чем есть, быстрее повзрослеть и стать самостоятельным, как казалось – свободным, а общение с Хелой и ее друзьями ему это давало.       —Она должна была сдаться, когда пришло время. Она сама не захотела остановиться. Все было продумано, мы бы внесли залог. — Ни капли не раскаивалась Хела. Эта потеря была не самой важной тогда.       Тор сжимал и разжимал кулаки. Эти воспоминания каждый раз мучают чувством вины и отвращения. К самому себе и Хеле.       —Зачем ты приехала? Скажи правду! — потребовал Тор. Он слишком хорошо знал свою сестру.       —Надоело бадяжить водку с китайцами. У меня ведь есть семья.       —Полную правду.       —Деб посадили. — С тяжелым вздохом ответила Хела.       Тор даже не знает удивляться ему или нет. Хела и Дебора были главными в их банде. Именно им всегда принадлежали гениальные планы и безумные затеи.       Тор был мелким, когда Хела взяла его с собой к своим друзьям. Они всегда были дружны, и сестра любила брата, при этом совершенно безразлично относясь к Локи.       Один и Фригг считали, что это юношеский протест и скоро пройдёт, но за Хелой потянулся и Тор. Не смотря на то, что компания состояла из друзей Хелы, Тор стал третьим по важности, как младший брат. Его это заставляло неимоверно гордиться собой. Ему нравилось проводить время со взрослыми ребятами, которые считали его не только равным, но и уважали, пусть сначала и за счёт сестры.       Но это только до момента, когда Тору не исполнилось тринадцать, и он не вышел на свой первый бой без правил. Йормурганд прилежно обучал его все это время, так что драки для Тора стали не просто попыткой отстоять своё мнение, но и приносили удовольствие.       С тех пор он начал участвовать в боях постоянно. Со временем пришло искусство мастерски скрывать любые повреждения и перематывать руки так, что следов не останется, даже если бить долго и сильно.       Но не только боевые навыки были привиты парню. Хела с друзьями промышляла мелкими кражами, при этом обставляя все так, что не подкопаешься. Чаще всего это была косметика, безделушки и прочие мелочи. Тор просто тогда не знал, что это была подготовка к более масштабному делу.       —На сколько? — выплывает из воспоминаний Тор, решив не удивляться.       —На пять лет. И не думай, я к этому не причастна. Она повелась на парня.       —Уж ты бы такой ошибки не допустила...       —Простите, а я вам не мешаю? — вклинился в молчаливый бой взглядов Локи. Именно это он ненавидел в Хеле – ее высокомерность и гордость. В ее глазах он был лишь жалким приемышем, не заслуживающим царского внимания.       И ещё больше он возненавидел ее сейчас, когда она снова явилась все портить, и портит прямо сейчас, потому что Локи ничего не понимает из их разговора. А Локи очень не любит быть в неведении.       —Пока держишь рот на замке – нет. — Даже не посмотрела в его сторону Хела. У неё были свои причины не воспринимать младшего брата. И хотя она уже взрослая, привычки остаются. Да ещё и приём не слишком тёплый, что лучшей защитой оказывается нападение. Тем более, Хела никогда не умела признавать свои ошибки.       —Это не важно, Локи. Я больше не тот. — Взял его за руку Тор.       Он действительно больше не тот. Один день изменил все его представление о мире и о семье.       Ему было семнадцать, он жаждал свободы, избавления от рамок и правил, а смерть казалась чём-то мифическим, чего никогда не произойдёт с ними. Бой должен был быть тяжелым, его соперник давно жаждал реванша, а Тор был готов победить снова. Пока в самый разгар боя в подпольный клуб не ворвались Один и Фригг. Бой уже никто не мог остановить, но этого хватило, чтобы Тор отвлёкся, растерялся и испугался, теряя концентрацию и преимущество. Тор был достаточно знаменит среди бойцов, чтобы соперник не жалел силы и ударов. Тор тогда серьезно пострадал, было сломано два ребра, десяток ушибов и бессчетное количество синяков и ссадин по всему телу и лицу.       Но самое отвратительное, что он проиграл на глазах родителей. Фригг едва стояла на ногах, когда его смогли забрать с ринга, а отец только молчал, ещё около месяца после не разговаривая с сыном.       Но Тор был лишь частью общего представления. В этот момент вся асгардская полиция ловила по городу нескольких мотоциклистов, что гоняли по улицам с бешеной скоростью. Но и это было лишь отвлекающим маневром, пока Хела и Дебора обчищали кассы магазинов в торговом центре.       Эни тогда разбилась, не справившись с управлением. Тор почти месяц провёл в постели, а остальных ребят на байках поймали полицейские, но всех отпустили под залог или спустят сутки ареста. Хела поругалась с Одином, потому что схема в итоге сложилась, а она и не пыталась отпираться. Они с Деб разделили добычу между всеми участниками, а сами уехали в другой город, расширять границы возможного для своих воровских талантов.       После смерти Эни и побега Хелы, Тор больше не мог жить как раньше. Его мир сломался вместе с его костями там, на ринге, и было решено забыть обо всем случившемся. Тор стал учиться, воспринимать себя как наследника "Валгаллы" и все вокруг словно забыли, что у Одинсонов есть ещё и сестра.       —А какой же ты? — заинтересовалась Хела. — Помнится, ты был мне правой рукой.       —Я не такой как ты, Хела! Я не бросал свою семью и не сбегал...       —Правда? — саркастически поинтересовалась девушка. — А как же твои каникулы в Нью-Йорке?       —Откуда ты знаешь?       Хела всегда умела преподносить сюрпризы.       —Я всегда была рядом с тобой, малыш, — показала она телефон с открытыми вкладками соцсетей Тора, — я знаю все о твоей жизни.       —Не все. — почти рыкнул Тор, —Пойдём, Локи, я больше не хочу это слушать.       Локи был не очень-то рад такому раскладу. Тор явно от него многое скрывал, но и оставаться один на один с Хелой ему не хотелось. Наконец-то, Тор предпочитает его и от этого в душе поселяется радостное злорадство, что Хела осталась ни с чем.       Локи поднимается, сжимая руку брата, встаёт рядом, чтобы следовать за ним. Тор уже направляется к двери, как их настигает спокойный голос Хелы:       —Скажи мне только, брат, ты скучал? — Хела тоже встала, прожигая их взглядом холодных, ничего не выражающих глаз. — По преданному тобой Харлею, по той жизни, когда ты был богом?       Тор не отвечает, только крепче сжимает руку Локи и берет свою куртку, даже не оборачиваясь на сестру.       —Вижу, скучал. — Довольствуется своим знанием Хела, глядя на кожаную куртку брата.       Тору было семь, когда Хела впервые посадила его на свой мотоцикл. Старшая сестра с пятнадцати лет сидела за рулем железного коня, и Тор тоже влюбился в мотоциклы. Он получил свой в четырнадцать и до того рокового дня не мог представить себя без него. От старой страсти осталась только непреодолимая любовь к кожаным курткам и немое восхищение при виде достойного мотоцикла.       —Ничего не хочешь рассказать? — спрашивает Локи с привычным спокойствием, которое Тор знает уже слишком хорошо и за которым разгадывает недовольство. — Или секреты Одинсонов не достойны приемыша?       —В тот раз я не разбился на мотоцикле, а участвовал в боях. Торговый центр ограбили Хела с подругой, а Эни погибла из-за нас. И ты – моя семья.       —Всего-то? — голос Локи начал звучать скучающе, появились саркастические нотки, что не предвещало ничего хорошего. — Действительно, зачем мне было это знать? Подумаешь, я просто не отходил от тебя, переживая, как ты теперь без своего тупого мотоцикла и вообще встанешь ли!       —А стоило рассказать? — Тор порывисто дернул его на себя — Рассказать, что твой брат неудачник, а сестра воровка? Как бы ты жил в этой семье? Как бы я потом смог тебя защищать?       Тор помнил, как Локи ухаживал за ним. Брат проводил с ним все свободное время, не обращая внимания на слова Тора, что пятнадцатилетнему парню есть чем заняться, помимо посиделок с братом, который ждал мучительного восстановления ребра. Локи только отмахивался, и они смотрели фильмы, рубились в игры и просто наслаждались компанией друг друга. Возможно, это был первый шаг в их отношениях, когда Тор стал только Локи.       —Так же, как всегда это делал. И мне бы не пришлось доказывать, что не только ты в семье идеальный.       —Я совсем не идеальный, Локи, — хватает его за шею в привычном жесте Тор, — но пытался казаться таким именно для тебя. Чтобы ты не наделал ошибок.       —Но я все равно их наделал. Ничуть не меньше, уж тебе ли не знать. — Локи посмотрел в глаза брату с привычным злым выражением. — Куда мы идём?       Локи старался гнать от себя раздражение и злость. Возвращение Хелы не сулило ничего хорошего, и Локи боялся, что все снова вернётся на свои круги. Тор будет с ней, а он, как и раньше, лишь тенью, пытающейся подражать Одинсонам.       —Не знаю. Просто не мог уже ее видеть. — отвечает Тор.       —Пойдём домой. А то сестренка ещё подумает, что мы ее боимся.             —Локи, — Тор снова заставляет брата посмотреть себе в глаза, —только не оставляй меня.       Локи не знает, что ответить. Он просто обнимает глупого старшего брата, который так и не понял, что Локи никогда не сможет его оставить. Как бы Локи ни кричал, язвил и пакостил, это все – лишь попытка не показать, как он боится остаться без Тора.       Дом оказывается пуст, и даже мотоцикл с дорожки испарился. Тор почти готов верить, что все это просто дурной сон, а Хела не возвращалась домой. Только интуиция подсказывает, что королева снова желает вернуть своё царство и сейчас собирает верных подданных.       Тор не верил, что ей удастся собрать всех. Смерть Эни оставила на каждом отпечаток и многие больше никогда друг с другом не общались. Вряд ли возвращение Хелы заставит их с радостью вернуться к прошлому. Они все давно выросли и больше не хотят сломать рамки привычного мира.       —Не делай вид, что ее боишься. — Нахмурился Локи, когда они поднимались по лестнице к спальням. — Наша сестра ничего не понимает в управлении компанией, она не сможет ее забрать.       —Я думаю не об этом...       Локи только вздохнул, разворачиваясь лицом к любимому. Тор явно думал о любимой сестренке не так враждебно, как казалось с виду, и сам себя за это корил. Локи совершенно не нравился такой настрой.       —Так, сейчас ты — он указал рукой на брата, — и я... — указал на себя, понижая голос до шепота. Локи сжал руки в кулаки с поднятыми большими пальцами, а губы сжались в тонкую линию, чтобы скрыть усмешку, хоть и не слишком получилось. Тор намёк понял и улыбнулся в ответ.       —И забудем про всех... — закидывая руки брату на шею и притягивая к себе, шепнул Локи, накрывая губы брата своими. Тор ответил, обнимая младшего за талию, почти впихивая их в спальню. Мысли разбежались очень быстро...       То, что приезд сестры не был сном, Тор понял, когда посреди ночи у дома заглох двигатель, а затем хлопнула входная дверь. Теперь Тор был уверен, что Хела посещала старые места и так просто они от неё не избавятся.       Желая выкинуть из головы ненужные мысли, он лишь крепче обнял спящего рядом Локи и притянул ближе, вдыхая запах любимого.